«Одноэтажная Америка» и нестандартный Генри Форд

Советский проект «одноэтажной Америки»

Александр Никулин, канд. экон. наук, директор Центра аграрных исследований РАНХиГС
Алек­сандр Нику­лин, канд. экон. наук, дирек­тор Цен­тра аграр­ных иссле­до­ва­ний РАН­ХиГС

В твор­че­стве заме­ча­тель­ных совет­ских писа­те­лей Ильи Иль­фа и Евге­ния Пет­ро­ва роман «Одно­этаж­ная Аме­ри­ка» зани­ма­ет осо­бое место. Напом­ним, что толь­ко в 1933 году были уста­нов­ле­ны дипло­ма­ти­че­ские отно­ше­ния меж­ду СССР и США. В раз­ви­тие дру­же­ствен­ных отно­ше­ний меж­ду дву­мя стра­на­ми Илья Ильф и Евге­ний Пет­ров были отко­ман­ди­ро­ва­ны совет­ским пра­ви­тель­ством в Аме­ри­ку с сен­тяб­ря по декабрь 1935 года с целью напи­са­ния о Шта­тах спе­ци­аль­ной кни­ги. Ильф и Пет­ров бле­стя­ще спра­ви­лись с зада­чей. Еще из Аме­ри­ки в 1935 году и сра­зу по воз­вра­ще­нии в СССР в 1936 году они выпус­ка­ли отдель­ные очер­ки о сво­ей аме­ри­кан­ской поезд­ке, пуб­ли­ко­вав­ши­е­ся в газе­те «Прав­да» и жур­на­ле «Ого­нек», а в 1937 году была напе­ча­та­на и сама кни­га.

За вре­мя сво­е­го путе­ше­ствия писа­те­ли про­еха­ли по Аме­ри­ке на авто­мо­би­ле 16 тыс. кило­мет­ров с восточ­но­го побе­ре­жья на запад­ное, с запад­но­го побе­ре­жья на юг, а отту­да вер­ну­лись обрат­но в Нью-Йорк через шта­ты Сред­не­го Запа­да. В ходе сво­е­го путе­ше­ствия Ильф и Пет­ров позна­ко­ми­лись со мно­ги­ми выда­ю­щи­ми­ся аме­ри­кан­ца­ми, сре­ди кото­рых были Эрнест Хемин­гу­эй, Ген­ри Форд и пре­зи­дент США Фран­клин Рузвельт. Они опи­са­ли десят­ки круп­ных и мел­ких горо­дов Аме­ри­ки, увле­ка­тель­но рас­ска­за­ли о наци­о­наль­ных видах спор­та, повсе­днев­ных при­выч­ках аме­ри­кан­цев. Они опи­са­ли зна­ме­ни­тые ланд­шаф­ты и при­род­ные досто­при­ме­ча­тель­но­сти Аме­ри­ки, вклю­чая Ниа­гар­ский водо­пад и Йеллоусто́нский запо­вед­ник. Ими был увле­ка­тель­но и иро­нич­но вос­про­из­ве­ден про­цесс созда­ния кино в Гол­ли­ву­де.

Они писа­ли о самых раз­ных людях аме­ри­кан­ско­го обще­ства, с кото­ры­ми при­шлось пови­дать­ся по доро­ге. Здесь были пред­при­ни­ма­те­ли и рабо­чие, сол­да­ты и домо­хо­зяй­ки, про­фес­со­ра и мало­об­ра­зо­ван­ные люди, реак­ци­о­не­ры и ради­ка­лы. Ильф и Пет­ров уде­ли­ли боль­шое вни­ма­ние этни­че­ско­му мно­го­об­ра­зию Аме­ри­ки — жиз­ни ита­льян­ских и рус­ских эми­гран­тов, чер­но­ко­жих, мек­си­кан­цев, индей­цев. Кни­га напи­са­на с боль­шой сим­па­ти­ей к Соеди­нен­ным Шта­там. В это заи­део­ло­ги­зи­ро­ван­ное вре­мя Ильф и Пет­ров суме­ли живым весе­лым чело­ве­че­ским язы­ком рас­ска­зать о богат­стве и бед­но­сти, радо­сти и горе, надеж­дах и разо­ча­ро­ва­ни­ях Аме­ри­ки. Ожи­да­е­мые совет­ские идео­ло­ги­че­ские кли­ше авто­ры рас­тво­ри­ли в поли­ти­че­ски кор­рект­ном рас­смот­ре­нии ярких кон­тра­стов аме­ри­кан­ско­го обра­за жиз­ни: сосу­ще­ство­ва­нии богат­ства с бед­но­стью, щед­ро­сти с рас­чет­ли­во­стью, ком­фор­та с неуют­но­стью, раз­но­об­ра­зия со стан­дар­ти­за­ци­ей.

В гостях у Форда: технократизм и традиционализм

Конеч­но, Ильф и Пет­ров побы­ва­ли на заво­дах Фор­да и удо­сто­и­лись встре­чи с самим Ген­ри Фор­дом, кото­рый в Совет­ском Сою­зе, как и во всем мире, являл­ся леген­дар­ной фигу­рой. С его име­нем ассо­ци­и­ро­вал­ся кон­вей­ер, науч­ная орга­ни­за­ция тру­да, авто­мо­би­ли­за­ция Аме­ри­ки и мира и, меж­ду про­чим, стрем­ле­ние, гово­ря совет­ским язы­ком, пре­одо­леть раз­ли­чия меж­ду горо­дом и дерев­ней. Ведь Ген­ри Форд любил вспо­ми­нать свои фер­мер­ские дет­ство и юность, тяже­лый, мало­ме­ха­ни­зи­ро­ван­ный труд фер­ме­ров. Поэто­му вклад Фор­да и в меха­ни­за­цию сель­ско­го хозяй­ства был так­же выда­ю­щим­ся. Фор­дов­ские лег­ко­вые и гру­зо­вые авто­мо­би­ли и, конеч­но, трак­то­ра, без­услов­но, рево­лю­ци­о­ни­зи­ро­ва­ли сель­скую жизнь.

Изна­чаль­но Форд, как и поло­же­но капи­та­ли­сти­че­ско­му пред­при­ни­ма­те­лю, одно­знач­но отри­ца­тель­но отно­сил­ся к боль­ше­ви­кам, про­ни­ца­тель­но ука­зы­вая, что эти ради­каль­ные рево­лю­ци­о­не­ры сво­и­ми госу­дар­ствен­но- ком­му­ни­сти­че­ски­ми экс­пе­ри­мен­та­ми уби­ва­ют ини­ци­а­ти­ву и пред­при­им­чи­вость сво­бод­но­го тру­да. Но с дру­гой сто­ро­ны, тех­но­кра­ти­че­ские про­ек­ты боль­ше­ви­ков, направ­лен­ные на корен­ную модер­ни­за­цию стра­ны, не мог­ли не вызвать инте­ре­са у гени­аль­но­го тех­но­кра­та Фор­да, тем более что Сове­ты про­де­мон­стри­ро­ва­ли, что актив­но стре­мят­ся к вза­и­мо­вы­год­но­му сотруд­ни­че­ству с Фор­дом, зака­зав ему про­ек­ти­ро­ва­ние авто­за­во­да-гиган­та ГАЗ.

Перед встре­чей с Фор­дом Иль­фу и Пет­ро­ву кро­ме посе­ще­ния глав­но­го фор­дов­ско­го заво­да в горо­де Дир­борн было реко­мен­до­ва­но посе­тить так­же два фор­дов­ских музея и один неболь­шой завод авто­мо­биль­ных фар. Писа­те­лям пока­за­лось, что ста­рик Форд если не впа­да­ет в дет­ство, то стре­мит­ся куда-то в ста­ри­ну. Пер­вый его музей пред­став­лял собой заме­ча­тель­ное собра­ние ста­рин­ных машин и инстру­мен­тов. Кро­ме пер­вых паро­во­зов и авто­мо­би­лей XIX века в нем хра­ни­лись самые раз­но­об­раз­ные ста­рин­ные экс­по­на­ты: дере­вян­ные сохи, боро­ны, дере­вян­ные ткац­кие стан­ки, пер­вые швей­ные и пишу­щие машин­ки.

Еще более дико­вин­ным ока­зал­ся дру­гой музей Фор­да в спе­ци­аль­ной деревне под назва­ни­ем Грин­филд-вил­лидж. Въезд на авто­мо­би­лях в эту дерев­ню был запре­щен. Посе­ти­те­лей туда вво­зи­ли на ста­рин­ных каре­тах, управ­ля­е­мых куче­ра­ми в шубах и цилин­драх. Ильф и Пет­ров отме­ча­ют: «Дерев­ня — это недав­нее начи­на­ние Фор­да. Даже сам Форд вряд ли мог бы точ­но объ­яс­нить, зачем она ему пона­до­би­лась. Может быть, ему хоте­лось вос­кре­сить ста­ри­ну, по кото­рой он тос­ку­ет, а может быть, напро­тив, хоте­лось под­черк­нуть убо­же­ство этой ста­ри­ны в срав­не­нии с тех­ни­че­ски­ми чуде­са­ми совре­мен­но­сти. И все-таки в этом начи­на­нии нет тра­ди­ци­он­ной и вздор­ной экс­цен­трич­но­сти аме­ри­кан­ских мил­ли­ар­де­ров. То, что дела­ет Форд в сво­их музе­ях, еще не ясно, но это несо­мнен­но умно…»

Агрогород или технодеревня?

Но более все­го Иль­фа и Пет­ро­ва уди­вил фор­дов­ский завод авто­фар, рас­по­ло­жен­ный в 15 милях от Дир­бор­на на сель­ском пле­нэ­ре, где рабо­та­ло 500 рабо­чих. Этот завод ока­зал­ся вопло­ще­ни­ем новей­шей тех­ни­че­ской и поли­ти­че­ской идеи Фор­да, заклю­чав­шей­ся в лозун­ге: «Дере­вен­ская жизнь и город­ской зара­бо­ток».

Вот како­вы были впе­чат­ле­ния от внеш­не­го вида это­го заво­да у совет­ских писа­те­лей: «Завод фар сто­ял на малень­кой реч­ке… Вокруг заво­да были и лесок и лужок, вид­не­лись фер­мы, слы­ша­лись кука­ре­ка­ние, кудах­та­нье, соба­чий лай — одним сло­вом, все сель­ско­хо­зяй­ствен­ные зву­ки… Сре­ди фео­даль­но­го кука­ре­ка­ния и поро­ся­чье­го виз­га завод изго­тов­ля­ет за один час тыся­чу фар, шесть­сот зад­них фона­рей и пять­сот пла­фо­нов. 98% рабо­чих — фер­ме­ры, каж­дый их них име­ет от пяти до пяти­де­ся­ти акров зем­ли».

Как рас­ска­зал при встре­че с совет­ски­ми жур­на­ли­ста­ми Форд, эта идея ком­пакт­но­го агро­ин­ду­стри­аль­но­го пред­при­я­тия воз­ник­ла у него еще лет 20 назад. А теперь уже око­ло 20 таких кар­ли­ко­вых заво­дов рабо­та­ет в импе­рии Фор­да, и чис­ло их с каж­дым годом уве­ли­чи­ва­ет­ся. На кар­ли­ко­вом заво­де нет гро­мад­ной кон­цен­тра­ции машин и рабо­чих и при этом про­из­во­ди­тель­ность тру­да выше, чем на боль­шом заво­де. В иде­а­ле рабо­чий сов­ме­ща­ет деше­вую и здо­ро­вую сель­скую жизнь с город­ским зара­бот­ком. Таким обра­зом, пола­гал Форд, уда­ет­ся избе­жать язв и гри­мас сверх­кон­цен­три­ро­ван­но­го инду­стри­аль­но­го и урба­ни­сти­че­ско­го суще­ство­ва­ния с его пси­хо­ло­ги­че­ски­ми стрес­са­ми и соци­аль­ны­ми ката­клиз­ма­ми.

В пер­спек­ти­ве, счи­тал он, рас­ки­нув­ша­я­ся сеть ком­пакт­ных агро-инду­стри­аль­ных про­из­водств гар­мо­ни­зи­ро­ва­ла бы сель­ско-город­ские отно­ше­ния. При этом Форд под­чер­ки­вал, что его агро­ин­ду­стри­аль­ный про­ект ком­пакт­ных заво­дов-посе­ле­ний опре­де­лен­но направ­лен про­тив оли­гар­хии финан­со­во­го капи­та­ла, стре­мя­ще­го­ся доби­вать­ся спе­ку­ля­тив­но-финан­со­вой кон­цен­тра­ции через сти­му­ли­ро­ва­ние кон­цен­тра­ции инду­стри­аль­но-урба­ни­сти­че­ской. Форд, объ­яс­няя совет­ским жур­на­ли­стам, что в буду­щем видит стра­ну таких малень­ких заво­дов в сель­ской мест­но­сти сво­бод­ны­ми от ига тор­гов­цев и финан­си­стов, про­воз­гла­шал: «Фер­мер дела­ет хлеб, мы дела­ем авто­мо­би­ли, но меж­ду нами сто­ит Уолл-стрит, сто­ят бан­ки, кото­рые хотят иметь долю в нашей рабо­те, сами ниче­го не делая».

Торговля хот-догами в Нью-Йорке, 1936 год. Фото Berenice Abbott
Тор­гов­ля хот-дога­ми в Нью-Йор­ке, 1936 год. Фото Berenice Abbott

Совет­ские жур­на­ли­сты отме­ти­ли: Форд нена­ви­дит Уолл-стрит и сво­им про­ек­том фер­мер­ско-инду­стри­аль­ных заво­ди­ков стре­мит­ся создать новую капи­та­ли­сти­че­скую гар­мо­нию. Кото­рую Ильф и Пет­ров не пре­ми­ну­ли оха­рак­те­ри­зо­вать как новей­шую бур­жу­аз­ную уто­пию. Ибо, по мне­нию совет­ских жур­на­ли­стов: «Если бы даже подо­зри­тель­но подоб­рев­шим капи­та­ли­стам и уда­лось поса­дить весь аме­ри­кан­ский про­ле­та­ри­ат на зем­лю, то и тогда экс­плу­а­та­ция не толь­ко не исчез­ла бы, но, конеч­но, уси­ли­лась, при­няв более утон­чен­ную фор­му».

И все же как чело­век, капи­та­лист и тех­но­крат Форд чрез­вы­чай­но понра­вил­ся совет­ским жур­на­ли­стам, кото­рые дали такой его порт­рет: «Это был худой, почти плос­кий, чуть сгорб­лен­ный ста­рик с умным мор­щи­ни­стым лицом и сереб­ря­ны­ми воло­са­ми. У него — близ­ко постав­лен­ные колю­чие мужиц­кие гла­за. И вооб­ще он похож на вост­ро­но­со­го рус­ско­го кре­стья­ни­на, само­род­ка-изоб­ре­та­те­ля, кото­рый вне­зап­но сбрил наго­ло боро­ду и одел­ся в англий­ский костюм».

Образ Фор­да в изло­же­нии Иль­фа и Пет­ро­ва ока­зал­ся чрез­вы­чай­но нестан­дарт­ным, очень рус­ским. Ста­рый изоб­ре­та­тель само­го стан­дарт­но­го для сво­е­го вре­ме­ни авто­мо­би­ля «Форд — Т» фак­ти­че­ски созда­вал то, о чем моло­дые совет­ские аграр­ни­ки-марк­си­сты по боль­шей части лишь меч­та­ли, — аграр­но-инду­стри­аль­ные ком­би­на­ты, ком­пакт­но син­те­зи­ру­ю­щие в еди­ный ком­плекс город­ской и сель­ский образ жиз­ни.

Генри Форд и «Жестяная Лиззи». 1921 год
Ген­ри Форд и «Жестя­ная Лиз­зи». 1921 год

Впро­чем, в отли­чие от аграр­ни­ков-марк­си­стов, упразд­няв­ших любой семей­ный сель­ский труд во имя мира исклю­чи­тель­но наем­ных рабо­чих, Форд как раз стре­мил­ся даже обес­пе­чить аме­ри­кан­ских рабо­чих свое­об­раз­ным капи­та­ли­сти­че­ским лич­ным под­соб­ным хозяй­ством!

Увы, эта уди­ви­тель­ная пас­то­раль­ная фор­дов­ская уто­пия, конеч­но, не мог­ла сорев­но­вать­ся с его более ран­ним дети­щем — кон­вей­ер­ной стан­дар­ти­за­ци­ей окру­жа­ю­щей дей­стви­тель­но­сти, нахо­див­шей­ся на пике сво­е­го раз­ви­тия в США, да и во всем мире, в 1930-е годы.

Стандарты американо-советского рая

И Ильф, и Пет­ров имен­но аме­ри­кан­скую стан­дар­ти­за­цию про­из­вод­ства и потреб­ле­ния про­дук­тов пита­ния, в основ­ном в самых ее мас­со­во-недо­ро­гих про­яв­ле­ни­ях (фаст­фуд-ресто­ра­ны, авто­ма­ты с сока­ми, кофе, а так­же с дру­ги­ми про­дук­та­ми), про­ни­ца­тель­но избра­ли для лука­вой совет­ской кри­ти­ки, конеч­но, умал­чи­вая об изыс­кан­ном раз­но­об­ра­зии воз­мож­но­стей пита­ния более состо­я­тель­ных сло­ев аме­ри­кан­цев.

Одно из ранних изданий «Одноэтажной Америки»
Одно из ран­них изда­ний «Одно­этаж­ной Аме­ри­ки»

Итак, как отме­ча­ли совет­ские писа­те­ли: «Про­цесс еды так же пре­вос­ход­но раци­о­на­ли­зи­ро­ван, как про­из­вод­ство авто­мо­би­лей или пишу­щих маши­нок… Аме­ри­кан­цы едят осле­пи­тель­но белый, но совер­шен­но без­вкус­ный хлеб, моро­же­ное мясо, соле­ное мас­ло, кон­сер­вы и недо­зрев­шие поми­до­ры.

Как же полу­чи­лось, что бога­тей­шая в мире стра­на… ресур­сы кото­рой доста­точ­ны, что­бы создать у себя рай, не может дать наро­ду вкус­но­го хле­ба, све­же­го мяса, сли­воч­но­го мас­ла и зре­лых поми­до­ров?

Сидя в кафе­те­рии, мы чита­ли речь Мико­я­на о том, что еда в соци­а­ли­сти­че­ской стране долж­на быть вкус­ной, что она долж­на достав­лять людям радость, чита­ли как поэ­ти­че­ское про­из­ве­де­ние.

Но в Аме­ри­ке дело народ­но­го пита­ния, как и все осталь­ные дела, постро­е­но на одном прин­ци­пе — выгод­но или невы­год­но. Под Нью-Йор­ком невы­год­но раз­во­дить скот и устра­и­вать ого­ро­ды. Поэто­му люди едят моро­же­ное мясо, соле­ное мас­ло и недо­зрев­шие поми­до­ры. Како­му-то дель­цу выгод­но про­да­вать жева­тель­ную резин­ку — и народ при­учи­ли к этой жвач­ке…

Мы всё вре­мя чув­ство­ва­ли непре­одо­ли­мое жела­ние жало­вать­ся и, как свой­ствен­но совет­ским людям, вно­сить пред­ло­же­ния. Хоте­лось писать в совет­ский кон­троль, и в пар­тий­ный кон­троль, и в ЦК, и в „Прав­ду“. Но жало­вать­ся было неко­му, а „кни­ги для пред­ло­же­ний“ в Аме­ри­ке не суще­ству­ет». В СССР кни­га Иль­фа и Пет­ро­ва про­из­ве­ла гро­мад­ное впе­чат­ле­ние. Вокруг нее велись спо­ры как веду­щих лите­ра­тур­ных кри­ти­ков, так и гро­мад­но­го чис­ла чита­те­лей. Свое­об­раз­ный итог этим спо­рам мог­ла бы под­ве­сти крат­кая репли­ка из одно­го чита­тель­ско­го пись­ма Иль­фу и Пет­ро­ву: «Если бы Аме­ри­ка была совет­ской — она была бы раем!»

Алек­сандр Нику­лин,
канд. экон. наук, дирек­тор Цен­тра аграр­ных иссле­до­ва­ний РАН­ХиГС

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

avatar
1 Цепочка комментария
0 Ответы по цепочке
0 Подписки
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
1 Авторы комментариев
Alex Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
Уведомление о
Alex
Alex

В прин­ци­пе кто хочет, может и саму кни­гу про­чи­тать.

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
 
 

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: