«Найти и спасти, пока не поздно»: Ольга Ройтенберг и ее «плеяда»

Ю. Щукин. Аттракцион. 1933

Ю. Щукин. Аттракцион. 1933


Ревекка Фрумкина

Ревекка Фрумкина

Ольга Осиповна Ройтенберг (1923−2001) была человеком, необычным во многих отношениях. Обремененная с детства тяжелой болезнью, передвигавшаяся на костылях — в лучшем случае с палкой, — она была подвижна не только духовно и душевно — она и физически была неутомима, если этого требовало ее Дело.

Одним из таких масштабных дел в ее жизни была организация киноклуба при Московском Союзе художников в начале 60-х. (Об этом клубе и вообще о жизни Ольги Осиповны замечательно рассказано в документальном фильме Георгия Староверова [1]).

Главным же делом жизни Ольги Ройтенберг стала ее книга «Неужели кто-то вспомнил, что мы были?..» (М., Галарт, 2008) — открытие неизвестного до тех пор пласта художественной жизни СССР. Заглавием книги послужила реплика художницы Елены Родовой, представительницы этого, казалось бы, канувшего в небытие поколения художников; Ройтенберг любовно называла их «плеядой».

Применительно к книге Ройтенберг слово «открытие» не следует понимать как фигуру речи: Ольга Осиповна действительно открыла и для искусствоведов, и для широкой публики несколько сотен художников, родившихся примерно в 1900 году. Их творчество пришлось на период до 1935 года — потом были известные партийные постановления, репрессии, война… Своей книгой Ройтенберг по существу поставила этому поколению художников памятник aere perennius — увы, сама она не дожила до ее публикации.

О.О. Ройтенберг окончила искусствоведческое отделение филфака МГУ как ученица профессора Б.Р. Виппера, у которого она писала диплом о творчестве голландского художника Франса Гальса, а потом училась в аспирантуре ГМИИ им. А.С. Пушкина и писала диссертацию о творчестве О. Домье.

Как искусствовед Ройтенберг в 1956 году была принята в молодежную секцию МОСХа. Она со свойственной ей энергией и увлеченностью занималась организацией выставок молодых художников, сотрудничала с журналами «Искусство», «Творчество» и «Декоративное искусство СССР», публиковала статьи по истории изобразительного искусства и обзоры выставок современных художников.

Ю. Щукин. Каток

Ю. Щукин. Каток

В 1960-е годы Ольга Осиповна увлеклась кино — но, разумеется, она не могла быть просто зрителем. Со свойственной ей страстью приобщать других людей к близким ей ценностям, она организовала знаменитый киноклуб при Московском доме художника и стала его бессменным председателем. Клуб имел возможности показывать фильмы, не предназначенные для проката, и обсуждать эти фильмы с их создателями (так, в фильме Г. Староверова вы увидите рассказ о встрече с Федерико Феллини и Джульеттой Мазиной). Как руководитель клуба Ройтенберг проводила просмотры и обсуждения лучших отечественных и зарубежных фильмов, представительствовала на форумах и кинофестивалях в России и за рубежом.

В 1962 году в Манеже состоялась знаменитая выставка к 30-летию МОСХ (я писала о ней в ТрВ-Наука, № 34 [2]).

На этой выставке Ройтенберг поразила картина художника Юрия Щукина «Аттракцион». Как истинный человек действия, Ройтенберг начала собирать материал о Щукине — и написала о нем монографию. Книга вышла в 1979 году в «Советском художнике» и получила премию МОСХ (Ройтенберг О. Юрий Щукин. М., 1979). Как это ни странно, текст этой книги о Щукине нашелся в Сети — но почему-то без имени автора [3]. Книга не маленькая, но, даже бегло пролистав ее, невозможно не заинтересоваться творчеством этого художника.

Разыскания Ройтенберг «вокруг Щукина», естественно, повлекли за собой открытие многих мало или вовсе неизвестных имен его современников. Позднее она назовет этих художников «плеядой» и напишет о них вот что:

«Мироощущение этих людей, оказавшихся в итоге жертвами времени, не несло ни геройства, ни жертвенности. Противостояние — в напряженной работе духа, укрепленности внутри, а не вовне. События, лица, дни пережитого в такой плотной концентрации, что на три поколения хватило бы. Бескорыстие и энтузиазм, по нынешним меркам, баснословные. Из рук в руки переданная учителями высокая живописная культура. <…> Всё это вместе взятое — суть искусства плеяды, оставившей нам неотретушированный портрет современной им действительности».

А вот несколько строк из рассказа Ольги Осиповны о ее работе:

«Найти и спасти, пока не поздно, тлевшее в домашних залежах, докопаться до истины по различным свидетельствам — задача номер один. Начались поиски, смахивающие на детектив, в Москве и Ленинграде. Продолжались в 40 городах России от Вологды до Астрахани, на Украине, в Грузии, в Белоруссии, в Армении, в Средней Азии. Если светит хоть полпроцента надежды, что есть где-либо известное понаслышке, даже одна работа, кого ищешь — поедешь и за тридевять земель без командировки. В таких вещах мелочей нет. За этим жизни, судьбы».

Ю. Щукин. Старый Воронеж

Ю. Щукин. Старый Воронеж

Напомню, что об уже написанной, но не изданной книге так пишет женщина 1923 года рождения, инвалид детства, передвигающаяся с трудом, опираясь на палку. Тридцать лет деятельности, и вовсе не в тиши кабинета, -да его у Ройтенберг и не было. Вот что сопровождало процесс ее работы:

«Но уже 31 октября 1977 года мне представился повод познакомить пришедших в Московский Дом художника с 210 работами 80 живописцев и графиков этой плеяды». «Познакомить»!. — мало того, что надо было найти эти работы, а также придать им «выставочный» вид, надо было еще добиться разрешения их выставить.

А вот фрагмент ее книги о Щукине — образец искусствоведческого анализа и характерного для Ройтенберг очень личного стиля письма. Здесь она рассказывает о картине Щукина «Аттракцион»:

«Написать картину для Щукина означало найти синтез изобразительной предметности, образности, конструктивности. Система вклиниваемых друг в друга клеток, прямоугольников, фризов не была умозрительно придумана. Пришла, нашлась неизбежно. Это отжатое до формулы обобщение запомнившегося образа простирающихся вдоль, вглубь, вверх ярмарочных рядов, уставленных игрушками, свистульками, сластями, цветками: тесного, сооруженного из досок балаганчика с неуклюжей квадратоподобной фигурой владельца. Это пространственная схема «всего много» — гомона, мозаичной пестроты праздника.

Ошеломленные эффектным зрелищем, увлеченные ходом сказки, мы, конечно, не фиксируем внимание на соотношении размеров ячеек и фризов, не отдаем себе отчета в том, что длина фризов и вертикальных полос равна, что формат полотна «один к одному» совпадает с форматом полки и пропорциями каждой малой ячейки. И без того есть на что посмотреть. <…>" [4].

Примерно так же, по необходимости — менее подробно, анализируется творчество героев «плеяды» в opus magnum Ройтенберг. Как рассказывает в фильме Г. Староверова искусствовед Галина Ельшевская, Ольга Осиповна как бы не могла остановиться: ее молодые коллеги постоянно должны были вписывать и подклеивать к тексту новые фрагменты.

…Те, кто смолоду читал Тургенева не «по программе», конечно, знают строки: «Только ею, только любовью держится и движется жизнь». Интересно, кто помнит, что это сказано про воробья, защитившего птенца, выпавшего из гнезда?..

  1. www.youtube.com/watch?v=TqYS436Za1w
  2. http://trv-science.ru/2009/08/04/manezh-1962/
  3. http://la-fa.ru/wood/schukin1.html
  4. http://la-fa.ru/wood/schukin136.html

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
 
 

Метки: , , , , ,

 

3 комментария

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Недопустимы спам, оскорбления. Желательно подписываться реальным именем. Аватары - через gravatar.com