В озерном краю Восточного Ладака

Озеро Цоморари близ селения Корзок.  18 июня 2015 года
Озеро Цоморари близ селения Корзок. 18 июня 2015 года
Лев Боркин, руководитель Центра гималайских научных исследований Санкт-Петербургского союза ученых
Лев Боркин, руководитель Центра гималайских научных исследований
Санкт-Петербургского союза ученых
Александр Андреев, докт. биол. наук, орнитолог
Александр Андреев, докт. биол. наук, орнитолог

После довольно утомительного пути из Наггара в Лех с пересечением пяти перевалов через высокие хребты Западных Гималаев (см. предыдущую статью в ТрВ-Наука № 182 от 30 июня 2015 года) к вечеру 16 июня мы прибыли в город Лех — столицу древнего королевства Ладак, а ныне административный центр одноименного округа штата Джамму и Кашмир. Остановились в тихом зеленом уголке, в небольшом отеле рядом с центром города. Следующий день ушел на оформление пропусков в пограничные районы и отдых.

Добравшись до Леха, в соответствии с первоначальным планом экспедиция разделилась на три группы. Одна из них направилась на запад Ладака, а две другие — на восток, к большим озерам на западной окраине Тибета. В своем верхнем течении великий Инд представляет собой сравнительно небольшую реку, быстринами и перекатами струящуюся среди тесных ущелий и каньонов. В расширениях долины ютятся зеленые оазисы, а на скалах живописно расположились монастыри. Здесь и там берега реки соединены шаткими подвесными мостами.

Маршрут нашей группы лежал на юго-восток, вдоль верховьев Инда к озеру Цоморири. Это озеро, как и другие крупные озера в бассейне верхнего течения Инда, лежит вне разработанных туристических маршрутов Ладака — территории и без того труднодоступной.

Горячий гейзер на берегу Инда. Чуматанг. 18 июня 2015 года
Горячий гейзер на берегу Инда. Чуматанг. 18 июня 2015 года

На многочасовом пути к цели мы сделали короткую остановку в селении Чуматанг (Chumathang, 4040 м). Здесь берег Инда образован подножием крутого склона. Прямо из галечного берега бьют небольшие гейзеры. Их температура 70 °C — вполне достаточно для кипения на данной высоте. По нашим измерениям, температура воды Инда вблизи ключей достигала +35, на удалении трех-пяти метров от берега +20, а в самой реке — только +8 °C. На теплом мелководье носились косяки мелких рыбешек, а илистое дно было покрыто массой мелких брюхоногих моллюсков.

Ущелье в верхнем течении реки Инд.  18 июня 2015 года
Ущелье в верхнем течении реки Инд. 18 июня 2015 года
Стадо горных козлов-ибексов на берегу реки Палдонг-чу. 18 июня 2015 года
Стадо горных козлов-ибексов на берегу реки Палдонг-чу. 18 июня 2015 года

Вблизи селения Махе (Mahe) пересекли Инд и по узкому, заросшему тамарисками ущелью реки Палдонг-чу (Paldong Chu) начали подъем к котловинам озер Тадсанг Кару и Цоморири [1]. На этом пути недалеко от дороги встретили пару пасущихся киангов (Equus hermonius kiang), cтадо горных коз (Capra ibex) и небольшую колонию гималайских сурков (Marmota himalayana) . За пологим перевалом Намашанг (Namashang La) открылся вид на просторную котловину небольшого соленого озера Тадсанг Кару (Thadsang Karu). На ее пустынных пологих склонах бродили многочисленные стада овец, яков. Здесь и там виднелись стоянки пастухов и сами пастухи верхом на конях. Здесь мы оказались в особой географической области Ладака, называемой плоскогорьем Рупшу (Rupshu) и населенной скотоводами кхампа (Khampa) — особой этнической группой кочевников тибетского происхождения. Их отличительная бытовая черта — остроконечные белые шатры, часто покрытые черным навесом.

Маленький кхампа. Плоскогорье Рупшу по дороге на Цоморири. 18 июня 2015 года
Маленький кхампа. Плоскогорье Рупшу по дороге на Цоморири. 18 июня 2015 года

Вскоре за широким горным проходом стала видна еще более обширная котловина озера Цоморири. В 1875 году здесь побывал русский живописец Василий Верещагин, который, как сейчас признано историками, был не только знаменитым художником, но и военным разведчиком. В эпоху противостояния Российской и Британской империй в Центральной Азии его появление в этой труднодоступной даже в наши дни области было, скорее всего, не случайным. Соперничество секретных служб обеих империй в западной исторической литературе получило название Большой игры — the Great (Grand) Game. Граф Нессельроде, российский министр иностранных дел, называл это противостояние Турнирами теней.

Британские «ужасы» русской угрозы остались в далеком прошлом. Ровно через 140 лет после Василия Верещагина на берегу озера Цоморири нас встретил индийский военный патруль. Проверив пропуска, вежливые люди с автоматическими винтовками поинтересовались количеством фотокамер, числом навигационных приемников (GPS), топографических карт, наземных и спутниковых телефонов, которыми мы располагаем. Из всего этого перечня только использование спутниковых телефонов категорически запрещено иностранцам на территории Индии; у нас их и не было. Удовлетворившись полученными ответами и узнав, что мы из России, военные подняли шлагбаум: путь в единственное открытое туристам селение Корзок был открыт.

Селение Корзок, 4560 м. 19 июня 2015 года
Селение Корзок, 4560 м. 19 июня 2015 года

Деревня — единственный центр оседлости скотоводов-кочевников кхампа — разместилась на левобережном склоне ущелья, открытого к озерной котловине пологой поверхностью аллювиального происхождения. Несмотря на изрядную высоту местности (4560 м), этот склон заботливо распахан и засеян земледельцами. Семейные участки разделены каменными изгородями, к каждому полевому наделу подведен желобок оросительной системы. Пустынные склоны гор, за исключением скалистых и очень крутых участков, заняты пастбищами. Если не считать нескольких новых строений — гестхаусов — и палаточного городка для туристов, сам Корзок сохранил первозданный вид, невольно возвращающий путника в средневековье. Наблюдаются квадратные серые одно- или двухэтажные постройки из кирпича-сырца с плоскими крышами, украшенными рогатыми черепами яков (местный символ благополучия) и тибетскими флажками.

Деревенская улица. Корзок. 18 июня 2015 года
Деревенская улица. Корзок. 18 июня 2015 года

Жилища и хозяйственные постройки соединены узкими улочками, достаточными для прохода коровы, яка или осла. Местные жители и ламы в багряных одеяниях, встречавшиеся по пути, дружелюбно приветствовали нас восклицанием Julley! На обочине дороги, сидя у ткацкого станка, пожилая женщина ткала ковер. Чуть поодаль уже готовые и выстиранные ковры сохли на изгороди из жердей и колючей проволоки.

Осмотрев несколько домов, мы выбрали для ночлега двухэтажную постройку в тибетском стиле с гордым названием Goose House («Обитель горного гуся»). Получив столь завидных постояльцев, ее неказистая с виду хозяйка приосанилась и горделиво шла вместе с нами по единственной в деревне улице, не без радости ловя завистливые взгляды своих менее удачливых соседок — хозяек отелей «Индийский журавль» и «Озерный вид».

На первом этаже «отеля» жили хозяева, размещалась кухня и гостиная с богатым набором кухонной утвари. Второй этаж — «номера» для постояльцев с потолком из тополевых жердей и тальниковой лозы. В коридоре — квадратный люк и лестница для выхода на плоскую крышу. В этой части Лада-ка основная масса осадков выпадает зимой в виде снега, и нужда в более сложной конструкции отсутствует. На крыше тибетского жилища можно найти всё необходимое для обыденной жизни его обитателей: запас дров и «экологического» топлива, в изобилии производимого яками и другими копытными и высушиваемого в виде «котлеток» диаметром 30 см. Есть канистры с горючим, копны сена, тарелка спутниковой связи. В последние годы широкое распространение получили солнечные батареи.

Быстро смеркалось и холодало. На ужин мы расположились в прохладной гостиной. Внимательная хозяйка любезно пригласила нас пройти на кухню — в меньшее, но достаточно просторное помещение, где было значительно теплее. На старинном примусе варилась тукпа (похлебка из баранины с лапшой), на печке грелся чайник. В углу под лампочкой сидела мать хозяйки. Это была пожилая женщина с темным, загорелым лицом, которая после взаимного приветствия повела с нами спокойный, полный достоинства разговор. На ее коленях грелся теленок, ее шея была украшена коралловым ожерельем, в ушах светились серебряные серьги.

Разговор перед ужином на кухне. 18 июня 2015 года
Разговор перед ужином на кухне. 18 июня 2015 года

Из неторопливой беседы (переводчиком с ладакского был наш водитель Али-Мухаммед) мы узнали, что деревня с октября по март укрыта метровыми снегами, озеро полностью замерзает только в декабре, к весне толщина льда достигает полутора метров и в озере водится мелкая рыба. Отметим, что тибетские жители рыбу не едят.

Бессточное соленое озеро Цоморири (буквально «высокое озеро богини») лежит на высоте 4540 м среди обширной межгорной котловины, окруженной заснеженными гребнями гор, безжизненными каменистыми осыпями, пустынными предгорьями и ущельями. Пики гор достигают высоты 6210–6650 м. В лучах восходящего солнца золотистые вершины хребтов контрастировали с красновато-коричневыми и охристыми склонами гор, отражались и преображались в ультрамариновом, если не фиолетово-черном зеркале озерных вод. Интересно, удалось ли Василию Васильевичу Верещагину запечатлеть эту несравненную палитру в своих этюдах?

Стоянка кочевников близ озера Цоморири. Плоскогорье Рупшу, 4680 м. 18 июня 2015 года
Стоянка кочевников близ озера Цоморири. Плоскогорье Рупшу, 4680 м. 18 июня 2015 года

Протяженность озера — 19 км, ширина — 3 км, глубина — 105 м. В озеро впадает множество ручьев и речек, при их устьях образуются дельты, косы и болотистые участки, привлекающие околоводных птиц. На рассвете нового дня (18 июня) вдоль береговой черты ходили и плавали выводки горных гусей (Anser indicus), летали буроголовые чайки (Larus brunnicephalus) и утки-огари (Tadorna ferruginea).

Выводок горного гуся
Выводок горного гуся

Около недели назад у горных гусей появились птенцы. Выводки желтовато-серых гусят-пуховичков держатся с родителями вблизи береговой черты озера, а холостые птицы летают кормиться на ячменные поля вблизи деревни. В компании гусей по свежим зеленям бродят красноклювые клушицы (Pyrrhocorax pyrrhocorax) и скалистые голуби (Columba rupestris); от наших сизарей они отличаются широкой белой перевязью на хвосте.

Если перед восходом солнца температура воздуха опускалась до –2 °C и ручьи, впадающие в озеро, покрывались коркой льда, то к полудню воздух нагрелся до +25 ºС, а на почве и камнях было уже 30–35 °C. Одна из задач нашей поездки к озеру Цоморири состояла в обнаружении так называемой тибетской круглоголовки (Phrynocephalus theobaldi) — вида, описанного в середине XIX века как раз из этого района. Отсюда же британским путешественником и торговым агентом Уильямом Муркрофтом был в 1812 году описан упомянутый выше кианг — удивительное животное, родственное диким ослам и лошадям. В котловине озера Цоморири оба этих вида благоденствуют до сих пор.

Кианги близ устья реки Палдонг-чу.  18 июня 2015 года
Кианги близ устья реки Палдонг-чу. 18 июня 2015 года

Наш дальнейший путь лежал на север, к другому горному озеру Цо-Кар (Tso-Kar, 4500 м). Дорога к нему заняла полдня, оказалась довольно утомительной и практически безлюдной. Она пересекала солончаковую долину и термальное поле Пуга (Puga thermal feld), поросший караганой перевал Поло-Конгка (Polo Kongka La, 5000 м), отделяющий истоки реки Палдонг-чу от водосбора озера Цо-Кар. На спуске в его котловину дорога шла через раскаленные под солнцем песчаные холмы, сухие русла водотоков, нагромождения валунов и каменистые осыпи — пейзаж в целом безжизненный и угрюмый, но только не для натуралистов.

Котловина озера Цо-Кар. 19 июня 2015 года
Котловина озера Цо-Кар. 19 июня 2015 года

То, что на карте было очерчено и названо озером, на местности выглядело крайне необычно. С холмов, обрамляющих южную часть цокарской впадины, нашему взору открылся равнинный пейзаж, состоявший из белых (соль), зеленых (трава) и серых (лёсс) полос и пятен. Эта мозаика окружала сравнительно небольшое пространство открытой воды. Ее контуры растворялись в слепящем знойном мареве. Здесь и там кружились столбы пылевых вихрей. С западной стороны цокарскую котловину охватывают заснеженные горные цепи Занскарского хребта, к северу уходит пологая, пустынная равнина. Днем на ней пасутся стада овец, а после захода солнца появляются кианги.

Северная часть озерной впадины занята холмистой поверхностью, сложенной рыхлыми наносами бледно-серой окраски. Эта пылеватая толща изрезана извилистыми оврагами глубиной 10–12 м. Их днище занято влажными лугами, озерками, лужицами и ручьями, текущими в сторону озера. Отложения этой холмистой поверхности более всего напоминают оттаявшую «едому» — аллювиально-эоловые накопления приледниковых областей Якутии. Судя по всему, и здесь не обошлось без участия ледников и сильных ветров. Вдоль границы пустынных предгорий и «гималайской едомы» тянется неровная полоса влажных лугов, неглубоких водоемов, рыхлых останцов и соляных полей — идеальное местообитание для околоводных птиц. И в самом деле, здесь держались кулики-травники (Tringa), паслись стаи горных гусей и летали уже знакомые нам огари. Эти виды птиц характерны для всей Центральной Азии, например Киргизии и Памира. Среди этой «мелочи» бродила пара черноголовых журавлей (Grus nigricollis). Эта птица — особая достопримечательность Ладака, она относится к уязвимым видам.

Пара индийских журавлей. Цо-Кар. 19 июня 2015 года
Пара индийских журавлей. Цо-Кар. 19 июня 2015 года

На заходе солнца мы вынуждены были покинуть столь понравившееся нам место — в этом селении не было ночлега для иностранных туристов. Но стартовать оказалось непросто. Нашу машину окружила толпа любопытствующих мужчин в разнообразных одеждах и с весьма разнообразными лицами. Среди них выделялся воинственного вида бородач в камуфляжной одежде с выразительным носом. Этот «полевой командир» почему-то выражал наибольший интерес к нашим делам, и нам не без труда удавалось уходить от его излишне назойливых расспросов.

Между тем солнце скрывалось за заснеженными гребнями хребтов, кочевники собирали стада яков, овец и табуны лошадей возле своих шатров. Дорога круто шла к перевалу Тангланг (Tanglang La, 5300 м). Проехав его уже в глубоких сумерках, машина быстро снижалась серпантинами северного склона Занскарского хребта. В небе ярко зажглись звёзды. В далекой глубине ущелья светились редкие огоньки селений. Там мы надеялись найти ночлег.

Ом мани падме хум!

ТрВ-Наука — информационный партнер СПбСУ по Гималайскому проекту.
Все фото — А. В. Андреева

1. Tso — по-ладакски озеро, La — перевал.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
 
 

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: