Нобелевская премия для женщины в фартуке

Ревекка Фрумкина

Один из моих постоянных корреспондентов из числа работающих «там» прислал мне любопытную статью из интернет-версии газеты Academe (www.aaup.org/AAUP/pubsres/academe/2010/JF/feat/schie.htm). Это издание является органом американской ассоциации университетской профессуры и научных работников (academics; в отсутствие адекватного перевода этого слова приходится говорить о сотрудниках университетов в отличие от студентов).

Публикация эта (авторы — Londa Schiebinger и Shannon K. Gilmartin) касается прежде всего положения женщин-ученых, вынужденных совмещать «дом» и свойственный практически любому серьезному научному сотруднику неограниченный рабочий день.

Признаюсь, я привыкла считать, что проблема дом vs наука сугубо острой является преимущественно у нас (в моих мемуарах «О нас — наискосок» (1997) даже есть небольшой раздел «Женщины в науке»). Мне представлялось, что на Западе — впрочем, о тамошней повседневности я до начала 90-х имела сугубо книжные представления — женщина не стоит перед таким жестоким выбором, прежде всего благодаря упорядоченности быта.

Отчасти так оно и есть, но именно отчасти, хотя наиболее серьезная часть проблемы — на кого оставить детей, пока мать работает, по крайней мере в университетских кругах США и Австралии, решена за счет Day Care Centres, которые есть при любом большом учебном заведении.

Однако Academe оценивает общую нагрузку занятой в науке женщины как чрезмерную. В «семейных» парах (любопытно, что речь везде идет не о супругах, а о парах, живущих вместе и ведущих общее хозяйство, что по-английски передается как partnered women/men) на долю женщины-ученого в среднем приходится 54% времени, затраченного на приготовление пищи, стирку и уборку, тогда как на долю мужчины — только 28%. По данным Academe, в переводе на «чистое время» выходит, что, например, в Стэнфорде вдобавок к почти 60-часовой рабочей неделе (а вы все еще мечтаете там трудиться? — РФ.), женщина еще 10 часов в неделю варит, стирает и убирает, тогда как мужчина тратит на это не более 5 часов.

Справедливо ли это? Хорошо ли, что нобелевский лауреат Кэрол У. Грейдер (кстати сказать, согласно Википедии, мать двоих детей-подростков) узнала о своей Нобелевской премии 2009 г. за открытие теломеразы за стиркой? Разве таково должно быть разумное использование человеческого капитала?

Собственно, основной пафос статьи именно в этом. И если вы думаете, что сказанное выше — это ламентации феминисток, то вы заблуждаетесь. Это выводы из данных большого социологического обследования, проведенного стенфордским Институтом гендерных исследований Клеймена (Clayman Institute for Gender Research) в тринадцати ведущих исследовательских университетах США, где было обследовано 1222 респондента из числа ученых — членов семейных пар (т.е. partnered в указанном выше смысле).

Получилось, что в среднем для поддержания нужд семьи указанной категории граждан требуется 19 часов в неделю. Так, может быть, говорит директор Института Клеймена Лонда Шибингер, государству стоит задуматься над тем, чтобы граждане, столь ценные для социума в целом, получали какую-то поддержку? Например, пусть университетская администрация платит кому-то за стирку и стрижку газонов, а Кэрол Грейдер в это время сможет просто отдохнуть. Ну, не только она, разумеется.

Обратите внимание, что вместо разговоров о равноправии, апелляции к совести мужчин и прочих фиоритур феминистского дискурса типичная для американских дискуссий склонность к конкретике приводит к таким, например, соображениям. Бюджет любой приличной лаборатории — это миллионы долларов. Тем более бессмысленно платить солидные деньги человеку, слишком перегруженному домашними делами, чтобы полностью вкладываться в науку. Следует должны открыто говорить о безусловной социальной ценности труда беби-ситтеров, уборщиц, специалистов по мелкому ремонту и т. п., всячески легализовать эти виды услуг, потому что общество в целом только выиграет от того, что женщины-исследователи не будут разрываться между работой и домом.

К тому же уменьшится объем нелегально оплачиваемых услуг. Согласно данным того же опроса, женщины чаще, нежели мужчины, готовы нанять кого-либо себе в помощь, даже если речь идет о мужчинах, занимающих более высокое положение в университете.

Любопытно, что в тех семьях, где жены не работают, на их долю приходится 76% домашнего труда, а в тех редких случаях, когда дома остаются мужчины, все равно значительная часть домашних дел выпадает на долю женщин. Правда, ученые мужи при ученых женах нередко любят готовить — таковых 41%. Зато если жена просто где-то служит, то ученый муж занят лишь на 33%, тогда как женщине-ученому никакой поблажки не будет: работающий вне науки муж взвалит на ученую супругу 61% работы по дому.

Иными словами, даже относительное равенство наблюдается лишь там, где оба партнера принадлежат к академической среде. Но и здесь детьми занимаются преимущественно матери (54 против 36% времени отцов). В итоге уменьшаются и шансы женщины с маленьким ребенком на получение «постоянной позиции» (tenure); соответственно многие молодые и способные женщины сомневаются в самой уместности выбора для себя научной карьеры.

Оно и понятно, если 60-часовая рабочая неделя является «нормой»; а в периоды «пиковой» нагрузки, по словам Лоренса Саммерса, бывшего президента Гарварда, случается работать и по 80 часов в неделю. Как заметил один ученый-химик из числа опрошенных, сама по себе многочасовая занятость вовсе не гарантия подлинной творческой продуктивности.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи

avatar
  Подписаться  
Уведомление о

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: