Эрнст Чёрный о деле Сергея Калякина: «Эта машина может быть запущена по любому поводу»

Эрнст Чёрный (Grani.ru)
Эрнст Чёр­ный (Grani.ru)

В № 16 от 12 авгу­ста это­го года ТрВ-Нау­ка уже рас­ска­зы­вал об уго­лов­ном деле руко­во­ди­те­ля Физи­ко-энер­ге­ти­че­ско­го инсти­ту­та име­ни А.И. Лей­пун­ско­го в Обнин­ске Сер­гея Геор­ги­е­ви­ча Каля­ки­на. Док­тор техн. наук обви­ня­ет­ся по ч. 4 ст. 159 УК РФ («мошен­ни­че­ство, совер­шен­ное орга­ни­зо­ван­ной груп­пой»). Сер­гею Каля­ки­ну гро­зит до 10 лет коло­нии. Свою вину он пол­но­стью отри­ца­ет.

Дело нахо­дит­ся на ста­дии пред­ва­ри­тель­но­го рас­сле­до­ва­ния, поэто­му доступ к его мате­ри­а­лам для обще­ствен­но­сти огра­ни­чен. Тем не менее в ходе несколь­ких судеб­ных засе­да­ний по вопро­су об избра­нии и про­дле­нии обви­ня­е­мым меры пре­се­че­ния, неза­ви­си­мым экс­пер­там, наблю­да­ю­щим за раз­ви­ти­ем ситу­а­ции, уда­лось соста­вить о ней неко­то­рое пред­став­ле­ние и сде­лать пер­вые выво­ды.

Судеб­ный репор­тер Вера Васи­лье­ва спе­ци­аль­но для нашей газе­ты взя­ла интер­вью у одно­го из таких наблю­да­те­лей — кан­ди­да­та гео­граф. наук, ответ­ствен­но­го сек­ре­та­ря Обще­ствен­но­го коми­те­та защи­ты уче­ных Эрн­ста Иса­а­ко­ви­ча Чёр­но­го.

— Эрнст Иса­а­ко­вич, как дав­но Обще­ствен­ный коми­тет защи­ты уче­ных наблю­да­ет за раз­ви­ти­ем уго­лов­но­го дела Сер­гея Каля­ки­на? Сло­жи­лось ли у Вас за это вре­мя какое-то впе­чат­ле­ние о нем?

— Мы заня­лись делом Каля­ки­на с вес­ны это­го года, когда к нам обра­ти­лись его род­ствен­ни­ки с прось­бой по-мочь разо­брать­ся с тем, что про­ис­хо­дит. Все наши впе­чат­ле­ния постро­е­ны на тех доку­мен­тах, кото­рые доступ­ны. Ни с доку­мен­та­ми след­ствия, ни во-обще с его пози­ци­ей мы пока не зна­ко­мы. Всё это тай­на след­ствия. Но кое-какие вещи нам извест­ны.

Сергей Калякин
Сер­гей Каля­кин

Суть дела заклю­ча­ет­ся вот в чем. В «Роса­то­ме», так же как в Ака­де­мии наук, созда­на спе­ци­аль­ная орга­ни­за­ция, кото­рая веда­ет все­ми финан­со­во-эко­но­ми­че­ски­ми и мате­ри­аль­но-тех­ни­че­ски­ми дела­ми инсти­ту­тов — вла­де­ет мате­ри­аль­ной базой, финан­са­ми и так далее. В Ака­де­мии наук это ФАНО — Феде­раль­ное агент­ство науч­ных орга­ни­за­ций. Совер­шен­но ана­ло­гич­ная исто­рия суще­ству­ет и в «Роса­то­ме». Там есть управ­ля­ю­щая ком­па­ния ЗАО «Нау­ка и инно­ва­ции», кото­рую воз­глав­ля­ет Вяче­слав Пер­шу­ков. Через эту орга­ни­за­цию, по край­ней мере по согла­со­ва­нию с ней, долж­ны про­хо­дить все финан­со­вые опе­ра­ции науч­ных орга­ни­за­ций отрас­ли.

Похо­же, Каля­кин, будучи и.о. гене­раль­но­го дирек­то­ра, пре­не­брег эти­ми уста­нов­ка­ми, и его инсти­тут как-то не осо­бен­но согла­со­вы­вал с ЗАО «Нау­ка и инно­ва­ции» новые про­ек­ты, дого­во­ра, сло­вом, вел себя более-менее неза­ви­си­мо. Такая воль­ность, похо­же, не очень нра­ви­лась ЗАО «Нау­ка и инно­ва­ции», кото­рое по поло­же­нию име­ет пра­во на 3% от годо­во­го обо­ро­та инсти­ту­та.

Вокруг этих трех про­цен­тов, похо­же, всё и вер­тит­ся, хотя, есте­ствен­но, это нигде не «всплы­ва­ло». А фор­маль­ная сто­ро­на дела свя­за­на с дого­во­ра­ми, кото­рые были заклю­че­ны ФЭИ со сто­рон-ними орга­ни­за­ци­я­ми. Кста­ти, фор­маль­но Каля­кин к рабо­те по этим дого­во­рам непри­ча­стен, тем более к эко­но­ми­че­ской их части, хотя, как руко­во­ди­тель орга­ни­за­ции, он, есте­ствен­но, под­пи­сы­вал неко­то­рые ито­го­вые доку­мен­ты.

Вооб­ще, на самом деле нет и дела! А обви­не­ние в мошен­ни­че­стве есть. Уди­ви­тель­но! Мы гово­рим о том, что надо дви­гать впе­ред нау­ку, повы­шать кон­ку­рен­то­спо­соб­ность. Но с теми, кто это может делать, но ведет себя неза­ви­си­мо, с теми, кто актив­но рабо­та­ет, слу­ча­ют­ся вот такие исто­рии. При этом, несмот­ря на то что дело носит эко­но­ми­че­ский харак­тер, уче­но­го сажа­ют за решет­ку, где Каля­кин и нахо­дит­ся уже десять меся­цев.

— Обще­ствен­ный коми­тет защи­ты уче­ных дол­гие годы ока­зы­вал помощь уче­ным, неспра­вед­ли­во обви­нен­ным в шпи­о­на­же. Поче­му Вы обра­ти­ли вни­ма­ние на дело Каля­ки­на? Ведь в нем толь­ко эко­но­ми­че­ские обви­не­ния.

— Если рань­ше негод­ных уче­ных чаще все­го обви­ня­ли в госу­дар­ствен­ной измене, то сей­час боль­шин­ство поня­ло, что это уже не про­хо­дит — слиш­ком мно­го «шпи­о­нов». А это уже смеш­но. Сей­час обви­ня­ют в мошен­ни­че­стве. И хотя в исто­рии с Каля­ки­ным нет постра­дав­ших, тем не менее след­ствие ведет это дело таким обра­зом.

Самое печаль­ное, что след­ствию уда­лось скло­нить несколь­ких чело­век из ФЭИ к сотруд­ни­че­ству. За это их фак­ти­че­ски выве­ли из дела, они нахо­дят­ся под домаш­ним аре­стом. Един­ствен­ный сидя­щий за решет­кой — это и.о. дирек­то­ра инсти­ту­та Каля­кин.

— Поче­му, на Ваш взгляд, Каля­кин удер­жи­ва­ет­ся под стра­жей, несмот­ря на то что ему не предъ­яв­ле­ны обви­не­ния в насиль­ствен­ных пре­ступ­ле­ни­ях и, более того, дру­гие обви­ня­е­мые нахо­дят­ся под домаш­ним аре­стом?

— Если уго­лов­ное дело воз­буж­де­но, то кто-то дол­жен сидеть за решет­кой. Такая логи­ка гос­под­ству­ет в нашей стране. Не может быть так, что­бы никто не сидел. Тогда зачем бы воз­буж­да­ли дело? А слиш­ком неза­ви­си­мая пози­ция Каля­ки­на, я думаю, при­ве­ла к тому, что его реши­ли таким обра­зом отстра­нить от управ­ле­ния круп­ным инсти­ту­том и серьез­ны­ми финан­со­вы­ми ресур­са­ми.

Одна­ко поса­дить за решет­ку — это одно, а вот дока­зать вину — это совсем дру­гое дело. Не про­де­кла­ри­ро­вать, как дела­ет это сего­дня след­ствие, а дока­зать в реаль­ном состя­за­тель­ном про­цес­се. Руко­вод­ству­ясь при этом зако­ном и сове­стью. В трех судеб­ных про­цес­сах по изме­не­нию меры пре­се­че­ния Каля­ки­ну, мне пред­став­ля­ет­ся, такая важ­ная состав­ля­ю­щая, как совесть, заблу­ди­лась где-то в кори­до­рах граж­дан­ки Феми­ды. Тем не менее я не уве­рен, что в нор­маль­ном судеб­ном про­цес­се Каля­ки­ну может быть выне­сен обви­ни­тель­ный при­го­вор.

На одном из трех судеб­ных про­цес­сов по изме­не­нию меры пре­се­че­ния я видел сле­до­ва­те­ля. Его выступ­ле­ние, на мой взгляд, было про­сто чудо­вищ­ным. Лич­но у меня сло­жи­лось такое впе­чат­ле­ние, что это дело соору­же­но на пустом месте. Глав­ный аргу­мент сле­до­ва­те­ля, по-чему Каля­кин дол­жен нахо­дить­ся за решет­кой, про­сто оза­да­чи­ва­ет: он не вер­нул «похи­щен­ные день­ги». А раз­ве суд уже уста­но­вил, что Каля­кин что-то похи­тил? Стран­ные аргу­мен­ты след­ствия и стран­ный сле­до­ва­тель, кото­рый таки­ми аргу­мен­та­ми опе­ри­ру­ет.

Сле­до­ва­тель высту­пал не толь­ко как обви­ни­тель Каля­ки­на, но и как адво­кат дру­гих участ­ни­ков это­го дела. Он выго­ра­жи­вал тех обви­ня­е­мых, кото­рые пошли на сдел­ку со след­стви­ем. Он объ­яс­нил суду, как они заме­ча­тель­но себя пове­ли, пере­кла­ды­вая вину на Каля­ки­на. Полу­ча­ет­ся так: обви­ня­е­мые всту­пи­ли во вза­и­мо­дей­ствие со след­стви­ем и в знак бла­го­дар­но­сти их отпу­сти­ли? Их фак­ти­че­ски выво­дят из дела. Каля­кин воз­ра­жа­ет, Каля­кин сопро­тив­ля­ет­ся, Каля­кин дол­жен сидеть. Его надо сло­мать. За десять меся­цев все­го два след­ствен­ных дей­ствия! А ниче­го не дела­ет­ся пото­му, что ниче­го нет. Не с чем рабо­тать. Про­сто лома­ют. Вот он и сидит за решет­кой в СИЗО «Бутыр­ка», в каме­ре, где, по-мое­му, нахо­дят­ся два­дцать чело­век.

— Что в этом деле вызы­ва­ет Вашу осо­бен­ную оза­бо­чен­ность?

— То, что это буль­до­зер, маши­на, кото­рая может быть запу­ще­на по любо­му пово­ду, если она зака­за­на. Так, как зака­зы­ва­ют так­си. Эта маши­на ни в чем не раз­би­ра­ет­ся. Если в зада­нии было напи­са­но «Каля­кин», зна­чит тот дол­жен быть раз­дав­лен.

Един­ствен­ная надеж­да на то, что люди все-таки просну­лись — уче­ные, гла­вы науч­ных инсти­ту­тов. У меня есть копии доку­мен­тов — это обра­ще­ния очень мно­гих науч­ных учре­жде­ний, руко­во­ди­те­ли кото­рых хода­тай­ству­ют об изме­не­нии меры пре­се­че­ния для Сер­гея Каля­ки­на. По край­ней мере сей­час, на вре­мя след­ствия и суда. Сре­ди этих учре­жде­ний — Меж­ду­на­род­ный центр по ядер­ной без­опас­но­сти, Кон­струк­тор­ское бюро маши­но­стро­е­ния име­ни Афри­кан­то­ва, Рос­сий­ский феде­раль­ный ядер­ный центр и так далее. Мно­го орга­ни­за­ций, целая стоп­ка хода­тайств, где люди гово­рят о том, что Каля­кин — поря­доч­ный чело­век по опре­де­ле­нию. Они мно­го лет зна­ют Сер­гея Геор­ги­е­ви­ча, и это луч­шее дока­за­тель­ство его поря­доч­но­сти. По-тому как если чело­ве­ка зна­ли мно­го лет и он всё это вре­мя вел себя поря­доч­но, то очень сомни­тель­но, что теперь, вбли­зи вер­ши­ны, он стал раз­ме­ни­вать свою науч­ную и обще­ствен­но-граж­дан­скую репу­та­цию на денеж­ные зна­ки.

Как отре­а­ги­ро­вал суд на эти ходатай­ства?

А суд тра­ди­ци­он­но отре­а­ги­ро­вал. Послал. То есть оста­вил Каля­ки­на под стра­жей. Док­тор наук, извест­ный уче­ный и за решет­кой. О какой нау­ке в такой ситу­а­ции мож­но гово­рить? Пет­ри­ки, похо­же, нуж­ны сего­дня нашей стране, а не каля­ки­ны. Как, впро­чем, не нуж­ны нашей стране афа­на­сье­вы, бобы­ше­вы, дани­ло­вы, сутя­ги­ны, сой­фе­ры, баб­ки­ны, кай­бы­ше­вы, реше­ти­ны и мно­гие дру­гие уче­ные, попав­шие за решет­ку по лож­ным обви­не­ни­ям.

— Може­те ли Вы сфор­му­ли­ро­вать сей­час какие-либо тре­бо­ва­ния, кото­рые Обще­ствен­ный коми­тет защи­ты уче­ных выдви­га­ет госу­дар­ству, пра­во­охра­ни­тель­ным орга­нам в свя­зи с делом Каля­ки­на?

— Уче­ные — это тот кон­тин­гент, кото­рых сажать в тюрь­му вооб­ще не сле­ду­ет про­сто так, толь­ко по подо­зре­нию. А в деле Каля­ки­на сей­час ниче­го, кро­ме подо­зре­ния осо­бо «бди­тель­ных» сле­до­ва­те­лей, нет.

Конеч­но, мы не зна­ем, как идет след­ствие. Это, види­мо, зна­ют адво­ка­ты, но они не раз­гла­ша­ют след­ствен­ную тай­ну. Одна­ко, судя по тому, что про­из­ве­де­но все­го два след­ствен­ных дей­ствия, ниче­го не дела­ет­ся.

Мы зна­ем похо­жие дела, но не эко­но­ми­че­ско­го харак­те­ра, а свя­зан­ные с обви­не­ни­я­ми в госу­дар­ствен­ной измене. Там тоже ниче­го не было. И тем не менее след­ствию, а затем и послуш­но­му суду уда­ва­лось всё это реа­ли­зо­вать, люди полу­ча­ли боль­шие сро­ки.

Но я наде­юсь, что в этот раз мало-веро­ят­но, что­бы это полу­чи­лось, хотя бы пото­му, что люди осо­зна­ли — так мож­но вооб­ще любо­го отпра­вить за решет­ку. Я думаю, что обще­ствен­ность сей­час будет тре­бо­вать глас­но­сти и дока­за­тельств. В част­но­сти, поэто­му высту­па­ют дирек­то­ра и веду­щие сотруд­ни­ки круп­ней­ших науч­ных учре­жде­ний «Роса­то­ма». И мы тоже высту­па­ем с этой же пози­ци­ей. В част­но­сти, ака­де­мик Рос­сий­ской ака­де­мии наук Юрий Рыжов, пред­се­да­тель наше­го Обще­ствен­но­го коми­те­та защи­ты уче­ных, хода­тай­ству­ет об изме­не­нии Сер­гею Каля­ки­ну меры пре­се­че­ния, в том чис­ле и под свое лич­ное пору­чи­тель­ство.

— Наме­рен ли Обще­ствен­ный коми­тет защи­ты уче­ных и даль­ше сле­дить за этим делом?

— Да, конеч­но, без­услов­но. Я думаю, что всё зави­сит и от пози­ции защи­ты, и от пози­ции само­го Сер­гея Каля­ки­на, и от пози­ции его семьи. Если они захо­тят, то мы будем широ­ко при­вле­кать к осве­ще­нию это­го дела сред­ства мас­со­вой инфор­ма­ции.

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
 
 

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: