Неизвестный Леонов

Алексей Леонов в открытом космосе
Алексей Леонов в открытом космосе
Антон Первушин
Антон Первушин

Деятельность любого космонавта — череда приключений, многие из которых могут завершиться трагически. Не станет преувеличением сказать, что с момента зачисления в отряд космонавты всё время находятся в экстремальной ситуации, но осознаём мы это лишь в те дни, когда они навсегда уходят от нас.

11 октября не стало Алексея Архиповича Леонова — одного из тех людей, имена которых навсегда связаны с особым периодом в истории СССР. Его эпоха — это время могущества и величайших надежд, связанных с прорывом в будущее. Время атомной энергетики и подводных жилищ, сверхзвуковых лайнеров и космических кораблей, поиска инопланетных цивилизаций и реликтовых животных. Время битвы физиков с лириками. Время овеществления утопии. Время первых.

В 1959 году Алексей Леонов был молодым летчиком — стандартным «винтиком» колоссальной военной машины. Его судьба была пред­определена на годы вперед, но случилось чудо: среди прочих пилотов Леонова отобрали для прохождения специального обследования в Центральном научно-исследовательском авиационном госпитале в Сокольниках. Там он успешно преодолел «нагрузочные пробы», а в марте 1960 года его снова вызвали в столицу, чтобы зачислить в отряд космонавтов. Хотя Леонову не повезло попасть в шестерку кандидатов на первый орбитальный рейс, он стал готовиться по программе группового полета кораблей «Восток»1.

Надо сказать, что начальный этап развития советской пилотируемой космонавтики отличался политикой сокрытия сколько-нибудь значимой научно-технической информации. С одной стороны, вся космическая деятельность того времени была так или иначе связана с решением военных задач; с другой — пропаганда отказывалась признавать существование каких-либо проблем или не­удач. Засекречивались даже имена будущих космонавтов — если кто-нибудь из них отчислялся из отряда, он больше не мог претендовать на место в истории. При этом планы будущих полетов постоянно пересматривались, что нервировало кандидатов, которые росли профессионально, но не могли быть уверенными, что их навыки окажутся востребованы.

В январе 1964 года было решено отказаться от дальнейших экспериментов с кораблями «Восток» (3КА) в пользу кораблей «Восход», создаваемых для установления рекордов. На «Восходе-1» (3КВ) должен был отправиться в космос экипаж из трех человек; на «Восходе-2» (3КД) предполагалось осуществить первый в истории выход человека в открытый космос.

Доклад Алексея Леонова на заседании Государственной комиссии в марте 1965 года
Доклад Алексея Леонова на заседании Государственной комиссии в марте 1965 года

Оба полета готовились в спешке, и специалисты не успевали проверить надежность новых систем, устанавливаемых на «Восходах». Например, к назначенному сроку удалось подготовить только один беспилотный корабль 3КД. Он стартовал 22 февраля 1965 года под названием «Космос-57», вышел на орбиту, но после второго витка исчез. Расследование показало, что одну из команд передали на борт одновременно с двух наземных пунктов управления, и в результате наложения сформировалась команда на спуск.

Невзирая на очевидный риск для экипажа, 18 марта корабль «Восход-2» с космонавтами Павлом Беляевым и Алексеем Леоновым был запущен на орбиту. Суточный полет сопровождался аварийными ситуациями. Леонов совершил выход из корабля, но из-за раздутия скафандра «Беркут» сумел вернуться внутрь с большим трудом. При сходе с орбиты отказала система автоматической посадки, и Беляеву пришлось взять управление на себя, что закончилось приземлением в заснеженной тайге, куда спасатели добрались только на следующий день.

Картина Алексея Леонова и Андрея Соколова «Посадка на Луну»
Картина Алексея Леонова и Андрея Соколова «Посадка на Луну»

После экстремального полета на «Восходе-2» к Алексею Архиповичу Леонову пришла всемирная известность. О нем рассказывали не только как о первом человеке, совершившем выход в открытый космос, но и как о выдающемся художнике-самоучке, который способен показать людям внеземное пространство в виде образа, пропущенного через человеческое восприятие. Вскоре на страницах периодики и в наборах открыток появились картины Леонова, созданные при участии «космического» художника Андрея Соколова, и примечательно, что посвящены они были грядущей высадке на Луну2.

Благодаря полученному опыту, который долгое время оставался уникальным для советской космонавтики, Леонов стал одним из членов группы, которая готовила экспедицию к ближайшему небесному телу. С целью ее осуществления в рамках проекта «Союз» конструкторы разрабатывали двухместный космический корабль ­7К-Л1 («Зонд»), который должен был облететь Луну.

Испытания нового корабля также столкнулись с серьезными техническими проблемами. Четыре попытки вывести его беспилотный вариант на траекторию отлета закончились авариями. Только 2 марта 1968 года очередной корабль, получивший название «Зонд-4», был запущен на высокую эллиптическую орбиту, однако при возвращении сгорел в атмосфере. Еще два корабля погибли в апреле и июле. Наконец, 15 сентября «Зонд-5» был успешно выведен к Луне, обогнул ее и благополучно вернулся.

Всё это время космонавты упорно тренировались в надежде осуществить исторический рейс. Были сформированы три экипажа, которые возглавили Алексей Леонов, Валерий Быковский и Павел Попович. Однако «Зонд-6», отправленный в космос 10 ноября, разбился во время посадки, и советское правительство потребовало провести еще несколько запусков, чтобы удостовериться в работоспособности ракетно-космической системы. В итоге приоритет достался экипажу американского корабля «Аполлон-8».

Другой проект предусматривал полет к Луне на комплексе Л-3, состоящем из орбитального корабля ЛОК и посадочного модуля ЛК. Его должна была выводить в космос сверхмощная ракета Н-1. К экспедиции готовилась специальная группа космонавтов, которую возглавил Алексей Леонов. Вместе с Владимиром Шаталовым он изучал нюансы управления посадочным модулем на динамическом тренажере, созданном на основе вертолета «Ми-4». Впрочем, до реальной экспедиции дело так и не дошло. Аварии ракет Н-1 на этапе испытаний привели к тому, что весь проект был закрыт в пользу автоматических научных станций3.

Томас Стаффорд и Алексей Леонов в спускаемом аппарате корабля «Союз» (апрель 1975 года)
Томас Стаффорд и Алексей Леонов в спускаемом аппарате корабля «Союз» (апрель 1975 года)

Уступив в лунной гонке, советское правительство решило переориентировать космонавтику на программу создания долговременных орбитальных станций. В мае 1970 года ее участником стал и Алексей Леонов. Он возглавил экипаж корабля «Союз-11», который должен был отправиться на станцию «Салют-1». Специалисты запланировали запуск на начало лета 1971 года. Но 3 июня при финальном медицинском обследовании на рентгеновском снимке Валерия Кубасова врачи обнаружили затемнение в его правом легком и отстранили от полета. Леонов был сильно рассержен и сразу предложил заменить Кубасова космонавтом Владиславом Волковым из числа дублеров. Однако Государственная комиссия после долгих споров решила поменять всех. В итоге 6 июня корабль «Союз-11» стартовал с экипажем под командованием Георгия Добровольского. Космонавты провели на станции «Салют» двадцать три дня, но при возвращении произошла разгерметизация спускаемого аппарата и все трое погибли от удушья. Смерть снова обошла Леонова стороной.

Леонов и Кубасов все-таки совершили новый исторический полет — на корабле «Союз-19», который в июле 1975 года состыковался на околоземной орбите с американским «Аполлоном». Рейс прошел более чем успешно, на десятилетия сделав Леонова самым авторитетным советским космонавтом после Юрия Гагарина4.

Росту популярности Алексея Архиповича Леонова способствовало еще и постепенное рассекречивание деталей его подготовки к полетам и самих полетов. В 1970-е годы было наконец официально признано, что при возвращении «Восхода-2» на Землю произошла нештатная ситуация, грозившая космонавтам гибелью. В начале 1990-х годов в открытой печати появились сведения о проблеме с раздутием скафандра «Беркут», о замене экипажа «Союза-11» и проектах экспедиции на Луну.

К сожалению, информация подавалась урывками, без подтверждения конкретными документами. Поскольку публикуемые материалы иногда противоречили друг другу, возникло широкое поле для спекулятивных интерпретаций. Ревизия истории советской космонавтики, которая стала неизбежна после публикации рассекреченных архивных материалов, превратилась в создание нового публицистического мифа, оторванного от исторической правды. В результате сегодня можно утверждать, что, несмотря на множество книг и фильмов, подлинные биографии Леонова и других первых космонавтов остаются плохо изученными.

Конечно, со временем все подробности ярчайшего периода в становлении ракетно-космической отрасли нашей страны будут восстановлены и очищены от домыслов. И вклад в выявлении истины Алексея Архиповича Леонова, охотно делившегося воспоминаниями и никогда не избегавшего обсуждения острых проблем, трудно переоценить.

Антон Первушин

Иллюстрации к статье взяты с сайта
Российского государственного архива научно-технической документации (rgantd.ru)


1 Мировая пилотируемая космонавтика. История. Техника. Люди. — М.: РТСофт, 2005.

2 Краски космоса // Огонёк, 1965, № 40.

3 Маринин И., Шамсутдинов С. Советские программы пилотируемых полетов к Луне // Земля и Вселенная, 1993, № 4.

4 Маринин И. Первый в открытом космосе. Алексею Леонову – 85 лет // Русский космос, 2019, № 6.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (8 оценок, среднее: 4,75 из 5)
Загрузка...
 
 

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: