Еще раз о мегагрантах

Игорь Севостьянов
Игорь Севостьянов

Тема мегаов навязла в зубах. Создается впечатление, что каждый, кто пишет о науке в России, уже не раз высказался на эту тему. Спектр мнений варьируется от резкого неприятия до восторженного энтузиазма, в зависимости от личного опыта автора. Что нового, казалось бы, может поведать об этой противоречивой программе человек, более четверти века назад уехавший из России? Тем не менее я решил написать эту заметку и поделиться своей историей, позволяющей взглянуть на проблему, так сказать, с изнаночной стороны. Надеюсь, что мой рассказ окажется кому-нибудь полезным.

В ночь на 2 декабря 2020-го мне не давали спать непрерывные телефонные звонки. Только что в Сочи был обнародован список победителей восьмого конкурса мегагрантов, и мои коллеги из разных районов России, забыв о разнице во времени, звонили поздравить. Я был в некотором шоке, поскольку совершенно не ожидал такого результата. Это была моя третья попытка, и я был убежден, что с индексом Хирша меньше сорока мне ничего не светит. Ну что ж, такие ошибки только радуют. Тем более что и выигрыш оказался вполне уверенным — наша заявка с Институтом физики прочности и материаловедения получила 27-е место среди 43 проектов, выбранных для финансирования (список победителей опубликован здесь [1]).

Мегагрант действительно открывает большие возможности для человека, долгие годы пытающегося наладить научные связи со своей бывшей страной. Я уехал из России, едва защитив кандидатскую и не успев пустить корни в российской академической среде. Тогда, в 1993-м, для меня это была единственная возможность остаться в науке. Когда я посетил Россию 15 лет спустя, я ощутил чувство неотданного долга. Долга моим учителям. Это не очень просто выразить словами, но я понял, что я должен приезжать в Россию читать лекции, соруководить аспирантами (не пытаясь переманить их к себе!), учить их писать статьи, наконец! Когда я видел, что те люди, которые были отнюдь не молодыми преподавателями в мою бытность студентом матмеха ЛГУ, продолжают свою деятельность, а я и мои сокурсники активно учим студентов в европейских и американских вузах, мне стало, что называется, «за державу обидно». Поэтому я и приезжал не требуя никаких гонораров (за исключением двух оплаченных курсов лекций для Сколтеха, но это несколько иная история). Эта работа продолжалась больше 10 лет и увенчалась, как мне казалось в декабре, большим успехом — получением мегагранта.

В течение первых двух недель декабря рабочая группа по созданию новой встречалась несколько раз в удаленном режиме и выработала вполне реализуемый, даже в условиях пандемии, план работ. Я был приятно удивлен атмосферой реального научного энтузиазма в нашей группе. Я как будто окунулся в знакомую по книгам и кинофильмам атмосферу советской науки ­1960-х годов. Список идей, совместно сгенерированных во время этих встреч, занял несколько страниц. В частности, мы запланировали программу сотрудничества с лабораториями, основанными в рамках других мегагрантов, и даже стартовали процесс подготовки первого такого проекта.

Представителя дирекции института, принимавшего участие в двух собраниях, волновали не научные планы, а наукометрические показатели. Сомнение вызывали возможности группы, включающей помимо меня еще трех иностранных ученых и четырех российских докторов наук, опубликовать пять (!) статей в журналах первого/второго квартиля в течение первого года проекта. Мне с большим трудом удалось убедить взволнованную женщину, что пять — это не очень большое число, и такой результат по силам каждому из участников научного коллектива в отдельности. Я был чрезвычайно удивлен несколько дней спустя, когда мне передали требование директора института представить список статей, планируемых к опубликованию в течение первого года, с указанием авторов и соответствующих журналов. Вероятно, это был первый звонок, но я не придал ему большого значения, и никаких иных чувств, помимо удивления, у меня не возникло. Требуемый план был представлен, но еще через несколько дней я был проинформирован о том, что директор института решил не подписывать соглашение с Минобрнауки России. Попытки связаться с ним к успеху не привели, и письмо об отказе было отправлено 21 декабря. Формальных поводов для отказа было два: невозможность, по причине пандемии, получения виз для планировавшихся поездок аспирантов на стажировку в США и невозможность получения дополнительного финансирования от промышленного партнера (хотя, заметим, такое было уже почти организовано). Директор института не удосужился обсудить свой шаг ни со мной, ни с кем-либо из сотрудников института, участвующих в проекте.

Таким образом, научный проект закончился, не начавшись. Из этой истории можно сделать некоторые выводы. Прежде всего, выигрыш мегагранта еще не означает его получение. Процесс может быть легко разрушен администрацией института или университета. Казалось бы, мегагрант — это же новое оборудование, новые аспиранты, новые возможности! Однако у администрации, помимо этих положительных факторов, могут быть и не связанные с наукой мотивации, которые делают решение не вполне очевидным. Второй печальный вывод заключается в невозможности заранее предсказать поведение администрации: ведь проект, когда подавался в июле, был подписан директором! Ну а третий вывод, наиболее важный для меня и для тех, кто уехал давно и бывает в России только эпизодически: кардинально изменилась за последние годы. Является ли это изменение улучшением или ухудшением — не мне судить, но то самое чувство долга постепенно угасает.

От редакции: мы будем готовы опуб­ликовать комментарии администрации Института физики прочности и материаловедения СО РАН, коль скоро таковые воспоследствуют.

Игорь Севостьянов, professor of Mechanical Engineering,
New Mexico State University, USA

Почта для обратной связи:
igor@nmsu.edu

  1. p220.ru/upload/iblock/cfa/cfa14e888db2dd4e63f51c268ce5ba8b.pdf

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

См. также:

Подписаться
Уведомление о
guest
19 Комментария(-ев)
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии
рабочий
рабочий
8 месяцев(-а) назад

В этом контексте особенно поэтично выглядит Гимн ИФПМ (!!)

30 лет теоретик с практиком

Прошагали в едином строю.

Есть стратегия, есть и тактика

В нашем вечном научном бою.

До последнего вздоха и стука

Для меня ты останешься всем,

Дорогая моя Наука,

Дорогой мой ИФПМ!

Дорогая моя Наука,

Дорогой мой ИФПМ!!!

Видимо, последних выдох уже случился. Аминь.

http://www.ispms.ru/ru/638/

Последняя редакция 8 месяцев(-а) назад от рабочий
Леонид Коганов
Леонид Коганов
8 месяцев(-а) назад
В ответ на:  рабочий

Это был не выдох, а стук. Хорошо, если последний как в песне.
Л.К.

Young_Scientist
Young_Scientist
8 месяцев(-а) назад

Какая-то фантастика. Вендетта? Чёрный список ФСБ? Теряюсь в догадках.

Old_Scientist
Old_Scientist
8 месяцев(-а) назад

Эх, молодежь! Что вы понимаете в жизни и в текущей ситуации! Позиция директора вполне объяснима — он не хочет неприятностей для своего института. А такие неприятности вполне реальны, если есть контакты с людьми из других государств. Даже самое безобидное обсуждение научных проблем с иностранцами, пусть даже с нашими бывшими соотечественниками, может вызвать вопросы. В текущей ситуации надо хорошо помнить древнюю китайскую пословицу: «Муха может затащить тебя в суд, и шесть буйволов не вытащат тебя оттуда».

Максим
Максим
8 месяцев(-а) назад

Очередной клерк-«эффективный менеджер» забыл, что он является обслуживающим персоналом, а не начальником для научных сотрудников и руководителей.

Лёня
Лёня
8 месяцев(-а) назад

“директор института решил не подписывать”
Подозреваю, что директор тупо не увидел личного интереса в проекте.

Виктор Тихонов
Виктор Тихонов
8 месяцев(-а) назад

в академии наук СССР все директора отделений и филиалов являлись Соавторами Всех научных проектов отделений и филиалов,а Вы этого-директора лишили не заслуженного-соавторства

В.П.
В.П.
8 месяцев(-а) назад
В ответ на:  Виктор Тихонов

Не преувеличивайте. В некоторых областях науки была распространена практика вписывания административного руководителя в авторы публикации, а в других нет. Например, в советской и российской математике такого нет и не было. Раньше научный руководитель обычно не был соавтором своего студента, даже если статью на самом деле оформлял руководитель. Теперь наукометрия и традиции западной науки изменили столь радикальный подход к соавторству у математиков.

Лёня
Лёня
8 месяцев(-а) назад
В ответ на:  В.П.

Тут речь идёт о соавторстве не в публикациях, а в проекте, то бишь о пресловутой “доле малой”.

В.П.
В.П.
8 месяцев(-а) назад
В ответ на:  Лёня

Возможно. По слухам некоторые мегагранты были закрыты досрочно из-за несогласия руководителя гранта делиться с руководством учреждения.

Лариса Колесниченко
Лариса Колесниченко
8 месяцев(-а) назад

Ужас какой-то. Как так-то?
Томский институт опозорился(
дирекцию нафиг снимать за такое

Старый рабочий на пенсии.
Старый рабочий на пенсии.
8 месяцев(-а) назад

Здесь речь идёт только о том , что директор института просто возомнил себя царём, и как любой царь считает, что подчиненные должны быть не такие умные. Так как такими управлять намного легче. Ну и ещё скоро грядут новые выборы, а директор уже успел много чего натворить, то и нужно конечно кадры тоже подчистить .
Я уверена, что ребята бы точно выполнили весь проект и выполнили бы отлично. Но видимо не в этой жизни ….. а жаль ….. такой институт был…..

Alex
Alex
8 месяцев(-а) назад

Ну по крайней мере все живы, здоровы.

Andrew
Andrew
8 месяцев(-а) назад

В соседней новости тут же пишут «Хватит ныть, надо работать!» Так что и без мегагрантов энтузизм должен реализоваться!

Биолог
Биолог
8 месяцев(-а) назад
В ответ на:  Andrew

Да-да, это сказал человек, для которого финансовый вопрос лично для себя уже решен. А вы, молодежь, пашите, и желательно за копейку…

вечный мнс
вечный мнс
8 месяцев(-а) назад

Ради справедливости. Проблема в том, что кроме статей, там были завялены показатели такие как например выиграть 5 грантов РНФ. Или то
э что заявленый индустриальный партнер понятия не имел , что он партнер. И многое в том же духе. Понятно, что штраф платить за невыполненныепункты будут платить не участники , а институт. Ну и кому это нужно? Директор кстати заявку не подписывал, его в это время просто не было на месте. Подписывал зам, кторому участники напели, что все согласовали с директором.

Михаил Балабас
Михаил Балабас
8 месяцев(-а) назад

Посмотрел список мегагрантов. Удручает, что нет ни одного гранта направленного на созданеие новых сортов сельхозкультур и пород скота. Неужели развитие математики и, физики. химии более важно? (Сам — физик).

Eugene
Eugene
8 месяцев(-а) назад
В ответ на:  Михаил Балабас

Потому что не очень надо новое — сохранить бы старые советские породы. Не так это легко в условиях нынешних…

Виктор
Виктор
6 месяцев(-а) назад

писать статьи, наконец! — а если писать статьи на начало?


Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (12 оценок, среднее: 3,42 из 5)
Загрузка...
 
 

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: