Бессмысленное дело

Н. Андреев «Жизнь Сахарова»,  М.: Новый хронограф, 2014

Н. Андре­ев «Жизнь Саха­ро­ва», М.: Новый хро­но­граф, 2014

О кни­ге Нико­лая Андре­ева «Жизнь Саха­ро­ва», М.: Новый хро­но­граф, 2014
(пол­ная вер­сия рецен­зии, напе­ча­тан­ной в газе­те в сокра­щен­ном виде)

Кни­га вышла боль­шим томом в 950 стра­ниц. Ядро кни­ги – 900 стра­ниц – состав­ля­ют три части, посвя­щен­ные «объ­ек­ту», мос­ков­ско­му дис­си­дент­ско­му пери­о­ду («Бон­нэр») и жиз­ни в ссыл­ке («Горь­кий»). Еще есть про­лог и 40 стра­ниц, посвя­щен­ных послед­ним трем годам жиз­ни Андрея Дмит­ри­е­ви­ча Саха­ро­ва. Я про­чел в общей слож­но­сти поряд­ка 750 стра­ниц, опу­стив нача­ло и конец.

Андре­ев (в даль­ней­шем – автор) вос­поль­зо­вал­ся извест­ным жур­на­лист­ским при­е­мом: несколь­ко тек­стов дру­гих авто­ров раз­би­ра­ют­ся на отдель­ные эпи­зо­ды, затем соби­ра­ет­ся то, что ото­бра­но для повест­во­ва­ния, и полу­чив­шу­ю­ся цепоч­ку эпи­зо­дов ожив­ля­ют добав­ле­ни­ем при­ду­ман­ных сцен. Раз­бор­ке на эпи­зо­ды под­верг­лись «Вос­по­ми­на­ния» и «Днев­ни­ки» А.Д. Саха­ро­ва, неко­то­рые тек­сты Еле­ны Геор­ги­ев­ны Бон­нэр, отдель­ные гла­вы кни­ги вос­по­ми­на­ний о Саха­ро­ве «Он меж­ду нами жил». Похо­же, исполь­зо­ва­лись мате­ри­а­лы из интер­не­та и рабо­ты Ген­на­дия Горе­ли­ка по исто­рии совет­ской физи­ки. Труд авто­ром про­де­лан боль­шой, да, по-мое­му, все без тол­ка.

О под­мене

Возь­мем наугад, со стр. 194 и далее, чем зани­ма­ет­ся Саха­ров на объ­ек­те. Мно­го рабо­та­ет (ино­гда заси­жи­ва­ясь до полу­но­чи). Пока жена Кла­ва с малень­ки­ми доч­ка­ми нахо­дит­ся в Москве, вме­сте с това­ри­щем ходит по вече­рам к двум девуш­кам, одна из кото­рых пре­да­ет­ся любов­ным уте­хам с това­ри­щем, а вто­рая (Алла) настой­чи­во под­би­ва­ет кли­нья Андрею. Посто­ян­но выслу­ши­ва­ет изли­я­ния люб­ве­обиль­но­го Я.Б. Зель­до­ви­ча («жиз­не­ра­дост­ный спер­ма­то­зо­ид Яшка» по лихой дефи­ни­ции Лан­дау, стр. 308): тот не про­пус­ка­ет на объ­ек­те ни одной юбки, и, в кон­це кон­цов, убла­го­тво­ря­ет и при­вле­ка­тель­ную Аллу. Пере­во­зит семью из Моск­вы, но про­дол­жа­ет ходить на рабо­ту в потре­пан­ном костю­ме, неухо­жен­ный, в гряз­ной руба­хе и вет­хом паль­то. Не зна­ет, о чем раз­го­ва­ри­вать с женой Кла­вой (и в гостях все боль­ше помал­ки­ва­ет). Демон­стри­ру­ет кол­ле­гам свою гени­аль­ность. По при­нуж­де­нию Зель­до­ви­ча рас­пи­ва­ет с ним бутыл­ку конья­ка, чем ввер­га­ет Кла­ву в страш­ные подо­зре­ния, что он алко­го­лик. Наут­ро, с раз­ла­мы­ва­ю­щей­ся голо­вой, бьет Кла­ву, силясь пре­кра­тить ее неумолч­ные при­чи­та­ния. Муча­ет­ся соде­ян­ным, но Кла­ва его про­ща­ет («бьет – зна­чит любит»). Через 20 стра­ниц опять бьет Кла­ву (за при­ступ рев­но­сти к Алле) и опять страш­но муча­ет­ся. Вско­ре бьет Кла­ву и в тре­тий раз. Нев­по­пад отве­ча­ет на вопро­сы спе­ци­аль­ной комис­сии, про­ве­ря­ю­щей идей­ную под­ко­ван­ность уче­ных (но ему это схо­дит с рук). По лов­кой интри­ге Зель­до­ви­ча защи­ща­ет еврея Альт­шу­ле­ра, тоже поскольз­нув­ше­го­ся на вопро­сах комис­сии. Не сму­ща­ет­ся, когда одно­го и того же чело­ве­ка автор назы­ва­ет то Бого­лю­бо­вым, то Бого­мо­ло­вым, а дру­го­го – то Поме­ран­чук, то Пала­мар­чук. Веч­но на стра­ни­цах кни­ги или Тамм учит ком­па­нию играть в винт, или Хари­тон про­па­ган­ди­ру­ет «лати­но-аме­ри­кан­скую» кана­сту, или Бого­лю­бов учит пить коньяк по-бого­лю­бов­ски и т.д. и т.п. Весь этот ряд дел и собы­тий (не все из кото­рых про­ис­хо­ди­ли в реаль­но­сти) обо­ра­чи­ва­ет­ся невы­ра­зи­мой пош­ло­стью, едва толь­ко ему стре­мят­ся при­дать ста­тус «жиз­ни Саха­ро­ва».

Дей­стви­тель­но, жизнь чело­ве­ка состо­ит из при­е­ма пищи, есте­ствен­ных отправ­ле­ний, рабо­ты, пере­ез­дов, кон­так­тов, обме­на мне­ни­я­ми, раз­вле­че­ний, позе­вы­ва­ния, интим­ных отно­ше­ний – но бес­хит­рост­ное про­то­ко­ли­ро­ва­ние все­го это­го пото­ка жиз­нен­ной мути не явля­ет­ся рас­ска­зом о жиз­ни чело­ве­ка. И тот, кто пыта­ет­ся выдать одно за дру­гое, зани­ма­ет­ся под­ме­ной поня­тий.

О пош­ло­сти

При­ме­рам несть чис­ла…

Зель­до­вич (опи­сы­ва­ет Саха­ро­ву свои впе­чат­ле­ния от испы­та­ния атом­ной бом­бы, стр. 164): «Взрыв заво­ра­жи­ва­ет. Я знал, что сча­стье – это когда сли­ва­ешь­ся с жен­щи­ной в экс­та­зе. Такое нака­ты­ва­ет… Взрыв – впе­чат­ле­ние силь­нее… Я смот­рел на чер­ный гриб и думал: вот заня­тие для насто­я­ще­го муж­чи­ны! Сто­ять на зем­ле, кото­рая колы­шет­ся, и знать: заста­вил ее тря­стись ты…».

Саха­ров (в тягост­ных раз­ду­мьях о сво­ем при­я­те­ле, стр. 405): «… у него свои тара­ка­ны».

Бон­нэр (стр. 609): «В «Берез­ке» и про­дук­ты выс­ше­го каче­ства, и барах­ло при­лич­ное, запад­ное. У совет­ских рабо­чих руки не отту­да рас­тут».

Она же (успо­ка­и­вая Саха­ро­ва по теле­фо­ну, стр. 636): «Ну будя, будя». Не хва­та­ло еще, что­бы Саха­ров ото­звал­ся: «Хорэ!»…

Она же (чрез­вы­чай­но доволь­ная обе­дом в само­ле­те, кото­рый спец­рей­сом из Моск­вы в Горь­кий достав­ля­ет Саха­ро­ва в ссыл­ку, стр. 710): «Супер! Буд­то в «Араг­ви». Поча­ще бы тебя в ссыл­ку отправ­ля­ли…»

Она же (в нача­ле тре­тьей горь­ков­ской голо­дов­ки, 1985 год, стр. 825): «…лас­ко­во шлеп­ну­ла его по затыл­ку. Пра­во­за­щит­ни­чек ты мой несчаст­нень­кий».

По ста­рым лека­лам

Бон­нэр отпус­ка­ет Саха­ро­ву «лас­ко­вые под­за­тыль­ни­ки» в общей слож­но­сти раз 6 (может и боль­ше). Так что рас­пус­кав­ши­е­ся КГБ слу­хи о том, что Бон­нэр поко­ла­чи­ва­ет Саха­ро­ва, при­го­ди­лись авто­ру.

Весь раз­дел «Бон­нэр» напи­сан как обви­не­ние в ее адрес. Власт­ная хищ­ни­ца замкну­ла на себя все сен­сор­ные кана­лы рох­ли-ака­де­ми­ка, исполь­зо­ва­ла его денеж­ные сред­ства для устрой­ства сво­их детей на Запа­де, загу­би­ла жизнь детям Саха­ро­ва, и даже его пра­во­за­щит­ную дея­тель­ность, в кон­це кон­цов, поста­ви­ла себе на служ­бу. Прак­ти­че­ски любой эпи­зод в этой части кни­ги рас­ска­зы­ва­ет­ся так, что­бы вызвать непри­язнь к Бон­нэр и ее детям и посе­ять сомне­ние в адек­ват­но­сти Саха­ро­ва.

Автор опять погру­жа­ет­ся в мут­ный быто­вой поток: кто с кем спал, а кто с кем раз­во­дит­ся, кто тре­бу­ет «отступ­но­го», а кто дела­ет аборт, кто хочет оття­пать дачу, а кто кого нена­ви­дит, кто кого оба­ял, а кто поку­шал­ся на само­убий­ство, кто кому зави­ду­ет – и так далее, и тому подоб­ное. Саха­ров все вре­мя раз­ру­ли­ва­ет семей­ные неуря­ди­цы, воз­ни­ка­ю­щие у бес­по­кой­ных род­ствен­ни­ков Бон­нэр. Под­бра­сы­ва­ют про­бле­мы и соб­ствен­ные дети. Сло­вом, это не жизнь для нор­маль­но­го чело­ве­ка.

Раз­би­ра­ет­ся извест­ный эпи­зод, когда Саха­ров, Галич и Мак­си­мов обра­ти­лись к Пино­че­ту с при­зы­вом огра­дить от пре­сле­до­ва­ний зна­ме­ни­то­го поэта Паб­ло Неру­ду. Все пода­но в каг­эб­эш­ной трак­тов­ке 1973 года: изо­лгав­ши­е­ся дву­руш­ни­ки под­дер­жи­ва­ют кро­ва­во­го чилий­ско­го дик­та­то­ра (стр. 589). Для пущей убе­ди­тель­но­сти автор даже при­ду­мал ули­ча­ю­щую цита­ту из их пись­ма – но такой цита­ты в пись­ме нет! Зачем вво­дить чита­те­лей в заблуж­де­ние? Меж­ду про­чим, вся исто­рия с пись­мом деталь­но рас­смот­ре­на Саха­ро­вым в его «Вос­по­ми­на­ни­ях», где пока­за­но, что «наиг­ран­ный гнев» совет­ской прес­сы был лишь эле­мен­том про­па­ган­дист­ской кам­па­нии про­тив Саха­ро­ва и Сол­же­ни­цы­на.

Дру­гая каг­эб­эш­ная «липа» (стр. 559–561): Саха­ров хло­по­чет перед рек­то­ром МГУ о вос­ста­нов­ле­нии на жур­фа­ке Татья­ны Янке­ле­вич (доче­ри Бон­нэр) – ее отчис­ли­ли по наду­ман­но­му пред­ло­гу. Рек­тор МГУ Иван Геор­ги­е­вич Пет­ров­ский – выда­ю­щий­ся мате­ма­тик и орга­ни­за­тор нау­ки. Во вре­мя оче­ред­но­го визи­та к Пет­ров­ско­му Саха­ров разо­шел­ся, слов­но Рэм­бо: кри­чал на при­сут­ству­ю­щих, сту­чал по сто­лу, гро­зил Пет­ров­ско­му. В резуль­та­те сла­бое серд­це Ива­на Геор­ги­е­ви­ча не выдер­жа­ло – его не ста­ло. Теперь, когда «Вос­по­ми­на­ния» Саха­ро­ва доступ­ны каж­до­му, и любой может позна­ко­мить­ся с его изло­же­ни­ем собы­тий, про­сто непри­лич­но под­со­вы­вать чита­те­лю лежа­лый гэб­эш­ный товар.

Впро­чем, гово­рить о при­ли­чи­ях не при­хо­дит­ся. Мно­гое из это­го раз­де­ла мог­ло бы вой­ти в раз­ряд пер­лов по части автор­ско­го сти­ля. Напри­мер (стр. 625): «Андрей Дмит­ри­е­вич до того испе­ре­жи­вал­ся за Мотинь­ку1, что лег­че пере­жил тра­ге­дию Любы Кла­ви­ной2. У нее при родах погиб ребе­нок – асфик­сия». Про­сто бес­стыд­но при­пи­сы­вать Саха­ро­ву уме­рен­ные пере­жи­ва­ния по пово­ду смер­ти соб­ствен­но­го вну­ка.

Дру­гой при­ме­ча­тель­ный эпи­зод изло­жен авто­ром слиш­ком про­стран­но, дадим его в сокра­ще­нии (стр. 670–671). Вре­мя от вре­ме­ни к Саха­ро­ву появ­ля­ет­ся его сын: пови­дать­ся, попро­сить помо­щи в устрой­стве сво­их дел, обсу­дить воз­мож­ность отъ­ез­да за гра­ни­цу и т.п. Пар­ню боль­ше 20 лет, он уже про­шел­ся по пер­вым кур­сам несколь­ких факуль­те­тов и ото­всю­ду выле­тал, попро­бо­вал раз­ные рабо­ты. Нель­зя ска­зать, что отец не при­ни­ма­ет в сыне уча­стия – вся­кий раз автор застав­ля­ет Саха­ро­ва с моно­тон­но­стью авто­от­вет­чи­ка про­го­ва­ри­вать стан­дарт­ный моно­лог: «Мы хотим тебе добра… мно­го дума­ем о тво­ем буду­щем… мы хотим тебя спа­сти… ты дол­жен упор­но рабо­тать над собой, что­бы заслу­жить наше дове­рие». Но на этот раз им с Еле­ной Геор­ги­ев­ной при­шлось уди­вить­ся – сын разыс­кал и при­вез пока­зать ста­рин­ные фото­гра­фии пред­ков Саха­ро­ва. Рас­смат­ри­ва­ние фото­гра­фий закон­чи­лось дра­мой – Бон­нэр ото­бра­ла их и спря­та­ла у себя: дескать, она дав­но пла­ни­ру­ет соста­вить родо­слов­ную Саха­ро­ва, а Дима фото­гра­фии поте­ря­ет. Ни моль­бы сына, ни обра­ще­ние за под­держ­кой к пона­ча­лу рас­те­ряв­ше­му­ся отцу, ни сидя­чая заба­стов­ка, устро­ен­ная воз­ле вход­ной две­ри – ничто не помог­ло, и во вто­ром часу ночи без­душ­ные взрос­лые вытол­ка­ли бед­ня­гу из квар­ти­ры.

Вопрос: а поче­му бы на сле­ду­ю­щий день не пой­ти в бли­жай­шее фото­ате­лье и не пере­снять фото­гра­фии? Все ж таки, не «Архи­пе­лаг Гулаг». Нет, авто­ру про­тив эле­мен­тар­ной логи­ки важ­нее зама­рать сво­их геро­ев, изоб­ра­зить их сади­ста­ми.

Таков здесь автор­ский стиль – жут­кий и бес­по­щад­ный к само­му себе.

О жан­ре кни­ги

Спе­ци­а­ли­сты не затруд­ня­ют­ся с опре­де­ле­ни­ем жан­ра кни­ги – бел­ле­три­зо­ван­ная био­гра­фия: доку­мен­таль­ная осно­ва плюс «ожив­ляж». Но «ожив­ляж» здесь быва­ет такой силы, что ника­кой доку­мент не усто­ит.

Дело в том, что боль­шая часть пер­со­на­жей кни­ги– реаль­ные люди, выве­ден­ные под сво­и­ми при­род­ны­ми фами­ли­я­ми: от Кур­ча­то­ва и Хари­то­на до мимо­лет­ных пер­сон. Таких геро­ев в кни­ге – поряд­ка сот­ни. Напро­тив, выду­ман­ных пер­со­на­жей мне попа­лось совсем немно­го – обоб­щен­ный друг юно­сти, обоб­щен­ный близ­кий сотруд­ник по объ­ек­ту, Алла-совра­ти­тель­ни­ца. (Воз­мож­но, кого-то я упу­стил, но поря­док вели­чин имен­но таков.) Ины­ми сло­ва­ми, автор застав­ля­ет дей­ство­вать реаль­ных людей, ста­вит их в кон­крет­ные ситу­а­ции и вкла­ды­ва­ет им в уста при­ду­ман­ные речи. Каза­лось бы, дей­ство­вать при этом надо акку­рат­но. Ока­зы­ва­ет­ся – необя­за­тель­но.

Напри­мер: Игорь Евге­нье­вич Тамм, отве­чая на вопрос Саха­ро­ва о Лан­дау, про­зрач­но наме­ка­ет сво­е­му моло­до­му дру­гу (стр. 281): «Вы зна­е­те мое отно­ше­ние к анти­се­ми­тиз­му. Но и дру­гая край­ность мне пре­тит. Лан­дау не берет к себе рус­ских…».

Как бы втол­ко­вать авто­ру, что Тамм и Лан­дау не зани­ма­лись высчи­ты­ва­ни­ем про­цен­та еврей­ской кро­ви у сво­их сотруд­ни­ков? Что вооб­ще, дале­ко не всех людей инте­ре­су­ет этот про­цент. По-види­мо­му, втол­ко­вать это невоз­мож­но.

Про Саха­ро­ва (стр. 459): «Она оста­лась на ночь. В посте­ли у него не полу­чи­лось»…

А че, в нату­ре? Автор – хозя­ин-барин, может за сво­им геро­ем и в постель сла­зить. В дан­ном слу­чае – с вир­ту­аль­ной геро­и­ней (Алла), но и не обя­за­тель­но. На стр. 515, после пер­вой бли­зо­сти с желан­ной и люби­мой жен­щи­ной, пря­мо в посте­ли Саха­ров при­зна­ет­ся ей, что вот, сей­час «он дума­ет о самом люби­мом … – о ком? Не о ком, а о чем: о релик­то­вом излу­че­нии!..» Тут автор про­сто поте­ша­ет­ся над сво­им геро­ем.

Ефрем Янке­ле­вич, помо­гав­ший А.Д. печа­тать Нобе­лев­скую лек­цию, послед­ним ее вари­ан­том остал­ся дово­лен и (ст. 636) сдер­жан­но похва­лил Саха­ро­ва: «Ведь може­те, когда ста­ра­е­тесь». Это ска­за­но силь­но. Андрей Дмит­ри­е­вич дей­стви­тель­но был высо­ко­го мне­ния о Ефре­ме, но все-таки сам Ефрем был неиз­ме­ри­мо более высо­ко­го мне­ния об А.Д.

Пра­во­за­щит­ни­ца Татья­на Вели­ка­но­ва бро­са­ет в серд­цах (стр. 677): «Андрей Дмит­ри­е­вич, у вас каша в голо­ве. Почи­тай­те Трост­ни­ко­ва3, у вас сра­зу насту­пит ясность». Тех, кто зна­ет, с каким пие­те­том отно­си­лась Татья­на Михай­лов­на к Саха­ро­ву, пере­дер­нет от отвра­ще­ния. А для авто­ра это все­го лишь «ожив­ляж».

Не будем мно­жить при­ме­ры. Лег­кость в выду­мы­ва­нии подоб­ных исто­рий у авто­ра – необык­но­вен­ная. Но на деле подоб­ный «ожив­ляж» толь­ко обна­жа­ет извра­щен­ное отно­ше­ние авто­ра к Саха­ро­ву и его окру­же­нию.

О заим­ство­ва­ни­ях

Автор доволь­но широ­ко поль­зу­ет­ся еще одним неор­ди­нар­ным при­е­мом – назо­вем это заим­ство­ва­ни­ем. Если ему понра­вил­ся какой-то отры­вок в чужой кни­ге, автор сме­ло встав­ля­ет этот отры­вок в ткань соб­ствен­но­го повест­во­ва­ния. Без кавы­чек. Ино­гда пару слов в отрыв­ке изме­нит, но силь­но не напря­га­ет­ся. Вот несколь­ко при­ме­ров.

  1. Дис­кус­сия Саха­ро­ва с гене­ра­лом гос­бе­зо­пас­но­сти Пав­ло­вым: два фраг­мен­та на стр. 383, 384 = стр. 354–355, т.1, «Вос­по­ми­на­ния» А.Д. Саха­ро­ва, Москва, Вре­мя, 2006.4 Вто­рой фраг­мент так понра­вил­ся авто­ру, что он его исполь­зо­вал два­жды, пору­чив Саха­ро­ву выпа­лить его в спо­ре с при­я­те­лем на стр. 544. Дей­стви­тель­но, хоро­ший фраг­мент, при­ве­ду его здесь (в кавыч­ках): «Мы слиш­ком мало зна­ем о зако­нах исто­рии, буду­щее непред­ска­зу­е­мо, а мы – не боги. Мы, каж­дый из нас, в каж­дом деле – и в «малом», и в «боль­шом» долж­ны исхо­дить из кон­крет­ных нрав­ствен­ных кри­те­ри­ев, а не абстракт­ной ариф­ме­ти­ки исто­рии. Нрав­ствен­ные же кри­те­рии кате­го­ри­че­ски дик­ту­ют нам – не убий!». Перед «абстракт­ной ариф­ме­ти­ки исто­рии» сто­и­ло бы поста­вить «из», но раз у Саха­ро­ва это­го нет, то автор и берет как есть.
  2. Раз­го­вор Саха­ро­ва с П.Л. Капи­цей в попыт­ке полу­чить у того под­пись под пись­мом к руко­вод­ству стра­ны: стр. 468 = стр. 653, т.1. В этом фраг­мен­те име­ет­ся одна харак­тер­ная фра­за: «Гово­рить с ним [с Капи­цей] было чистое удо­воль­ствие». Этот пре­лест­ный ста­рин­ный обо­рот – квинт­эс­сен­ция саха­ров­ско­го сти­ля. Он запо­ми­на­ет­ся раз и навсе­гда. Понят­но, что авто­ру труд­но было удер­жать­ся от заим­ство­ва­ния этой фра­зы.
  3. Огром­ные заим­ство­ва­ния из саха­ров­ско­го рас­ска­за о том, как они с Еле­ной Геор­ги­ев­ной и ее сыном Але­шей сиде­ли в посел­ке Сос­нов­ка (Дуб­ро­влаг), наде­ясь на сви­да­ние с «само­лет­чи­ком» Эду­ар­дом Куз­не­цо­вым: стр. 655–657 = стр. 371–378, т.2. Заклю­чи­тель­ные абза­цы это­го отрыв­ка – по-мое­му, одно из луч­ших, что напи­са­но рукой А.Д. Саха­ро­ва. К сожа­ле­нию, автор небреж­но отнес­ся к ори­ги­наль­но­му тек­сту, силь­но пере­пу­тал и даже извра­тил его. Я хочу все вос­ста­но­вить.

Итак, после деся­ти­днев­но­го про­жи­ва­ния в мест­ном обще­жи­тии, наши герои позна­ко­ми­лись со сво­им сосе­дом – лагер­ным началь­ни­ком сред­не­го уров­ня Ваней (так его обо­зна­чил Саха­ров). Ваня ока­зал­ся нор­маль­ным чело­ве­ком, без зве­ри­ных наклон­но­стей и садиз­ма. Как-то раз Саха­ров и Бон­нэр смот­ре­ли теле­ви­зор в крас­ном угол­ке, и наткну­лись на Дави­да Самой­ло­ва, читав­ше­го свои сти­хи. Даль­ше кур­си­вом дает­ся саха­ров­ский текст, пол­но­стью пере­ко­че­вав­ший к наше­му авто­ру: «…Рядом сидел Ваня – у него был сво­бод­ный от дежур­ства день. Из наших реплик он понял, что мы лич­но зна­ем поэта, чита­ю­ще­го свои сти­хи по теле­ви­зо­ру. Это было для него глу­бо­чай­шим потря­се­ни­ем. Мир, где пишут и чита­ют сти­хи, и мир, где уни­жа­ют друг дру­га, пьют вод­ку, мате­рят­ся, гнут спи­ну днем и забы­ва­ют­ся тяже­лым сном ночью, мир пустых мага­зин­ных полок, кино с рву­щи­ми­ся лен­та­ми – эти два мира были в его созна­нии бес­ко­неч­но дале­ки друг от дру­га – и вдруг они в нашем лице как бы сбли­зи­лись».

Полу­жир­ным шриф­том выше выде­ле­но то, чего автор в свою кни­гу не взял. Дело в том, что он нашел иное при­ме­не­ние это­му тек­сту. Автор решил, что будет луч­ше, если озна­чен­ные бес­ко­неч­но уда­лен­ные миры сбли­зят­ся в созна­нии Саха­ро­ва, а не в созна­нии Вани. Гру­бо гово­ря, что­бы Саха­ро­ва нако­нец «про­би­ло». Конеч­но, авто­ру вид­нее, как рас­по­ря­дить­ся чужим тек­стом…

В «Вос­по­ми­на­ни­ях» А.Д. Саха­ро­ва сра­зу вслед за этим идет отры­вок, кото­рый сто­ит того, что­бы его лиш­ний вос­про­из­ве­сти – по-мое­му, это заме­ча­тель­ный текст. У себя в кни­ге автор частич­но исполь­зо­вал и этот кусок, но мы не будем сле­дить за его ста­ра­ни­я­ми, а про­сто про­чи­та­ем отры­вок пол­но­стью. Кур­си­вом – саха­ров­ский текст: «Может, это пока­жет­ся кому-то наив­ным и поверх­ност­ным, но когда я думаю о выра­же­нии лица Вани в тот день и когда я вспо­ми­наю неко­то­рых дру­гих людей, с кото­ры­ми меня столк­ну­ла жизнь, мне начи­на­ет казать­ся, что этот несчаст­ный, замор­до­ван­ный, раз­вра­щен­ный и спив­ший­ся народ, кото­рый сей­час даже и не народ в пря­мом смыс­ле это­го сло­ва, все же еще не совсем про­пал, не совсем погиб. Не вели­чие исто­ри­че­ско­го пути нации, не пра­во­слав­ное рели­ги­оз­ное воз­рож­де­ние, не сопри­част­ность к рево­лю­ци­он­но­му интер­на­ци­о­на­лиз­му – все это не то, все это иллю­зии, когда гово­рят о наро­де. Но про­стое чело­ве­че­ское чув­ство, сопе­ре­жи­ва­ние чужой жиз­ни, жаж­да чего-то более высо­ко­го, чего-то для души. Эти искор­ки еще есть, они не погас­ли окон­ча­тель­но. Что-то с ними будет? Как в обще­на­ци­о­наль­ном плане – не знаю, да и важ­но ли имен­но это?.. Но в лич­ном, обще­че­ло­ве­че­ском плане я уве­рен, что искры будут гореть, пока суще­ству­ют люди».

Ну вот, теперь все пра­виль­но…

Навскид­ку я обна­ру­жил в кни­ге с деся­ток подоб­ных заим­ство­ва­ний – ино­гда все­го по несколь­ко фраз, ино­гда доволь­но про­стран­ных. Веро­ят­но, «Дис­сер­нет» обна­ру­жит и боль­ше. Думаю, что автор не име­ет пра­ва без ссы­лок исполь­зо­вать чужие тек­сты, выда­вая их за соб­ствен­ный труд. Может после при­со­еди­не­ния Кры­ма уже и это поз­во­ле­но. Но рань­ше за такие дела били кан­де­ляб­ра­ми…

Все ли в кни­ге так пло­хо?

Есть в кни­ге и более или менее нор­маль­ные кус­ки, но и по ним воз­ни­ка­ют вопро­сы. Пого­во­рим для при­ме­ра о двух боль­ших кус­ках тек­ста.

1) В пер­вой части кни­ги мно­го вни­ма­ния уде­ле­но посте­пен­но­му осо­зна­нию Саха­ро­вым того, что испы­та­ния тер­мо­ядер­но­го ору­жия в атмо­сфе­ре явля­ют­ся пре­ступ­ле­ни­ем про­тив чело­ве­че­ства. Про­дук­ты ядер­но­го рас­па­да раз­но­сят­ся по все­му све­ту, с пищей и водой попа­да­ют в орга­низм людей, и за счет непо­ро­го­вых био­ло­ги­че­ских эффек­тов нано­сят непо­пра­ви­мый вред здо­ро­вью. Саха­ров оце­нил, что в дол­го­сроч­ной пер­спек­ти­ве каж­дая мега­тон­на взры­ва уно­сит поряд­ка 10000 жиз­ней. Без­ад­рес­но, по все­му миру – но жерт­ва­ми ста­но­вит­ся такое коли­че­ство наро­да. Совет­ский Союз в тот момент уже взо­рвал око­ло 50 мега­тонн, аме­ри­кан­цы – еще боль­ше. Мил­ли­он ни в чем непо­вин­ных людей обре­че­ны стать неви­ди­мы­ми жерт­ва­ми гон­ки воору­же­ний. Саха­ров ост­ро пере­жи­ва­ет мучи­тель­ный кон­фликт: с одной сто­ро­ны надо совер­шен­ство­вать «изде­лия», а с дру­гой – каж­дое новое испы­та­ние уно­сит тыся­чи жиз­ней. Он стре­мит­ся мини­ми­зи­ро­вать чис­ло взры­вов, в част­но­сти – ста­ра­ет­ся оста­но­вить испы­та­ние, кото­рое счи­та­ет бес­смыс­лен­ным. Предот­вра­тить испы­та­ние не уда­ет­ся, и он очень эмо­ци­о­наль­но это пере­жи­ва­ет. С этой откры­той душев­ной раной автор отправ­ля­ет Саха­ро­ва в раз­дел «Бон­нэр», к дис­си­ден­там.

Толь­ко автор не сооб­ща­ет чита­те­лю, что в 1963 году был заклю­чен Мос­ков­ский дого­вор о запре­те испы­та­ний ядер­но­го ору­жия в атмо­сфе­ре, в кос­мо­се и под водой. Испы­та­ния спря­та­ли под зем­лю, и это реши­ло про­бле­му загряз­не­ния сре­ды. Дого­вор был под­пи­сан в Москве, пото­му что его ини­ци­а­то­ром высту­пил Совет­ский Союз. А самы­ми пер­вы­ми ини­ци­а­то­ра­ми были Саха­ров и его сотруд­ник Вик­тор Бори­со­вич Адам­ский. Имен­но Адам­ский сфор­му­ли­ро­вал основ­ной прин­цип и стал обсуж­дать его с Саха­ро­вым, а тот сумел заин­те­ре­со­вать здра­вой иде­ей мини­стра Слав­ско­го, кото­рый, в свою оче­редь, сумел так подать идею Хру­ще­ву, что тот отнес­ся к ней бла­го­склон­но. Все завер­ши­лось заклю­че­ни­ем Мос­ков­ско­го дого­во­ра, к кото­ро­му со вре­ме­нем при­со­еди­ни­лись десят­ки госу­дарств.

Саха­ров все­гда гор­дил­ся сво­ей при­част­но­стью к заклю­че­нию Мос­ков­ско­го дого­во­ра, сохра­нив­ше­го жизнь мил­ли­о­нам людей, и во всех авто­био­гра­фи­ях отме­чал это как один из самых важ­ных сво­их резуль­та­тов. Если писа­лась имен­но «Жизнь Саха­ро­ва», то не худо было бы отра­зить в кни­ге этот факт.

2) Пред­став­ля­ет­ся, что почти вся часть, посвя­щен­ная жиз­ни в Горь­ком, напи­са­на при­ем­ле­мо. Здесь дано более или менее адек­ват­ное изло­же­ние исто­рии трех голо­до­вок Саха­ро­ва5. В этой части кни­ги име­ет­ся мно­го тяже­лых сцен: мучи­тель­ное насиль­ствен­ное корм­ле­ние, бес­про­свет­ная тос­ка оди­но­ко­го чело­ве­ка, бес­силь­ное отча­я­ние перед все­мо­гу­щей госу­дар­ствен­ной маши­ной, боязнь и пере­жи­ва­ния за судь­бу дру­го­го. Иной жиз­ни у Саха­ро­ва и Бон­нэр тогда не было.

Есть в этой части кни­ги одна тро­га­тель­ная сце­на. Идет тре­тья голо­дов­ка (про­дол­жав­ша­я­ся пол­го­да!), Саха­ро­ва дер­жат в боль­ни­це, а изо­ли­ро­ван­ная от все­го мира и дове­ден­ная до отча­я­ния Бон­нэр идет на Пас­ху в цер­ковь и ста­вит свеч­ку. Еле­на Геор­ги­ев­на была убеж­ден­ной ате­ист­кой, поэто­му исто­рия эта мало­ве­ро­ят­на, но напи­са­на сце­на убе­ди­тель­но. Никак не могу обна­ру­жить пер­во­ис­точ­ник этой сце­ны – отку­да она взя­та? Зна­то­ки утвер­жда­ют, что в опуб­ли­ко­ван­ных мате­ри­а­лах такой исто­рии нет. Неужто автор «из голо­вы» ее выду­мал? По все­му, что он наво­ро­тил до того, в это труд­но пове­рить.

Насиль­ствен­ным меди­цин­ским «обслу­жи­ва­ни­ем» Саха­ро­ва во вре­мя его голо­до­вок руко­во­дил глав­врач горь­ков­ской боль­ни­цы им. Семаш­ко – Обу­хов Олег Алек­сан­дро­вич, 1923 г.р. Насто­я­щий совет­ский врач, депу­тат и гума­нист разъ­яс­нял Саха­ро­ву, что убить его не убьют, но инва­ли­дом сде­ла­ют, так что брю­ки он сам себе застег­нуть не смо­жет. Саха­ров в вос­по­ми­на­ни­ях отме­тил жест­кость Обу­хо­ва. Поче­му наш автор при­крыл его реаль­ное имя и назвал Лобо­вым – одна из зага­док этой кни­ги.

Резю­ме

В кни­ге пол­но иска­же­ний, пят­на­ю­щих репу­та­цию кон­крет­ных людей. Име­ет­ся в кни­ге неко­то­рое коли­че­ство более или менее при­ем­ле­мых кус­ков, но ника­ких откро­ве­ний эти кус­ки не содер­жат. А тогда зачем все это? К чему этот невра­зу­ми­тель­ный пере­сказ про­стой и ясной про­зы Саха­ро­ва?

Реаль­ный источ­ник, по кото­ро­му толь­ко и мож­но соста­вить себе пред­став­ле­ние о жиз­ни Саха­ро­ва – его соб­ствен­ные вос­по­ми­на­ния. Текст этот – поис­ти­не кри­сталь­ной ясно­сти. Толь­ко КГБ раза четы­ре похи­щал у Саха­ро­ва «Вос­по­ми­на­ния» – и вся­кий раз Андрей Дмит­ри­е­вич вос­ста­нав­ли­вал все зано­во. Это, конеч­но, не 12 вари­ан­тов нача­ла «Анны Каре­ни­ной», но близ­ко к тому. Выве­рен­ный рас­сказ о соб­ствен­ной жиз­ни, про­ду­ман­ный и напи­сан­ный Саха­ро­вым – вот что сто­ит читать, если хочешь понять его образ мыс­лей и судь­бу. Заод­но полу­чишь надеж­ную при­вив­ку про­тив био­гра­фов-шар­ла­та­нов.

А обсуж­дав­ша­я­ся «бел­ле­три­зо­ван­ная био­гра­фия» – непри­ят­ная кни­га. Хотя, конеч­но, где-нибудь на ОРТ/​НТВ по этой кни­ге вполне могут снять теле­се­ри­ал. Такая фак­ту­ра: бом­ба, Берия, объ­ект, Сера­фим Саров­ский, заклю­чен­ные, эро­ти­че­ские сце­ны у бом­бы, сек­рет­ные совет­ские гении, Яшка-спер­ма­то­зо­ид!.. Сня­ли же что-то подоб­ное про Лан­дау, несмот­ря на про­те­сты науч­ной обще­ствен­но­сти.

Бес­смыс­лен­ное дело все­гда про­бьет себе доро­гу6 – эта фор­му­ла совет­ских вре­мен все еще довле­ет над нами.

Лео­нид Литин­ский,
член Обще­ствен­ной комис­сии по сохра­не­нию насле­дия ака­де­ми­ка Саха­ро­ва

1 Попав­ший в реани­ма­цию годо­ва­лый сын Тани и Ефре­ма Янке­ле­ви­чей.

2 Сред­няя дочь Андрея Дмит­ри­е­ви­ча.

3 Совре­мен­ный рели­ги­оз­ный фило­соф. В кавыч­ках сохра­не­на орфо­гра­фия ори­ги­на­ла.

4 В даль­ней­шем все сопо­став­ле­ния дают­ся по еди­ной фор­ме: номер стра­ни­цы насто­я­щей кни­ги соеди­ня­ет­ся зна­ком равен­ства с номе­ром стра­ни­цы дру­го­го изда­ния, где нахо­дит­ся иден­тич­ный или неот­ли­чи­мо близ­кий фраг­мент.

5 В мень­шей сте­пе­ни эта в целом поло­жи­тель­ная оцен­ка отно­сит­ся к опи­са­нию пер­вой голо­дов­ки, 1981 года, за Лизу Алек­се­е­ву. Саха­ров и Бон­нэр дер­жа­ли голо­дов­ку 17 дней. При опи­са­нии этой голо­дов­ки еще мож­но напо­роть­ся и на пере­дер­ги­ва­ние в моти­ви­ров­ках, и на хам­ские харак­те­ри­сти­ки.

6 Из част­но­го раз­го­во­ра с умным чело­ве­ком.

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
 
 

Метки: , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

4 комментария

  • начинающий алкоголик:

    насчет конья­ка – это мне понра­ви­лось..
    Жаль мало напи­са­но..

  • paulkorry:

    А вот еще слу­чай был.

    Когда Саха­ро­ва сосла­ли в Горь­кий, извест­ный поэт Евту­шен­ко выпил бутыл­ку вод­ки, позво­нил Андро­по­ву, и начал:
    – Что вы дела­е­те! Кого ссы­ла­е­те! Он вам водо­род­ную бом­бу изоб­рел, и вооб­ще борец за мир!
    Андро­пов послу­шал его, и гово­рит:
    – Про­спись.
    На сле­ду­ю­щий день Евту­шен­ко про­спал­ся, опо­хме­лил­ся и при­шел изви­нять­ся. А Андро­пов его не при­нял:
    – С Чеб­ри­ко­вым – гово­рит, – пусть раз­би­ра­ет­ся!

    Вот так у них там все было, в КГБ. Стро­го.

  • Д.Юрьев:

    Впер­вые этот кла­дезь лжи и пла­ги­а­та был раз­об­ла­чен в сен­тяб­ре 2013г. в сам­из­да­тов­ской пуб­ли­ка­ции мага­дан­ско­го пен­си­о­не­ра Глу­щен­ко
    http://samlib.ru/g/glushenko_a_g/acckoe_tvorenie_andreeva.shtml
    Напи­сан­ной кста­ти намно­го весе­лей и инте­рес­ней чем эта тяго­мо­ти­на.

    За отсут­ствие упо­ми­на­ния этой рабо­ты г-ну Литиц­ко­му вро­де как тоже надо бы кан­де­ляб­ром…
    Кста­ти не ему одно­му, спе­ци­а­лист Г.Горелик тоже высту­пил с ана­ло­гич­ным «неза­ви­си­мым» раз­об­ла­че­ни­ем http://ggorelik.narod.ru/ZS_etc/ADS_Klukva_1405.htm

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Недопустимы спам, оскорбления. Желательно подписываться реальным именем. Аватары - через gravatar.com