На кого ты похож?! Сравнительная история степеней сравнения

Богиня Кубаба сравнивает гранат с другими плодовыми культурами. Позднехеттский рельеф, арамейское влияние. Музей анатолийских цивилизаций в Анкаре, Турция
Богиня Кубаба сравнивает гранат с другими плодовыми культурами. Позднехеттский рельеф, арамейское влияние. Музей анатолийских цивилизаций в Анкаре, Турция
Мария Молина
Мария Молина

Сравни слона с моськой

Мало кто всерьез задумывается, как именно мы говорим, когда сравниваем что-то с чем-то. Впрочем, это вообще обычное дело: сороконожка тоже не считает свои ноги. С понятием «степени сравнения» люди встречаются впервые в школе на уроках иностранного языка, потом немного и на уроках родного — где им рассказывают, что вот бывает нулевая (положительная) степень, сравнительная (больше/меньше) и превосходная (самый большой). В принципе, это всё, что среднестатистический взрослый человек знает об устройстве своего собственного средства коммуникации с другими людьми.

Но попробуйте щелкнуть пальцами всякий раз, когда вы что-то или кого-то сравниваете, — поймете, что пальцами щелкать приходится больно уж часто. «На кого ты похож?!» — огорченно говорит мама школьнику, вернувшемуся домой в испачканной одежде после игр во дворе. «Да хоть ужом вывернись, всё равно ничего не выйдет», — пессимистично комментирует обитатель хрущевки перспективы незадачливого соседа. «Олух ты стоеросовый, медведь ты неповоротливый, собака ты эдакая» — всё это сравнения. Согласитесь, что без них наша речь была бы значительно беднее, и спектр этих выражений в любом языке существенно богаче, чем какая-то сравнительная или превосходная степени прилагательных и наречий.

Восемь ступеней к превосходному

Если не считать нулевую степень, теоретически может существовать 11 способов выразить качество одного явления или предмета (в понятие предмета входят животные и люди) через сравнение с другим явлением или предметом. Любое предложение, в котором применяется один из этих способов, содержит в себе 4 базовых параметра. Во-первых, это собственно то, что подвергается сравнению. Например, в предложении «Жизнь как чудо» таким сравниваемым (the comparee, CPR) является слово «жизнь». Во-вторых, это то, что ученые называют стандартом (the standard, STAND): то, с чем сравнивается, или «чудо» в нашем примере. Стандарт может не присутствовать — например, он подразумевается в контексте, как в выражении «На кого ты похож?!», где явно предполагается, что собеседник ни на кого приличного не похож совершенно точно. Третий параметр — качество, по которому предмет сравнивается со стандартом, и четвертый — степень, в которой проявляется это качество. Степень может быть выражена морфологически, с помощью суффикса (английское big — bigger или русское «меньше — больше»), может быть выражена с помощью служебного слова («самый большой»), с помощью глагола или прилагательного («масса уменьшилась», «ты на глазах умнеешь»), а может явным образом не выражаться совсем. А стандарт может маркироваться каким-то падежом («серым волком проскакивал») или предлогом («старик, с крючковатым носом, на коршуна похож») — или никак не маркироваться. Итого, когда мы соберем все эти категории и типы в одну систему классификации, получатся те самые 11 способов выразить наше представление о свойствах через сравнение [1].

Степеней сравнения, согласно последним работам по типологической лингвистике [2], существует не две и не три, как мы знаем из школьного курса, а целых восемь. Довольно большую группу составляют выражения, которые мы используем, чтобы сказать, что нечто или некто похож на нечто или кого-то другого. Их называют симилятивными. «На кого ты похож?!» — из этой серии. Близкую к ним группу составляют выражения, которые приравнивают одно к другому, то есть указывают, что качества — точно такие же. Эти конструкции называют эквативными (equative), и в некоторых языках Кавказа для выражения этого значения есть специальные эквативные суффиксы. А вот в индоевропейских языках, к которым относится русский, таких суффиксов нет, и нам значительно труднее понять, точно ли свойство одного предмета совпадает со свойством другого, или оно его только напоминает. Зато в индоевропейских языках можно найти специальные слова для выражения эквативности. Например, английское equal.

Разумеется, никуда не деваются также привычные нам сравнительная и превосходная степени, но специалисты разделяют каждую из них на две подгруппы: большинства и меньшинства (majority/superiority; minority/inferiority). И, наконец, есть элативная степень (elative), когда мы просто хотим сказать: «Очень много/мало»; и эксессивная (excessive) — когда качества «чересчур много».

Раскопки на местности: чем мы хуже древних?

Путь к превосходной степени оценивается в сравнении с вечным
Путь к превосходной степени оценивается в сравнении с вечным

Лингвисты из Цюрихского университета недавно собрали целую международную группу, чтобы проверить, какие из теоретически возможных способов выражения степеней сравнения существуют в разных европейских языках. В следующем году они собираются выпустить книгу об этом, так что у нас будет возможность проследить развитие сравнения в истории европейских языков — дело в том, что данные собираются не только по новым, но и по древним языкам, таким как древнерусский, древнеармянский и даже хеттский, древнейший язык индоевропейской семьи, дошедший до нас на клинописных табличках из II тысячелетия до нашей эры.

Для древних хеттов сравнение было очень важным инструментом коммуникации — в переписке между властителями Древнего Ближнего Востока не обойтись без выяснения, кто обладает большей силой, кто менее значим, а кто входит в клуб Великих, равных между собой. «Но теперь брат мой, Великий Царь, мне равный, написал мне» (kinuna=wa=mu ŠEŠ-YA LUGAL.GAL ammel annauliš IŠPUR), — гласят строки из письма хеттского царя Хаттусили III к владыке Аххиявы, государства, ассоциируемого с ахейцами из гомеровского эпоса, и мы понимаем, что в тот момент ахейцы были не последними людьми на Ближнем Востоке. Интересно, что для превосходной степени в их языке не нашлось ни частицы, ни суффикса, — никаких тебе «наилучший» или «самый сильный», к которым мы привыкли. «Среди богов важная ты, богиня Солнца города Аринна» (namma=z(a)=kan DINGIRMEŠ-aš ištarna zik=pat dUTU URUarinna nakkiš), — возглашается в одном из хеттских гимнов. Там, где для русского уха непременно требуется суффикс превосходности («из богов важнейшая», сказали бы мы), хеттам было достаточно обозначить сферу действия сравнения и назвать качество. «Не умножайте сущностей, и так всё ясно», — сказали бы они нам, и в чем-то были совершенно правы.

Мария Молина,
канд. филол. наук, Институт языкознания РАН

  1. Ultan, Russell. 1972. ‘Some features of basic comparative constructions’. In: Working papers on Language Universals 9, 117–162.
  2. Treis, Yvonne & Martine Vanhove (eds.). 2017. Similative and Equative Constructions. A cross-linguistic perspective. Amsterdam/Philadelphia: Benjamins.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

 См. также:

  • Хеттский бог грома Тархунт (Тешшуб). Фото Aykan Özener10.03.2020 Ритмы древневосточных мифов Древнегреческая поэзия задала ритм и просодию европейского стиха — в той части, в которой мы полагаем себя наследниками культуры, породившей Гесиода, Гомера и Сапфо. «Встала из мрака младая с перстами пурпурными Эос…» — с древнегреческого гекзаметра как будто начинаются стихи всех времен и народов в рамках европейской цивилизации. Как будто до Древней Греции и не было ничего…
  • Кому нужен хеттский корпус?20.11.2018 Кому нужен хеттский корпус? Известно, что настоящий ученый способен объяснить ребенку, над чем работает, за пять минут простыми словами. Но на самом деле это такая психологическая ловушка: ты можешь заниматься очень нужными серьезными вещами с большим потенциалом для будущего человечества, но не всегда иметь ответ на вопросы «Что это такое?» и «Кому это нужно прямо сейчас?». Возьмите язык одной из малых народностей России, последние носители которой вот-вот умрут и языковеды пытаются успеть записать на диктофон их речь, расшифровать, зафиксировать в лингвистических корпусах. Зачем это […]
  • 8 сентября 2017 года, столовая таксистов в аэропорту Стамбула. Сергей Лёзов читает Гульсуме Демир вводную лекцию о туройо. Фото М. Калинина25.08.2020 Всякое зачатие непорочно Продолжаем публикацию очерков Сергея Лёзова, профессора Института классического Востока и античности Высшей школы экономики, посвященных изучению и документации арамейских языков.
  • Ирина Фуфаева11.08.2020 Не извиняюсь — мы свои, или О мифических и непридуманных правилах русского языка Снова и снова вижу в соцсетях словесную пальбу не очень искушенных, но очень мотивированных любителей русского языка по привычным мишеням грамматической ненависти. Например, глаголы извиняться и убираться — жертвы «мифа о СЯ». «Убираться, прибираться — как язык поворачивается такое произносить? Мы же не себя убираем!»; «Разве можно самому себя извинять?» На самом деле постфикс -ся, который действительно происходит из возвратного местоимения себя, превратившегося — так бывает — в кусочек слова, выражает множество разнообразных […]
Подписаться
Уведомление о
guest
0 Комментария(-ев)
Встроенные отзывы
Посмотреть все комментарии
Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (3 оценок, среднее: 4,67 из 5)
Загрузка...
 
 

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: