Трезво о Льве Гумилёве: ответ критикам

Лев Клейн
Лев Клейн

Когда я направлял в редакцию ТрВ-Наука заметку о загадке Льва Гумилёва1, и я, и редакция понимали, что она вызовет, кроме поддержки, шквал возмущенных откликов. Так и произошло — за две недели накопилось более сотни откликов с комментариями в блоге ТрВ2 и других местах. Некоторые просто бранят мою статью — она мерзкая, тон ее недопустимый и т. п. Образ великомученика Льва Гумилёва слишком давно и прочно вошел в сознание целого слоя околонаучных любителей как образ великого ученого. Я полон сочувствия и личного уважения к своему покойному коллеге и не сказал ни единого худого слова в его адрес. Но оценка его как ученого и общественного деятеля — совсем другое дело.

В своей газетной заметке я совершенно не задавался целью опровергнуть его учение, ненаучность которого для подавляющего большинства специалистов — общее место. Я писал об этом подробнее в своей статье 1994 года (там есть и аргументация). Очень детально и доказательно рассматривает этот вопрос Л. А. Мосионжник в большой работе «Исторический миф Л. Н. Гумилёва: технология создания» (Нестор, 14, 2010: 303-344). Моя цель была другая: исходя из очевидности этого положения для специалистов (и не только для специалистов), попытаться высказать некоторые догадки о причинах именно такой направленности его учения, какую оно приобрело, и я рад, что многие читатели правильно уловили эту мою задачу. Не поняли те, кто и не хотел понять.

Некоторые комментаторы останавливаются на том, что в числе неприемлемых для друзей и родных Л. Н. Гумилёва особенностей его характера, причины которых я попытался выявить, я назвал антисемитизм. Для меня антисемитизм некоторых известных деятелей русской культуры есть данность, с которой приходится считаться, и в моем представлении она, умаляя их общую привлекательность, не снимает ни их таланта, ни величины. Для историка, однако, она особенно вредна, так как делает его необъективным. Раньше я считал, что у Л. Н. Гумилёва антисемитские идеи были чисто теоретическими, — так и писал в своей статье 1994 г. Но прочтя сборник воспоминаний о нем 2006 года издания, выпущенный его почитателями, я понял, что, по крайней мере в последние десятилетия своей жизни, он был и бытовым антисемитом. Там об этом достаточно фактов. Мое отношение к учению Гумилёва это не изменило.

Что касается моих догадок о причинах искаженности сознания этого талантливого мыслителя — о функциях Шехеразады, а перед тем о его травмировании пребыванием в низшей касте лагерного сообщества, — то все эти догадки построены не на пустом месте. Они основаны на фактах, параллельно и многократно сообщавшихся как самим Л. Н. Гумилёвым, так и его почитателями. Пусть мои пышущие гневом критики сообщат мне, какие из этих фактов неверны или не допускают предъявленную интерпретацию.

Остается еще ответить на наиболее пространный комментарий — он построен на убеждении, что специалисты по предмету (этносу и т. п.) не могут судить о больших проблемах науки (как этногенез), что тут вправе развертывать свои блестящие идеи мыслитель, свободный от обременительных знаний и правил. И в этом, мол, величие таких ученых, как Л. Н. Гумилёв. Увы, блестящие идеи таких мыслителей строят не науку, а мифы.

Лев Клейн

1 http://trv-science.ru/2011/05/10/zagadka-lva-gumilyova/

2 http://trv-science-ru.livejournal.com/77974.html

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

 См. также:

  • О боге Одине и стеариновой свечке24.11.2009 О боге Одине и стеариновой свечке Моя рецензия (весьма, кстати, критическая) на книгу Никонова «Опиум для народа» вызвала залп откликов, вероятно, задев многих за живое.
  • Антинорманизм как проявление «научного патриотизма» — 222.05.2018 Антинорманизм как проявление «научного патриотизма» — 2 Мне не нравится ни тезис генерала Бенкендорфа, ни аргументация министра Мединского (собственно, это одна позиция). Но ни Бенкендорф, ни Клёсов не аргументировали свои декларации. Аргументация — у Мединского. Он выступил не только как лидер, но и как теоретик «научного патриотизма». Чтобы быть вполне объективным, я постараюсь каждый тезис Мединского приводить полностью и лишь затем разбирать…
  • Чашка кофе и школьная грамматика22.05.2018 Чашка кофе и школьная грамматика Концептуальные схемы и наборы понятий, которыми школьная программа обременяет учителей, просто-напросто плохие. Современная школьная грамматика основана на идеях Александра Пешковского — замечательного русского лингвиста начала XX века, автора знаменитой книги «Русский синтаксис в научном освещении». Целью этой книги было поднять на современный (для тогдашнего) времени научный уровень школьное изучение грамматики…
  • Антинорманизм как проявление «научного патриотизма»08.05.2018 Антинорманизм как проявление «научного патриотизма» В бесчисленных откликах читателей на дискуссию по норманнской проблеме в истории Древней Руси можно встретить высказывания, что обе стороны — и норманисты, и антинорманисты — это крайности, увлечения, загибы, а истина где-то посредине. Ныне, в отличие от советского времени, антинорманизм — маргинальное течение, но его исподволь поощряют официозные структуры, а кроме того, ему симпатизирует масса людей, не сведущих в истории…

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: