Сидение в Интернете: русский язык и аддиктивность виртуального мира

Ирина Фуфаева

Ири­на Фуфа­е­ва

Гла­гол сидеть в (имен­но с пред­ло­гом «в»!) обрел новое зна­че­ние так лег­ко, что мы и не заме­ти­ли, когда имен­но оно про­скольз­ну­ло в язык. Уже 16 лет назад — в 2002 году — геро­и­ня замет­ки в глян­це­вом жур­на­ле «Домо­вой» «оби­жа­лась, что он всё вре­мя сидит в Интер­не­те». Участ­ни­ца нефор­маль­но­го опро­са слы­шит это выра­же­ние «уже лет 19, с момен­та зна­ком­ства с ком­пью­те­ром и Сетью». Но в 1999 году автор длин­но­го тек­ста о спе­ци­фи­ке бытия в Сети ни разу гла­гол сидеть в (этой самой Сети) не исполь­зу­ет — воз­мож­но, он еще слиш­ком жар­го­низм. «В Интер­не­те это­го не полу­чит­ся. Что­бы пере­хо­дить с сай­та на сайт, поль­зу­ясь Сетью, необ­хо­ди­мо пре­дель­ное вни­ма­ние».

Как же полу­чи­лось, что новое состо­я­ние… дея­тель­ность… да что там — новая раз­но­вид­ность жиз­ни! — по-рус­ски ста­ла «сиде­ни­ем в»? (в Сети, Интер­не­те, «ВКон­так­те», «Фейс­бу­ке»…). Толь­ко пото­му, что, кли­кая на ссыл­ки, читая и высту­ки­вая ком­мен­та­рии, наше тело физи­че­ски сидит? Ну, вооб­ще-то, сей­час мож­но сидеть в соц­се­точ­ке и стоя, бла­го­да­ря мобиль­но­му интер­не­ту. Мож­но и соб­ствен­но сидеть в теле­фоне (хоть стоя, хоть лежа): «я вруч­ную запи­сы­вал вре­мя, потра­чен­ное на сиде­ние в теле­фоне»; «не сиди­те посто­ян­но в гад­же­тах».

Думаю, что мы, гово­ря­щие по-рус­ски, бес­со­зна­тель­но «про­го­ло­со­ва­ли» за гла­гол сидеть, пото­му что ощу­ща­ли его смыс­ло­вую струк­ту­ру. Осо­бен­но — оттен­ки смыс­ла соче­та­ния сидеть с пред­ло­гом «в», выра­жа­ю­щим нахож­де­ние внут­ри (или «дви­же­ние внутрь»; но тут имен­но про нахож­де­ние, ста­ти­ку).

И смыс­ло­вая струк­ту­ра эта выстро­и­лась века­ми.

«Сидеть в» в пря­мом зна­че­нии мож­но, если ты, сидя на чем-то, еще и сидишь в каком-то огра­ни­чен­ном про­стран­стве. В повоз­ке, в углу, в гор­ни­це… А еще — в погре­бе, яме, тем­ни­це в ожи­да­нии ско­ро­го кня­же­ско­го суда или пря­чась от вра­гов. Пре­бы­ва­ние в местах послед­не­го рода — зато­че­ние — ста­ло в целом обо­зна­чать­ся сло­вом «сидеть», так же, как про чело­ве­ка в боль­ни­це мы сей­час гово­рим «лежит», а в оче­ре­ди на квар­ти­ру все­гда «сто­я­ли», если кто пом­нит. Даже если тюрь­ма — импро­ви­зи­ро­ван­ная, в ней всё рав­но сидят — как сей­час, так и сто­ле­тия назад. «Очень уж неуют­но было целую неде­лю без­вы­лаз­но сидеть в чужой квар­ти­ре под неусып­ным над­зо­ром вось­ми доб­рых молод­цев, обре­чен­ных на томи­тель­ные часы в тес­ном про­стран­стве двух машин» (Нина Воро­нель, «Без при­крас. Вос­по­ми­на­ния», 1975–2003).

В ямах, клет­ках, заго­нах сидят пой­ман­ные пти­цы и зве­ри. Глу­бо­ких, креп­ких, т. е. таких, отку­да не убе­жишь. А не пой­ман­ные могут сидеть в убе­жи­щах. Надеж­но отде­ля­ю­щих от внеш­не­го мира. Сыч сидит в сво­ем глу­бо­ком и тем­ном дуп­ле, сидит щед­рин­ский пис­карь на дне под коря­гой и т. д.

Креп­ко сидит в бре­вен­ча­той стене гвоздь, глу­бо­ко в нее загнан­ный, да еще и загну­тый: мно­го уси­лий нуж­но, что­бы его выта­щить. Сидят пиро­ги в глу­бо­кой огнен­ной пеще­ре, пре­вра­ща­ясь из сыро­го теста в пече­ное. Надеж­но — так, что­бы не вышли, не соско­чи­ли, — сидят части раз­ных кон­струк­ций в пазах и гнез­дах.

Все эти слу­чаи ни к какой позе сиде­ния отно­ше­ния, ясно, не име­ют. А име­ют — к затруд­нен­но­сти сде­лать так, что­бы тот, кто (или что) «сидит в», пере­стал нахо­дить­ся в этом месте. Неваж­но, пря­чет­ся он там сам или удер­жи­ва­ет­ся насиль­но. Это не тот слу­чай, когда субъ­ект лег­ко «вхо­дит и выхо­дит».

…Ну, а далее появ­ля­ет­ся чело­век, сидя­щий в неко­ем месте вро­де бы по сво­ей воле. «Я всё сидел в Петер­бур­ге и теперь спе­шу к дядюш­ке» (Досто­ев­ский, «Село Сте­пан­чи­ко­во»). Чаще, прав­да, в XIX веке сидит без­вы­лаз­но в сво­ей усадь­бе тот или дру­гой поме­щик и носу не кажет даже в бли­жай­ший город. Без­вы­лаз­но, всё… Это, конеч­но, не о дли­тель­но­сти пре­бы­ва­ния. Это опять о неко­ей затруд­нен­но­сти выбрать­ся — по инер­ции, по при­выч­ке, по обсто­я­тель­ствам. Что-то дер­жит. Засо­са­ло.

Надо ска­зать, что про­стран­ство, в кото­ром сидят, не обя­за­но быть малень­ким. Сидеть мож­но и в поме­стье, и в Урю­пин­ске, и в Москве, и на Алтае.

И еще — хоро­шо это или пло­хо, если чело­век «без­вы­лаз­но сидит в»? Одоб­ря­ем мы его? Если он сидит «как сыч в сво­ем дуп­ле», «как мед­ведь в сво­ей бер­ло­ге», то часто не очень одоб­ря­ем. Засел, оди­чал, не обща­ет­ся с наро­дом — с нами то есть. И сам чело­век зара­нее пре­ду­пре­жда­ет собе­сед­ни­ков, что он тоже не одоб­ря­ет свою закреп­лен­ность, даже удру­чен ею, как Дима из рас­ска­за Евге­ния Гриш­ков­ца «Спо­кой­ствие». Дима кай­фу­ет от неожи­дан­но­го лет­не­го без­де­лья и оди­но­че­ства, но на сло­вах о нем сожа­ле­ет: «Да какое там! Всё лето в горо­де про­си­дел

Вот этот послед­ний вари­ант — когда «засел», «засо­са­ло», и часто с неко­то­рым неодоб­ре­ни­ем, — уже доволь­но горя­чо, доволь­но близ­ко к «сиде­нию в Сети». Конеч­но, в нем речь о месте, насе­лен­ном пунк­те, доме — чем-то физи­че­ском. Несмот­ря на то, что умствен­ная дея­тель­ность или потреб­ле­ние умствен­но­го про­дук­та мог­ли «засо­сать» и рань­ше, но нико­гда рань­ше мы об этом не гово­ри­ли как о «сиде­нии в чем-то».

Кста­ти, то, как НЕ гово­рят, не менее важ­но, чем то, как гово­рят! Мы не гово­ри­ли сидеть в кни­ге, будь то захва­ты­ва­ю­щее чте­ние-погру­же­ние или труд-писа­ние. Мы гово­ри­ли сидеть за кни­гой, над кни­гой, засесть за кни­гу. Мы не гово­ри­ли сидеть в теле­ви­зо­ре, сидеть в филь­ме. Раз­ве что сидеть в меч­тах, и то ред­ко. То есть чте­ние, смот­ре­ние филь­ма, твор­че­ство — всё это не было про пере­ме­ще­ние куда-то, в некое про­стран­ство, при­чем такое, отку­да непро­сто выбрать­ся.

Сидеть в книге/​фильме нель­зя, хотя вро­де бы это такое же пере­ме­ще­ние в дру­гой, вир­ту­аль­ный, мир. И толь­ко вза­и­мо­дей­ствие с Интер­не­том ощу­ти­лось как мета­фо­ри­че­ское пере­ме­ще­ние в новое про­стран­ство и «сиде­ние» в нем. Клю­че­вое отли­чие, види­мо, в том, что «внут­ри» Сети мож­но что-то делать, вза­и­мо­дей­ство­вать как с реаль­ным про­стран­ством. Плюс из вир­ту­аль­но­го про­стран­ства вырвать­ся еще труд­ней, чем ото­рвать­ся от кни­ги. Кни­га, фильм — конеч­ны, Интер­нет бес­ко­не­чен, хотя и огра­ни­чен — отде­лен от реаль­но­го мира.

Поэто­му по-рус­ски реаль­ных аль­тер­на­тив сло­ву сидеть в не ока­за­лось; лишь экс­прес­сив­ные сино­ни­мы типа тор­чать. И дело опять не в дли­тель­но­сти пре­бы­ва­ния, о чем пишут сей­час неко­то­рые лек­си­ко­гра­фы, а в труд­ном выхо­де из вир­ту­аль­но­го мира. О барье­ре, труд­но пре­одо­ли­мом на выход. Засесть — это про нелёг­кость вый­ти, а не вой­ти.

При этом мы ощу­ща­ем Все­мир­ную сеть про­стран­ством прак­ти­че­ски бес­со­зна­тель­но, и столь же без­от­чет­но поль­зу­ем­ся гла­го­ла­ми поло­же­ния и дви­же­ния в про­стран­стве (не толь­ко сидеть и тор­чать, но и захо­дить, зале­зать, лазить…)

Рис. В. Александрова

Рис. В. Алек­сан­дро­ва

Три года назад я столк­ну­лась с тем, что даже линг­ви­сты не отда­ют себе отчет в этой рече­вой прак­ти­ке. Пре­по­да­ва­тель­ни­ца рус­ско­го как ино­стран­но­го спро­си­ла тем­но­ко­же­го сту­ден­та, толь­ко начи­на­ю­ще­го учить язык, что он делал вече­ром. «Фейс­бук». «Что „Фейс­бук“? Ска­жи гла­гол. Что ты делал?» Он отве­тить не мог.

Она попы­та­лась помочь, и оче­вид­но, что ее мозг отвер­гал глав­ный и прак­ти­че­ски един­ствен­ный сего­дня ней­траль­ный вари­ант: СИДЕЛ в «Фейс­бу­ке». «Ну… как… ска­жи „исполь­зо­вал Фейс­бук“…» Конеч­но же, сама она, не заду­мы­ва­ясь, сидит в «Фейс­бу­ке». Но учить так гово­рить «как-то непра­виль­но». Внут­рен­ний линг­вист и внеш­ний живут неза­ви­си­мо друг от дру­га — это ско­рее пра­ви­ло, чем исклю­че­ние.

Полу­ча­ет­ся, что мы «сидим в Сети», немно­го стес­ня­ясь это­го, как герой Гриш­ков­ца стес­нял­ся сво­е­го тран­са оди­но­че­ства и без­де­лья. Мой друг, про­чи­тав эту замет­ку, доба­вил, что в гла­го­ле в выше­опи­сан­ном мета­фо­ри­че­ском зна­че­нии, а осо­бен­но в его про­из­вод­ных — про­си­деть, засесть (хоть в горо­де, хоть в вир­ту­аль­ном про­стран­стве) — может даже таить­ся сиг­нал «SOS!». Жало­ба с оттен­ком инфан­тиль­но­го само­уни­чи­же­ния — ну что со мной делать, я засел, как гвоздь, кото­рый заби­ли по шляп­ку.

Закан­чи­вая ста­тью, я парал­лель­но читаю — какое сов­па­де­ние! — ста­тью о людях, зани­мав­ших­ся или про­дол­жа­ю­щих зани­мать­ся повы­ше­ни­ем аддик­тив­но­сти поис­ко­ви­ков и соц­се­тей, в част­но­сти того же «Фейс­бу­ка», — тех людях, кото­рые бьют сей­час тре­во­гу, отправ­ля­ют соб­ствен­ных детей в элит­ные шко­лы, где гад­же­ты под запре­том, идут на раз­ные ухищ­ре­ния, огра­ни­чи­вая соб­ствен­ное поль­зо­ва­ние Интер­не­том, и т. д.

Аддик­тив­ность. Спо­соб­ность вызы­вать зави­си­мость. Несво­бо­ду то есть. Похо­же, рус­ский язык отра­зил это свой­ство вооб­ще-то пре­крас­но­го ново­го вир­ту­аль­но­го мира пре­дель­но свер­ну­то и авто­ма­ти­че­ски.

Ири­на Фуфа­е­ва,
науч. сотр. Инсти­ту­та линг­ви­сти­ки РГГУ

P. S. Пре­дви­жу ком­мен­та­рии и допол­не­ния — да, в одной ста­тье тему гла­го­лов вза­и­мо­дей­ствия с гад­же­та­ми и Интер­не­том не рас­кро­ешь; сре­ди этих гла­го­лов есть и осво­ен­ные заим­ство­ва­ния, но на удив­ле­ние мно­го и рус­ских, изме­нив­ших зна­че­ния, соче­та­е­мость, обрет­ших экс­прес­сию (вты­кать в айфон хотя бы), поэто­му, конеч­но, про­дол­же­ние сле­ду­ет.

Как, без­услов­но, после­ду­ют и изме­не­ния в самой лек­си­ке — вслед за изме­не­ни­я­ми самой вир­ту­аль­ной жиз­ни, появ­ле­ни­ем в ней новых сфер и типов того, что мы дела­ем в ней и что в ней дела­ет­ся с нами.

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (4 оценок, среднее: 4,75 из 5)
Загрузка...
 
 

Метки: , , , , , , , , , , , , ,

 

12 комментариев

  • Alex:

    «то, как НЕ гово­рят, не менее важ­но, чем то, как гово­рят»

    На самом деле ведь набор воз­мож­ных слов огра­ни­чен, поэто­му «выбран­ное» язы­ком сло­во не обя­за­тель­но точ­но соот­вет­ству­ет како­му-то смыс­лу; оно может про­сто луч­ше соот­вет­ство­вать, чем аль­тер­на­ти­вы, но не обя­за­тель­но иде­аль­но.
    Кста­ти, сидеть в сети и лазать по сети – это по сути суще­ствен­но раз­ные заня­тия, при­чём вто­рое – замет­но более древ­нее. Мож­но пред­по­ло­жить, что сиде­ние появи­лось тогда, когда сеть ста­ла предо­став­лять инфор­ма­цию в уже орга­ни­зо­ван­ном кем-то виде; таким обра­зом, сло­во име­ет отте­нок не без­вы­ход­но­сти, а пас­сив­но­сти.

    • Ирина Фуфаева:

      «при­чём вто­рое — замет­но более древ­нее».
      А когда, по вашим дан­ным, появи­лись оба сло­ва?
      «сиде­ние появи­лось тогда, когда сеть ста­ла предо­став­лять инфор­ма­цию в уже орга­ни­зо­ван­ном кем-то виде»
      – это не очень понят­но, что имен­но име­ет­ся в виду? Выше см. – в 2002 г., то есть до эпо­хи соц­се­тей, сло­во «сидеть» уже вполне при­выч­но.

      • Alex:

        «по вашим дан­ным» – отку­да же у меня дан­ные? Это субъ­ек­тив­ные вос­по­ми­на­ния, ассо­ци­и­ру­ю­щи­е­ся сей­час с 90-ми (воз­мож­но, оши­боч­но). Тогда ещё упо­треб­ля­лись выра­же­ния с кор­нем «серф», озна­чав­шие пере­ход с сай­та на сайт по ссыл­кам, вплоть до невоз­мож­но­сти понять, где нахо­дишь­ся и как сюда попал. (Тогда было при­ня­то иметь на каж­дом сай­те такой раз­дел, и я даже пом­ню чей-то при­зыв к созда­те­лям сай­тов – давать поболь­ше ссы­лок на дру­гие сай­ты.) Сей­час все эти сло­ва исчез­ли вслед за самим явле­ни­ем.

        «что имен­но име­ет­ся в виду?»
        Ну, напри­мер, поис­ко­вые систе­мы, оброс­шие сер­ви­са­ми; сай­ты СМИ и инфор­ма­генств; в общем, такие сай­ты, на кото­рые захо­дишь регу­ляр­но, а если ухо­дишь по внеш­ней ссыл­ке, то воз­вра­ща­ешь­ся. Хоть этот же «Тро­иц­кий вари­ант».

    • Ирина Фуфаева:

      И насчёт «про­сто пас­сив­но­сти» – труд­но про­ве­сти гра­ни­цу меж­ду «засо­са­ло» и «пас­сив­но». Быва­ет «заса­сы­ва­ю­щая пас­сив­ность», как в цити­ру­е­мом рас­ска­зе. И учти­те, что мы же гово­рим о семан­ти­че­ском про­стран­стве не про­сто гла­го­ла «сидеть», кото­рый может пере­да­вать про­стую апа­тию – сидеть сид­нем, но «сидеть в чём-то». В этом слу­чае в мета­фо­ри­че­ском упо­треб­ле­нии прак­ти­че­ски все­гда мож­но отыс­кать неко­то­рую затруд­нен­ность выхо­да из это­го чего-то, хотя бы про­стую инер­цию.

      • Alex:

        «труд­но про­ве­сти гра­ни­цу меж­ду «засо­са­ло» и «пас­сив­но»»

        Разу­ме­ет­ся, такой гра­ни­цы нет, речь может идти лишь о рас­ста­нов­ке акцен­тов. «Про­стая инер­ция» как пре­пят­ствие для выхо­да – по-мое­му, это уже игра сло­ва­ми. Актив­ное лаза­ние, вооб­ще-то, про­цесс гораз­до более заса­сы­ва­ю­щий.

        В сети есть ещё и обще­ние; свя­за­но ли «сиде­ние» с обще­ни­ем (типа поси­дел­ки)? Как назы­ва­лось рань­ше обще­ние в ФИДО? Ниче­го не могу ска­зать по это­му пово­ду.

        • Ирина Фуфаева:

          «Ввя­за­но ли «сиде­ние» с обще­ни­ем (типа поси­дел­ки)?» – нет, что каса­ет­ся, еще раз под­чер­ки­ваю, «сидеть в Х» – напря­мую не свя­за­но. В то же вре­мя вооб­ще сиде­ние как тако­вое в рус­ском язы­ке свя­за­но с обще­ни­ем весь­ма глу­бин­но; даже сло­во «бесе­да» – бук­валь­но «сиде­ние» (по одной эти­мо­ло­гии «сиде­ние нару­жи, вне (дома)», по дру­гой – про­сто «сиде­ние».

  • Ну, если ком­пью­тер может «висеть», стоя под сто­лом, то поче­му чело­век не может «сидеть» лёжа на диване?

    • Ирина Фуфаева:

      конеч­но) и в обо­их слу­ча­ях это мета­фо­ры, про­сто очень при­выч­ные

  • Игорь:

    У меня есть пред­по­ло­же­ние, что фра­за «сидеть в Интер­не­те» – это тран­со­фр­ма­ция «сидеть в интер­нет-кафе» или «сидеть в интер­нет-клу­бе». В моем дет­стве ком­пью­те­ры и интер­нет были толь­ко там, т.е. на вопрос: «Ты где был?», мож­но было отве­тить «Сидел в Интер­не­те», пото­му что у Интер­не­та было вполне опре­де­лен­ное место (досту­па).

  • фед клебанов:

    Вот сов­па­де­ние: был сего­дня впер­вые в жиз­ни в рггу! Оч там понр.
    Да, горь­кая , но прав­ди­вая ста­тья.

    Вот ещё что поду­мал. Про про­цесс СИДЕНИЯ мно­гое могут рас­ска­зать антро­по­ло­ги. Это слиш­ком чело­ве­че­ское явле­ние (т.к. тре­бу­ет исполь­зо­ва­ния сту­ла, табу­рет­ки – в отли­чие от того, как «сидят» живот­ные). Про­си­деть мож­но весь день. Про­сто­ять нет, даже про­ле­жать слож­нее. +смот­ри мно­же­ство «сидя­чих» работ.

    • Tha:

      Исполь­зо­ва­ние сту­ла, табу­рет­ки для сиде­ния — явле­ние, куль­тур­но детер­ми­ни­ро­ван­ное. Это в Евро­пе сиде­ли на каких-то при­спо­соб­ле­ни­ях для сиде­ния. А во всём осталь­ном мире на чём-либо сидел лишь царь, фара­он, шах, а все осталь­ные сиде­ли про­сто на полу, на зем­ле. Люди мог­ли сидеть по-турец­ки, а мог­ли и по-соба­чьи…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Недопустимы спам, оскорбления. Желательно подписываться реальным именем. Аватары - через gravatar.com