Павел Бородин: «В статьях о науке должна быть интрига: завязка, кульминация и развязка»

Как сегодня обстоят дела на рынке научно-популярной литературы? Что ожидает автора-ученого, решившего написать книгу о своей области исследований для широкой публики? Как привлечь читателя к научно-популярным книгам? На эти вопросы мы попросили ответить Павла Михайловича Бородина, заведующего лабораторией рекомбинационного и сегрегационного анализа Института цитологии и генетики СО РАН, профессора кафедры цитологии и генетики Новосибирского государственного университета. Его книга «Кошки и гены» попала в длинный список премии «Просветитель» 2010 года. Беседовала Ольга Закутняя.

— Первый вопрос традиционен: как появилась эта книга? Насколько мне известно, первое ее издание вышло в 1995 г. Почему возникла мысль переиздать ее?

— Как вышло первое издание — это отдельная поэма. Саму книжку я написал в 1988 г. Сначала ее взялось печатать издательство моего университета — Новосибирского. Разорилось. Потом книжка попала в издательство «Знание». Оно тоже разорилось, но передало рукопись дочерней фирме под названием ОАО «Зоосалон». Этот «Зооса-лон» и издал «Кошек…» неведомым мне тиражом. В качестве гонорара я должен был получить 100 экземпляров. Получил 10.

Первое издание сразу стало библиографической редкостью. Как писали в «кошачьих форумах», «Бородин давно кончился и больше не предвидится».

Мысль переиздать возникла не у меня, а у издательства URSS. Они позвонили и предложили переиздать, ничего не меняя, только исправив опечатки. Но я сначала перечитал текст. Сильно удивился, что почти ничего не устарело за 20 лет, но все же решил кое-что обновить. И обновил (добавлены некоторые новые данные, в частности о клонировании и получении генетически модифицированных кошек, а также убраны разделы с описаниями пород. — Прим. ред.). Тогда издательство сказало, что надо делать новый макет исправленной версии, а это издательству дорого. Тогда верстку в Word сделала моя аспирантка Аня Торгашева, за что ей отдельное спасибо. Сверстанную Аней книжку издательство URSS отдало в Книжный дом «ЛИБРОКОМ», который ее и напечатал, опять же неведомым мне тиражом. Вот такой уровень редподготовки.

- Жанр Вашей книги необычен. С одной стороны, это «классическая» научно-популярная книга по генетике. С другой — она отчасти похожа на пособие для котовладельцев. Наконец, эта книга может быть и «спутницей» учебника биологии, своего рода «сборником задач». Как возник такой странный «симбиоз»? Как отбирались темы и факты? Сколько времени заняла подготовка книги?

— Жанр я определил во Введении: используя котов в качестве приманки, рассказать о том, что я знал сам о генетике и эволюции. Коты в этом отношении оказались очень удобными. Параллельно с этой книгой я писал сценарии учебных передач для Центрального телевидения и сам же их там воплощал. Отсюда уклон в задачи и практические исследования по геногеографии, которые могли бы организовать учителя. Не уверен, что книжку можно использовать как техническое пособие для котовладельцев. Они сами уж точно так не считают. Темы и факты отбирались по «чукотскому принципу»: что знал, про то и пел. Текст был написан примерно за год.

- Как Вы стали научным популяризатором? Насколько мне известно, Вы принимали и принимаете участие в большом числе популярных проектов: лекции, телепередачи и т. д. Что происходит чаще: обращаются ли к Вам как к эксперту, либо Вы воплощаете свои идеи и мысли?

— В самом начале научной карьеры я написал несколько научно-популярных статей в «Химию и жизнь». Первая была про кошек, а другие — популярными обзорами того, что происходило в мировой генетике. Из этих статей сложилась моя первая книга «Этюды о мутантах», рукопись которой я послал на конкурс издательства «Знание». Она что-то там заняла, и ее напечатали обычным по тем и феноменальным по нынешним временам тиражом -100 000 экземпляров. Странно, вышла она в 1983-м, но на нее до сих пор ссылаются, и в Интернете ходит ее копия в djvu.

С этой книжки началась моя недолгая, но бурная карьера на ЦТ. Редактор программ по биологии Лариса Матвеева ее прочитала и предложила мне написать сценарий передачи про мутации для школьников. Я его и написал. Сценарий, как я сейчас вижу, был довольно глупый и любительский, но зато веселый. В нем было три роли. Ученого, который говорит научно, но непонятно. В этом образе я видел себя. Учительницы, которая переводит заумь Ученого на человеческий язык. Эту роль я написал для Инны Ермило-вой, самой красивой женщины советского телевидения, в которую я был заочно влюблен. Ну, и третья роль была для наглого, но любознательного кота Василия, которого блестяще сыграл Роберт Ляпидевский, артист театра Образцова. В этом формате мы сделали передач пять или шесть. Еще три передачи было про Дарвина в классическом биографическом стиле. Потом мы сделали еще несколько внесерийных передач.

Процесс был такой. Я присылал сценарий. Его отдавали на серьезные рецензии — учителям и академикам. Мои сценарии рецензировали Н.Н. Воронцов и А.В. Яблоков. Когда сценарий принимали, я прилетал в Москву на неделю. Все снимали, монтировали, и я улетал. Нам было очень весело. И детям, похоже, тоже. Письма приходили мешками. А потом все кончилось вместе с учебным телевидением.

Что происходит сейчас? Я никогда не отказываюсь, когда меня зовут читать лекции. Телевидению сейчас наука не интересна. Газетам — тоже. Впрочем, здесь я не эксперт. Газет я не читаю, а телевизора у меня нет.

- В Вашей краткой биографии, опубликованной в журнале «Наука из первых рук», говорится, что Вы автор и соавтор около 200 научных работ, школьных учебников, научно-популярных книг и статей. Пожалуйста, скажите, какова доля каждой из этих «категорий»?

— В основном это научные статьи. Из них только три — про кошек: две (по геногеографии) сделаны в свободное от работы время и только одна (про мейоз и рекомбинацию) — по плану НИР. Все остальное — про хромосомы и другие вопросы, которыми я профессионально занимался. Научно-популярных статей — около 20. В основном про моего любимого Дарвина и про хромосомы млекопитающих.

В двух школьных учебниках по биологии (Беляев Д.К., Бородин П.М., Воронцов Н.Н. и др. Общая биология. Учебник для 10−11 классов общеобразовательных учреждений. -М.: Просвещение, 2008; и Бородин П.М., Высоцкая Л.В., Дымшиц Г. М. и др. Общая биология. Учебник для 10−11 классов общеобразовательных учреждений: профильный уровень: в 2 ч. — М.: Просвещение, 2006) я написал главы про эволюцию.

- А как обстоят дела в «книжном сегменте» научной популяризации? Какой Вы, как автор, видите ситуацию на книжном рынке?

— Сегодня застой именно в книгоиздании. Выходят очень хорошие научно-популярные журналы: «Природа», «Химия и жизнь», «Наука из первых рук», «В мире науки» и др. Работает, и превосходно работает, совершенно замечательный и уникальный сайт «Элементы.ру». Живет и процветает русская «Википедия».

При этом у меня есть ощущение, что нашему книгоиздателю сейчас научно-популярные книги не нужны. Нужна «живая вода» и прочая лженаука. Глупости про то, что Дарвин неправ, а человек произошел от пришельцев из Шамбалы, идут на ура. Хорошо идут книжки с картинками про динозавров и тому подобные. Очень большим спросом пользуются шпаргалки для сдачи ЕГЭ.

Науку приходится протаскивать, пользуясь приманками. Я попытался протащить генетику и эволюцию через кошек. Издатель на второе издание меня сам нашел. На каких условиях — я сказал выше.

- В чем Вы видите наибольшую сложность при написании научно-популярной книги?

— Сложность в написании научно-популярной книги и в написании романа примерно одинаковая. Должна быть интрига, загадка, драма -как хотите, называйте. И должно быть хорошо написано. И это все равно ничего не гарантирует.

Я точно книг писать больше не буду. Статьи в «Природу» и другие научно-популярные журналы — пожалуйста. Их читают, в журналах есть хорошие редакторы, художники, верстальщики. А искать для книги издателя, потом самому делать для нее рисунки, макет — нет уж, это не для меня.

- Можете ли Вы сравнить ситуацию с научно-популярным книгоизданием в России и за рубежом?

— Я не знаю, как дело обстоит там. Знаю только, что там издаются совершенно замечательные научно-популярные книги: Докинза, Циммера, Кэрролла, Ридли, Джонса, Пинкера — и это только по эволюции. Эти книги продаются везде. Я покупал их на вокзалах и в аэропортах. Во всех магазинах есть отдел «Популярная наука». В наших магазинах, насколько я знаю, таких отделов нет. У нас Докинза (отдельное спасибо «Династии» за издание его замечательной книги) продают в отделе «Религия и эзотерика». Что меня радует, ситуация у нас потихоньку меняется. Издали Докинза (но жаль, что только «Бог как иллюзия», а надо, обязательно надо издать его «Слепого часовщика» и «Рассказы предков»), издали Ридли (но жаль, что только «Геном», а надо, обязательно надо издать «Красную королеву»), Пинкера, Шубина, Даймонда… Недавно издали замечательную книгу Александра Маркова «Рождение сложности», и опять же при поддержке «Династии». Так что процесс пошел. Медленно, но пошел. Но заметьте, переводят то, что за рубежом бестселлеры. А с наших требуют финансовую поддержку.

В 2009 г. Павел Бородин был награжден почетным дипломом Президиума РАН за свою популяризаторскую деятельность: цикл работ по эволюции хромосом млекопитающих и работы, посвященные жизни и трудам Чарльза Дарвина. Цитата из сообщения РАН: «П.М. Бородин внес крупный вклад в просвещение и популяризацию достижений биологической науки — генетики, цитогенетики, эволюционной и клеточной биологии. Его научно-популярные публикации отличает доступность, образность и яркость при строгой научной достоверности подачи материала».

Эта формулировка исключительно точно описывает стиль книги «Кошки и гены», с которой началась беседа. Читать ее интересно даже тем, кто не очень интересуется генетикой и кошками. Здесь сплавлены воедино «классический» научно-популярный рассказ со специальными терминами и дружеская беседа с историями из жизни, рассказанными с великолепной иронией.

- Расскажите, пожалуйста, о Вашей научной работе. Какой проблемой Вы занимаетесь сейчас?

— Я занимаюсь анализом поведения хромосом млекопитающих в мейозе. Это один из самых красивых и загадочных процессов из тех, что происходят в живых организмах. Однако желания писать книги про него у меня нет. Научные книги писать очень скучно. И я не уверен, что сейчас они вообще нужны, так быстро все устаревает. А для научно-популярной книги то, чем я занимаюсь, — слишком узкая и специальная область. Слишком далека от народа.

По поводу почти каждой завершенной работы я обычно пишу статью в «Природу» — параллельно или даже до написания научной статьи. Это сильно облегчает процесс. Фокус в том, что, когда пишешь популярную статью, ее надо писать максимально просто, ясно и интересно. В ней должна быть интрига. Завязка, кульминация и развязка (единство места и времени желательно, но необязательно). Точно такой же должна быть и научная статья. Только про это никто не знает. Все считают, что чем более уныло написана статья, тем более она научна.

- Относительно недавно (в конце мая) Вы читали научно-популярную лекцию в научном кафе «Эврика!» в Новосибирске. Насколько современные школьники отличаются от их сверстников до 90-х и в 90-х годах, и стало ли сложнее (или, может быть, наоборот) с ними общаться?

— В кафе школьников не было. Там в основном были мои бывшие студенты. Школьникам я читаю лекции регулярно, но общения при этом нет. Поскольку школьников всегда: и при царе, и при большевиках, и при нынешней свободе -на лекции сгоняли и сгоняют силком и держат под конвоем дюжих учительниц, чтоб они не разбежались, то вопросов они не задают, а немедленно после лекции разбегаются. Хотя лекцию вроде слушают и вроде даже понимают. Это я заключаю из того, что смеются и аплодируют в нужных местах.

- В своей статье, опубликованной в журнале «Наука из первых рук» (№ 4, 2009) [1], Вы говорите о том, что сегодня изменился уровень дипломных работ — это уровень прошлых кандидатских. Между тем, повсеместно жалуются на упадок образования и, как следствие, науки. Есть ли здесь противоречие?

— Я говорил о дипломах, которые делаются на нашей кафедре, в нашем университете. За остальных я не знаю и поэтому не скажу. Судите сами: по требованиям ВАК, для защиты кандидатской диссертации нужна 1 (одна!) статья в журнале из списка ВАК, а в этом списке чего только нет. У меня в 2008 г. защищали дипломы две студентки. У одной на момент защиты была опубликована статья в журнале Genetics, у другой — в Chromosome Research, и еще по одной у каждой в отечественном журнале из того самого списка. Так что «упадка образования и, как следствие, науки» на нашей кафедре, в нашем университете нет. Наверное, потому, что наши студенты делают дипломы в академическом институте, где собственно и делается наука. И ее уровень растет со временем. Как в других местах — не знаю.

- Какие научно-популярные книги, которые Вы читали в детстве и юности, Вам запомнились, и какие Вы считаете образцом научно-популярной литературы?

— В детстве это были «Гомункулус» Плавильщикова, «Охотники за микробами» Поля де Крюи, «В стране дремучих трав» Брагина. В юности — «Неизбежность странного мира» Данина и «Почему я похож на папу» Лучника, «Мама, папа и я» Полынина. Но это была литература тех времен. И она больше для детей. Сейчас образцы научно-популярной литературы для взрослых — это, безусловно, Докинз, Пинкер, Ридли. Их я читаю все и с огромным удовольствием. Чего и вам желаю.

1. Бородин П.М. «Университетская параллель» (pdf) // «Наука из первых рук», № 4 (28), 2009. www.sciencefirsthan-d.ru/pdf/sfh28_40−47.pdf

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи

avatar
  Подписаться  
Уведомление о

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: