Метка: прошлое

«Лите­ра­тур­ный пере­вод как сред­ство куль­тур­ной дипло­ма­тии» — девиз V Меж­ду­на­род­но­го кон­грес­са пере­вод­чи­ков, кото­рый про­хо­дил в Москве с 6 по 8 сен­тяб­ря. Акция «Две мину­ты соли­дар­но­сти» ста­ла лич­ным откли­ком рос­сий­ских пере­вод­чи­ков и их ино­стран­ных кол­лег на поли­ти­че­скую ситу­а­цию в нашей стране.

В исто­рии рос­сий­ской нау­ки закон­чи­лась эпо­ха ФАНО, про­дол­жав­ша­я­ся почти пять лет. В раз­лич­ных интер­вью мож­но услы­шать самые хва­леб­ные (будем наде­ять­ся, что искрен­ние) отзы­вы в адрес ФАНО, как пра­ви­ло, от руко­во­ди­те­лей учре­жде­ний. А я хочу выска­зать свои впе­чат­ле­ния о вре­ме­ни ФАНО с пози­ций про­сто­го науч­но­го сотруд­ни­ка.

К сто­ле­тию со дня рож­де­ния Пав­ла Кога­на его внуч­ка Любовь Сумм изда­ла заме­ча­тель­ную кни­гу — все сти­хи поэта, вклю­чая самые ран­ние, полу­дет­ские, нико­гда не пуб­ли­ко­вав­ши­е­ся; несколь­ко отрыв­ков из вос­по­ми­на­ний; обшир­ные ком­мен­та­рии и после­сло­вие. Очень стран­но зву­чат в этом кон­тек­сте сви­де­тель­ству­ю­щие о ста­ро­сти сло­ва — «сто­ле­тие», «внуч­ка», — пото­му что кни­га совсем не об этом…

27 июля 2018 года ушел из жиз­ни заме­ча­тель­ный рос­сий­ский писа­тель Вла­ди­мир Вой­но­вич (род. 26 сен­тяб­ря 1932). «Толь­ко про­жив мно­го лет, начи­на­ешь все­рьез пони­мать, что жизнь дей­стви­тель­но корот­ка. Жало­вать­ся мне вро­де бы не при­ста­ло. От сво­ей длин­но­ко­рот­кой жиз­ни я полу­чил гораз­до боль­ше того, чего ожи­дал вна­ча­ле. Но, может быть, мень­ше того, на что был рас­счи­тан», — заме­тил он в одной из послед­них сво­их книг («Авто­порт­рет. Роман моей жиз­ни»). Пуб­ли­ку­ем несколь­ко выдер­жек из его интер­вью и ста­тей, а так­же сло­ва памя­ти от его почи­та­те­лей.

22 июля 1968 года одна из самых вли­я­тель­ных в мире газет New York Times опуб­ли­ко­ва­ла ста­тью совет­ско­го физи­ка Андрея Саха­ро­ва «Раз­мыш­ле­ния о про­грес­се, мир­ном сосу­ще­ство­ва­нии и интел­лек­ту­аль­ной сво­бо­де». Сопро­вож­дал пуб­ли­ка­цию ком­мен­та­рий, оза­глав­лен­ный «Искрен­ний совет­ский уче­ный». Пуб­ли­ка­ция ста­ла миро­вым собы­ти­ем…

30 мая 2018 года в Доме рус­ско­го зару­бе­жья им. Алек­сандра Сол­же­ни­цы­на состо­я­лась цере­мо­ния вру­че­ния пре­мии «ЛибМиссия»-2018. В номи­на­ции «Пуб­ли­ци­сти­ка» лау­ре­а­том стал фило­лог, про­фес­сор РАН Андрей Дес­ниц­кий за серию пуб­ли­ка­ций в веду­щих СМИ. Пуб­ли­ку­ем ста­тью Андрея о его несколь­ких ипо­ста­сях в жиз­ни и нау­ке.

31 мая 2018 года испол­ни­лось 70 лет лау­ре­а­ту Нобе­лев­ской пре­мии Свет­лане Алек­си­е­вич. Пуб­ли­ку­ем поздрав­ле­ние в ее адрес от Ассо­ци­а­ции «Сво­бод­ное сло­во».

50 лет назад, в мае 1968 года, ака­де­мик Андрей Саха­ров, физик-тео­ре­тик и «отец» совет­ской водо­род­ной бом­бы, шаг­нул из закры­то­го мира совет­ско­го ВПК в откры­тый мир чело­ве­че­ства, что­бы отве­сти угро­зу само­убий­ствен­ной ракет­но-ядер­ной вой­ны. 21 мая Андрею Дмит­ри­е­ви­чу испол­ни­лось бы 97 лет…

Мне не нра­вит­ся ни тезис гене­ра­ла Бен­кен­дор­фа, ни аргу­мен­та­ция мини­стра Медин­ско­го (соб­ствен­но, это одна пози­ция). Но ни Бен­кен­дорф, ни Клё­сов не аргу­мен­ти­ро­ва­ли свои декла­ра­ции. Аргу­мен­та­ция — у Медин­ско­го. Он высту­пил не толь­ко как лидер, но и как тео­ре­тик «науч­но­го пат­ри­о­тиз­ма». Что­бы быть вполне объ­ек­тив­ным, я поста­ра­юсь каж­дый тезис Медин­ско­го при­во­дить пол­но­стью и лишь затем раз­би­рать…

Пред­ставь­те себе, что вам что-то потре­бо­ва­лось. Как вы буде­те дей­ство­вать? Еду вы возь­ме­те в холо­диль­ни­ке, мага­зине, сто­ло­вой, лесу; люби­мую жен­щи­ну — у теле­фо­на (дого­во­рив­шись о встре­че); доро­го­го началь­ни­ка — его брать не надо, сам возь­мет. Все осталь­ное, кро­ме началь­ни­ка и зар­пла­ты, кото­рые при­хо­дят сами (но вто­рая — реже), на рабо­те надо брать. Для бра­нья суще­ству­ет метод…

Вре­мя от вре­ме­ни бывая в Москве, я каж­дый раз непре­мен­но при­ез­жаю в гости к сво­е­му учи­те­лю — Евге­нию Льво­ви­чу Вой­скун­ско­му. Риту­ал не меня­ет­ся чет­верть века: рюмоч­ка конья­ка, креп­кий чер­ный кофе, бутер­бро­ды, но глав­ное — раз­го­во­ры, неспеш­ные бесе­ды о глав­ном. 9 апре­ля 2018 года Евге­нию Льво­ви­чу испол­ни­лось 96 лет. Мы рас­смат­ри­ва­ли заме­ча­тель­ные иллю­стра­ции — ста­рые, совет­ских вре­мен, и новые, нари­со­ван­ные спе­ци­аль­но для это­го изда­ния. И, конеч­но, вспо­ми­на­ли…

— Хва­тит! Пора валить из Вер­хуш­ки к жмо­рам дры­нё­вым! — выпа­лил в про­стран­ство Зуар Грынь. В ответ вспых­ну­ла искор­ка­ми стай­ка люми­не­ток, да про­ка­ти­лось глу­хое эхо, отра­жен­ное от скал. — Жаль, конеч­но, что роди­тель будет огор­чен, он столь­ко сил при­ло­жил, что­бы при­стро­ить меня в эту элит­ную дыру.

Внут­ри ста­туи Ген­ри­ха IV, кото­рая сто­ит на Новом мосту с 1818 года, хра­нят­ся лите­ра­тур­ные про­из­ве­де­ния про­ти­во­по­лож­ной поли­ти­че­ской направ­лен­но­сти. При рестав­ра­ции памят­ни­ка в брю­хе коня обна­ру­жи­ли четы­ре дере­вян­ные короб­ки, обши­тые свин­цо­вы­ми пла­стин­ка­ми, где хра­ни­лась целая «биб­лио­те­ка роя­ли­ста», в том чис­ле меда­ли с эпи­зо­да­ми жиз­ни коро­ля и поэ­ма Воль­те­ра «Ген­ри­а­да»…

В 1911 году в селе Боло­гое про­изо­шел один из самых страш­ных пожа­ров в Рос­сий­ской импе­рии. В резуль­та­те воз­го­ра­ния кино­ап­па­ра­та в пере­пол­нен­ном зале погиб­ло более ста чело­век. Тра­ге­дия ста­ла широ­ко извест­на, потряс­ла рос­сий­ское обще­ство и навсе­гда изме­ни­ла кино­те­ат­ры. При­чи­ны ката­стро­фы были типич­ны — боль­шое коли­че­ство людей в одном поме­ще­нии, огне­опас­ные мате­ри­а­лы и отсут­ствие выхо­дов.

30–31 мар­та 2018 года в Мос­ков­ской выс­шей шко­ле соци­аль­ных и эко­но­ми­че­ских наук (Шанин­ке) состо­ял­ся юби­лей­ный, XXV сим­по­зи­ум «Пути Рос­сии». На нем про­зву­ча­ло мно­го инте­рес­ных докла­дов, в част­но­сти выступ­ле­ние канд. филос. наук, спе­ци­а­ли­ста по тео­рии исто­рии Андрея Олей­ни­ко­ва (РАН­ХиГС). Пред­став­ля­ем его тези­сы ваше­му вни­ма­нию.

Осе­нью 2017 года в Прин­стоне, не дожив до 52 лет, ушел из жиз­ни выда­ю­щий­ся мате­ма­тик, лау­ре­ат Фил­дсов­ской пре­мии Вла­ди­мир Вое­вод­ский. О том, какую мате­ма­ти­ку оста­вил после себя Вла­ди­мир Алек­сан­дро­вич, Оль­га Орло­ва рас­спра­ши­ва­ла спе­ци­а­ли­ста по алгеб­ра­и­че­ской гео­мет­рии, про­фес­со­ра РГГУ и Неза­ви­си­мо­го мос­ков­ско­го уни­вер­си­те­та, докт. физ.-мат. наук Геор­гия Шаба­та.

Ири­на Ост­ров­ская, исто­рик, хра­ни­тель архи­ва Меж­ду­на­род­но­го обще­ства «Мемо­ри­ал», одна из авто­ров-соста­ви­те­лей кни­ги «Знак не сотрет­ся. Судь­бы остар­бай­те­ров в пись­мах, вос­по­ми­на­ни­ях и уст­ных рас­ска­зах», — о том, как созда­ва­лась кни­га, став­шая лау­ре­а­том пре­мии «Про­све­ти­тель-2017», что жда­ло остар­бай­те­ров на родине и кто обра­ща­ет­ся в «Мемо­ри­ал» сего­дня. Бесе­до­ва­ла Алек­сандра Подоль­ская.

В кон­це 2017 года уси­ли­я­ми изда­тель­ства «Новое лите­ра­тур­ное обо­зре­ние», про­ек­та Arzamas и Воль­но­го исто­ри­че­ско­го обще­ства в новой серии «Что такое Рос­сия» вышла кни­га исто­ри­ка Евге­ния Ани­си­мо­ва «Пётр I. Бла­го или зло для Рос­сии?». Кни­га напи­са­на в фор­ме диа­ло­га меж­ду Почи­та­те­лем и Недоб­ро­же­ла­те­лем импе­ра­то­ра. Про­фес­сор Ани­си­мов игра­ет за обе сто­ро­ны попе­ре­мен­но…

Циф­ро­вая рево­лю­ция транс­фор­ми­ру­ет мир, а зна­чит, нам при­дет­ся учить­ся жить по-ново­му, еще не извест­ным чело­ве­че­ству спо­со­бом. К чему нам гото­вить­ся и чему учить новое поко­ле­ние, непо­хо­жее на все преж­ние, рас­ска­зал Алек­сандр Пет­ро­вич Куле­шов, рек­тор Скол­те­ха, ака­де­мик РАН, мате­ма­тик, про­фес­сор и дедуш­ка вну­ка-цен­те­ни­а­ла.

Пул­ков­ская обсер­ва­то­рия откры­лась в 1839 году. Позд­нее мно­гие пул­ков­ские аст­ро­но­мы были обви­не­ны в уча­стии в «фашист­ской троц­кист­ско-зино­вьев­ской тер­ро­ри­сти­че­ской орга­ни­за­ции». Во вре­мя ВОв часть сотруд­ни­ков ушла на фронт, часть была эва­ку­и­ро­ва­на в Таш­кент. Вновь обсер­ва­то­рия откры­лась лишь в мае 1954 года. К это­му вре­ме­ни и отно­сит­ся нача­ло вос­по­ми­на­ний о рабо­те веду­ще­го кон­струк­то­ра Пул­ков­ской обсер­ва­то­рии Юрия Стре­лец­ко­го.

В минув­шем году во мно­гих стра­нах мира отме­ча­лось 100-летие рос­сий­ской рево­лю­ции. Каким этот юби­лей стал в нашей стране для уче­ных-исто­ри­ков, обще­ства, госу­дар­ства? Эти­ми вопро­са­ми зада­ва­лись участ­ни­ки круг­ло­го сто­ла «Раз­мыш­ляя над науч­ны­ми ито­га­ми „юби­лей­но­го“ года», состо­яв­ше­го­ся 6 фев­ра­ля 2018 года в меж­ду­на­род­ном «Мемо­ри­а­ле» в Москве.

Навер­ное, ни один ино­стран­ный уче­ный не ока­зал тако­го вли­я­ния на раз­ви­тие моле­ку­ляр­ной био­ло­гии в СССР, как про­фес­сор Мас­са­чу­сет­ско­го тех­но­ло­ги­че­ско­го инсти­ту­та Алек­сандр Рич. Он был пат­ри­ар­хом моле­ку­ляр­ной био­ло­гии, при­над­ле­жал к горст­ке людей, сто­яв­ших у самых ее исто­ков. Все зва­ли его про­сто Алекс, и я буду сле­до­вать этой тра­ди­ции. Ска­зать, что я хоро­шо знал Алек­са, зна­чит ниче­го не ска­зать…

В самом кон­це 2017 года «Новое лите­ра­тур­ное обо­зре­ние» выпу­сти­ло кни­гу про­фес­со­ра Гар­вард­ско­го уни­вер­си­те­та Робер­та Дарн­то­на под назва­ни­ем «Цен­зо­ры за рабо­той. Как госу­дар­ство фор­ми­ру­ет лите­ра­ту­ру». Эта кни­га рас­ска­зы­ва­ет в хро­но­ло­ги­че­ском поряд­ке о рабо­те цен­зу­ры в коро­лев­ской Фран­ции в XVIII веке, в коло­ни­аль­ной Индии в XIX и в ГДР в кон­це XX века.

Обсуж­де­ние в соци­аль­ных сетях и в СМИ отзы­ва про­кат­но­го удо­сто­ве­ре­ния у бри­тан­ско­го филь­ма «Смерть Ста­ли­на», поис­ки хотя бы какой-то его копии в Сети и обсуж­де­ние лен­ты теми, кто ее уже посмот­рел, вновь сде­ла­ли акту­аль­ны­ми вос­по­ми­на­ния о мар­те 1953 года. Пуб­ли­ку­ем рас­сказ Ревек­ки Фрум­ки­ной, тогда 21-лет­ней сту­дент­ки, о собы­ти­ях того вре­ме­ни, кото­ры­ми она поде­ли­лась на сай­те «05÷03÷53».

Пуб­ли­ку­ем авто­ри­зо­ван­ный пере­вод на рус­ский интер­вью фран­цуз­ско­го жур­на­ли­ста Фаб­ри­са Деп­ре (Fabrice Deprez) с про­фес­со­ром Львом Клей­ном, запи­сан­ное в нояб­ре 2017 года и вышед­шее на интер­нет-пор­та­ле Le Grand Continent.

Испол­ни­лось сто лет со дня созда­ния в Москве Инсти­ту­та экс­пе­ри­мен­таль­ной био­ло­гии, руко­во­ди­мо­го Н. К. Коль­цо­вым. Экс­пе­ри­мен­ты это­го иссле­до­ва­те­ля при­ве­ли к откры­ти­ям миро­во­го мас­шта­ба. До него уче­ные счи­та­ли, что клет­ки при­ни­ма­ют свою фор­му в зави­си­мо­сти от осмо­ти­че­ско­го дав­ле­ния содер­жа­щих­ся в них веществ…

16 янва­ря 2018 года в Москве состо­ял­ся науч­ный семи­нар Цен­тра иссле­до­ва­ний совре­мен­ной куль­ту­ры ИГИТИ и науч­но-учеб­ной груп­пы «Participatory culture: сооб­ще­ства и прак­ти­ки». На нем высту­пи­ла социо­лог Дарья Хлев­нюк с докла­дом «Реги­о­наль­ные музей­ные экс­по­зи­ции, посвя­щен­ные совет­ским репрес­си­ям: попыт­ка типо­ло­ги­за­ции». ТрВ-Нау­ка пуб­ли­ку­ет основ­ные тези­сы про­зву­чав­ше­го выступ­ле­ния.

Уточ­нен­ная по ауди­о­за­пи­си речь А. А. Зализ­ня­ка на цере­мо­нии вру­че­ния ему Лите­ра­тур­ной пре­мии Алек­сандра Сол­же­ни­цы­на. Цере­мо­ния состо­я­лась 16 мая 2007 года в биб­лио­те­ке-фон­де «Рус­ское Зару­бе­жье».

«Я бла­го­да­рю Алек­сандра Иса­е­ви­ча Сол­же­ни­цы­на и всё сол­же­ни­цын­ское жюри за вели­кую честь, кото­рой я удо­сто­ен. В то же вре­мя не могу не при­знать­ся, что эта награ­да вызы­ва­ет у меня не одни толь­ко при­ят­ные чув­ства, но и боль­шое сму­ще­ние. А после того, что я сего­дня наслу­шал­ся, я даже несколь­ко подав­лен…»

12 декаб­ря 2017 года Андрей Ана­то­лье­вич Зализ­няк про­чел в Инсти­ту­те сла­вя­но­ве­де­ния РАН доклад о бере­стя­ных гра­мо­тах, най­ден­ных в про­шед­шем сезоне; 16 декаб­ря он про­вел заня­тие со сту­ден­та­ми МГУ по исто­ри­че­ской акцен­то­ло­гии рус­ско­го язы­ка; 24 декаб­ря его не ста­ло. Неожи­дан­ность его ухо­да поверг­ла всё науч­ное сооб­ще­ство в глу­бо­кую скорбь, сме­шан­ную с оби­дой и чув­ством про­те­ста.

Мемов, без зна­ния кото­рых, каза­лось, нам ни за что не понять друг дру­га, не отыс­кать уже днем с огнем. Но наи­бо­лее памят­ли­вые из нас эти сло­ва соби­ра­ют, самые дотош­ные пишут для них дефи­ни­ции. И про­шлое не исче­за­ет. Упа­ко­ван­ное в нео­ло­гиз­мы, оно все­гда под рукой. Есть ли более эко­ном­ный спо­соб — вспом­нить, рас­ска­зать, поды­то­жить?

А. Н. Фрум­кин при­ни­ма­ет уча­стие в съем­ках в ЛАФОКИ в кон­це 1930-х годов. В этот пери­од он дей­стви­тель­ный член Ака­де­мии наук СССР. Съем­ку выпол­ня­ет М. С. Нап­пель­ба­ум. Точ­ная дата изго­тов­ле­ния это­го фото­порт­ре­та ста­ла извест­на в 2012 году, когда в домаш­нем архи­ве ака­де­ми­ка был обна­ру­жен отпе­ча­ток неболь­шо­го раз­ме­ра этой фото­гра­фии…

В кон­це про­шло­го года почти одно­вре­мен­но про­изо­шло несколь­ко важ­ных изме­не­ний в рас­сле­до­ва­нии по уго­лов­но­му делу кра­е­ве­да, пуб­ли­ци­ста, пред­се­да­те­ля карель­ско­го отде­ле­ния обще­ства «Мемо­ри­ал» Юрия Дмит­ри­е­ва. Повтор­ное иссле­до­ва­ние не выяви­ло при­зна­ков пор­но­гра­фии в сним­ках его несо­вер­шен­но­лет­ней при­ем­ной доче­ри Ната­ши…

Юрий Мар­ко­вич Васи­льев скон­чал­ся 30 июня 2017 года. 26 нояб­ря ему бы испол­ни­лось 89 лет. Он был выда­ю­щим­ся уче­ным и учи­те­лем. Мы пуб­ли­ку­ем вос­по­ми­на­ния его кол­лег, уче­ни­ков и дру­зей.

В совре­мен­ном романе память нико­гда не быва­ет есте­ствен­ной или куль­тур­ной дан­но­стью; напро­тив, она столь же неуло­ви­ма и при этом столь же необ­хо­ди­ма, как исти­на. Два рома­на, вышед­шие в послед­нее вре­мя, пока­зы­ва­ют, как память не толь­ко вос­кре­са­ет, но и про­дол­жа­ет­ся после вос­кре­се­ния.

Кни­га Миха­и­ла Зыга­ря о кру­ше­нии Рос­сий­ской импе­рии — одна из самых ожи­да­е­мых нови­нок этой осе­ни. В пре­ди­сло­вии автор пре­ду­пре­жда­ет чест­но, что он жур­на­лист, а не исто­рик. Метод повест­во­ва­ния выбран сво­бод­ный…

Спе­ци­а­ли­сты под руко­вод­ством про­фес­со­ра Лава Дале­на из Швед­ско­го музея есте­ствен­ной исто­рии выде­ли­ли ДНК из раз­роз­нен­ных остан­ков шер­сти­стых мамон­тов, кото­рые собра­ли в раз­ных рай­о­нах Сиби­ри, и опре­де­ли­ли пол живот­ных. Из 98 мамон­тов 66 ока­за­лись сам­ца­ми и 29 — сам­ка­ми. Уче­ные заду­ма­лись о при­чине это­го фено­ме­на…

Заду­мы­вать­ся над тем, что­бы напи­сать кни­гу об исто­рии созда­ния атом­ной бом­бы и о полу­че­нии совет­ски­ми шпи­о­на­ми аме­ри­ка­но-бри­тан­ских сек­ре­тов созда­ния такой бом­бы, я начал, еще живя в СССР. Несколь­ко при­чин под­толк­ну­ли меня к этой мыс­ли. Я знал лич­но мно­гих веду­щих физи­ков, рабо­тав­ших в совет­ском атом­ном про­ек­те. Мой стар­ший брат был физи­ком-ядер­щи­ком. Я сам волею судь­бы неожи­дан­но в 1957 году позна­ко­мил­ся с круп­ней­шим совет­ским физи­ком-тео­ре­ти­ком, буду­щим нобе­лев­ским лау­ре­а­том ака­де­ми­ком И. Е. Там­мом, несколь­ко лет тру­див­шим­ся в кол­лек­ти­ве раз­ра­бот­чи­ков совет­ско­го атом­но­го ору­жия.

Рецен­зия чле­на сове­та Воль­но­го исто­ри­че­ско­го обще­ства Ники­ты Соко­ло­ва на кни­гу Ива­на Курил­лы «Исто­рия, или Про­шлое в насто­я­щем» — фина­ли­ста пре­мии «Про­све­ти­тель».
«Если попы­тать­ся одним сло­вом обо­зна­чить глав­ное досто­ин­ство кни­ги Ива­на Ива­но­ви­ча Курил­лы, то сле­ду­ет ска­зать, что она в выс­шей сте­пе­ни свое­вре­мен­на.
И в том смыс­ле, что она при­дет­ся кста­ти всем участ­ни­кам иду­щей в рос­сий­ском обще­стве поле­ми­ки о суще­стве и содер­жа­нии рос­сий­ской исто­рии и памя­ти.
И в том более важ­ном смыс­ле, что она дает чита­те­лю в сжа­том и ясном виде общее пред­став­ле­ние о совре­мен­ном состо­я­нии исто­ри­че­ской нау­ки, о кото­рой в непро­фес­си­о­наль­ной сре­де быту­ют поня­тия весь­ма смут­ные и по боль­шей части глу­бо­ко арха­и­че­ские. Даже лиде­ры обще­ствен­но­го мне­ния не счи­та­ют зазор­ным опе­ри­ро­вать исто­ри­че­ски­ми моде­ля­ми эпо­хи Нико­лая Карам­зи­на, и лишь немно­гие про­дви­га­ют­ся до мето­до­ло­ги­че­ских нова­ций Васи­лия Клю­чев­ско­го. Совер­шив­ши­е­ся в исто­ри­че­ской нау­ке в сле­ду­ю­щие пол­то­ра сто­ле­тия важ­ней­шие мета­мор­фо­зы широ­кой рос­сий­ской пуб­ли­ке прак­ти­че­ски неиз­вест­ны»…

В вос­кре­се­нье, 12 нояб­ря 2017 года, в 14:00 в мос­ков­ской биб­лио­те­ке № 209 им. А. Н. Тол­сто­го (Куту­зов­ский про­спект, 24, м. «Сту­ден­че­ская») состо­ит­ся вечер памя­ти писа­тель­ни­цы Еле­ны Ржев­ской (27.10.1919 — 25.04.2017).

Рецен­зия пере­вод­чи­ка Любо­ви Сумм на кни­гу Ива­на Курил­лы «Исто­рия, или Про­шлое в насто­я­щем» (СПб.: Изд-во ЕУСПб) — фина­ли­ста пре­мии «Про­све­ти­тель».

Пре­рвав отпуск на похо­ро­ны одно­курс­ни­ка, я вер­нул­ся в Моск­ву и с ходу нарвал­ся на «оче­редь» непред­ска­зу­е­мо­го меж­го­ро­да. Зво­ни­ла незна­ко­мая жен­щи­на из Витеб­ска. «Вы мой дядя» — таков был при­мер­ный посыл ее обра­ще­ния. По пер­во­сти я оша­лел от тако­го вступ­ле­ния. Почув­ство­вав мое недо­уме­ние, она пояс­ни­ла, что клю­че­вым сло­вом наше­го раз­го­во­ра долж­но стать сло­во «Горваль».
Неко­то­рое вре­мя назад мне уда­лось рас­сек­ре­тить лич­ное дело отца (на это ушло четы­ре года, и в кон­це кон­цов я выку­пил (!) его ксе­ро­ко­пию), погра­нич­ни­ка, погиб­ше­го 23 фев­ра­ля 1942 года под Мур­ман­ском. Поэто­му про­зву­чав­ший в труб­ке пароль «Горваль» мгно­вен­но раз­ве­ял мои сомне­ния отно­си­тель­но зво­нив­шей род­ствен­ни­цы…

Круг­лые даты все­гда при­вле­ка­ют вни­ма­ние к собы­ти­ям про­шло­го, и 80-летие нача­ла Боль­шо­го тер­ро­ра в этом году не ста­ло исклю­че­ни­ем. Но, к сожа­ле­нию, не все могут при­нять исто­ри­че­скую прав­ду, пред­по­чи­тая при­укра­шать про­шлое сво­ей стра­ны. Репрес­сии ста­ли одним из таких кам­ней пре­ткно­ве­ния. Сто­рон­ни­кам совет­ско­го строя, поклон­ни­кам Ста­ли­на, да про­сто «пат­ри­о­там» раз­ных мастей нелег­ко при­знать, что госу­дар­ствен­ная маши­на похо­дя и совер­шен­но бес­смыс­лен­но уби­ла сот­ни тысяч граж­дан, а мил­ли­о­ны неви­нов­ных под­верг­ла нака­за­ни­ям. Это поро­ди­ло целое тече­ние, отри­ца­ю­щее репрес­сии, во мно­гих чер­тах сход­ное с реви­зи­о­низ­мом — отри­ца­ни­ем холо­ко­ста. Не буду обсуж­дать мне­ния совер­шен­но ото­рван­ных от реаль­но­сти авто­ров, утвер­жда­ю­щих, что репрес­сий вооб­ще не было, что все све­де­ния о мас­со­вых рас­стре­лах и лаге­рях — наг­лые выдум­ки анти­со­вет­чи­ков. Обра­щу вни­ма­ние на тех, кто, пыта­ясь сохра­нить хоть какую-то види­мость науч­но­сти, вынуж­ден при­зна­вать опуб­ли­ко­ван­ные в источ­ни­ках и иссле­до­ва­ни­ях дан­ные…

Исто­ри­че­ская нау­ка, как и любая нау­ка, вне узких наци­о­наль­ных инте­ре­сов. А в дан­ном слу­чае идет сме­ше­ние нау­ки с идео­ло­ги­ей. Цель исто­рии как науч­но­го зна­ния, гово­ря Ваши­ми сло­ва­ми, «с точ­ки зре­ния абстракт­но­го» — в выяв­ле­нии фак­тов, в их интер­пре­та­ции. А как всё это будет слу­жить наци­о­наль­ным инте­ре­сам — это уже дело госу­дар­ствен­ных мужей, но никак не исто­ри­ков.

Важ­ную роль в собы­ти­ях в Мьян­ме — не нынеш­них, а про­ис­хо­див­ших око­ло трид­ца­ти лет назад — сыг­ра­ли банк­но­ты очень стран­ных, по край­ней мере для деся­тич­ной систе­мы, номи­на­лов: 35, 45, 75 и 95 кьят. Эта исто­рия пред­став­ля­ет­ся осо­бен­но поучи­тель­ной в све­те нынеш­ней попу­ляр­но­сти аст­ро­ло­гии и нуме­ро­ло­гии. Нач­нем с 1946 года. Закон­чи­лась япон­ская окку­па­ция, закон­чи­лась Вто­рая миро­вая вой­на, и вос­ста­нов­лен­ная коло­ни­аль­ная адми­ни­стра­ция отпе­ча­та­ла банк­но­ты, заме­нив­шие окку­па­ци­он­ные япон­ские день­ги. Вско­ре, в самом нача­ле 1948 года, Бир­ма полу­чи­ла неза­ви­си­мость и отпе­ча­та­ла первую серию соб­ствен­ных банк­нот, номи­ни­ро­ван­ных, как и коло­ни­аль­ные пред­ше­ствен­ни­ки, в рупи­ях. Совре­мен­ный бир­ман­ский кьят был вве­ден в обра­ще­ние в 1952 году; обмен на рупии про­хо­дил в соот­но­ше­нии 1:1. Вве­ден­ная систе­ма была обыч­ная, деся­тич­ная: один кьят при­рав­ни­ва­ет­ся к 100 пиа. Сна­ча­ла всё было тра­ди­ци­он­но. Пер­вые банк­но­ты в кья­тах (1, 5, 10, 20, 50, 100 кьят) были напе­ча­та­ны в 1958 году, их дизайн прак­ти­че­ски не изме­нил­ся, толь­ко впер­вые на день­гах появил­ся порт­рет героя борь­бы за неза­ви­си­мость гене­ра­ла Аун Сана (ров­но на том месте, где в коло­ни­аль­ные вре­ме­на был порт­рет англий­ско­го коро­ля Геор­га V).

Изда­тель­ство «Аль­пи­на нон-фикшн» выпу­сти­ло пере­вод кни­ги англий­ско­го исто­ри­ка Джо­на­та­на Хар­ри­са «The lost world of Byzantium», рус­ский вари­ант — «Визан­тия. Исто­рия исчез­нув­шей импе­рии». Впер­вые кни­га вышла в изда­тель­стве Yale University Press в 2015 году. Автор — про­фес­сор кафед­ры исто­рии и Инсти­ту­та элли­низ­ма в Коро­лев­ском кол­ле­дже Хол­лоуэй Уни­вер­си­те­та Лон­до­на. На сай­те кол­ле­джа в его спис­ке пуб­ли­ка­ций 126 пунк­тов. На мой взгляд, кни­га пол­но­стью соот­вет­ству­ет наме­ре­ни­ям, заяв­лен­ным в пре­ди­сло­вии: «Глав­ное, что мне хоте­лось понять: каким обра­зом Визан­тия про­су­ще­ство­ва­ла так дол­го, несмот­ря на все потря­се­ния и втор­же­ния, кото­рые ей дове­лось пере­жить, и поче­му в кон­це кон­цов исчез­ла столь бес­след­но». В 386 стра­ниц автор акку­рат­но и изящ­но упа­ко­вал исто­рию тыся­че­лет­не­го цар­ства (330‑1453) в light-вер­сии с при­ме­ра­ми, пояс­не­ни­я­ми, анек­до­та­ми и даже встав­ны­ми новел­ла­ми. В этом уме­нии объ­яс­нять явле­ния, устро­ен­ные слож­но, чув­ству­ет­ся боль­шой пре­по­да­ва­тель­ской опыт, укра­шен­ный искрен­ним увле­че­ни­ем пред­ме­том и отсут­стви­ем обид­ной снис­хо­ди­тель­но­сти к менее про­све­щен­ным бра­тьям по разу­му. К тому же Хар­рис пишет ясным, сжа­тым, но не сухим сло­гом. Повест­во­ва­ние дви­жет­ся стре­ми­тель­но, а мастер­ство рас­сказ­чи­ка удер­жи­ва­ет вни­ма­ние чита­те­ля при оби­лии пер­со­на­жей.

Гер­берт Бейтс (Herbert Ernest Bates; 1905–1974) — заме­ча­тель­ный англий­ский писа­тель, мастер новел­лы, автор несколь­ких хоро­ших рома­нов. В Англии он более все­го любим как созда­тель цик­ла рас­ска­зов о «папа­ше Лар­кине» и его семей­стве. Бейт­са ино­гда отно­сят к «малым клас­си­кам» англий­ской лите­ра­ту­ры, — это опре­де­ле­ние доволь­но удач­но пере­да­ет его место в пан­теоне англий­ских про­за­и­ков: доста­точ­но про­чи­тать несколь­ко сбор­ни­ков его рас­ска­зов. Про­за Бейт­са про­зрач­на и обман­чи­во про­ста, — этим англий­ский писа­тель ино­гда напо­ми­на­ет Чехо­ва, с кото­рым сами англи­чане его посто­ян­но срав­ни­ва­ют.

Нака­нуне 1 сен­тяб­ря мы обра­ти­лись к нашим посто­ян­ным авто­рам с прось­бой поде­лить­ся сво­и­ми мыс­ля­ми и чув­ства­ми о пред­сто­я­щем учеб­ном годе. Анна Мура­до­ва, канд. филол. наук, ст. науч. сотр. Инсти­ту­та язы­ко­зна­ния РАН: Насту­па­ет новый учеб­ный год, и мне, как и любо­му пре­по­да­ва­те­лю, пора думать, как постро­ить оче­ред­ной курс лек­ций, что­бы они были вос­при­ня­ты два­дца­ти­лет­ни­ми сту­ден­та­ми. Любовь Бору­сяк, социо­лог, доцент факуль­те­та ком­му­ни­ка­ций, медиа и дизай­на НИУ ВШЭ: Перед нача­лом учеб­но­го года все­гда немно­го вол­ну­юсь. Каж­дый новый курс немно­го отли­ча­ет­ся от преды­ду­щих…

Дис­сер­та­ци­он­ный совет по исто­ри­че­ским нау­кам Бел­го­род­ско­го госу­дар­ствен­но­го наци­о­наль­но­го иссле­до­ва­тель­ско­го уни­вер­си­те­та отка­зал­ся лишать сте­пе­ни док­то­ра исто­ри­че­ских наук мини­стра куль­ту­ры Вла­ди­ми­ра Медин­ско­го. На засе­да­нии из 25 чле­нов дис­со­ве­та при­сут­ство­ва­ли 23 чело­ве­ка. 19 участ­ни­ков сове­та про­го­ло­со­ва­ли про­тив лише­ния мини­стра сте­пе­ни, трое воз­дер­жа­лись. Ста­тья «Инте­рес­ная исто­рия» Медин­ско­го в защи­ту дис­сер­та­ции и сво­е­го под­хо­да к изу­че­нию исто­рии, опуб­ли­ко­ван­ная в «Рос­сий­ской газе­те», поми­мо все­го про­че­го, под­ни­ма­ет вопрос исто­ри­че­ских мифов и важ­но­сти их для обще­ства.

80 лет назад, 15 июля 1937 года, был тор­же­ствен­но открыт канал Москва — Вол­га, постро­ен­ный бук­валь­но на костях заклю­чен­ных. При­ну­ди­тель­ный труд уже дав­но во всем мире при­знан эко­но­ми­че­ски невы­год­ным. Одна­ко в Рос­сии до сих пор есть люди, кото­рые спо­рят о том, был ли Ста­лин эффек­тив­ным мене­дже­ром. Мож­но ли это посчи­тать по гам­бург­ско­му сче­ту? Об этом Оль­га Орло­ва, веду­щая Обще­ствен­но­го теле­ви­де­ния Рос­сии, спро­си­ла зав. кафед­рой исто­ри­че­ской инфор­ма­ти­ки исто­ри­че­ско­го факуль­те­та МГУ, чл.-корр. РАН Лео­ни­да Бород­ки­на. Пуб­ли­ку­ем авто­ри­зо­ван­ную рас­шиф­ров­ку интер­вью.

Я не была зна­ко­ма с Андре­ем Яко­вле­ви­чем Сер­ге­е­вым (1933–1998). Но мы при­над­ле­жа­ли к одно­му поко­ле­нию «мос­ков­ских фило­ло­гов» и, что более важ­но, к поко­ле­нию мос­ков­ских «детей вой­ны» (я стар­ше Сер­ге­е­ва на два года). Оди­на­ко­вое «устро­е­ние» повсе­днев­ной жиз­ни, сход­ство быта и досу­га, доступность/​недоступность при­мер­но одних и тех же книг, филь­мов и грам­пла­сти­нок; общие «дет­ские» радио­пе­ре­да­чи со слад­ко­го­ло­сым Нико­ла­ем Лит­ви­но­вым; при­стра­стие к мага­зи­ну «Ноты» на Неглин­ной, вол­шеб­ство кото­ро­го отнюдь не сво­ди­лось к покуп­ке нот…

Аль­берт Эйн­штейн, кото­ро­го мно­гие счи­та­ют самым выда­ю­щим­ся уче­ным всех вре­мен и наро­дов; созда­тель тео­рии отно­си­тель­но­сти, пере­вер­нув­ший все пред­став­ле­ния о вре­ме­ни и про­стран­стве; Эйн­штейн, с работ кото­ро­го нача­лась атом­ная эра в исто­рии чело­ве­че­ства, в кон­це жиз­ни ока­зал­ся в пол­ной интел­лек­ту­аль­ной изо­ля­ции, нико­му не нуж­ный и не инте­рес­ный. Как такое мог­ло про­изой­ти, какие ошиб­ки вели­ко­го физи­ка при­ве­ли к столь печаль­но­му фина­лу? Об этом — новая кни­га извест­но­го аме­ри­кан­ско­го писа­те­ля, лау­ре­а­та мно­же­ства лите­ра­тур­ных пре­мий, авто­ра бест­сел­ле­ров «E = mc2. Био­гра­фия само­го зна­ме­ни­то­го урав­не­ния в мире» и «Элек­три­че­ская Все­лен­ная», пере­ве­ден­ных на 26 язы­ков мира, Дэви­да Бода­ни­са (David Bodanis, 2016). Пуб­ли­ку­ем отрыв­ки из пере­во­да этой кни­ги, вышед­ше­го в изда­тель­стве «Лабо­ра­то­рия зна­ний».

Древ­не­рус­ская ико­на была вновь откры­та доволь­но позд­но по мер­кам рус­ской куль­ту­ры: про­грамм­ная рабо­та Евге­ния Тру­бец­ко­го «Умо­зре­ние в крас­ках» вышла в 1916 году, а рабо­ты Фло­рен­ско­го созда­ва­лись после рево­лю­ции. Но пóзд­нее откры­тие глу­бо­ко­го сим­во­лиз­ма ико­ны стран­но кон­тра­сти­ру­ет с тем, как широ­ко сим­во­ли­ка ико­ны исполь­зо­ва­лась в про­па­ган­де боль­ше­ви­ков. Рус­ский исто­рик и мыс­ли­тель Геор­гий Федо­тов заме­тил, что срав­ни­тель­но береж­ное отно­ше­ние боль­ше­ви­ков к куль­тур­но­му насле­дию про­ти­во­ре­чи­ло их лозун­гам, но сле­до­ва­ло из усво­ен­ной ими куль­ту­ры дека­дан­са. Вни­ма­ние к мело­чам, при­ме­там, сти­ли­сти­ке как строю жиз­ни не было свой­ствен­но рус­ской демо­кра­ти­че­ской мыс­ли, рево­лю­ци­о­не­рам XIX века, гор­див­шим­ся сво­ей гру­бо­стью; но ста­ло частью мод­ной куль­ту­ры нача­ла века, на фоне кото­рой фор­ми­ро­ва­лись боль­ше­ви­ки.