Метка: биография

С упор­ством и хит­ро­стью «мел­ко­го восточ­но­го дес­по­та» (так назвал его одна­жды Буха­рин) рос­ла год от года тяга Ста­ли­на к само­воз­ве­ли­че­нию. Хро­но­ло­гия его мас­штаб­ных вме­ша­тельств в раз­ви­тие раз­лич­ных науч­ных дис­ци­плин гово­рит луч­ше, чем что-либо дру­гое, о без­оста­но­воч­ном, до извест­ной сте­пе­ни болез­нен­ном стрем­ле­нии втор­гать­ся в науч­ные сфе­ры, в коих он мало что пони­мал.

Ака­де­мик Вла­ди­мир Нико­ла­е­вич Ипа­тьев — отец совре­мен­но­го гете­ро­ген­но­го ката­ли­за в орга­ни­че­ской химии и неф­те­хи­мии, автор ката­ли­ти­че­ско­го кре­кин­га, на кото­ром осно­ва­но полу­че­ние совре­мен­ных мотор­ных топ­лив и поли­мер­ных мате­ри­а­лов, и одно­вре­мен­но вели­кий орга­ни­за­тор хими­че­ской нау­ки и про­мыш­лен­но­сти Рос­сии. Выде­лим пять харак­тер­ных эта­пов жиз­ни Ипа­тье­ва…

Эта ста­тья — сво­е­го рода речь в под­держ­ку кан­ди­да­та в номи­на­ции «Попу­ля­ри­за­тор нау­ки — 2017», лау­ре­ат кото­рой ста­нет изве­стен в фев­ра­ле 2018 года на цере­мо­нии «За вер­ность нау­ке». Раз­го­вор пой­дет о В. В. Спе­ран­то­ве, доцен­те кафед­ры общей и экс­пе­ри­мен­таль­ной физи­ки Инсти­ту­та физи­ки, тех­но­ло­гии и инфор­ма­ци­он­ных систем Мос­ков­ско­го педа­го­ги­че­ско­го госу­дар­ствен­но­го уни­вер­си­те­та.

Тру­ды Льва Семё­но­ви­ча Выгот­ско­го (1896–1934) хоро­шо извест­ны не толь­ко в Рос­сии, но и за рубе­жом; пере­ве­ден­ные на мно­же­ство язы­ков, они до сих пор оста­ют­ся источ­ни­ком вдох­но­ве­ния для новых поко­ле­ний пси­хо­ло­гов, педа­го­гов и линг­ви­стов. Создан­ная им куль­тур­но-исто­ри­че­ская пси­хо­ло­гия едва ли не един­ствен­ное направ­ле­ние оте­че­ствен­ной пси­хо­ло­гии, пере­жив­шее деся­ти­ле­тия и не утра­тив­шее сво­ей акту­аль­но­сти. В его осно­ве лежит идея исто­ри­че­ско­го раз­ви­тия выс­шей пси­хи­ки чело­ве­ка, источ­ни­ком кото­ро­го явля­ет­ся соци­аль­ная сре­да, а основ­ным сред­ством — зна­ко­вые систе­мы (уст­ная и пись­мен­ная речь, систе­мы счис­ле­ния и так далее). В рабо­тах раз­ных лет Выгот­ский пишет о том, что речь, про­ни­зы­вая «первую при­ро­ду», ради­каль­но изме­ня­ет ее и дает чело­ве­ку воз­мож­ность быть сво­бод­ным, а так­же пре­об­ра­зо­вы­вать не толь­ко окру­жа­ю­щий мир, но и само­го себя.

Гер­берт Бейтс (Herbert Ernest Bates; 1905–1974) — заме­ча­тель­ный англий­ский писа­тель, мастер новел­лы, автор несколь­ких хоро­ших рома­нов. В Англии он более все­го любим как созда­тель цик­ла рас­ска­зов о «папа­ше Лар­кине» и его семей­стве. Бейт­са ино­гда отно­сят к «малым клас­си­кам» англий­ской лите­ра­ту­ры, — это опре­де­ле­ние доволь­но удач­но пере­да­ет его место в пан­теоне англий­ских про­за­и­ков: доста­точ­но про­чи­тать несколь­ко сбор­ни­ков его рас­ска­зов. Про­за Бейт­са про­зрач­на и обман­чи­во про­ста, — этим англий­ский писа­тель ино­гда напо­ми­на­ет Чехо­ва, с кото­рым сами англи­чане его посто­ян­но срав­ни­ва­ют.

Рей­монд Карвер (Raymond Carver, 1938–1988) — аме­ри­кан­ский писа­тель, извест­ный преж­де все­го как автор рас­ска­зов. До недав­не­го вре­ме­ни я даже име­ни его не слы­ша­ла, хотя мно­го лет читаю по-англий­ски боль­ше, чем по-рус­ски. В Сети нашлось несколь­ко сбор­ни­ков его рас­ска­зов — это тек­сты высо­кой про­бы… Рецен­зен­ты-совре­мен­ни­ки писа­ли, что Карвер во мно­гом сле­до­вал Хемин­гу­эю; сам он это вли­я­ние отри­цал. Его иде­а­лом был Чехов, о чем он неод­но­крат­но писал и гово­рил в сво­их интер­вью.

Энн Тай­лер (Ann Tyler, р. 1941) — совре­мен­ная аме­ри­кан­ская писа­тель­ни­ца, автор два­дца­ти рома­нов и лау­ре­ат мно­гих лите­ра­тур­ных пре­мий. До недав­не­го вре­ме­ни я не толь­ко ниче­го из ее работ не чита­ла, но даже име­ни ее не зна­ла. Ока­за­лось, напрас­но: это хоро­шая реа­ли­сти­че­ская про­за, как бы непри­тя­за­тель­ная и по фор­ме, и по содер­жа­нию, а на самом деле искус­но выстро­ен­ная и отто­чен­ная. Тай­лер живет в Бал­ти­мо­ре; дей­ствие ее рома­нов про­ис­хо­дит там же. Как пра­ви­ло, в этих рома­нах не про­ис­хо­дит ниче­го осо­бен­но­го — чаще все­го местом дей­ствия явля­ет­ся дом, где живет семья, неред­ко несколь­ко поко­ле­ний. Соот­вет­ствен­но, сюжет стро­ит­ся вокруг обыч­ных для семьи собы­тий — ино­гда они радост­ные, ино­гда дра­ма­ти­че­ские, но, как пра­ви­ло, буд­нич­ные; во вся­ком слу­чае, даже тра­ги­че­ские ситу­а­ции Тай­лер опи­сы­ва­ет если не как буд­нич­ные, то как, увы, есте­ствен­ные.

Мно­же­ство важ­ных науч­ных откры­тий пода­рил миру ХХ век, в том чис­ле в обла­сти био­ло­гии и гене­ти­ки. И одним из таких откры­тий явля­ет­ся обна­ру­же­ние мобиль­ных гене­ти­че­ских эле­мен­тов. Труд­но пред­ста­вить, что суще­ство­ва­ние подвиж­ных эле­мен­тов в гено­ме все­го несколь­ко деся­ти­ле­тий назад каза­лось насто­я­щей фан­та­сти­кой. Точ­ку в этом вопро­се, поло­жив­шую конец всем сомне­ни­ям, поста­ви­ла груп­па совет­ских уче­ных, кото­рые пер­вы­ми обна­ру­жи­ли в 1976 году мобиль­ные эле­мен­ты в гено­ме дро­зо­фи­лы. Одним из них был заме­ча­тель­ный уче­ный Евге­ний Вита­лье­вич Ана­ньев.

8 апре­ля 2017 года в Саха­ров­ском цен­тре (Москва) состо­я­лось празд­но­ва­ние 9-летия газе­ты «Тро­иц­кий вари­ант – Нау­ка». Пред­став­ля­ем сте­но­грам­мы выступ­ле­ний и видео­за­пи­си.

Линг­вист, пра­во­за­щит­ник, пере­вод­чик Сер­гей Лёзов рас­ска­зал спе­ци­аль­но­му кор­ре­спон­ден­ту «Тро­иц­ко­го вари­ан­та – Нау­ка» Алек­сею Огнё­ву о пожиз­нен­ном романе с фило­ло­ги­ей, позд­не­со­вет­ском дис­си­дент­стве, под­поль­ном пра­во­сла­вии и о том, чем апо­ло­ге­ти­ка отли­ча­ет­ся от сво­бод­но­го поис­ка.

Интер­вью с Робер­том Адоль­фо­ви­чем Мин­ло­сом, докт. физ.-мат. наук, заве­ду­ю­щим Доб­ру­шин­ской лабо­ра­то­ри­ей ИППИ РАН. Бесе­до­ва­ла Ната­лия Деми­на.

1516 год. В Цюри­хе, кото­рый изве­стен теперь как респек­та­бель­ный город мил­ли­о­не­ров (а тогда он был важ­ней­шим цен­тром Рефор­ма­ции), рож­да­ет­ся чело­век, кото­ро­му суж­де­но стать одним из самых име­ни­тых интел­лек­ту­а­лов сво­е­го вре­ме­ни, — Конрад Гес­нер (Conrad Gesner, 1516–1565). Поте­ряв отца в воз­расте 15 лет, Конрад попа­да­ет на вос­пи­та­ние к сво­е­му дяде и уже в это вре­мя начи­на­ет инте­ре­со­вать­ся бота­ни­кой и сло­вес­но­стью, како­вая была насто­я­щей осно­вой дви­же­ния интел­лек­ту­а­лов всей эпо­хи…

Пер­вый памят­ник Иоси­фу Ста­ли­ну был уста­нов­лен в 1929 году к 50-летию вождя. С тех пор на тер­ри­то­рии СССР и в стра­нах соц­ла­ге­ря таких мону­мен­тов появи­лись сот­ни. Послед­ние были уста­нов­ле­ны в 2016 году в Сур­гу­те и Донец­ке. Кому на самом деле ста­вят памят­ни­ки наши совре­мен­ни­ки? Отве­тить на этот вопрос помо­жет пер­вая науч­ная био­гра­фия Иоси­фа Ста­ли­на. С ее авто­ром, докт. ист. наук Оле­гом Хлев­ню­ком, бесе­до­ва­ла веду­щая про­грам­мы «Гам­бург­ский счет» на ОТР, канд. филол. наук Оль­га Орло­ва.

В 1956 году 60-лет­ний Нико­лай Семё­нов и 59-лет­ний Сирил Хин­шел­вуд (Cyril Hinshelwood) за свои иссле­до­ва­ния меха­низ­ма хими­че­ских реак­ций, про­ве­ден­ные в кон­це 1920-х и 1930-х годах, полу­чи­ли Нобе­лев­скую пре­мию по химии. Денеж­ный приз был раз­де­лен на две рав­ные части… Но пере­ме­стим­ся на несколь­ко деся­ти­ле­тий назад. В 1927 году Семё­нов был назна­чен руко­во­ди­те­лем хими­ко-физи­че­ско­го сек­то­ра Ленин­град­ско­го физи­ко-тех­ни­че­ско­го инсти­ту­та, а в 1928 году стал его про­фес­со­ром

22 сен­тяб­ря 2016 года испол­ня­ет­ся 275 лет со дня рож­де­ния заме­ча­тель­но­го уче­но­го и путе­ше­ствен­ни­ка, чле­на Импе­ра­тор­ской Петер­бург­ской ака­де­мии наук Пет­ра Симо­на Пал­ла­са. Уже при жиз­ни он полу­чил огром­ную меж­ду­на­род­ную извест­ность бла­го­да­ря сво­им науч­ным тру­дам в самых раз­ных обла­стях нау­ки, а так­же двум боль­шим путе­ше­стви­ям по бес­край­ним про­сто­рам Рос­сий­ской импе­рии. Тем не менее с Пал­ла­сом свя­зан один груст­ный пара­докс…

Вза­и­мо­от­но­ше­ния уче­ных и госу­дар­ства все­гда скла­ды­ва­лись в Рос­сии непро­сто. Могут ли сего­дня уче­ные поз­во­лить себе быть оппо­нен­та­ми вла­сти? Об этом в пере­да­че «Гам­бург­ский счет» на Обще­ствен­ном теле­ви­де­нии Рос­сии Оль­га Орло­ва бесе­ду­ет с гл. науч. сотр. Санкт-Петер­бург­ско­го отде­ле­ния Мате­ма­ти­че­ско­го инсти­ту­та им. Стек­ло­ва РАН Ана­то­ли­ем Вер­ши­ком.

15 октяб­ря Ген­ри­ху Сау­ло­ви­чу Альт­шул­ле­ру испол­ни­лось бы 90 лет. Он ушел из жиз­ни 18 лет назад, но я и сего­дня про­дол­жаю зада­вать ему каверз­ные вопро­сы и слы­шу в ответ тихий иро­ни­че­ский голос. Эти диа­ло­ги, кото­рые я веду сам с собой, помо­га­ют думать, рабо­тать, жить…

Наш раз­го­вор с лау­ре­а­том Нобе­лев­ской пре­мии, про­фес­со­ром Ман­че­стер­ско­го уни­вер­си­те­та Андре­ем Гей­мом состо­ял­ся после сес­сии “In conversation with Sir Andre Geim” на Евро­пей­ском откры­том фору­ме нау­ки (ESOF2016). На этом меро­при­я­тии, про­хо­див­шем 23–27 июля 2016 года на раз­ных пло­щад­ках Ман­че­сте­ра, мно­го гово­ри­ли о гра­фене, рево­лю­ции в обла­сти 2D-мате­ри­а­лов и их при­ло­же­ни­ях, но Андрея Кон­стан­ти­но­ви­ча на круг­лых сто­лах спра­ши­ва­ли и о его пути в нау­ку. По моти­вам этих дис­кус­сий с А. Гей­мом побе­се­до­ва­ла Ната­лия Деми­на.

В этом году вышел в свет вто­рой том ака­де­ми­че­ско­го собра­ния сочи­не­ний Андрея Пла­то­но­ва. С участ­ни­ка­ми Пла­то­нов­ской груп­пы, гото­вив­ши­ми эту кни­гу к изда­нию, — чл.-корр. РАН, зав. отде­лом новей­шей рус­ской лите­ра­ту­ры и лите­ра­ту­ры рус­ско­го зару­бе­жья ИМЛИ РАН Ната­льей Кор­ниен­ко, ее кол­ле­га­ми Еле­ной Рожен­це­вой и Еле­ной Анто­но­вой — побе­се­до­вал социо­лог Алек­сандр Нику­лин.

Мысль о том, что реаль­ный Фад­дей Вене­дик­то­вич Бул­га­рин (1789–1859) был несколь­ко отли­чен от сво­е­го тра­ди­ци­он­но­го в школь­ном кур­се лите­ра­ту­ры мерз­ко­го обра­за пре­да­те­ля, тру­са и донос­чи­ка, посе­ти­ла меня два­жды. Впер­вые — при чте­нии «Смер­ти Вазир-Мух­та­ра» Тыня­но­ва, где Бул­га­рин изоб­ра­жен как про­тив­ный чело­век, но бли­жай­ший друг Гри­бо­едо­ва. Поко­пав­шись в «Запис­ках и выпис­ках» М. Л. Гас­па­ро­ва, я нашла замет­ку, где гово­ри­лось, что в обра­зе Бул­га­ри­на Тыня­нов изоб­ра­зил сво­е­го дру­га и кол­ле­гу.

Собы­тия, соста­вив­шие «дело», нача­ли раз­во­ра­чи­вать­ся в 1980 году, когда извест­но­му фило­ло­гу-гер­ма­ни­сту Кон­стан­ти­ну Аза­дов­ско­му и его жене Свет­лане Лепи­ли­ной под­бро­си­ли нар­ко­ти­ки. Итак, Ленин­град, нача­ло 1980-х. Если кто не вполне пред­став­ля­ет себе, отку­да уехал Брод­ский, — вот отсю­да он и уехал… Аза­дов­ско­му же суж­де­но было убыть из Ленин­гра­да эта­пом.

В изда­тель­стве «Новое лите­ра­тур­ное обо­зре­ние» вышла кни­га Андрея Зори­на «Появ­ле­ние героя» с под­за­го­лов­ком «Из исто­рии рус­ской эмо­ци­о­наль­ной куль­ту­ры кон­ца XVIII — нача­ла XIX века». (М., 2016). Чита­тель, инте­ре­сы кото­ро­го дале­ки от изу­че­ния рус­ской культуры/​литературы/​истории ука­зан­но­го пери­о­да, из загла­вия пой­мет лишь то, что в кни­ге речь пой­дет о допуш­кин­ской эпо­хе; сло­во­со­че­та­ние эмо­ци­о­наль­ная куль­ту­ра тре­бу­ет рас­шиф­ров­ки — и в даль­ней­шем автор ее пред­ста­вит.

Миха­ил Энтов, про­фес­сор факуль­те­та мате­ма­ти­ки Тех­ни­о­на (Изра­иль), про­ком­мен­ти­ро­вал для ТрВ-Нау­ка при­суж­де­ние Коро­лев­ской ака­де­ми­ей наук Шве­ции пре­мии Кра­у­фор­да за 2016 год по мате­ма­ти­ке. Эта высо­кая награ­да была вру­че­на про­фес­со­ру Стэн­форд­ско­го уни­вер­си­те­та (США) Яко­ву Эли­аш­бер­гу за «раз­ви­тие кон­такт­ной и сим­плек­ти­че­ской топо­ло­гий и про­рыв­ные откры­тия в обла­сти жест­ких и мяг­ких мето­дов [реше­ния диф­фе­рен­ци­аль­ных урав­не­ний и нера­венств] (rigidity and fexibility phenomena)».

Вос­по­ми­на­ния А. Г. Досто­ев­ской изда­ют­ся и пере­из­да­ют­ся уже мно­го лет, но извест­ны чита­те­лю не в пол­ном объ­е­ме. Печа­та­лись в основ­ном или раз­роз­нен­ные фраг­мен­ты, или часть, отно­ся­ща­я­ся ко вре­ме­ни сов­мест­ной жиз­ни супру­гов… Объ­ем­ный том, выпу­щен­ный в этом году изда­тель­ством «Бослен», впер­вые пред­став­ля­ет пол­ный текст вос­по­ми­на­ний супру­ги вели­ко­го писа­те­ля…

3 фев­ра­ля 2015 года испол­ни­лось 90 лет Нико­лаю Нико­ла­е­ви­чу Цве­лё­ву — выда­ю­ще­му­ся оте­че­ствен­но­му бота­ни­ку, глав­но­му науч­но­му сотруд­ни­ку Бота­ни­че­ско­го инсти­ту­та им. В. Л. Кома­ро­ва РАН, чле­ну-кор­ре­спон­ден­ту РАН, скром­но­му и доб­ро­му чело­ве­ку.