А Троя была не там

H. Schliemann. Abenteuer meines Lebens, hrsg. v. A. Stoll. Leipzig, Brockhaus, 1958

В конце XIX века, в 1870-1890 гг., Генрих Шлиман раскопал на западном выступе Малой Азии гомерову Трою, посрамив цеховых ученых, уверявших, что ее там нет. Это знают все. Сомнения скептиков, этих книжных червей, осмеяны в десятках популярных биографий. Вот уже больше века туристы изо всех стран едут в Турцию, в Стамбул, расположенный на Боспоре, в северном конце пролива из Средиземного моря в Черное, чтобы оттуда проехать на юг и в южном конце пролива, в Дарданеллах, увидеть руины гомеровой Трои и вдохнуть запах начала европейской истории.

А между тем скептики не унимаются. Они приводят серьезные аргументы, в том числе и новые, и продолжают считать, что Шлиман раскопал не Трою. Один из этих скептиков — я. Выступив с этим мнением в 1984 г., я с тех пор опубликовал монографию («Анатомия Илиады», 1998) и ряд статей в специальных и популярных журналах и не встречал солидно аргументированных возражений. Попытаюсь познакомить читателя со своими доводами. Если найдутся специалисты, готовые возразить, у читателя будет возможность сравнить аргументацию.

Затравкой для меня послужило разительное несоответствие раскопанного материала тем описаниям города, которые содержатся в Илиаде. Это то, что отмечали и многие скептики, выступавшие до меня. На эту критику энтузиасты шлимановского объяснения, да и сам Шлиман, всегда отвечали, что певец был поэтом и имел право на поэтические преувеличения и художественное отклонение от истины. Поэтому я совершенно опущу здесь эту часть аргументации.

Начну с того, что в поэме город имеет два имени — Троя и Илион (в греческом «Илиады» — Илиос). Имена эти употребляются поэтом безразлично, и равноправие этих двух наименований города подчеркивается тем, что жители называются только троянцами (слова «илийцы» или «или-онцы» в поэме нет). Однако равноправие кажущееся. В «Илиаде» (это VIII-VII века до н.э.) город называется вдвое чаще Илиосом,чем Троей (106 против 53). И на камнях, раскопанных Шлима-ном в позднем (пост-гомеровском) слое, обнаружена надпись, где город именуется Илионом. Так что Шлиман раскопал Илион, это несомненно. Да и в греческом обиходе местных жителей город именовался после Гомера Илионом.

H. Duchêne. L'or de Troie. Paris, Gallimard, 1995

А вот в «Одиссее», несколько более поздней поэме по сравнению с «Илиадой», город именовался Илионом вдвое реже, чем Троей (19 против 36)! Тенденция замены «Илиона» «Троей» продолжалась и дальше: у Вергилия, жившего в I веке до н.э., город именуется 2 раза Илионом и 20 раз Троей. В «Постгомерике» Иоанна Цецеса (XII век н.э.) город назван 33 раза «Троей», а термин «Илион» не употреблен ни разу. Значит, Троя постепенно вытесняла Илион. Но она присутствовала уже в «Илиаде»!

Это соотношение времен подтверждается рассмотрением эпитетов. В «Илиаде» многие предметы снабжены постоянными эпитетами, что вообще характерно для фольклора. Например, в русском эпосе — в былинах: стрела непременно «каленая», парень — «добрый молодец» и т.д. То же и в гомеровском эпосе: ахейцы — «медноодежные» (23 раза), Аякс Теламоний — «широкощитный», Гектор — «шлемоблещущий» и т.д. Еще английский филолог Д. Пейдж сообразил, что чем больше предмет оброс постоянными эпитетами, тем больше он укоренен в фольклоре. Обычно он и древнее, но это не обязательно, а вот в фольклоре живет дольше. Так вот я подсчитал, что среди эпитетов Илиона постоянные составляют 47%, а среди эпитетов Трои — только 32%.

Как образовалась эта двуименность? Первое объяснение: город мог быть переименован. Петербург стал Петроградом, затем Ленинградом. Была Троя — стал Илион, а жители остались троянцами. Но обычно в таких случаях и жители именуются по-новому: ленинградцы, куйбышевцы, свердловчане. Или: был Илион, захвачен троянцами и стал Троей. Но никаких легенд об этом не осталось. Ни малейшего намека.

Второе объяснение:сам город — это Илион, а местность вокруг — Троя. Некоторые ученые, предлагавшие это объяснение, всячески старались (с натяжками) подтвердить его тонкостями обращения с терминами в Илиаде. Тогда почему именно жители города — троянцы, а окрестные носят иные имена и никогда не именуются троянцами?

Остается третье объяснение: в поэме сказывается слияние разных источников или даже разных песен. В одних шла речь о Трое, в других — об Илионе. Илион найден, а Троя — нет.

Если мы сравним эпитеты города, связанные с разными его наименованиями, то увидим, что они, в сущности, описывают два различных города! Причем это нельзя отнести за счет разной ритмики, требуемой разными именами в строке, — там есть и одинаковые по ритмике, а по содержанию они разные. Только один («крепкостенный») совпадает, остальные (10 — у Илиона, 6 — у Трои, каждый обычно по несколько раз) — разные. Из них Илион — «крутой», «ве-тренный» и (23 раза) «священный», Троя — «тучнопочвенная» и «широко-улочная». Раскопанный город — действительно на крутом холме, обдуваемый ветрами. А тучнопочвенная и широкоулочная Троя — где-то в другом месте.

Почему-то ученым-античникам, занимавшимся этой проблемой, не приходило в голову обратиться к хеттским письменным источникам. Между тем воспетый в гомеровском эпосе город находился на периферии Хеттской империи, которая существовала в Малой Азии параллельно с ахейскими государствами Микенского мира, а ведь их троянская экспедиция и прославляется в гомеровском эпосе. Не может быть, чтобы этот город не был замечен и не упоминался в хеттских царских архивах. Он и упоминается, хеттским клинописным источникам он известен, более того, известны оба его имени. Это установили давно хеттологи, и античники это, конечно, знают. Но вот что ускользнуло от их внимания — что для хеттов это два различных города!

На табличках хроники царя Тудхалии IV (вторая треть XIII века до н.э., т.е. время, близкое к предполагаемой Троянской войне) упоминаются оба города-государства. В хеттском топониме «Вилуса» П. Кречмер и независимо от него А. Гётце опознали гомеровский Илиос (в раннегрече-ском это слово начиналось с дигаммы, схожей с английским w, и следы этого остались). В хеттском «Та-руиса» или «Труия» тот же П. Кречмер и Э. Форрер признали гомеровскую Трою. Работы всех троих авторов вышли в 1924 г. В хронике эти имена помещены в список, в котором страны (государства) расположены в географическом порядке на расстоянии 100-200 км друг от друга. В списке — 22 страны. Из них три — на разрушенном участке таблички, еще три повреждены частично, некоторые не поддаются локализации, так как встречены только здесь, но некоторые локализуются хорошо, более того, они встречаются еще на одной табличке в том же порядке. Это позволяет понять, что список начинается в юго-восточном углу Малой Азии и идет по ее побережью к проливам — Боспору и Дарданеллам. Вилуса расположена предпоследней — как раз там, где помещается Илион (Илиос), а Труия расположена за ним в непосредственном соседстве.

Где именно? По прямой аналогии ее можно поместить дальше по побережью, т.е. где-то ближе к Стамбулу, или, повернув более круто вглубь материка, — у реки Тарсий. И. М. Дьяконов, принявший в целом мои выводы, здесь предпочел остановиться. Трою надо искать здесь, решил он. Я же, скорее, склонен не зацикливаться на движении непременно посуху. Перечень мог повернуть круто налево, в море, где неподалеку расположен остров Лемнос, на котором предание помещает легендарных тирсенов, тюрсенов. Египтяне знали их как народ моря трс (в египетском письме гласные не обозначались), а для римлян это, возможно, были предки этрусков. Тут мы вступаем в область гаданий. Привлекает меня всё же в этой гипотезе то, что на острове Лемнос находился огромный центр бронзового века, раскопанный итальянской экспедицией у современной деревушки Полиохни. Не это ли была легендарная Троя, которую творцы гомеровского эпоса подключили к своей эпопее и слили со своим Илионом? В греческом эпосе это был мотив новый, так что большим набором постоянных эпитетов обрасти он еще не успел.

С Вилусой, по хеттским источникам, связан царевич Алаксандус — это очень близко к основному имени царевича Париса в «Илиаде» — Александр. Они схожи и по ряду других признаков, о которых здесь писать не буду. С троянским языком («труели») связан царь Приам (как связан — тоже опущу). Упомянул я их здесь вот почему. Когда я подсчитал процент постоянных эпитетов каждого, то ахнул: Александр — 47, Приам — 32. А теперь сравните с процентами Илиона и Трои.

В который уже раз подтверждается, что история состоит из фактов и мифов. Не нашел Шлиман Трою. Не взяли греки-ахейцы Илиона. Не было Троянской войны. Как не было грандиозного и судьбоносного Ледового побоища с проломом льда Чудского озера (а был успешный, но скромный эпизод в войне с орденом), как не было штурма Зимнего.

Так что же, открытие Шлимана рушится? Да нет, Шлиман открыл гораздо больше, чем предполагал, но это другая история.

Лев Клейн

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

 См. также:

  • Лев Самуилович Клейн. Фото Дамира Гибадуллина-Клейна (2013)19.11.2019 Девять десятилетий Клейна От редакции: 7 ноября в Санкт-Петербурге на девяносто третьем году жизни скончался выдающийся специалист во многих областях гуманитарных наук и постоянный автор нашей газеты Лев Клейн. Мы выражаем глубокие соболезнования его семье и коллегам. Предлагаем вашему вниманию интервью со Львом Самуиловичем, опубликованное на сайте «Генофонд.рф» 1 июля 2017 года. Беседовала Надежда Маркина.
  • Рис М. Смагина09.04.2019 Врут ли историки? На сайте ТрВ-Наука была опубликована статья Олега Губарева, в которой обсуждался статус независимого исследователя в России и за рубежом. Автор с сожалением констатировал, что у нас распространено скептическое отношение к независимым исследователям ввиду наличия массы дилетантов, которые себя так именуют. Попробую изложить свое видение проблемы падения доверия среди населения к историкам, истории и независимым исследователям, каким образом можно было бы исправить сложившееся положение.
  • Антинорманизм как проявление «научного патриотизма» — 222.05.2018 Антинорманизм как проявление «научного патриотизма» — 2 Мне не нравится ни тезис генерала Бенкендорфа, ни аргументация министра Мединского (собственно, это одна позиция). Но ни Бенкендорф, ни Клёсов не аргументировали свои декларации. Аргументация — у Мединского. Он выступил не только как лидер, но и как теоретик «научного патриотизма». Чтобы быть вполне объективным, я постараюсь каждый тезис Мединского приводить полностью и лишь затем разбирать…
  • Лев Клейн: «Это моя страна, и здесь я на своем месте»30.01.2018 Лев Клейн: «Это моя страна, и здесь я на своем месте» Публикуем авторизованный перевод на русский интервью французского журналиста Фабриса Депре (Fabrice Deprez) с профессором Львом Клейном, записанное в ноябре 2017 года и вышедшее на интернет-портале Le Grand Continent.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: