«Не узок круг, а тонок слой»

Любовь Сумм

Любовь Сумм

— Не узок круг, а тонок слой, — при­го­ва­ри­вал мой отец в ответ на жало­бы, что на кон­цер­те, митин­ге, еще где-то, были сплошь зна­ко­мые, то есть «нас так мало».

Если его упре­ка­ли в игре слов — не всё ли рав­но, круг или слой, узок или тонок, — то выяс­ня­лось, что очень даже не всё рав­но. Круг отде­лен от плос­ко­сти, но его свой­ства не отли­ча­ют­ся каче­ствен­но от плос­ко­сти в целом, мал круг или велик (кста­ти, «узким» круг быть не может). Слой — поверх­ност­ный слой жид­ко­сти, кото­рым всю жизнь зани­мал­ся про­фес­сор кафед­ры кол­ло­ид­ной химии МГУ (кафед­ры Ребин­де­ра) Борис Дави­до­вич Сумм — состо­ит из точ­но таких же моле­кул, как и вся жид­кость, и не отде­лен от все­го объ­е­ма жид­ко­сти — напро­тив, тес­но с ним свя­зан, но моле­ку­лы поверх­ност­но­го слоя ведут себя осо­бым обра­зом имен­но пото­му, что поверх­ност­ный слой тонок.

С ростом насе­ле­ния Зем­ли коли­че­ство руко­по­жа­тий в тео­рии шести руко­по­жа­тий не меня­ет­ся или умень­ша­ет­ся. Если когда-то это была прит­ча об инфор­ма­ции, пере­да­ва­е­мой по вер­ти­ка­ли (маль­чиш­ка-раз­нос­чик выстра­и­ва­ет цепоч­ку, что­бы сооб­щить сул­та­ну о целеб­ном сред­стве), то в откры­том мире дей­ству­ет имен­но сеть. Папа отме­чал, что после паде­ния желез­но­го зана­ве­са ско­рость рас­про­стра­не­ния инфор­ма­ции воз­рос­ла, хотя, каза­лось бы, замет­но уве­ли­чи­лось и коли­че­ство участ­ни­ков, и объ­е­мы пере­да­ва­е­мо­го — объ­ем не так важен, как укреп­ле­ние свя­зей.

В почти двух­мер­ной поверх­но­сти на гра­ни­це двух сред или двух фазо­вых состо­я­ний моле­ку­лы бли­же друг к дру­гу и проч­нее соеди­не­ны, чем в объ­е­ме. Этим обу­слов­ле­ны осо­бые свой­ства поверх­но­сти: ее проч­ность (поверх­ност­ное натя­же­ние), спо­соб­ность дер­жать фор­му («ты нико­гда не заду­мы­ва­лась, поче­му вода не рас­те­ка­ет­ся до слоя в одну моле­ку­лу, неви­ди­мо­го гла­зу?»), вза­и­мо­дей­ство­вать и с объ­е­мом жид­ко­сти (чем надеж­нее соеди­ня­ют­ся друг с дру­гом моле­ку­лы поверх­ност­но­го слоя, тем боль­ше сво­бод­ных «рук» оку­на­ют в объ­ем), и с внеш­ней сре­дой. Поверх­ность жид­ко­сти — осо­бое фазо­вое состо­я­ние, опи­сы­ва­е­мое ины­ми зако­на­ми, чем жид­кость или твер­дое тело, но стать моле­ку­лой поверх­ност­но­го слоя может любая моле­ку­ла, а не избран­ная: та, что «ухва­тит­ся» за сосед­ку.

Эти обще­из­вест­ные для кол­лег вещи папа объ­яс­нял, при­ме­ня­ясь к моей гума­ни­тар­но­сти. Меж­ду сво­ей точ­ной нау­кой и моей фило­ло­ги­ей он пред­по­ла­гал подвиж­ную и про­ни­ца­е­мую гра­ни­цу — что-то, свя­зан­ное с чело­ве­че­ским обще­ством. «Хими­че­ские про­цес­сы» чело­ве­че­ских вза­и­мо­дей­ствий, обще­ния и твор­че­ства долж­ны порож­дать «тон­кий слой» граж­дан­ски актив­ных людей, дру­жеств, поэ­зии.

Ведь и сти­хи — обыч­ные сло­ва, толь­ко креп­че уце­пив­ши­е­ся друг за дру­га и имен­но пото­му не отго­ро­див­ши­е­ся от язы­ка в целом, а наобо­рот, вытас­ки­ва­ю­щие все его смыс­лы, в том чис­ле потен­ци­аль­ные и еще невос­тре­бо­ван­ные. И актив­ные граж­дане — обыч­ные люди, креп­че уце­пив­ши­е­ся друг за дру­га и имен­но пото­му не отго­ро­див­ши­е­ся от наро­да, а, наобо­рот, вытас­ки­ва­ю­щие все смыс­лы куль­ту­ры и иден­тич­но­сти, в том чис­ле потен­ци­аль­ные и еще невос­тре­бо­ван­ные.

Борис Сумм

Борис Сумм

К папе я и при­шла зимой 1987 года, когда обна­ру­жи­ла в тра­ге­дии Эсхи­ла такие уце­пив­ши­е­ся друг за дру­га сло­ва, лейт­мо­тив сети. От Фун­да­мен­таль­ной биб­лио­те­ки МГУ (в Ленин­ку пустят толь­ко на пятом кур­се) до Боль­шой Брон­ной, где жил папа, — близ­ко.

Древ­не­гре­че­ская тра­ге­дия отве­ча­ла всем отцов­ским гипо­те­зам о «поверх­ност­ном слое» чело­ве­че­ско­го обще­ства — это и слож­ная поэ­зия, вынуж­да­ю­щая сло­ва про­явить свои смыс­лы и свя­зи; осмыс­ле­ние онто­ло­ги­че­ско­го мифа, то есть свя­зей людей в поли­се или в чело­ве­че­стве; дру­же­ское или цехо­вое заня­тие: уме­ние писать тра­ге­дии пере­да­ва­лось как ремес­ло. И хотя гото­ви­ли спек­такль немно­гие, «поверх­ност­ный слой» удер­жи­вал фор­му все­го поли­са: в Афи­нах тра­ге­дии испол­ня­лись на город­ских празд­не­ствах с обще­обя­за­тель­ным при­сут­стви­ем, стро­ки Эсхи­ла, Софок­ла, Еври­пи­да — источ­ник иден­тич­но­сти и при­над­леж­но­сти горо­ду.

Плот­ность поверх­ност­но­го слоя у Эсхи­ла про­сту­па­ла нагляд­но, узла­ми: лейт­мо­ти­вом. Клю­че­вые собы­тия дра­мы отме­ча­лись обра­зом сети (раз­ны­ми поэ­ти­че­ски­ми сино­ни­ма­ми — невод, ловуш­ка, сил­ки, у охот­ни­чье­го и рыбо­лов­но­го наро­да таких тер­ми­нов хва­та­ло). В пер­вой части три­ло­гии «Оре­стея» Ага­мем­нон набро­сил на Трою сеть — затем в сеть уло­ви­ла его Кли­тем­не­стра — и сама сде­ла­лась сетью, но и уби­тый Ага­мем­нон срав­ни­ва­ет­ся с сетью.

Мно­гие смыс­лы Эсхил извле­ка­ет из назва­ний сети с помо­щью «эти­мо­ло­гии», как это пони­ма­ли гре­ки, то есть из созву­чий, порой даже пере­ста­нов­ки букв. Рус­ский язык слов­но спе­ци­аль­но при­ду­ман для таких смыс­лов: сеть — суть, сеть — есть, или вдруг в сти­хо­тво­ре­нии Ири­ны Язы­ко­вой: «Как невод, опро­ки­нут небо­свод». Поче­му-то пока это богат­ство оста­ет­ся невос­тре­бо­ван­ным, англий­ское же net («нет!») вызы­ва­ет отри­ца­тель­ные кон­но­та­ции, соци­аль­ные сети — нечто при­зрач­ное, свя­зи нена­сто­я­щие. У нас тут живое сокро­ви­ще язы­ка, спо­соб­ное укре­пить соци­аль­ные свя­зи.

Сеть у Эсхи­ла — подвиж­ная гра­ни­ца меж­ду охот­ни­ком и жерт­вой, меж­ду дву­мя состо­я­ни­я­ми и мира­ми, она про­ни­ка­ет в недо­ступ­ные чело­ве­ку сфе­ры — море, небо (пти­чьи сил­ки). Более того, сеть — бук­валь­но поверх­ност­ный слой моря. «Мое про­ро­че­ство не будет боль­ше пря­тать­ся под вуа­лью („сеточ­кой“) как ново­брач­ная… но запле­щет вол­на за вол­ной горе, худ­шее преж­не­го», — гро­зит Кас­сандра.

Эта сорван­ная с моря сеточ­ка очень понра­ви­лась папе. Конеч­но, гре­ки наблю­да­ли «рабо­ту» поверх­ност­но­го слоя — как он мор­щит­ся, как зати­ха­ет море, слов­но сеть на него набро­си­ли — как сры­ва­ет сеть и бушу­ет силь­нее преж­не­го. Воз­мож­но, про­бо­ва­ли выли­вать на море жир, что­бы про­ско­чить по этой пле­ноч­ке («недруж­ные разъ­еди­нят­ся жид­ко­сти», гово­рит­ся в той же «Оре­стее» о вине и елее, вза­им­ное пове­де­ние жид­ко­стей было им зна­ко­мо).

И, выхо­дит, гре­ки пред­став­ля­ли себе этот поверх­ност­ный слой в виде сети, то есть сово­куп­но­сти и нитей, и отвер­стий. В двух срав­не­ни­ях покой­но­го Ага­мем­но­на с сетью про­сту­па­ет ее пара­док­саль­ная струк­ту­ра: «дети слов­но поплав­ки тянут из глу­би­ны пле­те­ние нитей» — «будь все изве­стия о его смер­ти вер­ны, он был бы дыряв, как сеть». И это очень точ­ное пред­став­ле­ние о поверх­ност­ном слое, в кото­ром пусто­ты игра­ют не мень­шую роль, чем плот­ные свя­зи — упру­гая, дыша­щая сеточ­ка, обес­пе­чи­ва­ю­щая и проч­ность фор­мы, и про­ни­ка­е­мость двух сред.

Како­ва при­ро­да это­го откры­тия Эсхи­ла? Роди­лось ли оно из наблю­да­тель­но­сти, из натур­фи­ло­со­фии? Из актив­но­сти позна­ния (гре­че­ские вра­чи, обна­ру­жив сет­чат­ку гла­за, назва­ли ее «нево­до­об­раз­ной» — им пред­став­ля­лось, что глаз бро­са­ет лучи, улав­ли­ва­ет и под­тас­ки­ва­ет к себе частич­ки рас­смат­ри­ва­е­мо­го объ­ек­та)? Из фор­мы сло­ва? Из пред­став­ле­ний о вза­и­мо­дей­ствии граж­дан, ведь тра­ге­дия Эсхи­ла — пре­дель­но поли­ти­че­ская (полис­ная) и глав­ный ее вопрос в том, как люди удер­жи­ва­ют друг дру­га, про­ти­во­стоя хао­су?

Я, как фило­лог, скло­ня­лась к источ­ни­кам поэ­ти­че­ским и фило­соф­ским. Папу боль­ше инте­ре­со­ва­ла наблю­да­тель­ность гре­ков и начат­ки нау­ки. Но сошлись мы на той общей гра­ни­це, поверх­ност­ном слое меж­ду гума­ни­та­ри­я­ми и уче­ны­ми, кото­рый услов­но назо­вем тео­ри­ей (рас­про­стра­не­ния) инфор­ма­ции. Если гре­ки пра­виль­но пони­ма­ли, что такое поверх­ност­ный слой, они долж­ны были свя­зы­вать его не толь­ко с добы­ва­ни­ем инфор­ма­ции (сеть — невод и сил­ки, про­ни­ка­ю­щие в чужую сре­ду), не толь­ко с сокры­ти­ем («сорву сеточ­ку и откро­ет­ся буду­щее» в про­ро­че­стве Кас­сан­дры), но и с сохра­не­ни­ем и пере­да­чей инфор­ма­ции, с памя­тью. Упру­гое тело обла­да­ет эффек­том памя­ти.

И дей­стви­тель­но, мы нахо­дим такую сеть-память во вто­рой части «Оре­стеи», дети-поплав­ки вытя­ги­ва­ют из глу­би­ны невод-Ага­мем­но­на, пле­те­ние нитей, память умер­ше­го отца.

Чис­ло Дан­ба­ра Борис Дави­до­вич Сумм не счи­тал огра­ни­че­ни­ем для соци­аль­ных сетей, посколь­ку в них иной прин­цип дей­ствия. Это чис­ло «людей, кото­рые ты дей­стви­тель­но зна­ешь» при­ме­ни­мо к про­стой общине, при­над­леж­но­стью к кото­рой чело­век пол­но­стью опре­де­ля­ет­ся и исчер­пы­ва­ет­ся. Но совре­мен­ный чело­век вхо­дит во мно­же­ство сетей, и нам для постро­е­ния сети не нуж­но знать о чело­ве­ке «всё», доста­точ­но двух-трех свя­зей-сов­па­де­ний, и чем боль­ше зна­комств, тем проч­нее каж­дый воз­ни­ка­ю­щий слой и мета­сеть мно­же­ства сооб­ществ.

Этот раз­го­вор был зимой 1987 года, задол­го до того, как в нашу жизнь при­шли соци­аль­ные сети. Но вро­де бы, все под­твер­жда­ет­ся: и ско­рость рас­про­стра­не­ния инфор­ма­ции, и фор­ми­ро­ва­ние сло­ев, удер­жи­ва­ю­щих «фор­му воды». И, хочет­ся наде­ять­ся, память.

Любовь Сумм,
фило­лог, пере­вод­чик

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (8 оценок, среднее: 4,63 из 5)
Загрузка...
 
 

Метки: , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *