Метка: цензура

24 апре­ля 2018 года Совет Обще­ства науч­ных работ­ни­ков при­нял заяв­ле­ние на адрес пре­мьер-мини­стра РФ Дмит­рия Мед­ве­де­ва с кри­ти­кой мас­со­вых пере­бо­ев в рабо­те мно­же­ства науч­ных и обра­зо­ва­тель­ных интер­нет-ресур­сов, поис­ко­вых систем и сер­ве­ров элек­трон­ной почты, воз­ник­ших из-за попы­ток Рос­ком­над­зо­ра забло­ки­ро­вать мес­сен­джер Telegram.

В самом кон­це 2017 года «Новое лите­ра­тур­ное обо­зре­ние» выпу­сти­ло кни­гу про­фес­со­ра Гар­вард­ско­го уни­вер­си­те­та Робер­та Дарн­то­на под назва­ни­ем «Цен­зо­ры за рабо­той. Как госу­дар­ство фор­ми­ру­ет лите­ра­ту­ру». Эта кни­га рас­ска­зы­ва­ет в хро­но­ло­ги­че­ском поряд­ке о рабо­те цен­зу­ры в коро­лев­ской Фран­ции в XVIII веке, в коло­ни­аль­ной Индии в XIX и в ГДР в кон­це XX века.

Зна­че­ние Бори­са Дуби­на для оте­че­ствен­ной науч­ной сре­ды обу­слов­ле­но его уни­каль­ным двой­ным ста­ту­сом — вид­но­го социо­ло­га и талант­ли­во­го иссле­до­ва­те­ля куль­ту­ры, лите­ра­ту­ры в осо­бен­но­сти. Даже если к это­му доба­вить его заслу­ги вдум­чи­во­го, чут­ко­го и раз­но­сто­рон­не­го пере­вод­чи­ка поэ­зии, про­зы и эссе­и­сти­ки (пре­иму­ще­ствен­но ХХ века) — всё рав­но вый­дет при­бли­зи­тель­ный и одно­сто­рон­ний «спи­сок дости­же­ний», кото­рый никак не может быть све­ден к его обшир­ной биб­лио­гра­фии. Поче­му?

16 и 18 мая в «Новой газе­те» появи­лась боль­шая и страш­ная по содер­жа­нию ста­тья Г. Мур­са­ли­е­вой «Груп­пы смер­ти» о том, как в соци­аль­ной сети «ВКон­так­те» под­рост­ков яко­бы при­зы­ва­ют и под­тал­ки­ва­ют к само­убий­ству. И, к сожа­ле­нию, небез­успеш­но… Не уди­ви­тель­но, что пуб­ли­ка­ция вызва­ла бурю ком­мен­та­ри­ев в интер­нет-сетях. Я не буду всту­пать в дис­кус­сию, а поде­люсь неко­то­ры­ми сооб­ра­же­ни­я­ми, вызван­ны­ми этой пуб­ли­ка­ци­ей.

На засе­да­нии кафед­ры в МГУ было объ­яв­ле­но о вос­ста­нов­ле­нии ста­рой совет­ской прак­ти­ки оформ­ле­ния акта экс­пер­ти­зы на все пуб­ли­ку­е­мые ста­тьи и про­де­мон­стри­ро­ва­на его новая фор­ма. Сотруд­ни­ки в воз­расте сра­зу же ста­ли вспо­ми­нать былое, но для тех, кому немно­гим более соро­ка (и, разу­ме­ет­ся, еще более моло­дых), это совер­шен­ней­шая экзо­ти­ка. Зави­дую им!

Дур­ная при­выч­ка — слу­шать всю ночь сквозь сон аудиок­ни­гу. Но если будешь думать о люби­мой нау­ке, то точ­но не заснешь… Все послед­ние дни до это­го я слу­шал «Град обре­чен­ный» бра­тьев Стру­гац­ких — ну и сон теперь соот­вет­ству­ю­щий.