Иным мирам закон не писан

Рис. В. Богорада

Рис. В. Бого­ра­да

При­ня­то счи­тать, что фан­та­сты ни во что не ста­вят зако­ны при­ро­ды, управ­ля­ю­щие реаль­ным миром. Но так ли отваж­ны и без­рас­суд­ны «твор­цы миров» и так ли про­сто опи­сать во всех подроб­но­стях мир с иным устрой­ством (даже если в голо­ву при­шла дей­стви­тель­но ори­ги­наль­ная идея)? Раз­би­ра­ет­ся Мак­сим Бори­сов.

…И всё же есть вес­кие дово­ды в поль­зу того, что такой выс­ший разум игра­ет опре­де­ля­ю­щую роль в нашем суще­ство­ва­нии. Ина­че кто же решил, как долж­на вести себя мате­рия? Чем опре­де­ля­ют­ся ваши зако­ны физи­ки? Поче­му эти зако­ны такие, а не дру­гие?

Фред Хойл. Чер­ное обла­ко

Физику никто не отменял

Нару­ше­ние зако­нов при­ро­ды и логи­ки в кни­гах и филь­мах — обыч­ное дело, при­выч­ный повод для насме­шек, сорев­но­ва­ния эру­ди­тов и педан­тов. Писа­те­лям и сце­на­ри­стам свой­ствен­но забы­вать обсто­я­тель­ства, даты и име­на, опи­сан­ные ими же сами­ми несколь­ки­ми стра­ни­ца­ми ранее или же в преды­ду­щей серии, давать абсурд­ные объ­яс­не­ния поступ­кам, пре­уве­ли­чи­вать роль слу­чая, пре­не­бре­гать реаль­ны­ми физи­че­ски­ми усло­ви­я­ми, физио­ло­ги­ей геро­ев, устрой­ством тех­ни­ки. Созда­те­ли исто­ри­че­ских рома­нов и костю­ме­ры-дизай­не­ры часто гре­шат ана­хро­низ­ма­ми, а твор­цы бое­ви­ков и шпи­он­ских сери­а­лов забы­ва­ют под­счи­тать коли­че­ство пуль, выпу­щен­ных из всех мно­го­чис­лен­ных «маг­ну­мов» и «пара­бел­лу­мов». При этом мы даже не гово­рим о сти­хах, ска­за­ни­ях, раз­но­го рода алле­го­ри­ях и сюр­ре­а­лиз­ме. Тут и обсуж­дать нече­го — реаль­ной физи­ке там не место.

Науч­ная фан­та­сти­ка, испы­ты­ва­ю­щая почте­ние к нау­ке, тоже гре­шит порой раз­но­го рода ошиб­ка­ми, неточ­но­стя­ми и пре­уве­ли­че­ни­я­ми. К тому же «изоб­ре­та­те­ли ситу­а­ций» любят кар­ди­наль­но «облег­чить себе жизнь», выду­мы­вая какой-нибудь новый удоб­ный закон при­ро­ды, поз­во­ля­ю­щий, ска­жем, без хло­пот сде­лать тела неви­ди­мы­ми, отклю­чить на вре­мя гра­ви­та­цию или же добыть без­дну энер­гии. Как пра­ви­ло, это всё не счи­та­ет­ся прин­ци­пи­аль­ной сме­ной суще­ству­ю­щих зако­нов физи­ки, лишь удоб­но «допол­няя» их. «Поку­сив­ших­ся» таким обра­зом на реаль­ную физи­ку — леги­он, и мы, есте­ствен­но, не ста­нем их всех здесь при­по­ми­нать. Гораз­до боль­шая ред­кость сре­ди фан­та­стов — жела­ние дей­стви­тель­но созна­тель­но изме­нить окру­жа­ю­щую нас реаль­ность на уровне базо­вых физи­че­ских зако­нов и затем чест­но про­сле­дить, что же из это­го вый­дет. Самые «роб­кие» при этом огра­ни­чи­ва­ют­ся тем, что на вре­мя меня­ют одну какую-нибудь вели­чи­ну. Ска­жем, у Алек­сандра Беля­е­ва в рас­ска­зе «Све­то­пре­став­ле­ние» Зем­ля в сво­ем дви­же­нии по Галак­ти­ке вре­мен­но вхо­дит в область про­стран­ства, где рез­ко замед­ля­ет­ся ско­рость све­та. Вме­сто 300 тыс. км/​с свет начи­на­ет дви­гать­ся поис­ти­не «чере­па­шьим шагом», поз­во­ляя обо­гнать себя кому угод­но. Люди при этом уже не могут пола­гать­ся на свои гла­за, а поли­ция сби­ва­ет­ся с ног, ловя неуло­ви­мых пре­ступ­ни­ков. Впро­чем, рез­ко замед­лять свет (в веще­стве) научи­лись недав­но и совре­мен­ные физи­ки, так что сей «мыс­лен­ный экс­пе­ри­мент» не выно­сит нас непре­мен­но за пре­де­лы нашей реаль­но­сти. Как, впро­чем, и борь­ба за пре­одо­ле­ние ско­ро­сти све­та, вро­де той, напри­мер, что у Ген­ри­ха Аль­то­ва в рас­ска­зе «Поли­гон „Звезд­ная река“». Во все­лен­ной заду­ман­но­го австра­лий­ским писа­те­лем Гре­гом Ига­ном рома­на «Пря­мо­уголь­ный» ско­рость све­та — пере­мен­ная вели­чи­на.

Есть еще при­выч­ная улов­ка, вос­хо­дя­щая ко вполне реаль­ным физи­че­ским тео­ри­ям, чему посвя­ще­на, ска­жем, не пере­во­див­ша­я­ся у нас кни­га Hyperspace извест­но­го аме­ри­кан­ско­го попу­ля­ри­за­то­ра и физи­ка-тео­ре­ти­ка Митио Каку (Michio Kaku). Фан­та­сты дав­но уже научи­лись быст­ро пре­одо­ле­вать гигант­ские рас­сто­я­ния, ухо­дя в «гипер­про­стран­ство» через «кро­то­вые норы», пере­ме­ща­ясь через иное изме­ре­ние, где путь зна­чи­тель­но коро­че. Пере­ме­ще­ние в гипер­про­стран­стве кра­соч­но пока­за­но в теле­се­ри­а­ле «Вави­лон-5» и в бес­счет­ном коли­че­стве кос­ми­че­ских опер. В гипер­про­стран­стве могут встре­тить­ся иные физи­че­ские зако­ны, ну а может (по мне­нию самых пуг­ли­вых) и раз­верз­нуть­ся насто­я­щий ад, как в филь­ме «Сквозь гори­зонт».

Всё чудесатее и чудесатее

Вре­мен­ное нару­ше­ние физи­че­ских зако­нов наше­го мира по чьей-либо воле при­ня­то назы­вать чуде­са­ми. Ни одна рели­гия не может без это­го обой­тись, одна­ко фан­та­сты явно неохот­но согла­ша­ют­ся «рабо­тать» с таки­ми чуде­са­ми. Одно из ред­ких исклю­че­ний — «Чело­век, кото­рый мог тво­рить чуде­са» Гер­бер­та Уэлл­са. Как извест­но, для героя это­го рас­ска­за всё закон­чи­лось доволь­но пла­чев­но. В каче­стве экс­пе­ри­мен­та он попы­тал­ся, как Иисус Навин, при­оста­но­вить наступ­ле­ние ночи, забыв при этом затор­мо­зить вме­сте с Зем­лей все нахо­дя­щи­е­ся на ней пред­ме­ты, что при­ве­ло к все­об­щей ката­стро­фе. «Давай­те разберем­ся, что такое чудо, — гово­рил этот уэлл­сов­ский скеп­тик еще до того, как рас­крыл в себе свой дар. — Это нечто несов­ме­сти­мое с зако­на­ми при­ро­ды и про­из­ве­ден­ное уси­лием воли…» Разу­ме­ет­ся, сомни­тель­ное попри­ще для «твер­дой» НФ. Чаще все­го фан­та­сты, как Остап Бен­дер, «чтут кодекс» и пом­нят о том, что любой чудо­тво­рец в нашем мире не все­си­лен — дол­жен чер­пать отку­да-то энер­гию для сво­их транс­фор­ма­ций и огра­ни­чен в жела­ни­ях — см. «повесть-сказ­ку для науч­ных работ­ни­ков млад­ше­го воз­рас­та» от бра­тьев Стру­гац­ких — «Поне­дель­ник начи­на­ет­ся в суб­бо­ту» и «Сказ­ку о Трой­ке». В «Отя­го­щен­ных злом» тех же Стру­гац­ких даже у все­мо­гу­ще­го, каза­лось бы, Деми­ур­га скром­ный аст­ро­ном осме­лил­ся попро­сить лишь «самую малость» — так под­пра­вить физи­че­ские зако­ны, что­бы стал реаль­но­стью пред­ска­зан­ный им кос­ми­че­ский фено­мен. В общем, без уча­стия нечи­стой силы изме­не­ние зако­нов при­ро­ды и тут не обо­шлось.

Совсем дру­гое дело — иные миры. В этом слу­чае полет фан­та­зии почти неоста­но­вим. Неда­ром у раз­но­го рода «клас­си­фи­ка­то­ров» есть склон­ность все сказ­ки ско­пом отно­сить к «парал­лель­ным мирам», вклю­чая и «Стра­ну Оз» Фрэн­ка Бау­ма, и вол­шеб­ный мир Тол­ки­е­на. Такие парал­лель­ные миры, осо­бен­но те, где цар­ству­ет магия, а не нау­ка, неожи­дан­но ока­за­лись в нашей лите­ра­ту­ре и кине­ма­то­гра­фе в подав­ля­ю­щем боль­шин­стве. Это при­зна­но столь «пло­до­твор­ной» иде­ей, что полу­чи­лось отдель­ное направ­ле­ние, и рома­ны и филь­мы о «попа­дан­цах» в такие фэн­те­зий­ные миры быст­ро затми­ли чис­лен­но­стью не толь­ко миры с какой-либо иной физи­кой, но и про­из­ве­де­ния об аль­тер­на­тив­ных все­лен­ных со вполне зем­ной физи­кой (впро­чем, таких тоже ока­за­лось нема­ло). Разу­ме­ет­ся, изу­чать эти вари­а­ции не так уж и инте­рес­но (пишет­ся это всё в основ­ном для людей, увле­ка­ю­щих­ся при­клю­че­ни­я­ми, а не нау­кой), да и дале­ко уве­дет нас от раз­го­во­ра об иной физи­ке. В каче­стве образ­ца мож­но рас­смот­реть, напри­мер, «Под­ме­нён­но­го» Род­же­ра Желяз­ны (1980), где оби­та­те­ли раз­ных миров (наше­го, тех­но­ло­ги­че­ско­го, и мира, где царит магия) меня­ют­ся места­ми и каж­дый дости­га­ет опре­де­лен­ных высот.

Кон­цеп­ции парал­лель­ных миров с ины­ми физи­че­ски­ми кон­стан­та­ми в совре­мен­ной физи­ке воз­ни­ка­ют по раз­ным при­чи­нам. Это могут быть чрез­вы­чай­но уда­лен­ные части нашей соб­ствен­ной Все­лен­ной, «отпоч­ко­вав­ши­е­ся» от нее новые миры, мно­же­ства почти неот­ли­чи­мых вари­а­ций в рам­ках эве­рет­тов­ской интер­пре­та­ции кван­то­вой меха­ни­ки, скры­тые изме­ре­ния М-тео­рии, миры, состо­я­щие из «зер­каль­но­го веще­ства» или отсто­я­щие от нас во вре­ме­ни, и мно­гое дру­гое. Для фэн­те­зи, разу­ме­ет­ся, пред­по­чти­тель­нее те «сосед­ские» миры, куда при опре­де­лен­ных обсто­я­тель­ствах может попасть любой жела­ю­щий, а не толь­ко аст­ро­нав­ты из неопре­де­лен­но дале­ко­го буду­ще­го. Один из самых ран­них таких «попа­дан­цев» опи­сан в рас­ска­зе того же Уэлл­са «Дверь в стене» (1911).

Игры со временем

183-0202В раз­вле­че­ни­ях с зако­на­ми при­ро­ды самое замет­ное место зани­ма­ют игры со вре­ме­нем и про­стран­ством как наи­бо­лее эффект­ные и понят­ные боль­шин­ству чита­те­лей. Вспом­ним «Али­су в Зазер­ка­лье» и тамош­ний мир, в кото­ром, по сло­вам взбал­мош­ной Чер­ной Коро­ле­вы, порой «при­хо­дит­ся бежать со всех ног, что­бы толь­ко остать­ся на том же месте». Более реа­ли­стич­на и ужа­са­ю­ща такая пер­спек­ти­ва в романе Кри­сто­фе­ра При­ста «Опро­ки­ну­тый мир» (1974), где оби­та­те­ли зага­доч­но­го Горо­да на коле­сах вынуж­де­ны непре­рыв­но дви­гать­ся по пла­не­те-гипер­бо­ло­и­ду, что­бы оста­вать­ся в рам­ках при­ем­ле­мой физи­че­ской реаль­но­сти. Более клас­си­че­ской выгля­дит ситу­а­ция (часто пре­сле­ду­ю­щая нас во сне), когда герой никак не может поки­нуть какое-либо место, неиз­мен­но вра­ща­ясь в заколь­цо­ван­ном про­стран­стве (впро­чем, это может про­ис­хо­дить и под чисто пси­хо­ло­ги­че­ским воз­дей­стви­ем, пусть и «маги­че­ским», как, напри­мер, в ска­зоч­ной пове­сти немец­ко­го писа­те­ля Отф­ри­да Прой­сле­ра «Кра­бат, или Леген­ды ста­рой мель­ни­цы» (1971) и в одно­имен­ном филь­ме (2008)). В пове­сти Клиф­фор­да Сай­ма­ка «Вся­кая плоть — тра­ва» (в дру­гом пере­во­де — «Всё живое…») при­ше­ствие ино­го мира при­во­дит к тому, что посре­ди горо­да воз­ни­ка­ют неви­ди­мые про­зрач­ные барье­ры, непро­ни­ца­е­мые для живых существ. «Град обре­чен­ный» Стру­гац­ких закан­чи­ва­ет­ся тра­ги­че­ской встре­чей геро­ев со сво­и­ми двой­ни­ка­ми и выхва­чен­ны­ми писто­ле­та­ми. В три­ло­гии Андрея Лазар­чу­ка и Миха­и­ла Успен­ско­го про похож­де­ния Нико­лая Гуми­лё­ва герои в какой-то момент попа­да­ют в мерт­вый город, кото­рый невоз­мож­но поки­нуть и в кото­ром нель­зя уме­реть. В цик­ле «Ноч­ной дозор» у Сер­гея Лукья­нен­ко маги­че­ским обра­зом скры­ва­ют этаж зда­ния, где рас­по­ла­га­ет­ся штаб-квар­ти­ра Свет­лых, в цик­ле Роулинг про Гар­ри Пот­те­ра — желез­но­до­рож­ная плат­фор­ма, подъ­езд дома и т. д., ну а в «Масте­ре и Мар­га­ри­те» у Миха­и­ла Бул­га­ко­ва его Волан­да вооб­ще не забо­тят ни вре­мя, ни про­стран­ство — празд­нич­ная ночь длит­ся до тех пор, пока гостям не надо­ест весе­лить­ся, а рас­по­ло­жи­лись они без каких-либо неудобств в огром­ных двор­цо­вых залах, уме­ща­ю­щих­ся внут­ри рядо­вой мос­ков­ской квар­ти­ры.

Попыт­ки вооб­ра­зить себе миры с иным чис­лом изме­ре­ний пред­став­ля­ют собой отдель­ную ветвь с весь­ма почтен­ной тра­ди­ци­ей. Миры двух изме­ре­ний опи­сы­ва­ли Эдвин Эббот во «Флат­лан­дии» (1884), Чар­лз Хин­тон, Дио­нис Бюр­гер и, нако­нец, мате­ма­тик Алек­сандр Дьюд­ни («Пла­ни­вер­сум»). Миры боль­ше­го чис­ла изме­ре­ний, а так­же объ­ек­ты с чис­лом сто­рон, рав­ным нулю, вооб­ра­зить себе гораз­до слож­нее, но и такие попыт­ки дела­лись — ска­жем, в рас­ска­зе извест­но­го попу­ля­ри­за­то­ра нау­ки Мар­ти­на Гард­не­ра «Нуль­сто­рон­ний про­фес­сор», в кото­ром два повздо­рив­ших мате­ма­ти­ка отпра­ви­лись в мир каких-то «мно­го­мер­ных хол­мов» и с тру­дом вер­ну­лись, едва не вывер­нув­шись наизнан­ку.

183-0208

183-0205В жут­ко­ва­той пове­сти аме­ри­кан­ско­го писа­те­ля Сти­ве­на Кин­га «Лан­го­лье­ры» (The Langoliers) и в соот­вет­ству­ю­щем мини-теле­се­ри­а­ле пас­са­жи­ры само­ле­та попа­да­ют в парал­лель­ный мир, отсто­я­щий от наше­го на несколь­ко минут, и едва спа­са­ют­ся от хищ­ных зуба­стых тва­рей, пожи­ра­ю­щих реаль­ность. Гораз­до серьез­нее выгля­дят попыт­ки поиг­рать со вре­ме­нем сре­ди иных миров у Ала­на Лайт­ма­на в «Снах Эйн­штей­на». Впро­чем, игры со вре­ме­нем так­же обра­зу­ют совер­шен­но отдель­ный под­жанр фан­та­сти­ки со мно­же­ством запу­тан­ных вари­а­ций и заве­до­мо необо­зри­мы. Вспом­ним, напри­мер, «Зате­рян­ных в кос­мо­се», кото­рых одно­вре­мен­но мож­но счи­тать и «Зате­рян­ны­ми во вре­ме­ни», – с гиперд­ви­га­те­ля­ми, пузы­рем, иска­жа­ю­щим про­стран­ство и вре­мя, стро­и­тель­ством пор­та­ла на Зем­лю и све­же­об­ра­зо­вав­шей­ся чер­ной дырой. Впро­чем, если учесть, что в реаль­ных чер­ных дырах про­стран­ство и вре­мя в каком-то смыс­ле меня­ют­ся места­ми, да и вооб­ще, по мне­нию Род­же­ра Пен­ро­уза, может дей­ство­вать некая «все­лен­ская цен­зу­ра», непо­нят­ным нам обра­зом пре­об­ра­жа­ю­щая зако­ны при­ро­ды, все эти замо­роч­ки и пара­док­сы пере­ста­ют казать­ся таки­ми уж неве­ро­ят­ны­ми. В романе Пола Андер­со­на «Тау Ноль» (Tau Zero, 1970) пере­се­лен­цы, летя­щие на «кораб­ле поко­ле­ний», умуд­ря­ют­ся так разо­гнать­ся, что мимо них про­но­сит­ся исто­рия суще­ство­ва­ния всей Все­лен­ной, а про­ско­чив сквозь син­гу­ляр­ность, они ока­зы­ва­ют­ся пер­вы­ми жите­ля­ми вновь родив­шей­ся все­лен­ной. Любо­пыт­но, что автор при этом прак­ти­че­ски не про­ти­во­ре­чит совре­мен­ной физи­ке и не гово­рит ни о чем, невоз­мож­ном в прин­ци­пе. Ну, за исклю­че­ни­ем пре­бы­ва­ния в син­гу­ляр­но­сти и того, что наша соб­ствен­ная Все­лен­ная вряд ли будет пере­жи­вать в буду­щем кол­лапс.

183-0201Еще одна идея того же Пен­ро­уза заклю­ча­ет­ся в том, что само чело­ве­че­ское мыш­ле­ние пред­став­ля­ет собой во мно­гом кван­то­вый про­цесс и в каком-то смыс­ле опре­де­ля­ет физи­че­ские зако­ны окру­жа­ю­ще­го мира (вспом­ним и зна­ме­ни­тый антроп­ный прин­цип, соглас­но кото­ро­му свой­ства окру­жа­ю­щей нас Все­лен­ной могут быть выве­де­ны из свойств наших орга­низ­мов в силу того, что в ином слу­чае этот мир попро­сту был бы лишен разум­ных оби­та­те­лей). Зна­чит, зако­ны при­ро­ды завя­за­ны на созна­ние, а чело­ве­че­скую жизнь вооб­ще мож­но рас­смат­ри­вать как инди­ви­ду­аль­ное непре­рыв­ное путе­ше­ствие по раз­ным мирам, логи­че­ски свя­зан­ным лишь цепоч­кой мыс­лей, воз­ни­ка­ю­щих у физи­че­ски раз­ных инди­ви­ду­у­мов. Разу­ме­ет­ся, в рам­ках реаль­ной физи­ки вери­фи­ци­ро­вать подоб­ные идеи не пред­став­ля­ет­ся воз­мож­ным, а вот в фан­та­сти­ке — поче­му бы и не пред­ста­вить? Во вся­ком слу­чае, в чисто логи­че­ском плане такие постро­е­ния вполне себе без­упреч­ны. Необыч­ная повесть Вла­ди­ми­ра Савчен­ко «Встреч­ни­ки», повест­ву­ю­щая о путе­ше­стви­ях во вре­ме­ни как пси­хи­че­ском фено­мене, была напи­са­на в 1980 году. Сей­час она не оди­но­ка и обза­ве­лась извест­ны­ми ана­ло­га­ми, таки­ми, как «Эффект бабоч­ки» или «Жена путе­ше­ствен­ни­ка во вре­ме­ни».

Я бог таинственного мира

В иро­нич­ном рас­ска­зе Вик­то­ра Пеле­ви­на «Про­стран­ство Фрид­ма­на» над физи­кой не про­сто изде­ва­ют­ся, а пря­мо-таки глу­мят­ся. Свое­об­раз­ной «син­гу­ляр­но­стью» объ­яв­ле­но созна­ние сверх­бо­га­ча, «баб­ло­нав­та», мир и созна­ние кото­ро­го совер­шен­но непо­сти­жи­мы для про­сто­го смерт­но­го, хотя внешне всё выгля­дит не так уж зага­доч­но.

183-0206

183-0204В кино­т­ри­ло­гии про «Мат­ри­цу» все герои (даже сам агент Смит — порож­де­ние Мат­ри­цы) вынуж­де­ны счи­тать­ся с зако­на­ми физи­ки, лишь вре­ме­на­ми поз­во­ляя себе нече­ло­ве­че­скую лов­кость и силу, а вот в «Ани­мат­ри­це» (в сбор­ни­ке ани­ме по моти­вам пер­во­го филь­ма, эпи­зо­де 7, «За гра­нью» (Beyond)) пока­за­но, что́ быва­ет, если вдруг в каких-то местах Мат­ри­цы эти зако­ны раз­ла­жи­ва­ют­ся, застав­ляя забыть о гра­ви­та­ции или же при­во­дя к про­стран­ствен­ным пара­док­сам. Конеч­но, с фор­маль­ной точ­ки зре­ния это не реаль­ное нару­ше­ние зако­нов физи­ки, так как по сути сво­ей вся Мат­ри­ца пред­став­ля­ет собой лишь очень совер­шен­ный ком­пью­тер­ный аттрак­ци­он, одна­ко вполне поз­во­ля­ет себе пред­ста­вить, что было бы, если бы зако­ны при­ро­ды дей­стви­тель­но раз­ла­ди­лись. Сход­ная ситу­а­ция и с филь­мом Кри­сто­фе­ра Нола­на «Нача­ло» (Inception). Во сне может менять­ся физи­ка (кру­тит­ся не оста­нав­ли­ва­ясь вол­чок, иска­жа­ет­ся мет­ри­ка, не гово­ря уж о гра­ви­та­ции), это не меня­ет физи­ку в реаль­но­сти, одна­ко пока­за­но всё доста­точ­но нагляд­но для того, что­бы мы пред­ста­ви­ли, как это может про­ис­хо­дить.

По сути дела, без нару­ше­ния важ­ней­ших прин­ци­пов не обхо­дят­ся рас­ска­зы про вся­ко­го рода веч­ные дви­га­те­ли, как бы они ни были порой иро­нич­ны. В чис­ле про­чих непо­нят­ных вещиц, остав­лен­ных ино­пла­не­тя­на­ми в Зоне у Стру­гац­ких (в «Пик­ни­ке на обо­чине») встре­ча­ют­ся и нату­раль­ные веч­ные дви­га­те­ли, и (воз­мож­но) обла­сти про­стран­ства с иной мет­ри­кой. Стран­ны­ми и явно нару­ша­ю­щи­ми зако­ны при­ро­ды вещи­ца­ми напол­нен цикл фан­та­сти­че­ских пове­стей Вла­ди­сла­ва Кра­пи­ви­на «В глу­бине Вели­ко­го Кри­стал­ла», сам по себе бази­ру­ю­щий­ся на идее парал­лель­ных про­странств. В заме­ча­тель­ном рас­ска­зе Вален­ти­ны Журав­лё­вой 1969 года «При­клю­че­ние» из цик­ла про пси­хо­ло­га Киру Саф­рай ее геро­и­ня вме­сте с ака­де­ми­ком, напо­ми­на­ю­щим Пет­ра Капи­цу, спа­са­ют моло­до­го уче­но­го Гор­ча­ко­ва, гото­во­го бро­сить нау­ку, под­ки­ды­вая ему идею: изу­чать вооб­ра­жа­е­мую все­лен­ную, в кото­рой будет изме­не­на, ска­жем, гра­ви­та­ци­он­ная посто­ян­ная, кон­стан­та План­ка или Рид­бер­га. Разу­ме­ет­ся, в реаль­но­сти нам до такой все­лен­ной нико­гда не добрать­ся, но ее модель может в какой-то момент упро­стить пони­ма­ние нашей соб­ствен­ной Все­лен­ной. Гораз­до удач­ли­вее ока­за­лись герои рома­на Вла­ди­ми­ра Савчен­ко «Долж­ность во все­лен­ной», кото­рым уда­лось пой­мать новую все­лен­ную, дрей­фу­ю­щую в виде шара, в бук­валь­ном смыс­ле это­го сло­ва и углу­бить­ся в ее иссле­до­ва­ния опять же в бук­валь­ном смыс­ле — строя баш­ню внутрь ново­го мира, где вре­мя бежит гораз­до быст­рее наше­го.

Еще полез­нее, но вме­сте с тем и тре­вож­нее при­об­ре­те­ния геро­ев Айзе­ка Ази­мо­ва «Сами боги» (1972) от кон­так­тов с так назы­ва­е­мой пара­все­лен­ной. Сов­мест­но с тамош­ни­ми оби­та­те­ля­ми зем­ляне заня­лись вза­и­мо­вы­год­ной пере­кач­кой… зако­нов при­ро­ды. Дело в том, что ядер­ное вза­и­мо­дей­ствие в пара­все­лен­ной суще­ствен­но интен­сив­нее, чем в нашей, звез­ды там мень­ше и сго­ра­ют быст­рее, но зато совер­шен­но ста­би­лен изо­топ воль­фра­ма-186, невоз­мож­ный в нашей Все­лен­ной. Если его пере­пра­вить в наш мир, то он посте­пен­но пре­вра­ща­ет­ся в плу­то­ний-186 с выде­ле­ни­ем боль­шо­го коли­че­ства энер­гии. И наобо­рот, отправ­лен­ный назад плу­то­ний ста­нет непло­хим источ­ни­ком энер­гии в пара­все­лен­ной. Одна­ко диф­фу­зия зако­нов при­ро­ды из одно­го мира в дру­гой может при­ве­сти к взры­ву наше­го Солн­ца при уси­ле­нии ядер­ных вза­и­мо­дей­ствий и к уга­са­нию соб­ствен­но­го солн­ца созда­те­лей Насо­са. Реше­ние в кон­це кон­цов нахо­дят в под­клю­че­нии к еще одной все­лен­ной, где люди ини­ци­и­ру­ют Боль­шой взрыв с диф­фу­зи­ей зако­нов при­ро­ды про­ти­во­по­лож­но­го зна­ка. Пожа­луй, Ази­мов как никто поста­рал­ся над про­ра­бот­кой обра­за жиз­ни, спо­со­бов раз­мно­же­ния, пси­хо­ло­гии взрос­ле­ния и семей­ной жиз­ни оби­та­те­лей пара­все­лен­ной, всех этих Мяг­ких, Жест­ких, эмо­ци­о­на­лей и т.д. Как ни стран­но, роман совсем не ску­чен, почти не уста­рел (если не счи­тать тамош­них ком­пью­те­ров) и чита­ет­ся запо­ем.

183-0199Почти столь же тща­тель­но подо­шел к опи­са­нию жиз­ни иных существ в мире иных физи­че­ских зако­нов Сер­гей Сне­гов, выпу­стив­ший в 1983 году повесть «Экс­пе­ди­ция в ино­мир». В каком-то смыс­ле он пошел еще даль­ше, послав зем­лян в спе­ци­аль­ных ска­фанд­рах осва­и­вать этот чуж­дый мир (12 изме­ре­ний, рас­хо­дя­ща­я­ся пер­спек­ти­ва, энер­ге­ти­че­ское све­то­мо­ре, дзе­та-логи­ка…), и орга­ни­зо­вал там по образ­цу про­чих совет­ских фан­та­стов соци­аль­ную рево­лю­цию.

183-0203Не менее мас­шта­бен и более совре­мен­ный нам Вер­нон Виндж со сво­им цик­лом «Сквозь вре­мя» (рома­ны «Пла­мя над без­дной» и «Глу­би­на в небе»). Иные физи­че­ские зако­ны у Вин­джа царят не в какой-то иной все­лен­ной, а пря­мо в нашей Галак­ти­ке. Мак­си­маль­ная воз­мож­ная ско­рость пере­дви­же­ния звез­до­ле­тов и рас­про­стра­не­ния инфор­ма­ции пря­мо зави­сит от уда­лен­но­сти от галак­ти­че­ско­го цен­тра. Поэто­му Мед­лен­ные обре­че­ны на про­зя­ба­ние, а заправ­ля­ют всем и вся сверх­ра­зум­ные обра­зо­ва­ния на галак­ти­че­ской пери­фе­рии (заме­тим, что у выше­упо­мя­ну­то­го Сне­го­ва, как и у боль­шин­ства дру­гих фан­та­стов, имен­но центр Галак­ти­ки свя­зы­вал­ся с оби­ли­ем звезд, пла­нет, разум­ных оби­та­те­лей и их вза­им­ных кон­так­тов, при­во­дя­щих к быст­ро­му раз­ви­тию).

Струк­ту­ра миров с посте­пен­ным изме­не­ни­ем их свойств от неко­е­го сверх­цен­тра к пери­фе­рии отчет­ли­во про­сле­жи­ва­ет­ся во мно­гих попу­ляр­ных эпо­пе­ях. Напри­мер, у Род­же­ра Желяз­ны в цик­ле фэн­те­зий­ных рома­нов «Хро­ни­ки Амбе­ра» весь спектр миров рас­по­ла­га­ет­ся меж­ду Амбе­ром, оли­це­тво­ре­ни­ем зако­на, и про­ти­во­сто­я­щим ему Хао­сом. На Зем­ле пло­хо с маги­ей, но зато вос­пла­ме­ня­ет­ся порох и воз­мож­но огне­стрель­ное ору­жие. В мирах «Кеса­рев­ны Отра­ды» (1998—2001) Андрея Лазар­чу­ка вез­де, кро­ме Куз­ни Веле­са (где оби­та­ем мы), сго­ра­ет желе­зо. В «Тем­ных нача­лах» Фили­па Пул­ма­на в раз­ных мирах могут суще­ство­вать раз­ные сущ­но­сти, где-то ста­но­вят­ся види­мы­ми души людей, где-то ведут свои вой­ны анге­лы (экра­ни­зо­ва­на пер­вая часть три­ло­гии под назва­ни­ем «Золо­той ком­пас»). При­чуд­ли­вые вари­а­ции в устрой­стве раз­ных все­лен­ных содер­жит серия науч­но-фан­та­сти­че­ских рома­нов Фили­па Фар­ме­ра (Philip Jose Farmer) «Мно­го­ярус­ный мир» (The World of Tiers, дру­гой пере­вод — «Пира­ми­даль­ный мир»). В заме­ча­тель­ном рас­ска­зе Свя­то­сла­ва Логи­но­ва фигу­ри­ру­ет «Страж Пере­ва­ла», соче­та­ю­щий в себе эле­мен­ты раз­ных миров и постав­лен­ный на защи­ту гра­ни­цы — что­бы хаос не втор­гал­ся на сопре­дель­ные тер­ри­то­рии.

В каждой шутке есть доля шутки

183-0207

183-0209Осо­бую, как пра­ви­ло юмо­ри­сти­че­скую, кате­го­рию состав­ля­ют миры, скон­стру­и­ро­ван­ные вопре­ки всем совре­мен­ным физи­че­ским зако­нам по обра­зу и подо­бию мифов наших пред­ков. Таков зна­ме­ни­тый цикл про «Плос­кий мир» Тер­ри Прат­че­та (ряд про­из­ве­де­ний из него уже экра­ни­зи­ро­ва­ны), где пла­не­та-блин поко­ит­ся на спине чере­па­хи, пол­зу­щей меж звез­да­ми, за ее край льет­ся Миро­вой оке­ан, а свер­ху кру­жит неболь­шое солн­це. Таков роман «Небо пада­ет» Лесте­ра дель Рея, опи­сы­ва­ю­щий мир, чья кос­мо­ло­гия соот­вет­ству­ет воз­зре­ни­ям Ари­сто­те­ля, с твер­ды­ми небе­са­ми, и таков, нако­нец, роман наше­го вол­го­град­ско­го писа­те­ля Евге­ния Луки­на «Ката­ли мы ваше солн­це», в кото­ром масте­ро­вые рус­ские мужи­ки с нема­лы­ми труд­но­стя­ми осу­ществ­ля­ют еже­днев­ную пере­брос­ку све­ти­ла над и под зем­лей…

В дру­гом романе Луки­на, «Алая аура про­то­парт­ор­га» (2008), судь­ба физи­че­ских зако­нов зави­сит от жела­ния силь­ных мира сего. В таком слу­чае, ска­жем, вполне воз­мож­но при­ня­тие баклу­жин­ской думой зако­на под­ло­сти. А в пове­сти Мари­ны и Сер­гея Дячен­ко «Уехал слав­ный рыцарь мой…» зем­ной рези­дент, что­бы выжить и побе­дить в стране рыцар­ства, вынуж­ден скон­стру­и­ро­вать себе пре­крас­ную даму, кото­рая бы без­за­вет­но его жда­ла и тем самым укреп­ля­ла его уда­чу. К сожа­ле­нию, «рыцарь» соби­ра­ет­ся поки­нуть свою хра­ни­тель­ни­цу, и ката­стро­фа неиз­беж­на. Наде­ем­ся, что, если мы поки­нем вас на этой опти­ми­сти­че­ской ноте, ника­кой осо­бой ката­стро­фы не про­изой­дет.

В силь­но сокра­щен­ном виде
текст печа­тал­ся в жур­на­ле «Нау­ка в фоку­се» 11 за 2012 год

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
 
 

Метки: , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

Один комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Недопустимы спам, оскорбления. Желательно подписываться реальным именем. Аватары - через gravatar.com