Живая математика

С 18 по 23 декаб­ря 2017 года в Москве, на факуль­те­те мате­ма­ти­ки ВШЭ, в Скол­те­хе и МИАНе, состо­я­лась кон­фе­рен­ция, при­уро­чен­ная к 80-летию В. И. Арноль­да (1937–2010). По отзы­вам участ­ни­ков, она про­шла доволь­но успеш­но. Пуб­ли­ку­ем откли­ки неко­то­рых мате­ма­ти­ков.

Ана­то­лий Вер­шик, гл. науч. сотр. СПб. отде­ле­ния Мате­ма­ти­че­ско­го инсти­ту­та РАН:

В. И. Арнольд около 1985 года на мехмате МГУ. Фото Б. А. Хесина

В. И. Арнольд око­ло 1985 года на мех­ма­те МГУ. Фото Б. А. Хеси­на

Дима Арнольд — мой ста­рый друг, нас позна­ко­мил мой и отча­сти его учи­тель  В. А. Рох­лин в 1961 году на мате­ма­ти­че­ском съез­де в Ленин­гра­де. Я все­гда очень высо­ко ценил и ценю его. Он был укра­ше­ни­ем нашей мате­ма­ти­ки, его вли­я­ние на нау­ку очень вели­ко. У нас были дру­же­ские отно­ше­ния, и мы мно­го дис­ку­ти­ро­ва­ли с ним; я не все­гда и не во всем с ним согла­шал­ся, а ино­гда мы спо­ри­ли. Арнольд был исклю­чи­тель­но живым и увле­ка­ю­щим­ся чело­ве­ком. Кста­ти, если крат­ко оха­рак­те­ри­зо­вать его мате­ма­ти­ку, то это была живая мате­ма­ти­ка неза­ви­си­мо от ее при­над­леж­но­сти к той или иной обла­сти нау­ки. Он был одним из тех сооте­че­ствен­ни­ков, кото­ры­ми мы долж­ны гор­дить­ся.

К сожа­ле­нию, состо­яв­ша­я­ся в декаб­ре кон­фе­рен­ция собра­ла дале­ко не всех, кого надо было собрать, и тому есть серьез­ные при­чи­ны. Я пом­ню мно­гих уче­ни­ков и кол­лег Арноль­да с дав­них пор. Мно­гие из них не при­е­ха­ли (я имею в виду в основ­ном тех, кто посто­ян­но живет за гра­ни­цей). При­чи­на их отсут­ствия, я думаю, вовсе не в изме­не­нии отно­ше­ния к Арноль­ду, а в обсто­я­тель­ствах нашей жиз­ни в Рос­сии. Не всем хочет­ся ехать сюда по како­му бы то ни было пово­ду. Да, я не уви­дел здесь мно­гих из пре­дан­ных ему людей, его после­до­ва­те­лей. С дру­гой сто­ро­ны, на кон­фе­рен­ции было не так мно­го моло­де­жи, на кото­рую все­гда был наце­лен взгляд Димы.

Его зна­ме­ни­тый семи­нар был в основ­ном моло­деж­ным. Конеч­но, люди постар­ше оста­ва­лись вер­ны ему всю жизнь, но, тем не менее, посто­ян­ная забо­та Арноль­да о смене задач, о поста­нов­ке новых про­блем при­вле­ка­ла преж­де все­го моло­дежь.

Но и здесь, на кон­фе­рен­ции, было мно­го инте­рес­ных мате­ма­ти­ков и было с кем пооб­щать­ся. Пер­вая кон­фе­рен­ция, посвя­щен­ная В. И., про­шла в Торон­то, и очень хоро­шо, что Выш­ка и дру­гие мате­ма­ти­че­ские цен­тры все-таки суме­ли орга­ни­зо­вать такую встре­чу и в Москве.

Вик­тор Васи­льев, гл. науч. сотр. МИАН, ака­де­мик РАН, пре­зи­дент Мос­ков­ско­го мате­ма­ти­че­ско­го обще­ства:

Вре­мя от вре­ме­ни надо устра­и­вать кон­фе­рен­ции и соби­рать хоро­ших людей. К тому же имя Арноль­да и его 80-летие — хоро­ший повод. Вла­ди­ми­ра Иго­ре­ви­ча любят и ценят, и если кон­фе­рен­ция назы­ва­ет­ся име­нем Арноль­да, то на нее мож­но собрать веду­щих иссле­до­ва­те­лей, заод­но и вспом­нить Вла­ди­ми­ра Иго­ре­ви­ча.

Чем Арнольд хорош — у него были раз­но­об­раз­ные инте­ре­сы в мате­ма­ти­ке, и вро­де бы они дале­кие, но всем этим В. И. зани­мал­ся, и посвя­щен­ную ему кон­фе­рен­цию мож­но назвать про­сто «Совре­мен­ная мате­ма­ти­ка». На этой кон­фе­рен­ции было орга­ни­зо­ва­но четы­ре сек­ции: по алгеб­ра­и­че­ской гео­мет­рии, топо­ло­гии, дина­ми­че­ским систе­мам и тео­рии осо­бен­но­стей. Рабо­та этих четы­рех сек­ций созда­ва­ла то самое един­ство и вза­и­мо­свя­зан­ность нау­ки, о кото­рой Вла­ди­мир Иго­ре­вич не раз гово­рил.

Еще одно впе­чат­ле­ние: впер­вые на моей памя­ти на кон­фе­рен­цию при­е­ха­ло мно­го мате­ма­ти­ков из Изра­и­ля — реаль­но это очень силь­ные мате­ма­ти­ки.

Аскольд Хован­ский, про­фес­сор Неза­ви­си­мо­го мос­ков­ско­го уни­вер­си­те­та и Торонт­ско­го уни­вер­си­те­та (Кана­да), пред­се­да­тель науч­но­го коми­те­та кон­фе­рен­ции:

Вла­ди­мир Иго­ре­вич — мой учи­тель. Я с ним про­вел 43 года сво­ей жиз­ни. Я к нему попал маль­чиш­кой — мне было 19 лет, ему 29, он тоже был моло­дым. А потом он стал не толь­ко моим учи­те­лем, но и близ­ким дру­гом. Боль­шая часть моей жиз­ни свя­за­на с ним. Как гово­рит­ся, Арнольд — наше всё.

Мне труд­но оце­нить раз­мер Арноль­дов­ско­го сооб­ще­ства, ведь Вла­ди­мир Иго­ре­вич, поми­мо про­че­го, писал фан­та­сти­че­ские уни­вер­си­тет­ские учеб­ни­ки, по кото­рым весь мир учил­ся и учит­ся. Если вклю­чать тех, кто учил­ся по его кни­гам, то коли­че­ство его уче­ни­ков труд­но оце­нить.

Сей­час я явля­юсь глав­ным редак­то­ром жур­на­ла, кото­рый был создан Вла­ди­ми­ром Иго­ре­ви­чем. Тогда он назы­вал­ся «Функ­ци­о­наль­ный ана­лиз и дру­гая мате­ма­ти­ка», после его смер­ти он поме­нял назва­ние на Arnold Mathematical Journal и немно­го изме­нил­ся. Жур­нал уже тре­тий год изда­ет­ся в изда­тель­стве «Шприн­гер», у него нет рус­ско­языч­ной вер­сии. Мы с изда­тель­ством дого­во­ри­лись, что бумаж­ную вер­сию жур­на­ла они про­да­ют по сво­им ценам, а мы име­ем пра­во бес­плат­но рас­про­стра­нять элек­трон­ную вер­сию. Поэто­му жур­нал для «Шприн­ге­ра» не пред­став­ля­ет ника­ко­го ком­мер­че­ско­го инте­ре­са, и они ска­за­ли, что редак­цию никак мате­ри­аль­но под­дер­жи­вать не будут. Мы отве­ти­ли: «Ну и лад­но». Ведь для нас самое глав­ное, что­бы все мате­ма­ти­ки мог­ли читать наш жур­нал бес­плат­но.

Я очень рад, что эта кон­фе­рен­ция состо­я­лась.

Эмиль Хоро­зов (Емил Хоро­зов), про­фес­сор, член­кор Бол­гар­ской ака­де­мии наук:

Для меня боль­шая честь быть участ­ни­ком этой кон­фе­рен­ции, сде­лать здесь доклад, почтить память сво­е­го учи­те­ля. Я учил­ся у В. И. Арноль­да в аспи­ран­ту­ре мех­ма­та МГУ (защи­тил дис­сер­та­цию в 1978-м), до это­го я учил­ся в Софий­ском уни­вер­си­те­те. Я попро­сил Вла­ди­ми­ра Иго­ре­ви­ча, что­бы он взял меня в аспи­ран­ту­ру, и он взял.

Арнольд был уди­ви­тель­ным чело­ве­ком. Он даже не столь­ко удив­лял, сколь­ко впе­чат­лял. Он был очень искрен­ним чело­ве­ком. То, что у него было в голо­ве, то он и гово­рил. Воз­мож­но, чело­ве­че­ско­му обще­нию эта искрен­ность меша­ла, у него было мно­го про­блем из-за того, что он чест­но гово­рил, что дума­ет.

А в мате­ма­ти­ке он научил меня мно­го­му, и даже не столь­ко мате­ма­ти­ке, сколь­ко фило­со­фии мате­ма­ти­ки. Мате­ма­ти­ку, поль­зу­ясь его уро­ка­ми, мож­но и само­му изу­чить. Он научил меня тому, как изу­чать мате­ма­ти­ку, как думать о мате­ма­ти­ке и как рабо­тать в нау­ке. Осо­бен­но важ­но, и об этом напи­са­но в его кни­гах, что не надо плыть по тече­нию, надо плыть про­тив тече­ния. Надо само­му обду­мы­вать идеи, и не надо идти за модой. Я ста­ра­юсь сле­до­вать это­му сове­ту.

Вале­рий Коз­лов, ака­де­мик РАН, ака­де­мик-сек­ре­тарь Отде­ле­ния мате­ма­ти­че­ских наук РАН:

Вла­ди­мир Иго­ре­вич — один из моих учи­те­лей, я с ним дав­но зна­ком — соб­ствен­но, с того момен­та, как посту­пил в МГУ. Он на меня все­гда про­из­во­дил очень силь­ное впе­чат­ле­ние. К тому же он мой соав­тор, у нас есть сов­мест­ная кни­га (Arnold V. I., Kozlov V. V., Neishtadt A. I. Mathematical Aspects of Classical and Celestial Mechanics), и она поль­зу­ет­ся попу­ляр­но­стью у нас в стране и за рубе­жом. Для меня Вла­ди­мир Иго­ре­вич — очень свет­лый чело­век, один из самых выда­ю­щих­ся уче­ных. Сего­дня мы его вспо­ми­на­ем, и я имею честь сде­лать доклад на кон­фе­рен­ции.

Семён Гин­ди­кин, про­фес­сор Рат­гер­ско­го уни­вер­си­те­та (Нью-Джер­си, США):

Я при­е­хал в Моск­ву сра­зу на две кон­фе­рен­ции в честь двух моих ровес­ни­ков: Димы Арноль­да и Эри­ка Вин­бер­га. Мы все с 1937 года, памят­но­го года для Рос­сии. Этот год был очень мате­ма­ти­че­ски уро­жай­ным. Кро­ме Эри­ка и Димы могу назвать име­на Саши Кирил­ло­ва и Юрия Мани­на. Арноль­да я знал с наших 12 лет, мы встре­ти­лись в школь­ном круж­ке. Чуть поз­же я встре­тил Эри­ка Вин­бер­га. Кста­ти, Игорь Шафа­ре­вич как-то заме­тил, что шко­лу мы все окан­чи­ва­ли в 1953 году — в еще один важ­ный год для Рос­сии. (Манин — в 1953-м, а мы все — в 1954-м.) Объ­яс­нить, поче­му в один год роди­лось столь­ко выда­ю­щих­ся мате­ма­ти­ков, невоз­мож­но. Маль­чи­ки обыч­но рож­да­ют­ся к войне, а поче­му рож­да­ют­ся мате­ма­ти­ки — непо­нят­но. Важ­но еще и то, что все, кто хотел в то вре­мя интел­лек­ту­аль­но сохра­нить­ся, пред­по­чи­та­ли идти в ней­траль­ную мате­ма­ти­ку. Конеч­но, она не была бес­ко­неч­но ней­траль­ной, но все-таки это было луч­ше, чем всё осталь­ное.

В. И. Арнольд и А. А. Кириллов (из личного архива Кириллова)

В. И. Арнольд и А. А. Кирил­лов (из лич­но­го архи­ва Кирил­ло­ва)

Вла­ди­мир Иго­ре­вич был необык­но­вен­но гума­ни­тар­ным чело­ве­ком, и он знал всё на све­те. Мне в этом году тоже 80 лет, и я все­гда вспо­ми­наю Арноль­да. Он был энцик­ло­пе­ди­че­ски обра­зо­ван в пря­мом смыс­ле это­го сло­ва. У него дома была энцик­ло­пе­дия Брок­гау­за и Ефро­на, и у него было заме­ча­тель­ное каче­ство — он мог цити­ро­вать из нее боль­шие фраг­мен­ты.

У нас была заме­ча­тель­ная тра­ди­ция отправ­лять­ся в мае, когда раз­ли­ва­ют­ся реки и ста­но­вят­ся подоб­ны­ми морям, в путе­ше­ствие на бай­дар­ках. И нуж­но было уметь не поте­рять реку в сплош­ной воде. И вот мы с Димой пла­ва­ли на так назы­ва­е­мые Боро­виц­кие поро­ги. Самый глав­ный entertainment для меня был, когда Дима по памя­ти, по Брок­гау­зу и Ефро­ну, вспо­ми­нал каж­дый порог, цити­ро­вал стро­ки из энцик­ло­пе­дии и его искал. И выяс­ни­лось, что за годы совет­ской вла­сти неко­то­рые поро­ги исчез­ли. Вспо­ми­наю, что Дима очень любил под­бра­сы­вать в костер зеле­ные вет­ки… Похо­ды были заме­ча­тель­ной частью нашей жиз­ни.

Дима учил­ся в шко­ле на Арба­те, его учи­те­лем был заме­ча­тель­ный Мороз­кин. Я вспом­нил день нашей пер­вой встре­чи на Мохо­вой, где ходил на мате­ма­ти­че­ский кру­жок. Я при­шел туда шести­класс­ни­ком и ока­зал­ся сидя­щим рядом с ним. У него была склон­ность к педа­го­ги­ке, кото­рая потом ярко про­яви­лась, и он мне нари­со­вал фигу­ру, огра­ни­чен­ную сину­со­и­дой, и там было лег­ко уви­деть, что ее пло­щадь — 2π. Потом он нари­со­вал еще одну арку сину­со­и­ды и ска­зал: «А пло­щадь этой фигу­ры рав­на 2, но тебе это рано, ты это­го пока не пой­мешь, пото­му что ты не зна­ешь инте­граль­но­го исчис­ле­ния». И он был абсо­лют­но прав.

Еще я пом­ню свою первую поезд­ку в Ленин­град. Я захо­жу в Эрми­таж и вдруг вижу иду­ще­го мне навстре­чу Диму прак­ти­че­ски в тело­грей­ке. Ока­зы­ва­ет­ся, он воз­вра­щал­ся из лыж­но­го похо­да на Коль­ский полу­ост­ров и загля­нул в музей. Мы с ним зашли в зал, где были боль­шие фла­манд­ские порт­ре­ты… И тогда он мне рас­ска­зал о мате­ма­ти­че­ски важ­ном собы­тии — о том, что в похо­де он окон­ча­тель­но понял, что решил Три­на­дца­тую про­бле­му Гиль­бер­та (это сов­мест­ный резуль­тат Арноль­да и А. Н. Кол­мо­го­ро­ва). И я пом­ню, что мы с ним дол­го это обсуж­да­ли.

Сер­гей Нови­ков, ака­де­мик РАН:

Я не стал про­из­но­сить речи во вре­мя кон­фе­рен­ции. Мы были с Арноль­дом дру­зья­ми и вме­сте боро­лись про­тив вся­кой нечи­сти в мате­ма­ти­ке. К сожа­ле­нию, после нас никто этим не зани­ма­ет­ся. Мы, люди 1960-х, 1970-х и 1980-х годов, боро­лись за исти­ну в нау­ке, а они не борют­ся. Раз­ве мож­но было пред­ста­вить, что такой пер­со­наж, как Фомен­ко, кото­ро­го вся гума­ни­тар­ная интел­ли­ген­ция счи­та­ет сума­сшед­шим, воз­гла­вит мех­мат МГУ, ста­нет заве­ду­ю­щим отде­ле­ни­ем? Это место, кото­рое зани­мал Кол­мо­го­ров. Это маразм! А поче­му, в чем дело? Пото­му что народ стал без­раз­лич­ным. И дело не в том, что не ста­ло хоро­ших уче­ных, а в том, что они боят­ся и инте­ре­су­ют­ся толь­ко лич­ны­ми про­бле­ма­ми.

Вик­тор Бух­шта­бер, член­кор РАН, гл. науч. сотр. МИАН и ИППИ РАН:

К нача­лу кон­фе­рен­ции вышел сбор­ник ста­тей «В. И. Арнольд. К вось­ми­де­ся­ти­ле­тию» (М. МЦНМО, 2018), в кото­ром мно­го ска­за­но о вкла­де Вла­ди­ми­ра Иго­ре­ви­ча в мате­ма­ти­ку. Всем чита­те­лям будет очень инте­рес­но и полез­но узнать об источ­ни­ках и исто­рии его откры­тий. В кни­ге собра­ны вос­по­ми­на­ния его уче­ни­ков, дру­зей и кол­лег. Это его кол­лек­тив­ный порт­рет.

Вла­ди­мир Иго­ре­вич ушел от нас в 2010-м, а в этом сбор­ни­ке спи­сок его пуб­ли­ка­ций про­дол­жен до 2017 года! Это луч­шее дока­за­тель­ство, что он с нами и по-преж­не­му ока­зы­ва­ет силь­ное вли­я­ние на мате­ма­ти­ку.

Мой доклад на этой кон­фе­рен­ции я начал с вос­по­ми­на­ния о докла­де, с кото­рым я высту­пил на кон­фе­рен­ции в МИАН, посвя­щен­ной семи­де­ся­ти­ле­тию Арноль­да. Вла­ди­мир Иго­ре­вич сидел в одном из пер­вых рядов, и я имел воз­мож­ность наблю­дать за его реак­ци­ей. Меня тогда пора­зи­ло, что я вижу перед собой моло­до­го чело­ве­ка.

В этом была его сила! Он сохра­нил на все годы све­жесть вос­при­я­тия кра­со­ты нау­ки и жиз­ни. Он ушел от нас моло­дым гени­ем и таким оста­нет­ся в нашей памя­ти.

В. И. Арнольд в 1957-м. Фото Е. А. Ермаковой

В. И. Арнольд в 1957-м. Фото Е. А. Ерма­ко­вой

Борис Хесин, про­фес­сор факуль­те­та мате­ма­ти­ки Торонт­ско­го уни­вер­си­те­та (Кана­да):

Мы орга­ни­зо­вы­ва­ли кон­фе­рен­цию памя­ти В. И. Арноль­да в Торон­то (24–28 нояб­ря 2014 года) [3], и сей­час я при­е­хал в Моск­ву для уча­стия в этой. Две кон­фе­рен­ции отли­ча­ют­ся соста­вом участ­ни­ков: в Торон­то при­ез­жа­ли иссле­до­ва­те­ли с Запа­да и несколь­ко чело­век из Моск­вы, а сюда — ско­рее наобо­рот.

Арнольд пора­жал меня сво­ей увле­чен­но­стью нау­кой. Он был пре­крас­ным педа­го­гом. Для ста­тьи о нем я пытал­ся соста­вить спи­сок его уче­ни­ков, и у меня вышло око­ло 50. А уж сколь­ко уче­ни­ков у уче­ни­ков! Это сот­ни чело­век.

Лео­нид Пол­те­ро­вич, про­фес­сор Шко­лы мате­ма­ти­че­ских наук Тель-Ави­вско­го уни­вер­си­те­та (Изра­иль):

Я при­е­хал на кон­фе­рен­цию, что­бы послу­шать инте­рес­ные лек­ции, встре­тить дав­них зна­ко­мых, под­дер­жать орга­ни­за­то­ров, кото­рых очень люб­лю и ува­жаю дол­гие годы, и, конеч­но, почтить память Арноль­да.

Я нико­гда рань­ше не делал докла­да в Стек­лов­ке, и сам факт это­го докла­да явля­ет­ся сви­де­тель­ством того, что вре­ме­на изме­ни­лись. В. И. Арнольд, про­нес­ший свою страсть к мате­ма­ти­ке через труд­ные вре­ме­на и помо­гав­ший раз­но­об­раз­ным «не допу­щен­ным в храм» мар­ги­на­лам от мате­ма­ти­ки, рабо­тав­шим по шараш­кам, без­за­вет­но тра­тя свое вре­мя и силы и ино­гда ста­вя под удар свою карье­ру, внес суще­ствен­ный вклад в эту пере­ме­ну. Мы его долж­ни­ки. Я отме­тил это в сво­ем докла­де на кон­фе­рен­ции и подроб­но писал об этом сра­зу после его смер­ти [i].

i. Polterovich L. Remembering V. I. Arnold /​/​ Arnold: Swimming Against the Tide /​ Khesin B. A., and Tabachnikov S. L., eds. American Mathematical Society, 2014.

Сер­гей Яко­вен­ко, про­фес­сор факуль­те­та мате­ма­ти­ки и ком­пью­тер­ных наук Инсти­ту­та Вейц­ма­на (the Weizmann Institute of Science, Изра­иль):

На кон­фе­рен­цию я при­е­хал по двум при­чи­нам: во-пер­вых, было понят­но, что там собе­рет­ся арноль­дов­ский семи­нар «в рас­ши­рен­ном соста­ве», и будет воз­мож­ность пови­дать ста­рых дру­зей и кол­лег, посмот­реть, в какие дебри мате­ма­ти­ки они забре­ли («меж­ду­на­род­ность» кон­фе­рен­ции была доволь­но услов­ной: из 120 с лиш­ним участ­ни­ков мень­ше десят­ка не гово­ри­ли по-рус­ски). Во-вто­рых, за пол­го­да перед этим мы в Рехо­во­те сов­мест­но с ВШЭ орга­ни­зо­ва­ли юби­лей­ную кон­фе­рен­цию Асколь­да Хован­ско­го, и после того, как из Выш­ки при­е­ха­ло столь­ко хоро­ших людей, было бы про­сто непри­лич­но не при­нять встреч­ное при­гла­ше­ние. Нако­нец, подо­спе­ла чисто тех­ни­че­ская деталь: я нако­нец-то обно­вил про­сро­чен­ный загран­пас­порт, без кото­ро­го несколь­ко лет не мог въе­хать в Моск­ву.

Кон­фе­рен­ция была про­ве­де­на МИАН, ИППИ РАН, Скол­техом, факуль­те­том мате­ма­ти­ки НИУ ВШЭ, Мос­ков­ским мате­ма­ти­че­ским обще­ством, МЦНМО, Неза­ви­си­мым мос­ков­ским уни­вер­си­те­том при финан­со­вой под­держ­ке РФФИ и ком­па­нии WorldQuant.

Под­го­то­ви­ла Ната­лия Деми­на

1. Стра­ни­ца кон­фе­рен­ции 2017 года me.hse.ru/lando/contmath2017

2. Видео­за­пи­си неко­то­рых докла­дов см. www.mathnet.ru/conf989

3. www.fields.utoronto.ca/programs/scientific/14–15/arnoldconf/

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (3 оценок, среднее: 3,67 из 5)
Загрузка...
 
 

Метки: , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

4 комментария

  • Выда­ю­щий­ся про­све­ти­тель и попу­ля­ри­за­тор нау­ки

  • Garrik:

    Стран­но­ва­то – в пер­вой же фра­зе вижу: «Дима Арнольд — мой ста­рый друг, нас позна­ко­мил мой и отча­сти его учи­тель В. А. Рох­лин в 1961 году на мате­ма­ти­че­ском съез­де в Ленин­гра­де». Вро­де бы Арнольд был Вла­ди­мир Иго­ре­вич, т.е. Воло­дя, а не Дима? Или име­ет­ся в виду брат Вла­ди­ми­ра Арноль­да? Брат был физи­ком… И далее упо­ми­на­ет­ся: «Я при­е­хал в Моск­ву сра­зу на две кон­фе­рен­ции в честь двух моих ровес­ни­ков: Димы Арноль­да»… Опять пере­пу­та­ны Вла­ди­мир и Дмит­рий или я чего-то не пони­маю?

    • KL:

      Воз­мож­но, что это ост­ро­ум­ный вари­ант сокра­ще­ния име­ни вла­ДИ­Мир

  • Александр:

    По мое­му Нови­ков сво­дит сче­ты. Где Фомен­ко пере­шел ему доро­гу?

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Недопустимы спам, оскорбления. Желательно подписываться реальным именем. Аватары - через gravatar.com