Reformare

В последнее время идет много разговоров о реформе российской науки. Предлагаются самые разные меры. Все перечислять нет нужды, они на слуху. Каждое предложение аргументировано и вполне рационально. Если же пытаться охарактеризовать весь комплекс предложений немногими словами, то можно обойтись пятью. А именно: «Давайте сделаем как на Западе».

В такой постановке, заметьте, ясно виден не только общий вектор устремлений российского научного сообщества (во всяком случае – некоторой довольно активной его части), но и мотивация, которая руководит теми, кто предлагаемым реформам противится. Собственно, можно попытаться в этих мотивациях разобраться поподробнее. Организация науки в России имеет очень большие отличия от ее организации на Западе. Укажем два из них.

Мы и Запад

Первое. Наука в России имеет ровно одного заказчика – государство. Частного спроса на науку нет, и в ближайшем будущем не предвидится. Следствием этого будет тот факт, что реформа может «пойти» только в одном случае – если к тому будет государственный интерес.

Второе: в России (и не только в науке, но и в остальных профессиональных областях) на руководителя ложатся все административные тяготы. Иначе говоря, как только человек занимает хоть сколько-то важный пост – на него наваливается грандиозная административная работа. И все работающие в вузе прекрасно знают о такой закономерности: если заведующий кафедрой хороший администратор, то кафедра будет жить хорошо. Конечно, если он еще и ученый хороший, но администратор – это главное. А если завкафедрой в административных делах… не очень, то хоть он будет самым расчудесным ученым, кафедра будет бедствовать.

Поднимая человека вверх по служебной лестнице (декан, проректор, ректор), система выжимает из него всю науку и оставляет только и исключительно административную работу. Что будет следствием? Научная иерархия России в большей степени иерархия административная. А не научная. Можно сказать,что какая-то научная составляющая ей сопутствует, но ясно, что, во-первых, решает она мало (да практически ничего), а во-вторых, взаимодействие государства на 90% как минимум идет именно с администраторами.

В совокупности эти два фактора проливают свет на полное равнодушие, с которым относятся к проектам реформы те, от кого эта реформа зависит.

Возьмем, например, одно из предложений научного сообщества: о введении института международной экспертизы и о «вычислении» значимости ученых посредством заграничных импакт-факторов. Перефразировать это можно примерно следующим образом: деньги будет давать государство (больше просто некому), а оценивать эффективность их расходования — иностранцы (потому что так хотят сами ученые).

Надеюсь, все понимают, что российское государство,особенно в нынешнем его состоянии (характеризующемся кроме всего прочего глухой оппозицией к этому самому Западу) на это не пойдет. Более того, вне всякого сомнения,такие предложения наше с вами государство неминуемо должны страшно раздражать. Причем чем дальше, тем больше.

Другой пример. Все деньги идут из одного источника. Но разными путями. РФФИ, например, — единственный более-менее прозрачный сверху донизу поток (хотя лично я слышал множество и негативных отзывов, но прозрачность — штука относительная, так что возьмем за эталон). Пример потока совершенно мутного — это многочисленные ФЦП, о которых сказано-пересказано уже — прибавить нечего. Есть предложение о всемерном повышении прозрачности финансовых потоков. Пусть все будет как РФФИ.

Хорошо. Однако кому это надо? Скажите честно: многие ли откажутся от выполнения работы, которая займет максимум две недели и за которую можно получить миллион? Не сомневаюсь, откажутся немногие. Но не те, кому эта работа на самом деле предлагается.

Так вот, сама логика административной системы такова, что никто и никогда из тех, кому что-то подобное предлагается, от него не откажется. Более того, такую работу административная система генерирует сама. Не может она без этого. Это ее имманентное свойство.

Хорошо. Однако кому это надо? Скажите честно: многие ли откажутся от выполнения работы, которая займет максимум две недели и за которую можно получить миллион? Не сомневаюсь, откажутся немногие. Но не те, кому эта работа на самом деле предлагается.Так вот, сама логика административной системы такова, что никто и никогда из тех, кому что-то подобное предлагается, от него не откажется. Более того, такую работу административная система генерирует сама. Не может она без этого. Это ее имманентное свойство.

Иначе говоря,те, кто в системе, всё прекрасно понимают и всем довольны. Одни уже у кормушки, другие мечтают к ней попасть.Третьи эту кормушку соорудили. Всем хорошо. Нехорошо нам, но мы-то извне. Я об заклад готов побиться, что среди обсуждающих реформы нет администраторов. Более того, готов побиться за то, что, если бы кто-то из нынешних пламенных ораторов стал вдруг таким администратором,- его мнение изменится. Не потому, что он вдруг станет плохим. Просто потому,что такова логика системы. Находясь в ней,ты не можешь ей не следовать.

В той же логике, не пройдут никакие прожекты по «укрупнению» и созданию из пяти средних российских университетов одного Гарварда. Реорганизация же или даже упразднение Академии наук не даст ничего путного. Так как на ее место придет то же самое. Окружающие-то структуры не изменятся, так что придется заполнять все тот же объем.

Промежуточные итоги

Итак, если мы хотим сделать как на Западе — надо ехать на Запад.Так как у нас тут всё не так. Второй вариант — сделать у нас всё так же и во всем, как на Западе — я в данной статье не рассматриваю. Это вопрос не нашей компетенции. Просто надо помнить — структура управления имеет свойство повторяться. Что на верхнем уровне иерархии,- то, с очень высокой вероятностью, будет и на всех остальных. Отсюда имеем простое ограничение: реформы, чтобы быть успешными, должны учитывать особенности российской действительности. Скажу даже больше — российская действительность должна быть положена в их основу.

Что делать?

Давайте посмотрим, что можно сделать. С двумя отмеченными в самом начале особенностями поделать ничего нельзя. Это значит, международного индекса Хирша и т.п. как основы внутрироссийского ранжирования ученых не будет. Нужно свое.Увязанное, связанное, но свое. С русской фамилией в названии. Это значит, международной экспертизы как фундаментальной основы оценки значимости работы, научной группы и т.п. не будет. Здорово будет, если удастся включить их в качестве дополнительных параметров.

Но это значит — нужно делать собственную экспертизу. И так далее, и тому подобное. Это та работа, которая имеет шанс быть выполненной здесь и сейчас. Заниматься, как мне кажется, стоит только такой.

Попутные замечания

Уже слышу возражения. Взятые в комплексе высказанные мной выше предложения ведут к попытке построения отдельного здания российской науки — на выселках у науки мировой. В то время как генеральная линия развития — во все более тесной интеграции, слиянии и т.п. Верно. Но давайте подождем, пока это станет верным для Российской Федерации.

Ниже небольшой отрывок из текста А. Крушельницкого, недавно достаточно широко распространенного. «Почти пятнадцать лет у меня идет совместная работа с университетом Халле, что в Германии. Поскольку возможности полноценной работы в моем институте очень ограничены (нет необходимого оборудования, а с тех пор, как я начал писать статьи на оргнаучные темы, перспективы получить поддержку для работы в институте вообще свелись к абсолютному нулю), я вылезал в науке в основном на том, что каждый год от 2 до 5 месяцев работал в Германии».

Ситуация известная и, кажется, разрешившаяся хорошо. Но давайте попробуем представить, что это пишет, например, шведский ученый. Представить невозможно. Во всяком случае — мне. То, что масса российских ученых этим живет (и сам я так жил — три месяца работы в Дании по продуктивности были как полтора года в России).

Вывод: до конвергенции нам еще далеко. Мировая наука, которая этим занимается, — они живут в городах и странах, где института прописки нет. И ездят без виз. И зарплата средняя у них… другая. На выселки мы поселены фактом своего рождения. Это не хорошо и не плохо, это факт. Надо обустраиваться тут.

Второе. Ввидутого.что иерархия у нас адми-нистративная.то и реформирование возглавят администраторы. Тоже факт. Но тут уже надо самим стараться и голосить. Главное — чтобы в предложениях не было ничего, что верхние структуры (государство) раздражает. Тогда оно прислушаться может.

Третье. За любым,даже самым дурным «верхним» решением стоит конкретный интерес Надо разбираться в первую очередь с тем — чей он, что реально дает тому, кто это решение предложил и протолкнул.

А потом — ну, можно и рубаху на груди порвать. Покричать. Обличить. Потребовать все и полностью изменить. А можно — предложить это все изменить. Преобразовать. Или как там по латыни — reformare.

Фарит Ахмеджанов,
канд. техн. наук, Уфа

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

 См. также:

  • РФФИ24.11.2020 Против упразднения РФФИ Административная реформа, объявленная в выступлении премьер-министра М.В. Мишустина, подразумевает объединение двух государственных научных фондов – РНФ и РФФИ. Это решение принимается бюрократическим государственным аппаратом исключительно для того, чтобы упростить администрирование затрат на науку. Правительством М.В. Мишустина не было сделано даже попытки понять аргументы научного сообщества, неоднократно выступавшего против такого объединения.
  • РФФИ21.07.2020 Профсоюз РАН заявляет: недовольство ученых усиливается и может вылиться в протестные выступления Всероссийский профсоюз работников Российской академии наук встревожен ситуацией с наиболее массовым и значимым конкурсом Российского фонда фундаментальных исследований (РФФИ) – конкурсом лучших проектов фундаментальных исследований (код конкурса «а»). Конкурс традиционно объявляется не позже июня, однако в этом году он не объявлен и по состоянию на середину июля, что вызывает понятные опасения.
  • pixabay.com24.09.2019 РФФИ в опасности! Сейчас в коллективном «разуме» правительства созрела идея оптимизации, читай — закрытия РФФИ. Слишком свободны, слишком контрастируют с понтярским правительственным подходом «организации науки», слишком часто упоминаются как источник финансирования в полновесных научных статьях по сравнению с заботливой поддержкой науки правительством…
  • «Если бы директором был я…»10.10.2017 «Если бы директором был я…» В приводимом ниже тексте в первую очередь систематизированы итоги многолетних размышлений авторов о том, как привести в порядок нашу изрядно истоптанную российскую научную территорию. Авторы заранее готовы к упрекам в прожектерстве, поскольку никаких предпосылок для реализации представленной программы не просматривается сейчас даже на горизонте. Однако если они вдруг когда-либо появятся, поздно будет систематизировать — надо будет действовать, причем последовательно и быстро.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: