Метка: Ревекка Фрумкина

Одна из отличительных черт нашего интеллектуального сообщества (я продолжаю верить, что оно существует не только в моем воображении) — это его фрагментированность.

Я далека от мысли, что Андрей Александрович Фурсенко и вправду думает, что высшую математику в средней школе не надо преподавать никому.

Наш постоянный колумнист Ревекка Фрумкина представила статью, дискуссионно направленную против статьи Александра Азбеля «Зачем нужна наука?»

Как у меня возникла мысль организовать семинар дома — я не помню. Скорее всего, отчетливого «первотолчка» не было. Правда, ко времени первых заседаний — а это 1967 год — у меня был опыт участия в двух неформальных семинарах, собиравшихся десятью годами ранее в стенах вполне официальных учреждений.

Известный ленинградский лингвист, ученик великого Щербы, профессор Лев Рафаилович Зиндер много лет назад сказал мне, что он никогда не читает мемуаров: «Все вранье!» — заключил мой собеседник, отнюдь не склонный к категоричности. Дело было в конце 60-х, интересных мемуаров было тогда немного. «Некрополь» Ходасевича — одна их моих любимых книг — был доступен лишь в машинописи.

В преддверии Нового года коллектив авторов «Троицкого варианта» по мере сил и возможностей ответил на три вопроса.

Вот и Рождество. И опять кризис. Но другой. Тогда у нас дома почти не топили, зарплату платили изредка, еда не покупалась, а добывалась. Кое-кто уже уехал, но все близкие друзья были живы. Не скажу, что «мы были молоды», однако продолжение этого клише соответствует тогдашней реальности — мы «были полны надежд».

Поэт сказал это о друзьях, переселившихся в мир иной. Ностальгия по временам — чуждое мне чувство. Но вот по людям. по атмосфере. Я так и не побывала в Академгородке, куда во второй половине 60-х меня нередко звали прочитать лекции, погостить, просто подышать другим воздухом, — там жили и работали мои учителя, друзья, коллеги. Но я тогда долго и тяжело болела, так что дело ограничивалось перепиской и встречами в Москве.

Везде кризис. Или разговоры о нем. Или страхи. В бюджете Академии наук зарплата сотрудников — не та статья расходов, на которой можно сэкономить, но уж, конечно, денег нам не прибавят.

В заглавие я вынесла слова ректора МГУ В.А.Садовничего, сказанные им более шести лет назад. Фраза про умы полностью выглядела так: «Зато умы — то, что может быть у нас всегда». Сказано это было в контексте разговора об «утечке мозгов».

Сейчас опять активно обсуждается вопрос о привлечении научной диаспоры как минимум к активному сотрудничеству, а как максимум — к созданию для уехавших специальных условий, которые бы способствовали хотя бы временному их возвращению в родные пенаты.

малыматика Ученым не рождаются, ученым становятся. Воспитание, полученное в детстве, разбуженное или оставшееся в зачаточном состоянии умение думать, фантазировать, творить, сомневаться, интересоваться всеми аспектами бытия — оказывают огромное влияние на последующую жизнь человека. ТрВ публикует фрагмент из статьи Р.М.Фрумкиной, в которой она рассказывает о новой книге «Малыши и математика. Домашний кружок для дошкольников» известного математика Александра Звонкина.

Словосочетание «в возрасте» для меня все еще непривычно: имея в виду лиц старше 55, я обычно говорю «ему (ей) лет уже порядочно». Но я не пурист — так что далее для удобства я все-таки воспользуюсь этим оборотом речи.

На одном почтенном сайте, посвященном жизни науки, сообщалось, что на днях собирается большая конференция, посвященная возможным механизмам реформы нашей науки. Именно науки, а не Академии наук.

Я задумалась о том, отчего мне сама тема конференции кажется заведомо провальной, хотя за полвека работы в науке я успела перевидать, как мне кажется, почти все формы наших научных учреждений — институты Большой Академии, «малых Академий» — педагогических и медицинских наук; институты открытые, закрытые и совсекретные, исследовательские кафедры и лаборатории — столичные и провинциальные, процветающие и увядающие.

Нынче идея, что одно из важнейших условий развития нашей науки — это омоложение кадров, не просто популярна, а надоедливо популярна. При этом стыдливо обходится вопрос: а откуда взять такие деньги на оплату молодых кадров, чтобы они могли и в самом деле заниматься наукой, а не заработками?

Известный физик Л.И.Мандельштам любил в своих лекциях приводить пример с набором железных и медных шариков разного размера, который требуется описать. Если эти шарики сортировать с помощью сита, набор будет описан как состоящий из больших и маленьких шариков…

Меня давно занимает вопрос о том, как в нынешних реалиях следует понимать эрудицию. Под «нынешними реалиями» я понимаю не абсурдный объем школьных программ, а мгновенную доступность сведений, обеспечиваемую Интернетом.