Школа во время карантина: дайте им самим решать

Леонид Перлов
Леонид Перлов

На седьмой неделе самоизоляции в голову начинают приходить разные интересные мысли. Я, видимо, не один такой. Во всяком случае, мысли, одна другой интереснее, постоянно приходят в головы руководителей различных образовательных структур федерального уровня. Или не образовательных, но каким-либо образом к этой сфере относящихся. Некоторые из них имеют тактический характер, например, проблема ОГЭ и ЕГЭ текущего 2020 года. Так или иначе они будут воплощены в жизнь в ближайшие три-четыре месяца и, будем надеяться, не самым бестолковым образом.

Другие, уже озвученные, мысли-предложения по характеру стратегические. Их тоже немало. Скажем, недавно высказанная в высшей степени оригинальная идея президента о настоятельной необходимости серьезных реформ в образовательной сфере. Интересно, что среди учителей, замордованных перманентным реформированием школы на протяжении последних двадцати лет, особой реакции это не вызвало. Видимо, привыкли, как привыкают микробы к антибиотикам и тараканы к давно знакомой им отраве. Но одна из идей последнего времени имеет реальные шансы осуществиться, и о ней хотелось бы поговорить поподробнее.

Речь о намерении Министерства просвещения РФ в новом учебном году ликвидировать в школах систему предметных кабинетов и вернуться к «классным комнатам». Читатели особо охраняемой нынче возрастной группы 65+ наверняка помнят, как это было в их далеком детстве. Дети весь день проводят в «своем» классе, а учителя к ним приходят в соответствии с расписанием. По мнению авторов идеи, это уменьшит контакты между детьми. Тем самым повысится их безопасность с точки зрения возможности заражения коронавирусом.

Готовясь к обсуждению этого сюжета на ОТР, я не поленился, насколько это возможно в условиях самоизоляции, поинтересоваться мнением коллег. Дискуссии не получилось. Коллеги оказались на удивление единодушны в неприятии этих министерских рекомендаций, расходясь только в аргументах. Ответы варьировались от лаконичного «полный бред» до развернутого анализа причин технической нереальности и прогнозируемых последствий этого решения как для детей, так и для учителей.

Андре Анри Даргелас. Кругосветное путешествие. 1906 год
Андре Анри Даргелас. Кругосветное путешествие. 1906 год

Перспектива безвылазного пребывания детей в одном помещении на протяжении учебного дня однозначно оценивается как неприемлемая, в первую очередь — с точки зрения психологической. Некоторый опыт такого рода уже имеется. Так, в преддверии закрытия школ в марте мы в таком режиме уже работали на протяжении двух недель.

Да и раньше, если в каком-либо классе объявлялся ребенок, заболевший корью или ветрянкой, класс выводился на карантин. В зависимости от продолжительности инкубационного периода заболевания одноклассники заболевшего изолировались от прочих детей в одном помещении, а учителя к ним приходили согласно расписанию. Правда, в столовую эти дети все равно ходили, и на перемены их тоже выпускали, и в туалет, но, по возможности, отдельно от прочих. А учителя, поработав в карантинном классе, отправлялись к другим детям. Так что изоляция получалась весьма условной, ведь перемена для одного класса, в то время как у остальных идут уроки, неизбежно превращает эти уроки в балаган, по крайней мере в пределах этажа.

Министерские рекомендации предполагают установление некоего скользящего графика перемен, дабы дети из разных классов отдыхали в разное время. Таким образом, вышеупомянутый балаган растягивается на весь день, поскольку классов в школе около тридцати–сорока, а перемен всего шесть.

Вряд ли решит эту проблему и предлагаемый в тех же рекомендациях скользящий график начала учебного дня. Скорее наоборот, усугубит, поскольку к сутолоке и неразберихе, которые вызовет скользящий график перемен, добавится то же самое, но по причине разновременного прихода в школу.

Оставим, пожалуй, за скобками состояние класса, в котором безвылазно, день за днем пребывают дети в возрастном диапазоне 11–16 лет. Любой взрослый, у которого есть собственные дети этого возраста, легко это состояние себе представит. А ведь их там может оказаться не один-два, как в большинстве семей, а, согласно действующим нормам наполняемости классов, человек двадцать пять-тридцать…

Посмотрим теперь, как это будет выглядеть с точки зрения учителя. В полученных мной комментариях многократно прозвучал термин «образовательная среда». Хороший термин, означающий общую обстановку, которую создает учитель в своем предметном классе. Образовательная среда — понятие синтетическое, включающее множество взаимосвязанных элементов. Это и постоянное оформление кабинета, и его оборудование, и множество мелких деталей, отличающих конкретный кабинет от других. И конечно, главный элемент — учитель. Не учитель вообще, а конкретный специалист, постоянно работающий в этом кабинете.

Образовательная среда динамична; она меняется более или менее заметно в зависимости от особенностей ее восприятия детьми конкретного класса, изучаемой темы и, что немаловажно, способности и желания учителя ее изменять. Для квалифицированного учителя создание и постоянная коррекция образовательной среды в кабинете — обязательная часть работы, причем работы как технической, так и творческой. Очень это интересно — создавать и изменять образовательную среду. И разумеется, у каждого стоящего учителя она уникальна, как уникален сам высококвалифицированный специалист.

А теперь представим себе, как этот самый высококвалифицированный специалист бегает из класса в класс, волоча охапку карт, глобус, ноутбук, рабочий дневник и пачку-другую детских тетрадок. В коридоре или на лестнице он все это, разумеется, пару раз к восторгу детей уронит. Наконец этот высококвалифицированный историк (географ, биолог и пр.) добирается до нужного кабинета (русского языка и литературы, химии и пр.), где принимается галопом создавать необходимую для работы в нем образовательную среду. Именно галопом, поскольку перемена у него ушла на перемещение из кабинета в кабинет. Можно еще немного раскрасить эту картинку: вешать и цеплять то, что учитель притащил, весьма вероятно, окажется некуда и нечем. Например, магнитиков в этом кабинете нет — утащил предыдущий коллега, а то и дети пошутили, запрятали. Впрочем, опытный педагог, конечно, еще перед первым уроком набьет карманы магнитиками, маркерами для доски, а также прихватит парочку губок для стирания написанного. Парочку потому, что одну он, наверняка, где-нибудь забудет…

В большинстве московских школ вот уже не первый год непременным элементом оборудования учебных кабинетов является электронная панель МЭШ. В теории она может, на первый взгляд, решить хотя бы часть этих проб­лем. Ну, хоть маркеры и губки учителю не нужно таскать, да и карты-плакаты тоже — ткнул в панель стилусом или просто пальцем и получил картинку. Однако на практике все не так просто. Панель эта, в сущности, планшет-переросток, настраивается каждым учителем под свои нужды, и настройка эта требует времени. Меняя за рабочий день три-четыре кабинета, учитель, соответственно, три-четыре раза будет эти панели перенастраивать, на что уйдет немало времени. Причем времени от урока, поскольку на перемене (10 минут) учитель занят перемещением из кабинета 23 (2-й этаж) в кабинет 51 (5-й этаж). И без того не весьма надежная, МЭШ такого обращения, скорее всего, просто не выдержит. А поскольку сплошь и рядом при установке панели прочее оборудование в кабинете демонтируется, учитель рискует остаться и без МЭШ, и без возможности воспользоваться хотя бы классическими пособиями.

Большой вопрос также, долго ли выдержит такой режим работы сам учитель. Лет ему (ей) через одного — крепко за пятьдесят, и отменным здоровьем учителя, увы, в большинстве своем не отличаются… Да, чуть не забыл обязательную «вишенку на торте». Пару лет назад учителям перестали платить за заведование кабинетами. То есть учитель может, конечно, заниматься оборудованием кабинета, в котором более-менее постоянно работает, создавая там свою образовательную среду. Но делать это он будет за счет личного времени и, в значительной степени, личных денег. Понятие «мой кабинет» юридически и финансово, таким образом, уже перестало существовать…

Кстати, о деньгах, куда же без них. Так называемая «новая система оплаты труда» — НСОТ, уже давно перестала быть новой. Суть ее — в оплате труда учителя на основе расчетной единицы, которая называется корявым термином «ученико-час». Другими словами, за урок учитель получит больше или меньше в зависимости от того, сколько детей на нем присутствовало.

В пакете рекомендаций по ликвидации кабинетной системы предлагается также разукрупнить классы. Напомню, что сегодня минимальная их наполняемость составляет 25 человек, а максимальная — ограничена только кубатурой помещения. Разделим эти 25–30 человек на два класса. За урок в каждом из них учитель получит ровно вдвое меньше, чем за урок в полном классе. Исключение составляют только иностранные языки и информатика, где работа и так идет в малых группах.

Сколько уроков может провести за день учитель? Шесть, максимум восемь. Нетрудно посчитать, как разукрупнение классов отразится на его зарплате при условии сохранения НСОТ, а об отмене этой системы пока ничего определенного не слышно. Так, благие пожелания о том, что неплохо бы разработать и внедрить отраслевую тарифную систему оплаты труда учителя. Систему, которая, к слову сказать, не так давно еще существовала и худо-бедно работала.

Кроме всего прочего, и учителей ведь потребуется примерно вдвое больше, чем имеется сейчас. А у нас, как уже окончательно признано, кадровый дефицит в школах весьма и весьма значительный. Более чем убедительные исследования на этот счет проводились вполне авторитетными организациями — РАНХиГС и ВШЭ. Учителей не хватает уже, и не хватает сильно. Откуда возьмутся дополнительные кадры? Молодежь, вопреки заверениям министерских начальников, в очереди на учительские должности не выстраивается. А учителя старшего поколения, которых в нынешней школе не меньше трети кадрового состава, пополам, на манер амеб, разорваться не смогут. Как и удвоить свою нагрузку, и без того частенько полуторную-двойную.

Итак, что же получается в итоге? Получается, что, видимо, правы те, кто высказался по поводу отмены предметно-кабинетной системы максимально кратко, а именно: «полный бред». Не решит это поставленной задачи повышения безопасности детей. Не только не решит, но и породит огромное количество дополнительных проблем как для детей, так и для учителей, а также школьной администрации.

А выход, полагаю, в том, чтобы решение проблемы было поручено самим школам. Директору и педагогам виднее, что именно в условиях их конкретной школы можно и должно предпринять, чтобы уменьшить риск заражения. Тем более что виноватыми в случае вспышки инфекции всё равно окажутся именно они. И это, к сожалению, не зависит от того, исполняла ли школа неукоснительно министерские рекомендации или предпринимала какие-то меры по собственному усмотрению.

Леонид Перлов,
учитель географии лицея «Вторая школа» (Москва)

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

 См. также:

  • 2020-god.com30.06.2020 30 лет реформации В русском языке слова «реформа» и «образование» употребляются последние два десятилетия исключительно в связке. Более того, одно без другого вообще уже представить почти невозможно. Как правило, словосочетание «реформа образовательной системы» дополняется научным термином «эксперимент». С 1999 года наша перманентная реформа, последовательно или параллельно, имела целью…
  • Обман, дезинформация и живопись в школьном образовании Москвы05.05.2015 Обман, дезинформация и живопись в школьном образовании Москвы 26 апреля 2015 года в Москве состоялся Независимый съезд учителей и педагогов столицы. Публикуем выступление Леонида Перлова, учителя географии лицея «Вторая школа».
  • Леонид Перлов11.08.2020 Отставка Исаака Калины. Послесловие На моей памяти начальников московского образования набирается целых четыре, не считая только что назначенного А. Б. Молоткова, о котором говорить и писать пока нечего. Последовательно руководством в этой области занимались Г. А. Асеев (1962–1986), Л. П. Кезина (1986–2007), О. Н. Ларионова (2007–2011), И. И. Калина (2011–2020). Но пожалуй, никто из его предшественников не удостоился такой реакции общества на свою отставку, как замыкающий этот список Исаак Калина. Причем реакция эта начала проявляться задолго до того, как его отставка стала свершившимся фактом…
  • Анастасия Кузина19.05.2020 Дистанционная школа: опыт одного года Моя дочь Мария закончила восьмой класс. И этот учебный год она училась дистанционно. Это был эксперимент, решились мы на него обе с трепетом. Но эксперимент прошел успешно, и в девятом Маша тоже будет учиться онлайн. Как мы дошли до жизни такой? Начну с того, что весь предыдущий год, седьмой класс, мне было безумно стыдно перед Машей…
Подписаться
Уведомление о
guest
3 Комментария(-ев)
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии
Alex
Alex
7 месяцев(-а) назад

Странный текст. «Война без потерь не бывает.»

Леонид
Леонид
6 месяцев(-а) назад
В ответ на:  Alex

Алекс, а что странного в тексте?

Виктор Сорокин
Виктор Сорокин
7 месяцев(-а) назад

«Римская империя времени упадка
сохраняла видимость твердого порядка:
Цезарь был на месте, соратники рядом,
жизнь была прекрасна, судя по докладам.»
Это — всё, что можно сказать о нашей ситуации, если не использовать ненормативную лексику.

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (3 оценок, среднее: 3,00 из 5)
Загрузка...
 
 

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: