Троицкий вариант — Наука

Эдит Уортон — а кто это?

Ревекка Фрумкина
Ревекка Фрумкина

До недавнего времени я понятия не имела о том, что была такая американская писательница — Эдит Уортон (1862−1937). Даже ссылок на ее книги я что-то не припоминаю …

Со времен филфака среди моих друзей преобладали «англисты», хотя я была сначала испанистом, а потом из нас быстро сделали «французов». В начале 60-х мы правдами и неправдами добывали то «Александрийский квартет» Даррела, то «По ком звонит колокол» (фактически запрещенный в СССР — нынче этому вообще не верят), то романы Айрис Мердок.

Случались особые удачи — так мне досталась «Другая страна» Болдуина. А вот Генри Джеймса вроде бы изучали по университетской программе, но я не помню, чтобы кто-то пытался его открыть ради удовольствия. И его я прочитала совсем недавно — конечно же, благодаря Интернету.

Генри Джеймса и Эдит Уортон связывала близкая дружба; она считала его своим литературным наставником; они много путешествовали вместе на автомобиле Эдит — в частности, по Франции. Упоминание об этих поездках я нашла в замечательно интересных очерках Дж. Барнса о Франции.

Но по-настоящему Эдит Уортон меня заинтересовала тем, что, как оказалось, ее таланты вовсе не ограничивались собственно литературой: первая ее большая книга «The Decoration of Houses» (совместно с архитектором Огденом Кодманом [Ogden Codman, Jr.], 1897) была профессиональным руководством по оформлению интерьера! И писала она о том, о чем пишут и сегодня, критикуя «викторианскую» эстетику, — о ненужности бархатных скатертей и тяжелых драпировок, избыточности нефункциональных безделок и т. п. Книга эта не только имела неожиданный успех, но еще и переиздавалась — судя по воспоминаниям Уортон, чуть ли не ежегодно.

С учетом этого контекста особенно интересно посмотреть убранство дома и парка четы Уортон в их поместье Маунт (Ленокс, Массачузетс), где Эдит Уортон воплотила «в материале» свое эстетическое кредо (www.edithwharton.org/gallery3/index.php/interiors09?page=3).

Уортон написала еще и книгу об итальянских виллах — «Italian Villas and Their Gardens», 1904 («Виллы Италии и их парки») www.archive.org/stream/italianvillasthe00whar

Откройте эту книгу хотя бы ради обложки — впрочем, текст тоже выдает руку мастера. Вот начало книги: THOUGH it is an exaggeration to say that there are no flowers in Italian gardens, yet to enjoy and appreciate the Italian garden-craft one must always bear in mind that it is independent of floriculture. The Italian garden does not exist for its flowers; its flowers exist for it. [Не будем преувеличивать, говоря, что в итальянских парках нет цветов. Однако чтобы по-настоящему оценить итальянское садово-парковое искусство и уметь им наслаждаться, надо учитывать, что с цветоводством оно не связано. Итальянский парк разбивают не ради высаженных там цветов; напротив того, цветы в нем существуют ради парка.]

И всё-таки Эдит Уортон вошла в историю англоязычной литературы именно как прозаик, автор многочисленных и весьма популярных романов, повестей и рассказов.

Эдит Джонс родилась в 1862 году в Нью-Йорке и принадлежала к высшему американскому обществу — не просто к «богатым и знаменитым», но еще и просвещенным. Она получила прекрасное домашнее образование и в 23 года вышла замуж за Тедди Уортона, молодого человека того же круга.

­

Замужество это было неудачным: одни источники подчеркивают, что Тедди Уортон был психически нестабилен; другие — что при всём том он еще и вел «рассеянный образ жизни», не соответствующий обязательствам женатого человека. Судя по всему, верно то и другое: Тедди Уортон страдал настолько тяжелыми депрессиями и настолько очевидными маниями, что его приходилось неоднократно помещать в клинику для душевнобольных и в конце концов констатировать его недееспособность.

Фактически расставшись с мужем, Эдит Уортон много лет продолжала заботиться о нем и официально развелась с ним только в 1913 году.

Пока Тедди был относительно здоров, супруги много путешествовали вместе. Начиная с 1890-х годов, Уортон подолгу жила во Франции, а с 1907 года она большую часть времени проводила в Париже, где ее окружением постепенно стали представители французской (и не только французской) интеллектуальной и художественной элиты. Это Поль Бурже, Анна де Ноайль. Андре Жид, Жан Кокто, а также Генри Адамс, Генри Джеймс и Теодор Рузвельт.

Эдит Уортон была человеком, привыкшим методично работать, и умело сочетала писательский труд со страстью к путешествиям, в частности к путешествиям на автомобиле. У нее был свой водитель — Чарльз Кук (Charles Cook), а самым верным и постоянным спутником Уортон в этих поездках был Генри Джеймс. .

Дж. Барнс в очерках о Франции писал о том, что страсть к путешествиям на автомобиле была в те времена свойственна многим, в частности Форду М. Форду, Конраду, Киплингу, и что Эдит Уортон это возвращало к «романтике странствий», к которой ее предки приобщались, путешествуя в почтовых каретах.

Во время Первой мировой войны Эдит Уортон сосредоточила свою активность на помощи беженцам; она также регулярно писала отчеты о ходе военных действий для американских газет.

В 1921 году Уортон была награждена Пулитцеровской премией за роман «Эпоха невинности» («The age of innocence», 1920). Умерла Эдит Уортон в 1937 году во Франции.

Я прочитала четыре больших романа Уортон и повесть «Итан Фром». Она, конечно, прекрасная описатель-ница быта и нравов. Я поймала себя на том, что даже после Генри Джеймса у меня не возникло такого красочного представления о повседневной жизни «богатых и знаменитых» в Нью-Йорке и Бостоне конца прошлого века. О двух романах я кратко расскажу.

«Эпоха невинности» (1920), сочинение, увенчанное Пулитцеровской премией, показалось мне несколько упрощенным по сюжету и поверхностным в трактовке женских образов — видимо, поэтому фильм Мартина Скорсезе по этому роману (1993) не вызывает отторжения — в некотором роде он почти равен роману.

Загадочная женщина — неизбежно штамп, а значит — ловушка для писателя. Зато ее не так сложно показать.

Более интересен, на мой взгляд, роман «Обитель радости» («The house of mirth», 1905). Заглавие отсылает читателя к строке Экклезиаст 7:4: The heart of the wise is in the house of mourning; but the heart of fools is in the house of mirth — текст, видимо, вполне живой для тогдашней читательской аудитории; не случайно за первые два месяца разошлось 140 тыс. экземпляров книги.

Это история Лили Барт, молодой красивой девушки из светского общества, не имеющей собственных средств и ориентированной на выгодное замужество — и отчасти на получение. наследства своей уже весьма пожилой тетушки.

Жизненная тактика Лили Барт напоминает поведение разведчика, но не в стане врага, а в недружественной среде, которую надлежит наилучшим образом использовать, при этом не обнаружив свои истинные намерения. Соответственно, у такой героини не может быть искренних друзей, а могут быть лишь люди полезные и бесполезные. В остальном же Лили Барт мила, добра, наивна и уязвима.

Героиня терпит крах, поскольку она не может уплатить свой карточный долг без потери женской чести. Этот путь Лили не приемлет, но репутация ее безнадежно подорвана. Она даже пытается зарабатывать на жизнь своим трудом, но она ничего не умеет. Тем временем тетя умирает, оставив наследство другой родственнице, а Лили достается лишь сумма, равная ее карточному долгу. Тогда героиня принимает смертельную дозу снотворного — не то намеренно, не то в полубреду.

Как видите, сюжет «Обители радости» неприхотлив. Зато написан роман превосходно; героиня до поры обаятельна и искрометна, потом жалка в своей беспомощности… Светскому обществу, что называется, «досталось» — но Уортон никогда не опускается ни до карикатуры, ни до нравоучительного тона.

Однако подлинно сильное впечатление у меня оставили не романы Уортон, а небольшая по объему повесть «Итан Фром» («Ethan Frome») — рассказ о бедных и безвестных. Я всё думала — на кого из авторов русской традиции это похоже? Тональностью, может быть, на Тургенева… По-русски «Итан Фром» вышел еще в 1981 году в переводе И. Комаровой; впрочем, стоит прочесть эту повесть в оригинале (в Интернете она есть).

Сюжет повести прост, но пересказывать его так же бессмысленно, как например «Кармен» Мериме. (Кто сегодня может похвастаться, что читал саму новеллу, а не либретто оперы Бизе? У меня был Мериме по-русски — там «Кармен» в переводе М. Лозинского, гравюры В. Фаворского; Academia, М.-Л., 1936 год.)

Я прочитала «Итан Фром» залпом, забыв, что в руках у меня не книга, а ридер, и не без трепета ожидая развязки, которая, конечно, должна была быть трагической — но какой именно?

Всё оказалось еще страшнее. И опять я вспомнила мое любимое изречение Шенберга «Еще много нового можно сказать и в до-мажоре…»

Эдит Уортон написала мемуары «Оглядываясь назад» («A Backword Glance», 1934) — эту книгу я тоже нашла в Сети. В них она очень подробно рассказала о своих предках, о детстве, о том, как начала читать, а потом писать; о дружбе с разными выдающимися людьми того времени. При этом Уортон целомудренно опустила историю своих отношений (видимо, это была ее единственная большая любовь) с журналистом Мортоном Фуллертоном, адресатом ее лирических стихов 1910 года и большого количества писем, которые Фуллертон сохранил, хотя и дал Уортон слово их уничтожить (переписка эта была закрыта для исследователей вплоть до 1968 года).

Читать Эдит Уортон интересно: много ли мы вообще знаем о повседневной жизни американского общества конца XIX- начала XX века? Как бы ни понимать эту повседневность, чтобы в нее «заглянуть», стоит читать именно так называемых «писателей второго ряда». На досуге попробуйте.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
 
 

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: