Завидная судьба. Физик А. И. Лейпунский (1903–1972)

Виктор Водкин

Вик­тор Вод­кин

Алек­сандр Ильич Лей­пун­ский — физик-экс­пе­ри­мен­та­тор, член Укра­ин­ской ака­де­мии наук, лау­ре­ат Ленин­ской пре­мии, Герой Соци­а­ли­сти­че­ско­го Тру­да, кава­лер трех орде­нов Лени­на. «Он дал стране тех­но­ло­гию не менее мощ­ную, чем бом­ба, но уже сози­да­тель­ную — реак­тор на быст­рых ней­тро­нах», — гово­рил ака­де­мик РАН Ана­то­лий Зрод­ни­ков, дирек­тор Физи­ко-энер­ге­ти­че­ско­го инсти­ту­та им. Лей­пун­ско­го (Обнинск).

А. И. Лейпунский. Рисунок Дарьи Шёпот (Обнинск)

А. И. Лей­пун­ский. Рису­нок Дарьи Шёпот (Обнинск)

Стремительная карьера

АИЛ — так назы­ва­ли его сотруд­ни­ки — родил­ся в бело­рус­ском местеч­ке. Еврей. Отец — стро­и­тель-десят­ник. До поступ­ле­ния в 1921 году в Пет­ро­град­ский поли­тех­ни­че­ский инсти­тут АИЛ успел пора­бо­тать посыль­ным, рабо­чим, помощ­ни­ком масте­ра, окон­чить тех­ни­кум.

Его твор­че­ская дея­тель­ность нача­лась на вто­ром кур­се, когда А. Ф. Иоф­фе при­вел шесть сту­ден­тов в свою лабо­ра­то­рию в ЛФТИ. Закон­чив уче­бу, АИЛ оста­ет­ся в инсти­ту­те. Летом 1928-го он на сред­ства, полу­чен­ные Иоф­фе за кон­суль­та­ции ком­па­нии General Electric, изу­ча­ет состо­я­ние немец­кой нау­ки. В октяб­ре в соста­ве «ленин­град­ско­го десан­та» при­ез­жа­ет в сто­ли­цу Укра­и­ны Харь­ков. Нар­ком­тяж­пром созда­ет здесь физи­ко-тех­ни­че­ский инсти­тут — УФТИ. АИЛ дела­ет стре­ми­тель­ную карье­ру: глав­ный физик — заме­сти­тель дирек­то­ра. В 1931 году инсти­тут по его пред­ло­же­нию начал рабо­тать в новой обла­сти — физи­ка ядра. Для него само­го — выбор «на всю остав­шу­ю­ся жизнь». В 1932-м А. И. Лей­пун­ский, К. Д. Синель­ни­ков, А. К. Валь­тер и Г. К. Латы­шев рас­ще­пи­ли атом, отстав от сотруд­ни­ков Э. Резер­фор­да на пол­го­да.

Антон Кар­ло­вич Валь­тер — герой сту­ден­че­ско­го фольк­ло­ра. Лето 1940-го. Дом отды­ха ХГУ. На нашем кусоч­ке бере­га Дон­ца ожив­ле­ние: Валь­тер! При­ста­ет плос­ко­дон­ка с рыбо­лов­ны­ми сна­стя­ми, в ней маль­чик и неожи­дан­но моло­дой про­фес­сор. Они оде­ты в хол­що­вые шта­ны, на голо­вах — соло­мен­ные шля­пы (бры­ли). Через несколь­ко минут — сорев­но­ва­ние: кто даль­ше ныр­нет, быст­рей про­плы­вет, луч­ше прыг­нет с выш­ки. Еще одна встре­ча в кон­це апре­ля 1941-го. Послед­ний сту­ден­че­ский пер­во­май­ский вечер. После тор­же­ствен­ной части — худо­же­ствен­ная. Кон­фе­ран­сье — Валь­тер. Он же изоб­ра­жа­ет фран­цуз­скую борь­бу, един в двух лицах. Бурю вос­тор­га вызва­ла репри­за: «При­бли­жа­ют­ся экза­ме­ны. Если сту­ден­ты подоб­ны неопыт­ным плов­цам, кото­рым пред­сто­ит пере­плыть бур­ный поток, то про­фес­со­ра я бы упо­до­бил осна­вов­цу (сотруд­ник „Обще­ства спа­се­ния на водах“. — В. В.), ему пред­сто­ит в оди­ноч­ку спа­сти три­ста тону­щих».

В 30 лет АИЛ ста­но­вит­ся дирек­то­ром УФТИ, сохра­нив руко­вод­ство ядер­ной лабо­ра­то­ри­ей. Чуть позд­нее избран ака­де­ми­ком АН Укра­и­ны, став самым моло­дым ее чле­ном за всю — по сей день — исто­рию ака­де­мии.

Для луч­ше­го зна­ком­ства с поло­же­ни­ем дел в ядер­ной физи­ке дирек­тор про­хо­дит ста­жи­ров­ку в Гер­ма­нии и Англии. В Гер­ма­нии по зада­нию нар­ко­ма при­гла­сил на рабо­ту в УФТИ несколь­ких вид­ных немец­ких физи­ков. «Стро­ить соци­а­лизм?! Все­гда гото­вы!»

У Резер­фор­да АИЛ про­вел опы­ты в новом пер­спек­тив­ном направ­ле­нии.

На реше­ние нем­цев повли­ял, види­мо, и высо­чай­ший уро­вень про­во­ди­мых здесь иссле­до­ва­ний. Тео­ре­ти­че­ской «бри­га­дой» ведал Лев Лан­дау. Кон­суль­тан­том был Геор­гий Гамов — идей­ный вдох­но­ви­тель «раз­би­ва­те­лей» атом­ных ядер. Здесь у кол­лег, в чис­ле дру­гих, гости­ли буду­щие нобе­лев­ские лау­ре­а­ты: Н. Бор, Д. Кок­рофт, П. Капи­ца, Н. Семё­нов, В. Гей­зен­берг, П. Дирак, И. Тамм, Ф. Жолио-Кюри.

Еще одно лич­ное вос­по­ми­на­ние. В 1934 году сто­ли­ца Укра­и­ны пере­еха­ла из Харь­ко­ва в Киев. Осво­бо­ди­лось кра­си­вое зда­ние в цен­тре горо­да — до рево­лю­ции Дво­рян­ское собра­ние. Его отда­ли пер­во­му в стране Двор­цу пио­не­ров. Бога­то обо­ру­до­ван­ный физи­че­ский отдел воз­глав­лял умни­ца Давид Ильич Копп. Он собрал под свое кры­ло люби­те­лей физи­ки, аст­ро­но­мии, мате­ма­ти­ки.

В 1935-м в УФТИ при­е­ха­ли Ирен и Фре­де­рик Жолио-Кюри. Ста­ра­ни­я­ми Дави­да Ильи­ча их и нем­ца, поки­нув­ше­го Гер­ма­нию, при­гла­си­ли к пио­не­рам. Пере­во­дил с немец­ко­го мой това­рищ, вось­ми­класс­ник Алик. Я был пред­став­лен гостю как люби­тель мате­ма­ти­ки. Он уст­но и в кни­ге почет­ных посе­ти­те­лей посо­ве­то­вал зани­мать­ся тео­ри­ей веро­ят­но­стей. Мож­но посме­ять­ся над моим тогдаш­ним тре­пе­том. Фре­де­рик и его жена Ирен — живая леген­да. Дочь и зять Марии Кюри! Круп­ней­шие иссле­до­ва­те­ли атом­но­го ядра… Нобе­лев­ские лау­ре­а­ты… Но сове­ты Жолио-Кюри опро­ки­ну­ла вой­на.

Меж­ду про­чим, супру­ги учи­лись в необыч­ной шко­ле, создан­ной уче­ны­ми Пари­жа для сво­их детей. Папы и мамы сами там пре­по­да­ва­ли. К при­ме­ру, уро­ки физи­ки вел имев­ший миро­вое имя Поль Лан­же­вен.

Воз­вра­тив­шись из Евро­пы, АИЛ сосре­до­та­чи­ва­ет уси­лия на иссле­до­ва­ни­ях меха­низ­ма деле­ния ура­на под дей­стви­ем ней­тро­нов. Когда я шел по тер­ри­то­рии УФТИ на лек­цию для школь­ни­ков, то обра­щал мало вни­ма­ния на при­зе­ми­стое серое зда­ние, в кото­ром про­ис­хо­ди­ли важ­ные собы­тия.

Вско­ре АИЛ вошел в Ядер­ную и Ура­но­вую комис­сию АН СССР. Он посто­ян­но при­вле­кал вни­ма­ние руко­вод­ства к новым воз­мож­но­стям.

Вой­на. Учре­жде­ния АН Укра­и­ны эва­ку­и­ру­ют в Уфу. Здесь АИЛ орга­ни­зу­ет Инсти­тут физи­ки и мате­ма­ти­ки, кото­рый зани­ма­ет­ся насущ­ны­ми воен­ны­ми зада­ча­ми. Пере­ехав с инсти­ту­том в Киев, он созда­ет там отдел ядер­ной физи­ки. Основ­ная цель — полу­че­ние дан­ных для атом­ных тех­но­ло­гий. Пер­вый орден Лени­на. Неко­то­рые исто­ри­ки назы­ва­ют авто­ров совет­ской атом­ной бом­бы в сле­ду­ю­щем поряд­ке: Кур­ча­тов, Зель­до­вич, Лей­пун­ский…

В тече­ние пяти лет Алек­сандр Ильич — декан факуль­те­та и заве­ду­ю­щий кафед­рой в Мос­ков­ском физи­ко-тех­ни­че­ском инсти­ту­те.

Быстрые реакторы

В 1949 году АИЛ остав­ля­ет часть сво­их обя­зан­но­стей и начи­на­ет рабо­тать заве­ду­ю­щим науч­ным отде­лом лабо­ра­то­рии «В» (ныне — Физи­ко-энер­ге­ти­че­ский инсти­тут в Обнин­ске). Назва­ния меня­лись, АИЛ оста­вал­ся. Глав­ное дело — реак­то­ры на быст­рых ней­тро­нах, они же — «быст­рые реак­то­ры» (БР), они же — реак­то­ры-раз­мно­жи­те­ли.

Корот­кое пояс­не­ние. Ядер­ное ору­жие суще­ство­ва­ло, рабо­та­ли ядер­ные реак­то­ры. Там и тут исполь­зо­ва­ли в первую оче­редь уран. В при­ро­де он состо­ит из двух изо­то­пов: 0,7% ура­на-235 и 99,3% ура­на-238. Их хими­че­ские свой­ства сов­па­да­ют, ядер­ные раз­лич­ны. Для заря­дов и ядер­но­го «топ­ли­ва» («горю­че­го») тре­бо­ва­лось мно­го­крат­но повы­сить содер­жа­ние ура­на-235, про­из­ве­сти «обо­га­ще­ние». Эти реак­то­ры назы­ва­ли мед­лен­ны­ми (теп­ло­вы­ми).

Сти­му­лом слу­жи­ло то, что в них в неболь­шом коли­че­стве выра­ба­ты­вал­ся искус­ствен­ный эле­мент плу­то­ний-239, пре­вос­хо­дя­щий уран-235 как осно­ва ядер­ных заря­дов и спо­соб­ный быть ядер­ным горю­чим. Оста­ва­лось «толь­ко» извлечь его из отра­бо­тан­но­го топ­ли­ва.

И. В. Кур­ча­тов, А. И. Лей­пун­ский и дру­гие веду­щие физи­ки пред­по­ла­га­ли воз­мож­ность созда­ния быст­рых реак­то­ров, горю­чим для кото­рых смо­жет слу­жить уран-238.

АИЛ неза­ви­си­мо при­шел к мыс­ли, что БР спо­соб­ны про­из­во­дить плу­то­ния боль­ше, чем израс­хо­ду­ют исход­но­го топ­ли­ва. Отсю­да — раз­мно­жи­тель, а так­же осо­бый к ним инте­рес вла­стей. На запис­ку АИЛ в Сов­мин СССР «О систе­мах на быст­рых ней­тро­нах» без про­мед­ле­ний после­до­ва­ла поло­жи­тель­ная реак­ция. Ответ­ствен­ность за про­бле­му воз­ло­жи­ли на И. В. Кур­ча­то­ва и А. И. Лей­пун­ско­го. Пря­мое руко­вод­ство осу­ществ­лял послед­ний.

Забе­гая на годы впе­ред, заме­чу, что уси­лия не про­па­ли даром: пер­вые про­мыш­лен­ные БР и един­ствен­ные, выдер­жав­шие про­вер­ку вре­ме­нем, были созда­ны в СССР.

Обшир­ные все­сто­рон­ние зна­ния поз­во­ли­ли АИЛ уви­деть, что ядер­ная часть — толь­ко малый фраг­мент про­блем на пути к успе­ху. Сотруд­ни­ки не раз уди­вят­ся спра­вед­ли­во­сти дога­док и про­гно­зов АИЛ при ску­до­сти зна­ний тех лет.

Деле­ние ура­на про­те­ка­ет с выде­ле­ни­ем огром­ной энер­гии. 1 г ура­на отве­ча­ет трем ваго­нам угля. Что­бы «актив­ная зона» не рас­пла­ви­лась (самая частая ава­рия реак­то­ров), ее необ­хо­ди­мо охла­ждать. В БР реак­ции про­те­ка­ют в мень­ших объ­е­мах, отве­сти теп­ло слож­ней. Реши­ли исполь­зо­вать цир­ку­ля­цию жид­ко­го метал­ла. Нача­ли с хоро­шо изу­чен­ной рту­ти. Затем пере­шли к жид­ко­му натрию. Аме­ри­кан­цы отка­за­лись от натрия после ава­рии на под­вод­ной лод­ке «Мор­ской волк». Не спра­ви­лись с про­теч­ка­ми, кото­рые сопро­вож­да­лись пожа­ра­ми: натрий заго­ра­ет­ся на воз­ду­хе, сопри­ка­са­ясь с водой… Совет­ские ока­за­лись упор­нее. «Тем хуже для аме­ри­кан­цев». Для атом­ных под­ло­док АИЛ пред­ло­жил сплав свин­ца с вис­му­том.

Один за дру­гим созда­ют­ся всё более мощ­ные опыт­ные реак­то­ры, про­цес­сы в них все­сто­ронне изу­ча­ют­ся. «Сжи­га­ют» уран, плу­то­ний, их ком­би­на­ции. Для кон­струк­ций нахо­дят мате­ри­а­лы, стой­кие к облу­че­нию чудо­вищ­ны­ми пото­ка­ми ней­тро­нов. Шаг за шагом, год за годом. За БР-1 сле­ду­ет БР-2, за ним БР-5.

Под науч­ным руко­вод­ством ФЭИ, т. е. Лей­пун­ско­го, рабо­та­ли мно­го­чис­лен­ные орга­ни­за­ции. Его реко­мен­да­ции помо­га­ли нахо­дить выход из самых труд­ных ситу­а­ций.

В 1960 году его иссле­до­ва­ния увен­ча­ны Ленин­ской пре­ми­ей. Через три года он удо­сто­ен зва­ния Героя Соц­тру­да.

О чело­ве­че­ских каче­ствах АИЛ в вос­по­ми­на­ни­ях гово­рят ред­ко. Неболь­шой штрих. По его замыс­лу парал­лель­но реа­ли­зу­ют­ся два про­ек­та. При­ня­то реше­ние про­дол­жать толь­ко мос­ков­ский, объ­еди­нив груп­пы. Ни один чело­век не уехал доб­ро­воль­но. Толь­ко бы рабо­тать с Лей­пун­ским!

Наря­ду с устрем­лен­но­стью на созда­ние ору­жия АИЛ обду­мы­ва­ет вари­ан­ты исполь­зо­ва­ния теп­ла, отво­ди­мо­го с таким тру­дом. Хва­тит обо­гре­вать реки и помо­гать зим­не­му купа­нию маль­чи­шек. Наста­ло вре­мя постро­ить на базе БР энер­го­блок. АИЛ потре­бо­вал чет­кой фор­му­ли­ров­ки тех­ни­че­ских усло­вий. Назна­чи­ли теп­ло­вую мощ­ность 1000 МВт, выбра­ли место — город Актау (Шев­чен­ко) на бере­гу Кас­пия.

Но тут АИЛ дела­ет пау­зу для стро­и­тель­ства экс­пе­ри­мен­таль­ной АЭС БОР-60 — про­то­ти­па буду­щей БН-350. Задерж­ка вызва­ла недо­воль­ство ряда руко­во­ди­те­лей «атом­но­го» мини­стер­ства, рабо­ты оста­но­ви­ли. Кол­ле­гия усту­пи­ла после обра­ще­ния А. И. Лей­пун­ско­го, А. П. Алек­сан­дро­ва…

Тща­тель­ная под­го­тов­ка ска­за­лась. БН-350 слу­жил с 1973 года 25 лет вме­сто рас­чет­ных 20. Он обес­пе­чи­вал опрес­не­ние 120 000 м3 мор­ской воды в сут­ки и давал энер­гию горо­ду Актау.

Пуско-нала­доч­ные рабо­ты про­хо­ди­ли при пря­мом уча­стии науч­но­го руко­вод­ства. Алек­сандр Ильич про­во­дил на строй­ке мно­го вре­ме­ни. До пус­ка он не дожил.

Под его руко­вод­ством про­ек­ти­ро­ва­ли энер­го­блок с реак­то­ром БН-600, выбра­ли для него место уста­нов­ки — Бело­яр­ская АЭС, Урал. Пусти­ли реак­тор в 1980-м. Рас­сек­ре­чи­ва­ние откры­ло выда­ю­щу­ю­ся роль АИЛ в созда­нии судо­вых ядер­ных дви­га­те­лей. На око­ло­зем­ную орби­ту были запу­ще­ны десят­ки спут­ни­ков с БР «Бук».

Немыс­ли­мая рабо­то­спо­соб­ность.

Под надзором чекистов

Бро­сим взгляд на собы­тия, кото­рых пока не каса­лись.

Жизнь АИЛ пока­зы­ва­ет, что зна­чи­ло в те годы быть совет­ским уче­ным. Рай для шар­ла­та­нов, тупиц, карье­ри­стов. Чисти­ли­ще для чест­ных, пре­дан­ных нау­ке. Пре­уве­ли­че­ние? Посмот­рим.

Лей­пун­ско­го не избра­ли в АН СССР. Актив­ный сто­рон­ник новых пер­спек­тив­ных и срав­ни­тель­но без­опас­ных тех­но­ло­гий встре­чал сопро­тив­ле­ние спло­чен­ной груп­пы заслу­жен­ных созда­те­лей тех­но­ло­гий ста­рых. Памят­ник заслу­жен­ным — сар­ко­фаг в Чер­но­бы­ле.

В 1937 году АИЛ «за пособ­ни­че­ство вра­гам наро­да» исклю­чен из пар­тии и снят с долж­но­сти дирек­то­ра. А ведь шел на сдел­ку: под­пи­сал харак­те­ри­сти­ку, где о невин­но аре­сто­ван­ном физи­ке-тео­ре­ти­ке гово­ри­лось, что его дея­тель­ность объ­ек­тив­но нано­си­ла вред… Пись­мен­но и уст­но клей­мил себя за «поте­рю бди­тель­но­сти». Мол, про­гля­дел анти­со­вет­ские груп­пи­ров­ки в инсти­ту­те. Не рас­по­знал шпи­о­нов в при­гла­шен­ных им в УФТИ нем­цах. Воз­ра­ду­ем­ся, вели­кий уче­ный — чело­век и такая же жерт­ва, как любой дру­гой. Счаст­ли­вы те, кто не испы­тал, чего сто­ят подоб­ные само­ого­во­ры.

14 июня 1938 АИЛ был аре­сто­ван. Про­вел в заклю­че­нии два меся­ца. Что его спас­ло? «Опа­ла» Ежо­ва?.. Вме­ша­тель­ство пре­зи­ден­та АН Укра­и­ны Бого­моль­ца?.. Сила репрес­сий в их ало­гич­но­сти.

Рас­стрел заме­сти­те­ля нар­ко­ма Ю. Пята­ко­ва и началь­ни­ка Науч­но-тех­ни­че­ско­го сек­то­ра Н. Буха­ри­на вооду­ше­ви­ли обком и НКВД. УФТИ раз­гром­лен, мно­гие аре­сто­ва­ны, часть рас­стре­ля­на. Лан­дау в тюрь­ме. Один немец рас­стре­лян, двое выдво­ре­ны на роди­ну. Спа­си­бо, что выжи­ли, напи­са­ли кни­ги об УФТИ, о допро­сах. Были они уче­ны­ми миро­во­го уров­ня.

Пре­кра­ти­лись живо­твор­ные кон­так­ты с зару­беж­ны­ми кол­ле­га­ми. Цар­ству­ют недо­ве­рие и подо­зри­тель­ность. Ини­ци­а­ти­ва остав­ших­ся на сво­бо­де пара­ли­зо­ва­на. На коне те, кто обе­ща­ет успех зав­тра.

Вели­ко­леп­ная обста­нов­ка для заня­тий фун­да­мен­таль­ной нау­кой!

Сте­пень запу­ган­но­сти и уни­же­ния уче­ных (тоже жерт­вы) иллю­стри­ру­ет отры­вок из обра­ще­ния к Ста­ли­ну Все­со­юз­ной кон­фе­рен­ции по физи­ке ядра, состо­яв­шей­ся в сен­тяб­ре 1937 года в Москве (пожи­лые с дро­жью вспом­нят, моло­дые услы­шат язык эпо­хи):

«…Успеш­ное раз­ви­тие совет­ской физи­ки про­ис­хо­дит при общем упад­ке нау­ки в капи­та­ли­сти­че­ских стра­нах, где нау­ка фаль­си­фи­ци­ру­ет­ся и ста­вит­ся на служ­бу уси­ле­нию экс­плу­а­та­ции чело­ве­ка чело­ве­ком, гра­би­тель­ским вой­нам и так назы­ва­е­мо­му „науч­но­му“ обос­но­ва­нию иде­а­лиз­ма и попов­щи­ны.

Под­лые аген­ты фашиз­ма, троц­кист­ско-буха­рин­ские шпи­о­ны и дивер­сан­ты, выпол­няя волю сво­их хозя­ев, не оста­нав­ли­ва­ют­ся ни перед какой гнус­но­стью, что­бы подо­рвать мощь нашей роди­ны, вырвать у вели­кой семьи наро­дов СССР заво­е­ва­ния Вели­кой октябрь­ской соци­а­ли­сти­че­ской рево­лю­ции. Вра­ги наро­да про­ник­ли и в сре­ду физи­ков, выпол­няя шпи­он­ские и вре­ди­тель­ские зада­ния в науч­но-иссле­до­ва­тель­ских инсти­ту­тах, пыта­ясь нару­шить нала­жи­ва­ю­щу­ю­ся связь с прак­ти­кой и про­тас­ки­вать под видом физи­че­ских тео­рий вся­кий иде­а­ли­сти­че­ский хлам.

Сокру­ши­тель­ный удар, уни­что­же­ние фашист­ских гнезд яви­лись отве­том всех тру­дя­щих­ся нашей стра­ны на гнус­ные пре­ступ­ле­ния вра­гов.

…Да здрав­ству­ет вели­кий вождь!»

Вот так.

АИЛ сме­ло при­ни­мал ответ­ствен­ные реше­ния, отста­и­вал их, невзи­рая на авто­ри­те­ты и долж­но­сти, участ­во­вал в рис­ко­ван­ных испы­та­ни­ях, лишь слу­чай­но избе­жал тяже­лых послед­ствий. Три инфарк­та не в счет. Пред­ла­га­ли вновь подать прось­бу о вступ­ле­нии в пар­тию. Нет! Толь­ко вос­ста­нов­ле­ние. Добил­ся после 10 лет борь­бы. Но дру­гим спо­рить с обко­мом и чеки­ста­ми не сове­то­вал. В 60-х в ФЭИ обсуж­да­ли рас­про­стра­ни­те­лей сам­из­да­та. Мне­ние АИЛ одно­знач­но: толь­ко рас­ка­и­вать­ся, толь­ко про­сить про­ще­ния и обе­щать всё что угод­но. «В чем же… каять­ся?» Он раз­вел рука­ми. Пом­нил Харь­ков 1930-х годов. Бро­сим вслед ему камень?

P. S. Одна­жды на вопрос, чем он гор­дит­ся, ака­де­мик Вале­рий Суб­бо­тин отве­тил: «Я счи­таю, что мне очень повез­ло в том, что я 19 лет рабо­тал с А. И. Лей­пун­ским».

Сорат­ни­ки Алек­сандра Ильи­ча в ФЭИ и в дру­гих орга­ни­за­ци­ях про­дол­жа­ют его дело.

Сбу­дут­ся ли меч­ты Лей­пун­ско­го об энер­ге­ти­че­ском изоби­лии?

Вик­тор Вод­кин,
канд. техн. наук

Ста­тья пуб­ли­ко­ва­лась в газе­те «Взгляд» (Сан-Фран­цис­ко)

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (3 оценок, среднее: 3,33 из 5)
Загрузка...
 
 

Метки: , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

3 комментария

  • Леонид Коганов:

    Глу­бо­ко­ува­жа­е­мый Вик­тор!
    Спа­си­бо за сви­де­тель­ства почти оче­вид­ца.
    Но, и я покор­ней­ше про­шу Вас об этом, «гово­ря сло­ва­ми чело­ве­ка мое­го поко­ле­ния», давай­те не ста­нем пре­да­вать­ся сусаль­но-ста­лин­ско­му елей­но­му и пом­пез­но-импер­ско­му сти­лю, как-то под­сче­ту орде­но­фф, зва­ний и про­чей сугу­бо вне­на­уч­ной дре­бе­де­ни. Быст­рые ней­тро­ны – в сухом остат­ке, и это нема­ло. А вот об осталь­ном пусть сугу­бо доку­мен­ти­ро­ван­но и про­фес­си­о­наль­но судят исто­ри­ки нау­ки.
    Жела­тель­но, вырос­шие вне тоталь­ной идео­ло­ги­че­ской обра­бот­ки.
    Искренне наде­юсь на Ваше, Кол­ле­га, пони­ма­ние.
    С посто­ян­ным почте­ни­ем к Вам,
    Л.К.

  • Maks Margolin:

    Бра­во, Вик­тор Льво­вич, заме­ча­тель­ная ста­тья.
    Как хоро­шо, что сила­ми энту­зи­а­стов, таких как Вы, мож­но вос­ста­но­вить
    исто­рию нау­ки, исто­рию пре­одо­ле­ния труд­но­стей изу­че­ния неожи­дан­ных
    при­род­ных явле­ний и исто­рию пре­одо­ле­ния труд­но­стей, созда­ва­е­мых
    неве­же­ством, жад­но­стью, зави­стью власть иму­щих…
    Пусть у Вас будут силы про­дол­жать …
    Что каса­ет­ся «сугу­бо вне­на­уч­ной дре­бе­де­ни», то она тоже необ­хо­ди­ма, так как
    при­хо­дит­ся доби­вать­ся мате­ри­аль­но­го обес­пе­че­ния рабо­ты, и основ­ные аргу­мен­ты
    чаще все­го опи­ра­ют­ся на эту «дре­бе­день»…
    Успе­хов Вам

  • Igor Strakovsky:

    Никто не может оспо­рить вклад в физи­ку, сде­лан­ную А. И. Лей­пун­ским. Я поз­во­лю лишь себе при­ве­сти цита­ту из писма Гео­рия Анто­но­ви­ча Гамо­ва, хра­ня­ще­го­ся в кол­лек­ции ману­скрип­тов биб­лио­те­ки Кон­грес­са США (REPRODUCED FROM THE COLLECTIONS OF THE MANUSCRIPT DIVISION, LIBRARY OF CONGRESS)
    «During the first year out of the USSR we were trying to «behave» well and «make no trouble with our homeland» because my wife had a mother in Moscow and I had a father in Odessa, but here of course was pressure to bring us back. While we stayed in Cambridge in the summer, A. Leipunski (who
    engineered the last trip of Kapiza to the USSR) visited my wife, while I was in Cavendish Laboratory, and told her that, unless she persuaded me to return, there would be trouble with her mother. Coming back to our apartment, or rather rented room, I found my wife in tears. But she told him that she was not going to persuade me and would not succeed even if she tried.»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Недопустимы спам, оскорбления. Желательно подписываться реальным именем. Аватары - через gravatar.com