Лев Клейн: Сами с усами. К спору о варягах

Лев Клейн

Лев Клейн

Пуб­ли­ку­ем ста­тью наше­го посто­ян­но­го авто­ра, извест­но­го рос­сий­ско­го архео­ло­га, исто­ри­ка Льва Саму­и­ло­ви­ча Клей­на, посвя­щен­ную непре­кра­ща­ю­ще­му­ся науч­но­му спо­ру о том, какую роль игра­ли варя­ги в раз­ви­тии рос­сий­ско­го госу­дар­ства.

Одна моя книж­ка, напи­сан­ная почти пол­ве­ка назад, изда­ет­ся впер­вые сей­час. Это ред­ко про­ис­хо­дит с науч­ны­ми кни­га­ми, в архео­ло­гии – осо­бен­но. Ведь в ней источ­ни­ки удва­и­ва­ют­ся за каж­дые 30 лет. А вот не уста­ре­ла! И я уве­рен, что кни­га будет рас­куп­ле­на сра­зу. Пото­му что тема ее – спор о варя­гах. И кни­га – не толь­ко о фак­тах, но и о самом спо­ре. О под­хо­де к ана­ли­зу фак­тов, об объ­ек­тив­но­сти и пред­взя­то­сти – неуми­ра­ю­щая тема. А в спо­ре этом мно­гое было накру­че­но и напу­та­но, при­чем наме­рен­но, и про­тив­ни­ки обви­ня­ли в этом про­ти­во­по­лож­ную сто­ро­ну. Я напи­сал эту кни­гу со всей доступ­ной мне объ­ек­тив­но­стью, чест­но, откры­то, невзи­рая на лица.

Поче­му же я не опуб­ли­ко­вал ее тогда и решил­ся пуб­ли­ко­вать ее толь­ко сей­час? Про­ана­ли­зи­ро­вав все фак­ты, я при­шел тогда к выво­ду, что варя­ги – это нор­ман­ны (шве­ды, нор­веж­цы и дат­чане), что они в IX веке захва­ти­ли все основ­ные восточ­но-сла­вян­ские горо­да, поса­див там сво­их кня­зей, что от них про­ис­хо­дит назва­ние «рус­ские», что эти собы­тия сыг­ра­ли вид­ную роль в ста­нов­ле­нии рус­ской госу­дар­ствен­но­сти. Что лето­пи­сец был прав («от них же и ны про­зва­ша­ся»), а все попыт­ки пере­кру­тить его пока­за­ние исхо­дят из поже­ла­ния, что­бы это­го фак­та в рус­ской исто­рии не было. А он был.

Все име­на пер­вых рус­ских кня­зей – не сла­вян­ские (как Свя­то­слав, Все­во­лод), не биб­лей­ские (как Иоанн, Миха­ил), не гре­че­ские (как Алек­сандр), а рас­кры­ва­ю­щи­е­ся со скан­ди­нав­ских кор­ней (Рюрик, Олег, Игорь, Оль­га). Араб­ские источ­ни­ки сооб­ща­ют, что русы живут на ост­ро­ве, при­хо­дят в зем­лю сла­вян, гра­бят их и берут дань. Визан­тий­ский импе­ра­тор Кон­стан­тин Баг­ря­но­род­ный в Х веке сооб­ща­ет два ряда назва­ний дне­пров­ских поро­гов – сла­вян­ский и рус­ский. Пер­вый ряд зву­чит близ­ко к совре­мен­но­му: Неа­сит (Неясыть, нынеш­ний Нена­сы­тец), Вуль­ни­прах (Вол­но­вой порог), Отро­ву­ни­прах (Ост­ров­ной порог) и т.п., вто­рой рас­кры­ва­ет­ся со скан­ди­нав­ских кор­ней (Аир­фор – нена­сыт­ный порог, Улвор­си – ост­ров­ной порог и др.). Или взять север­ный этно­ним «руос­си» – фин­ны дол­го зва­ли так не сла­вян, а шве­дов. И т.д. На каж­дый из этих и подоб­ных фак­тов есть мно­же­ство попы­ток ино­тол­ко­ва­ний, опро­вер­же­ний, воз­ра­же­ний. Но фак­тов в сово­куп­но­сти слиш­ком мно­го.

Скандинавская фибула (застежка женского плаща)

Скан­ди­нав­ская фибу­ла
(застеж­ка жен­ско­го пла­ща)

Через два поко­ле­ния кня­зья и варяж­ская часть дру­жи­ны осла­вя­ни­лись, и роль варя­гов сошла на нет. Я напи­сал эту кни­гу в 1960 г., полу­чил хоро­шие отзы­вы от дека­на В.В.Мавродина на пуб­ли­ка­цию. Но опуб­ли­ко­вать такую кни­гу было крайне слож­но.

Для непред­взя­то­го чело­ве­ка фак­ты были ясны. В том же 1960 г. в Мос­ков­ском уни­вер­си­те­те сту­дент-исто­рик подал про­фес­со­рам рабо­ту с ана­ло­гич­ным содер­жа­ни­ем. Его исклю­чи­ли из уни­вер­си­те­та, затем он попал в тюрь­му и в кон­це кон­цов ока­зал­ся за гра­ни­цей. Он стал извест­ным дис­си­ден­том – это Андрей Амаль­рик.

Наш факуль­тет был тогда либе­раль­нее мос­ков­ско­го. Одна­ко и у нас на мои взгля­ды мно­гие коси­лись с опас­кой, а орга­ни­зо­ван­ный мною сла­вя­но-варяж­ский семи­нар со сту­ден­та­ми вызы­вал воз­му­ще­ние пар­тий­ных идео­ло­гов факуль­те­та. Но при­хо­дить на заня­тия, пря­мо кон­тро­ли­ро­вать речи пре­по­да­ва­те­лей у нас было не при­ня­то. Меня реши­ли вызвать на дис­кус­сию. И либо я пря­мо изло­жу свои взгля­ды – тут-то меня и накро­ют, либо я буду изво­ра­чи­вать­ся и ухо­дить от пря­мо­го отве­та – но с каки­ми гла­за­ми я назав­тра пока­жусь перед сту­ден­та­ми?

На 24 декаб­ря 1965 г. была назна­че­на дис­кус­сия – обсуж­де­ние толь­ко что вышед­шей кни­ги И.П.Шаскольского «Нор­манн­ская тео­рия в совре­мен­ной бур­жу­аз­ной нау­ке». Кафед­ре архео­ло­гии было пред­пи­са­но выдви­нуть сво­е­го участ­ни­ка. Я и дол­жен был высту­пить про­тив Иго­ря Пав­ло­ви­ча.

Дело в том, что уже боль­ше двух веков шел спор нор­ма­ни­стов с анти­нор­ма­ни­ста­ми. Нор­ма­ни­сты – это были те, кто при­зна­вал уча­стие и роль нор­ман­нов, анти­нор­ма­ни­сты отвер­га­ли это как вра­же­ское измыш­ле­ние. Спор шел непре­рыв­но, но яркие вспо­ло­хи вспы­хи­ва­ли с замет­ной пери­о­дич­но­стью в сто лет. Пер­вая вспыш­ка была в 1760-е годы – это зна­ме­ни­тая бата­лия меж­ду М.В.Ломоносовым и Г.Ф.Миллером. Мил­лер опи­рал­ся на лето­пи­си и отста­и­вал объ­ек­тив­ную нау­ку, а Ломо­но­сов, про­слав­лен­ный откры­ти­я­ми в точ­ных нау­ках, в исто­рии был про­фа­ном и осно­вы­вал­ся на «Синоп­си­се» – позд­нем поль­ско-укра­ин­ском пере­ло­же­нии древ­них источ­ни­ков, а глав­ное – на сво­их пат­ри­о­ти­че­ских эмо­ци­ях. Он отста­и­вал идею, что варя­ги вооб­ще были не нор­ман­на­ми, а запад­ны­ми сла­вя­на­ми.

Вто­рая вспыш­ка спо­ра была в 1860 г. Тогда на дис­кус­сию в акто­вом зале Петер­бург­ско­го уни­вер­си­те­та при­е­хал из Моск­вы нор­ма­нист М.П.Погодин, извест­ный про­фес­сор-исто­рик, а анти­нор­ма­нист­скую пози­цию защи­щал петер­бур­жец Н.И.Костомаров. Сте­че­ние пуб­ли­ки было огром­ное. Биле­ты в Акто­вый зал про­да­ва­лись втри­до­ро­га – по цене рома­нов­ско­го полу­шуб­ка. Анти­нор­ма­низм уже не отста­и­вал сла­вян­скую при­над­леж­ность варя­гов, но выво­дил варя­гов из При­бал­ти­ки – из жму­ди, литов­ско­го пле­ме­ни.

С тех пор в дис­кус­сию всту­пи­ли архео­ло­ги и обру­ши­ли на анти­нор­ма­ни­стов без­дну нор­манн­ских вещей и ком­плек­сов с восточ­но­сла­вян­ской тер­ри­то­рии – грив­ны с моло­точ­ка­ми Тора (свя­щен­ный объ­ект, не пред­мет для тор­гов­ли), фибу­лы, погре­бе­ния в ладье и т.д. Это я и отра­зил в сво­ей кни­ге, взве­сив все «за» и «про­тив». Уже имея эту руко­пись и пять лет допол­ни­тель­ных иссле­до­ва­ний за пле­ча­ми, я был готов к дис­кус­сии.
В ней мне и над­ле­жа­ло защи­щать фак­ты нор­манн­ско­го при­сут­ствия про­тив Шас­коль­ско­го, кото­рый отста­и­вал анти­нор­ма­низм, но уме­рен­ный, осто­рож­ный, скеп­ти­че­ский. Он пола­гал­ся на уве­ре­ния пат­ри­о­ти­че­ски настро­ен­ных архео­ло­гов, что нор­манн­ских вещей у нас мало, что это импорт, и т.п. Мы про­ве­ли под­сче­ты: ока­за­лось, что мало толь­ко в общем объ­е­ме древ­но­стей, а вот если рас­счи­тать толь­ко для IX-Х вв., то ока­жет­ся, что в Север­ной Руси воз­ле город­ских цен­тров да в верх­нем соци­аль­ном слое нор­ман­нов даже боль­ше, чем сла­вян, а боль­ше все­го – мест­но­го насе­ле­ния с фин­но-бал­тий­ской куль­ту­рой.

Дис­кус­сия была объ­яв­ле­на малень­кой бумаж­кой, при­шпи­лен­ной к две­рям ауди­то­рии 70 – боль­шой ауди­то­рии исто­ри­че­ско­го факуль­те­та, но людей наби­лось со всех факуль­те­тов мно­же­ство, было не про­дох­нуть, и про­дол­же­ние дис­кус­сии при­шлось пере­не­сти в лек­то­рий ист­фа­ка. Я пре­крас­но пони­мал, что на все мои фак­ты (сколь бы они ни были весо­мы) мне будет ска­за­но, что я их непра­виль­но тол­кую. Поэто­му мы (я с уче­ни­ка­ми и еди­но­мыш­лен­ни­ка­ми) при­пас­ли так­же аргу­мен­ты, не очень весо­мые в нау­ке, но для моих про­тив­ни­ков кар­ди­наль­ные: что соци­о­по­ли­ти­че­ская окрас­ка пози­ций в этом спо­ре не раз меня­лась места­ми, что как раз ко вре­ме­ни дис­кус­сии вокруг анти­нор­ма­нист­ско­го зна­ме­ни спло­ти­лись про­тив­ни­ки совет­ской нау­ки; что Маркс. А во всех учеб­ни­ках при­во­ди­лась анти­нор­ма­нист­ская цита­та из Марк­са: при­быв­шие на Русь нор­ман­ны «быст­ро осла­вя­ни­лись, что вид­но из их бра­ков и их имен». Цита­та была взя­та из не пере­ве­ден­ной тогда руко­пи­си Марк­са, не вошед­шей в его собра­ние сочи­не­ний. Мы про­чли её в ори­ги­на­ле. Ока­за­лось, что перед ней у Марк­са сто­я­ло еще четы­ре сло­ва: «Мне могут воз­ра­зить, что». На язы­ке наших про­тив­ни­ков Маркс был заяд­лым нор­ма­ни­стом.

Наши про­тив­ни­ки запас­лись санк­ци­я­ми Обко­ма на наш раз­гром в слу­чае реа­ли­за­ции их пла­нов в дис­кус­сии – на мое уволь­не­ние (в луч­шем слу­чае), роспуск семи­на­ра и т.п. Но в ходе дис­кус­сии они ста­ли слать в пре­зи­ди­ум запис­ки с прось­бой снять их запла­ни­ро­ван­ные выступ­ле­ния. Санк­ции при­ме­нить не полу­чи­лось. Мы отсто­я­ли еще лет пят­на­дцать иссле­до­ва­ний, а в 1970 г. опуб­ли­ко­ва­ли кол­лек­тив­ный труд (под редак­ци­ей того же Шас­коль­ско­го!) о состо­я­нии архео­ло­ги­че­ских дан­ных по этой про­бле­ме. Чет­ве­ро моих «семи­на­ри­стов» тогда же ста­ли чле­на­ми кафед­ры, еще один (несколь­ко поз­же) – завом кафед­рой и дирек­то­ром Инсти­ту­та исто­рии мате­ри­аль­ной куль­ту­ры РАН. Все они опуб­ли­ко­ва­ли док­тор­ские дис­сер­та­ции по этой тема­ти­ке. 

Через 30 лет после этой тре­тьей «нор­манн­ской бата­лии», в 1995 г., был тор­же­ствен­но отме­чен её юби­лей, с докла­да­ми и при­вет­стви­я­ми. Я тогда делал доклад с «тер­ми­наль­ным» назва­ни­ем: «Конец дис­кус­сии». Каза­лось, всё настоль­ко ясно и дока­за­но, что спо­рить уже не о чем, что анти­нор­ма­низм окон­ча­тель­но пере­шел из про­фес­си­о­наль­ной нау­ки в сфе­ру поп-нау­ки и стал заня­ти­ем свих­нув­ших­ся фана­ти­ков-наци­о­на­ли­стов. Имен­но поэто­му пуб­ли­ка­ция моей ста­рой руко­пи­си с подроб­ным ана­ли­зом аргу­мен­тов обе­их сто­рон ста­ла мне казать­ся
излиш­ней, а руко­пись без­на­деж­но уста­ре­лой. Ну, что тол­ку лиш­ний раз дока­зы­вать, что зем­ля круг­лая, что она вра­ща­ет­ся вокруг солн­ца, что тео­рия эфи­ра невер­на.

Ан нет! Жив курил­ка! Обще­ствен­ная атмо­сфе­ра в госу­дар­стве изме­ни­лась. Сно­ва выхо­дят тома с анти­нор­ма­нист­ской кон­цеп­ци­ей. Более того, совре­мен­ные анти­нор­ма­ни­сты-про­фес­си­о­на­лы вер­ну­лись к вари­ан­ту Ломо­но­со­ва – опять объ­яви­ли варя­гов сла­вя­на­ми. Ныне нет недо­стат­ка в после­до­ва­те­лях его оды «Нас раб­ство под тво­ей дер­жа­вой укра­ша­ет», появи­лись и адеп­ты его исто­ри­че­ских сочи­не­ний. Сто­ро­ну этих ярых гони­те­лей нор­ма­низ­ма занял до недав­них дней дирек­тор Инсти­ту­та исто­рии Рос­сии РАН А.Н.Сахаров, член.-корр. РАН (не спу­тай­те, это дру­гой Саха­ров!). По Саха­ро­ву, Рюрик был не скан­ди­на­вом, а нашим, род­ным, кали­нин­град­ским, то бишь южно-бал­тий­ским, сла­вя­ни­ном, а варя­ги – те же сла­вяне ваг­ры. Меж­ду варя­га­ми и вагра­ми такое же род­ство, как меж­ду вареж­кой и вагран­кой, но может ли это сму­тить пат­ри­о­та?

Этот член.-корр. (кото­рый, не забу­дем, явля­ет­ся дирек­то­ром голов­но­го инсти­ту­та исто­рии стра­ны!) зачис­ля­ет всех, кто не согла­сен с его трак­тов­кой, в нор­ма­ни­сты, а о нор­ма­низ­ме выра­жа­ет­ся в сле­ду­ю­щих фор­му­ли­ров­ках: «нор­ма­низм, пита­е­мый в основ­ном поли­ти­че­ски­ми импуль­са­ми и амби­ци­я­ми из-за рубе­жа, свил себе гнез­до и на рус­ской поч­ве», он воз­ник «в агрес­сив­ных и экс­пан­си­о­нист­ских кру­гах» Запа­да, а мне­ние о том, что варя­ги – скан­ди­на­вы, «эта сто­ро­на нор­ма­низ­ма ярост­но и агрес­сив­но отста­и­ва­ет­ся в основ­ном неболь­шой груп­пой фило­ло­гов», постро­ив­ших свои кон­струк­ции «на глу­бо­ко тен­ден­ци­оз­ной осно­ве»; «опре­де­лен­ную под­держ­ку новей­шие нор­ма­ни­сты име­ют сре­ди неко­то­рых уче­ных Запа­да» (Саха­ров А.Н., 2002), «Соли­дар­ность и конъ­юнк­тур­ный рас­чет лежит в осно­ве это­го опас­но­го един­ства, покры­ва­ю­ще­го душ­ным тума­ном рус­скую нау­ку». О вид­ной скан­ди­на­вист­ке, док­то­ре наук он отзы­ва­ет­ся так: «…наша исто­рио­гра­фия со вре­ме­ни отпе­тых нор­ма­ни­стов XIX в. не зна­ла ниче­го подоб­но­го. Мы сно­ва воз­вра­ща­ем­ся в эпо­ху нор­ма­нист­ских мифов, затас­кан­ных кли­ше про­шло­го, отсут­ствия науч­ных аргу­мен­тов и амби­ци­оз­ной наг­ло­сти» (Саха­ров А.Н., 2003).
Какой зна­ко­мый сло­варь! Как быст­ро А.Н.Сахаров вос­ста­но­вил свою совет­скую фра­зео­ло­гию! (он тогда писал о «борь­бе с нор­ма­ни­ста­ми всех мастей»).

В этой обста­нов­ке я решил, что моя руко­пись 1960 г. ста­но­вит­ся вновь акту­аль­ной. На место мифов и хит­ро­ум­ных измыш­ле­ний нуж­но дей­стви­тель­но поста­вить пря­мой ана­лиз фак­тов и аргу­мен­тов. Оста­вив руко­пись 1960 г. без изме­не­ний, я доба­вил к ней сохра­нив­ши­е­ся мате­ри­а­лы дис­кус­сии 1965 года, после­ду­ю­щие ста­тьи на эту тему и совре­мен­ные ком­мен­та­рии.

Пре­дви­жу недо­умен­ный вопрос неко­то­рых чита­те­лей, вос­пи­тан­ных в тра­ди­ци­ях анти­нор­ма­нист­ской борь­бы, раз­об­ла­че­ний и т.п.: а раз­ве не нуж­но раз­об­ла­чать «нор­манн­скую тео­рию», не нуж­но пре­одо­ле­вать нор­ма­низм?
Подроб­но я отве­чаю на этот вопрос в сво­ей кни­ге. А здесь огра­ни­чусь несколь­ки­ми заме­ча­ни­я­ми.
Ника­кой нор­манн­ской тео­рии нет и не было. Вооб­ще не вся­кая гипо­те­за ведет к тео­рии. Есть гипо­те­зы, кото­рые, будучи опро­верг­ну­ты, исче­за­ют, а будучи под­твер­жде­ны, пре­вра­ща­ют­ся в фак­ты нау­ки. В тео­рии пре­вра­ща­ют­ся лишь неко­то­рые гипо­те­зы. Вопрос о реаль­ной роли нор­ман­нов к ним не при­над­ле­жит. Спор шел о фак­тах, об их нали­чии, их объ­е­ме, оцен­ке их зна­че­ния.

Вот анти­нор­ма­низм, т.е. заве­до­мое отри­ца­ние этих фак­тов и их зна­че­ния, – это реаль­ность. Но реаль­ность не объ­ек­та нау­ки, а науч­ной жиз­ни. Стран­ное дело, анти­нор­ма­низм, за ред­чай­ши­ми исклю­че­ни­я­ми, – реаль­ность исклю­чи­тель­но оте­че­ствен­ной нау­ки. Никто в мире его не при­зна­ет. Если не при­дер­жи­вать­ся баек о том, что Рос­сия – един­ствен­ная оби­тель исти­ны, что вокруг одни вра­ги и русо­фо­бы, то это крайне подо­зри­тель­ный фено­мен. Ведь нет подоб­но­го отвер­же­ния ни рус­ско­го лите­ра­ту­ро­ве­де­ния, ни рус­ской антро­по­ло­гии, ни рус­ской фило­со­фии. Толь­ко лысен­ков­ская анти­ге­не­ти­ка вызы­ва­ла подоб­ное же оттор­же­ние.

Более того, часть Фран­ции была заво­е­ва­на нор­ман­на­ми (Нор­ман­дия), Англия тоже была заво­е­ва­на нор­ман­на­ми, при­чем два­жды: один раз – дана­ми, дру­гой – офран­цу­жен­ны­ми нор­ман­на­ми из Нор­ман­дии. Но ни во Фран­ции, ни в Англии мест­но­го анти­нор­ма­низ­ма нет и не было. Он есть толь­ко у нас. Поче­му?

Пото­му что он явля­ет­ся рефлек­сом не состо­я­ния фак­ти­че­ской базы, а состо­я­ния умов. Пото­му что это ком­плекс непол­но­цен­но­сти, осно­ван­ный на наших реаль­ных недо­стат­ках, на болез­нен­ном вос­при­я­тии все­го, что о них напо­ми­на­ет. Пото­му что мы дей­стви­тель­но ныне на деле не можем сорев­но­вать­ся с веду­щи­ми стра­на­ми Евро­пы в про­мыш­лен­ном раз­ви­тии, вынуж­де­ны заим­ство­вать у них мно­гое. Доб­ро бы мето­ды и ноу-хау (как Япо­ния), а то ведь про­сто гото­вые изде­лия. Где наши Фор­ды, Пежо, Фолькс­ва­ге­ны, Ролс-Рой­сы, Той­о­ты и Маз­ды? Где наши ком­пью­те­ры и мобиль­ни­ки? Поче­му наши пар­тии – это паро­дии на пар­тии, а пар­ла­мент – «не место для дис­кус­сий»? Анти­нор­ма­низм – это урод­ли­вая реак­ция на глу­бо­кое чув­ство неудо­вле­тво­рен­но­сти сво­ей пози­ци­ей в мире, на уязв­лен­ность наци­о­наль­но­го само­лю­бия. Это попыт­ка спра­вить­ся с недо­стат­ка­ми тем, что­бы закрыть на них гла­за и вооб­ра­зить, что у нас нико­гда не было ниче­го подоб­но­го. Мы все­гда были сами с уса­ми.

Иллю­зии нико­гда не помо­га­ли спра­вить­ся с труд­но­стя­ми. Думать надо о при­чи­нах недо­стат­ков. Одни объ­яс­ня­ли их суро­вы­ми при­род­ны­ми усло­ви­я­ми Рос­сии (но в Скан­ди­на­вии – не мяг­че), дру­гие – исто­ри­ей (здесь не было Воз­рож­де­ния, Рефор­ма­ции, Про­све­ще­ния, позд­няя отме­на кре­пост­но­го пра­ва). Так или ина­че – это реаль­ность. Анти­нор­ма­низм – это попыт­ка уйти от нее в иллю­зор­ный и бла­гост­ный мир сла­вян­ско­го мифа.

  1. Саха­ров А.Н. Рюрик и судь­бы рос­сий­ской госу­дар­ствен­но­сти /​/​ Рос­сий­ская газе­та, 27 сен­тяб­ря 2002
  2. Саха­ров А.Н. Рюрик, варя­ги и судь­бы рос­сий­ской госу­дар­ствен­но­сти /​/​ Сбор­ник Рус­ско­го Исто­ри­че­ско­го Обще­ства, 8 (156). Анти­нор­ма­низм. М.: «Рус­ская пано­ра­ма», 2003

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (5 оценок, среднее: 3,40 из 5)
Загрузка...
 
 

Метки: , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *