Чувствительность

Ирина Левонтина

Ири­на Левон­ти­на

Хоро­шо, что вокруг есть умные и наблю­да­тель­ные люди. А то ведь мир так мно­го­об­ра­зен, что наблю­да­тель­но­сти одно­го отдель­но взя­то­го чело­ве­ка совер­шен­но недо­ста­точ­но. Это я о том, что фило­лог и лите­ра­тор Оль­га Кушли­на поде­ли­лась со мной сле­ду­ю­щим пора­зи­тель­ным наблю­де­ни­ем. Сей­час мы то и дело слы­шим о защи­те рели­ги­оз­ных чувств веру­ю­щих (www.rg.ru/2013/06/30/zashita-site-dok.html), при этом защит­ни­ки чувств под­чер­ки­ва­ют, что, мол, так было и в Рос­сии, ко­торую мы поте­ря­ли. Меж­ду тем, тут есть одна тон­кость линг­ви­сти­че­ско­го свой­ства. В доре­во­лю­ци­он­ной Рос­сии быто­ва­ла пре­иму­ще­ствен­но фор­му­ли­ров­ка: оскор­бление рели­ги­оз­но­го чув­ства – в един­ствен­ном чис­ле. Так, у Брок­гау­за и Ефро­на чита­ем: «Свя­то­тат­ство <…> – иму­ще­ствен­ное пося­га­тель­ство, направ­лен­ное на свя­щен­ные или освя­щен­ные пред­ме­ты, заклю­ча­ет в себе два момен­та: ко­рыстную цель <…> и оскорб­ле­ние рели­ги­оз­но­го чув­ства веру­ю­щих». Сей­час же рез­ко пре­об­ла­да­ет фор­ма мно­же­ствен­но­го чис­ла - рели­ги­оз­ные чув­ства. Обра­щение к Наци­о­наль­но­му кор­пу­су рус­ско­го язы­ка (http://ruscorpora.ru) пока­зы­ва­ет, что ста­ти­сти­че­ски это изме­не­ние про­сле­жи­ва­ет­ся абсо­лют­но чет­ко.

Кате­го­рия чис­ла у суще­стви­тель­ных устро­е­на весь­ма нетри­ви­аль­но. Это толь­ко в самых про­стых слу­ча­ях фор­мы един­ствен­но­го и мно­же­ствен­но­го чис­ла со­относятся как один – более одно­го (стул – сту­лья). В иных же слу­ча­ях всё не так оче­вид­но. Так, если речь идет не о лег­ко счи­та­е­мых пред­ме­тах, то может иметь­ся толь­ко одна чис­ло­вая фор­ма, всё рав­но какая. Напри­мер, сме­та­на все­гда в фор­ме един­ствен­но­го чис­ла, а слив­ки – мно­же­ствен­но­го. Но раз­ни­цы, в общем-то, ника­кой. Да в диа­лек­тах часто мож­но услы­шать не слив­ки, а сли­вок – в един­ствен­ном чис­ле.

Или, ска­жем, непри­ят­ность и непри­ят­но­сти ско­рее все­го раз­ли­ча­ют­ся не тем, что непри­ят­ность одна, а непри­ят­но­стей непре­мен­но мно­го. Дело в дру­гом: если ска­зать У меня непри­ят­ность, собе­сед­ник будет смот­реть на вас вы­жидательно, гото­вый сочув­ствен­но выслу­шать рас­сказ о ваших злоключени­ях. Если же ска­зать: У меня непри­ят­но­сти, то про­дол­же­ние уже не обязатель­но. Чело­век может таким обра­зом про­сто пояс­нять, поче­му опоз­дал на рабо­ту или не пой­дет на бан­кет. И с дру­гой сто­ро­ны, про­дол­же­ни­ем фра­зы У меня не­приятности может слу­жить и ука­за­ние все­го на одну непри­ят­ность, а не толь­ко на целый пере­чень. У меня непри­ят­но­сти: ком­пью­тер сло­мал­ся. Про­сто не­приятность здесь – это что-то кон­крет­ное, непри­ят­но­сти же – нечто неопре­деленное. Или вот срав­ним фра­зы: Какой у тебя план? и Какие у тебя пла­ны? Если я спра­ши­ваю Какой у тебя план?, я исхо­жу из того, что у собе­сед­ни­ка есть в голо­ве после­до­ва­тель­ность пред­по­ла­га­е­мых дей­ствий, и хочу выяс­нить, что это за после­до­ва­тель­ность. Если же я спра­ши­ваю Какие у тебя пла­ны?, я интересу­юсь вида­ми собе­сед­ни­ка на буду­щее в самом общем виде, ника­ких предвари­тельных гипо­тез у меня нет: Какие у тебя пла­ны? Может, схо­дим куда-нибудь?

Теперь вер­нем­ся к рели­ги­оз­ным чув­ствам. Мно­гим людям эта фор­му­ли­ров­ка кажет­ся немно­го стран­ной: сколь­ко, мол, рели­ги­оз­ных чувств у чело­ве­ка? Не­которые даже гово­рят, что защи­та рели­ги­оз­ных чувств – это как защи­та че- стей и досто­инств. Одна­ко мно­же­ствен­ное чис­ло чув­ства выра­жа­ет здесь не идею мно­же­ствен­но­сти, а ско­рее идею неопре­де­лен­но­сти, как в при­ме­рах с не­приятностями и пла­на­ми. Гру­бо гово­ря, оскор­бить рели­ги­оз­ное чув­ство – зна­чит оскор­бить чело­ве­ка в его вере. Точ­нее, рели­ги­оз­ное чув­ство – это не со­всем вера, а эмо­ци­о­наль­ное пере­жи­ва­ние веры или эмо­ци­о­наль­ная составля­ющая веры. Если же гово­рит­ся, что чело­век оскорб­лен в рели­ги­оз­ных чув­ствах (во мно­же­ствен­ном чис­ле), это может ука­зы­вать на очень широ­кий и неопреде­ленный спектр эмо­ций. Напри­мер, чело­ве­ку поме­ша­ли испы­ты­вать уми­ле­ние или усо­мни­лись в его мораль­ном пре­вос­ход­стве над ино­вер­ца­ми. Или, ска­жем, поко­ле­ба­ли его веко­вые пред­рас­суд­ки и суе­ве­рия, кото­рые, может, он и не так уж силь­но пере­жи­вал, но кото­рые при­да­ва­ли его жиз­ни про­сто­ту и устой­чи­вость.

Вот, напри­мер, что пишет нам фило­соф Вла­ди­мир Соло­вьев о рели­ги­оз­ном чув­стве: «Если там, сре­ди пред­ста­ви­те­лей про­све­ще­ния, оста­ток религиозно­го чув­ства застав­лял его блед­неть от бого­хульств пере­до­во­го лите­ра­то­ра, то тут, в мёрт­вом доме, это чув­ство долж­но было вос­крес­нуть и обно­вить­ся под впе­чатлением сми­рен­ной и бла­го­че­сти­вой веры каторж­ни­ков» [В. С. Соло­вьев. Три речи в память Досто­ев­ско­го (1881–1883)].

Весь­ма пока­за­тель­ная исто­рия с рели­ги­оз­ным чув­ством про­изо­шла в Рос­сии в нача­ле про­шло­го века. Вели­кий князь Кон­стан­тин Кон­стан­ти­но­вич Рома­нов был, как извест­но, лите­ра­то­ром, под­пи­сы­вав­шим свои сочи­не­ния К.Р. И вот его дра­ма «Царь иудей­ский» была запре­ще­на к пред­став­ле­нию на теат­ре. По это­му пово­ду есть совер­шен­но заме­ча­тель­ное пись­мо архи­епи­ско­па Сер­гия (Стра­го­род­ско­го) от 28 июля 1912 года (Рус­ские пат­ри­ар­хи ХХ века. Судь­бы Оте­че­ства и Церк­ви на стра­ни­цах архив­ных доку­мен­тов. Москва. Изда­тель­ство РАГС. 1999. Стр. 204–205). Автор пишет: «Ваше­му Импе­ра­тор­ско­му Высо­че­ству бла­го­угод- но было почтить меня пись­мом по вопро­су о раз­ре­ше­нии к сце­ни­че­ской поста­новке дра­мы „Царь Иудей­ский». Свя­тей­ший Синод обсу­дил этот вопрос, при­шел к заклю­че­нию, что дра­ма <…> изла­га­ет собы­тия, кото­рых она каса­ет­ся, с соблю­дением вер­но­сти еван­гель­ско­му повест­во­ва­нию и, про­ник­ну­тая бла­го­го­вей­ною настро­ен­но­стью, может вызвать в душе веру­ю­ще­го <…> мно­го высо­ких, чистых пере­жи­ва­ний, спо­соб­ных укре­пить его веру и любовь к Постра­дав­ше­му за спа­сение мира». Далее гово­рит­ся о том, что в виде теат­раль­ной поста­нов­ки дра­ма про­из­ве­дет на душу зри­те­ля еще более бла­го­твор­ное вли­я­ние, одна­ко на­много боль­шим будет вред, ибо дра­ма, «отдан­ная на совре­мен­ные теат­раль­ные под­мост­ки <…> утра­тит свой воз­вы­шен­ный, духов­ный харак­тер, пре­вра­тив­шись в обыч­ное теат­раль­ное лице­дей­ство, при кото­ром глав­ный инте­рес не в содер­жании, а в том, насколь­ко искус­но игра­ет тот или дру­гой актер. Но если религи­озное чув­ство оскорб­ля­ет­ся так назы­ва­е­мым теат­раль­ным чте­ни­ем и пени­ем в церк­ви, то тем более оно долж­но будет воз­му­щать­ся, когда наи­выс­ший пред­мет его бла­го­го­ве­ния сде­ла­ет­ся Мате­ри­а­лом для сце­ни­че­ских опы­тов заве­до­мых про­фес­си­о­наль­ных лице­де­ев». И далее есть еще при­ме­ча­тель­ная формулиров­ка: щадя рели­ги­оз­ную совесть зри­те­ля. Какой бы стран­ной ни каза­лась эта ло­гика мно­гим совре­мен­ным людям, осо­бен­но с дет­ства при­вык­шим к пре­крас­ной рок-опе­ре «Jesus Christ Superstar» и вырос­шим с ее гени­аль­ны­ми мело­ди­я­ми, но, по край­ней мере, здесь вполне ясно изло­же­но, каким имен­но обра­зом постра­дает рели­ги­оз­ное чув­ство: зри­тель будет раз­вле­кать­ся, отвле­кать­ся, собствен­но рели­ги­оз­ное пере­жи­ва­ние будет пере­би­вать­ся пере­жи­ва­ни­ем эсте­ти­че­ским.

Что же каса­ет­ся пред­став­ле­ния об оскорб­ле­нии рели­ги­оз­ных чувств, с кото­рым мы стал­ки­ва­ем­ся сей­час, боюсь, едва ли кто-то смо­жет столь же чет­ко очер­тить круг этих чувств и тех вещей, кото­рые их могут оскор­бить. Хит­ро­ум­ный язык на­шел спо­соб дать нам знак, что сей­час речь идет о чем-то дру­гом, хотя и на пер­вый взгляд похо­жем. Как гово­рит­ся, то, да не то. 

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
 
 

Метки: , , , , , , , ,

 

11 комментариев

  • Елена:

    Ири­на, спа­си­бо за инте­рес­ную точ­ку зре­ния. Оце­ни­те, пожа­луй­ста, веро­ят­ность каль­ки­ро­ва­ния «Religious Feelings», «Religious Beliefs» из зару­беж­ных мас­сме­диа для опи­са­ния про­цес­сов в нашей стране, насколь­ко веро­ят­но меха­ни­че­ское при­вне­се­ние фор­мы мно­же­ствен­но­го чис­ла без вся­ко­го умыс­ла и сме­ны содер­же­ния поня­тия?

  • Левонтина:

    Еле­на, если бы речь шла о том, что на пустом месте вдруг воз­ник закон с той или иной фор­му­ли­ров­кой, мож­но было бы гово­рить о меха­ни­че­ском заим­ство­ва­нии. Но с какой бы ста­ти, если в рус­ском язы­ке было свое соче­та­ние, в живую речь нача­ли посто­ян­но каль­ки­ро­вать ино­стран­ное выра­же­ние?
    вооб­ще не сто­ит пре­уве­ли­чи­вать роль ино­стран­но­го вли­я­ния. заим­ству­ет­ся то – и в том виде – что нуж­но само­му язы­ку. если ему нуж­но по-дру­го­му, он пере­де­ла­ет.

  • Елена:

    «С какой бы ста­ти, если в рус­ском язы­ке было свое соче­та­ние, в живую речь нача­ли посто­ян­но каль­ки­ро­вать ино­стран­ное выра­же­ние?» – Сплошь и рядом. И эти вре­мен­ные каль­ки доволь­но ско­ро ухо­дят из язы­ка. Но несмот­ря на эти част­ные слу­чаи, закон дей­стви­тель­но есть )

  • Случайный прохожий:

    Но с какой бы ста­ти, если в рус­ском язы­ке было свое соче­та­ние, в живую речь нача­ли посто­ян­но каль­ки­ро­вать ино­стран­ное выра­же­ние?

    Мне кажет­ся, рус­ское соче­та­ние в фор­ме един­ствен­но­го чис­ла было осно­ва­тель­но под­за­бы­то за годы совет­ской вла­сти, а вот защи­та все­воз­мож­ных «чувств» ста­ла на слу­ху с тех пор, как СМИ нача­ли рас­ска­зы­вать нам об ужа­сах запад­ной полит­кор­рект­но­сти. Так что, я думаю, про­изо­шло заим­ство­ва­ние поня­тия, а уж вме­сте с ним при­шла и фра­за.

  • Au:

    Зани­ма­тель­ная ста­тья, в оче­ред­ной раз под­твер­жда­ю­щая живость рус­ско­го язы­ка, измен­чи­вость смыс­лов слов и есте­ствен­ную (а порой и искус­ствен­ную) под­ме­ну поня­тий. В этом клю­че напра­ши­ва­ет­ся вопрос к зако­но­да­те­лям, защи­ща­ю­щих рели­ги­оз­ные чув­ства веру­ю­щих: поче­му тогда этим же зако­ном не защи­ща­ют­ся рели­ги­оз­ные чув­ства неве­ру­ю­щих? Напри­мер, моё чув­ство оскорб­ля­ет­ся, когда в шко­ле пре­по­да­ют закон божий (под видом «ну, мы там будем про­сто рас­ска­зы­вать о пра­во­слав­ном хри­сти­ан­стве»; и поче­му толь­ко о нём?) или за обыч­ное хули­ган­ство (да и хули­ган­ство ли вооб­ще?) сажа­ют в тюрь­му! Что будет, напри­мер, с людь­ми, кото­рые про­ник­нут в зда­ние музея и испол­нят пару куп­ле­тов? И с каких пор внут­ри­сек­то­вые пра­ви­ла рас­про­стра­ня­ют­ся на свет­ское обще­ство? И где объ­ек­тив­ная грань, опре­де­ля­ю­щая оскор­бил­ся веру­ю­щий или ещё тер­пит? Давай­те уже, за фра­зу «бога нет» сра­зу предо­став­лять чело­ве­ку воз­мож­ность это про­ве­рить.
    Изви­ни­те, что в моём комен­те было мало линг­ви­сти­ки.

  • Константин:

    Упо­ми­на­е­мый закон о чув­стве или чув­ствах явля­ет­ся про­воз­гла­ше­ни­ем леги­тим­но­сти цен­зу­ры, как это вид­но из выше­при­ве­дён­ной ста­тьи! А сле­до­ва­тель­но, он нару­ша­ет кон­сти­ту­цию РФ, где пря­мо ска­за­но о кате­го­ри­че­ском запре­те это­го обра­за дей­ствия госу­дар­ства. Поэто­му, фор­маль­ный блю­сти­тель наше­го основ­но­го зако­на сво­их функ­ций злост­но не выпол­ня­ет. И по его пове­де­нию вид­но, что побуж­да­ет нару­шать этот закон наших без­гра­мот­ных зако­но­да­те­лей! Ну, а кон­сти­ту­ци­он­ный суд зачем нам в таком слу­чае?

  • Денис:

    Кон­стан­тин, ино­гда госу­дар­ствен­ная цен­зу­ра нуж­на, что­бы сво­бо­да сло­ва не пре­вра­ща­лась в сло­во­блу­дие у людей, у кото­рых само­цен­зу­ра отсут­ству­ет, в силу гипер­тро­фи­ро­ван­но­сти само­го поня­тия «сво­бо­да сло­ва».

    • Au:

      Не-не-не-не-не-не-не! Вот это сло­во, Денис, «ино­гда» самое опас­ное как в мате­ма­ти­ке, так и в законе. Не долж­но быть дву­смыс­лен­но­стей. Ина­че это «ино­гда» пре­вра­ща­ет­ся (это кста­ти, линг­ви­сти­че­ские нюан­сы) в «все­гда» и чинов­ник, судья как хочет, так и… А отсут­ствие «само­цен­зу­ры» быст­ро лечит­ся штра­фа­ми, сро­ка­ми и испра­ви­тель­ны­ми рабо­та­ми за кле­ве­ту, навет, оскорб­ле­ния.

      • Денис:

        Не лечить­ся, а более вызы­ва­ет оттор­же­ние. Я наблю­дал какой хай под­ня­ли, когда вво­ди­ли ответ­ствен­ность за раз­ме­ще­ние в СМИ лжи­вой инфор­ма­ции. Един­ствен­ный пере­фра­зи­ро­ван­ный лозунг, витав­ший в воз­ду­хе, был: «Совсем дума обнаг­ле­ла, запре­ща­ет нам врать». А вооб­ще, ответ­ствен­ность при­ла­га­ет­ся к ста­тье, а ста­тья к нару­ше­нию. Т.е. невоз­мож­но при­ме­нить нака­за­ние к пра­во­на­ру­ши­те­лю, не имея опи­са­ния совер­шен­но­го им про­ступ­ка в: ГК, УК и т.п. Соб­ствен­но, подоб­но­го рода огра­ни­че­ния в сво­бо­де сло­во­блу­дия, явля­ют­ся тем самым лекар­ством для тех, кто счи­та­ет, что соот­вет­ству­ю­щие ста­тьи Кон­сти­ту­ции явля­ют­ся осно­ва­ни­ем писать три бук­вы на забо­ре, и что это явля­ет­ся их неотъ­ем­ле­мым их пра­вом.

        • Au:

          Запре­та­ми забо­ры не очи­стишь. А про­све­ти­тель­ство хло­пот­но, доро­го и не в моде нын­че. А оскор­бить­ся неко­то­рые прям ищут повод. У них сра­зу ока­зы­ва­ет­ся мно­го попран­ных чувств: рели­ги­оз­нЫе, наци­о­наль­нЫе, пат­ри­о­ти­че­скИе, ген­дер­нЫе и т.п.

          • Денис:

            Да, как гово­рит­ся: «Чисто не там где уби­ра­ют, а там где не мусо­рят». За что боро­лись на то и напо­ро­лись. Про­све­щать не хло­пот­но, про­сто оно нико­му не нуж­но, все рез­ко «сами с уса­ми» ста­ли. Шта­ны на лям­ках, под­гуз­ник гряз­ный, а уже пра­ва и сво­бо­ды пода­вай им: «Учить не смей и паль­цем не гро­зи – отгры­зу, я либе­рал у меня и справ­ка есть». Про­све­щать позд­но и бес­по­лез­но, либе­раль­ный вирус съе­да­ет орга­низм, как оче­ред­ной запад­ный грант – рус­скую совесть. Рады бы про­све­тить­ся, да мозг ней­мёт уже. От того, с одной сто­ро­ны чув­стви­тель­ные все такие и с дру­гой – дотош­ные до тупо­го без­об­ра­зия в отно­ше­нии сво­их прав и сво­бод. А в целом: «Куда сол­да­та не целый, вез­де жопа». Ох как позд­но про­све­щать…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Недопустимы спам, оскорбления. Желательно подписываться реальным именем. Аватары - через gravatar.com