Метка: Павел Амнуэль

28 марта в № 225 ТрВ-Наука была опубликована интересная статья Антона Первушина «Проблемы научной фантастики в России: мнимые и реальные». Соглашусь с А. Первушиным в определении предмета разговора. ННФ («научная научная фантастика», на Западе обычно — hard science fction) — это фантастический текст, «отличающийся от остальных явным присутствием научного поиска (в более широком смысле — научного мышления) в качестве повествовательной доминанты». Однако в статье есть утверждения, с которыми хотелось бы поспорить, и при этом нет критериев ННФ, которые, как мне кажется, должны присутствовать, иначе цель воссоздания ННФ в России не будет достигнута.

23 сентября в Санкт-Петербурге прошли Вторые научно-литературные чтения имени Александра Беляева и были вручены премии имени Беляева за лучшие научно-популярные публикации 2015 года. Читая в качестве члена жюри номинированные на Беляевскую премию произведения, я получил огромное удовольствие: по-моему, все книги, статьи и прочие публикации были достойны награды! Порадовали и тиражи: если несколько лет назад научно-популярные книги в России выходили скромными тиражами 300– 500 экземпляров, то сейчас средний тираж достиг 3–4 тысяч.

15 октября Генриху Сауловичу Альтшуллеру исполнилось бы 90 лет. Он ушел из жизни 18 лет назад, но я и сегодня продолжаю задавать ему каверзные вопросы и слышу в ответ тихий иронический голос. Эти диалоги, которые я веду сам с собой, помогают думать, работать, жить…

Фантасты изображают большинство внеземных цивилизаций антропоморфными вплоть до полной неотличимости от человека. Попадаются произведения с негуманоидными персонажами, но и эти персонажи отличаются от человека чаще всего формой, а не содержанием. Совсем редки произведения, где иной разум непонятен, а контакт невозможен. Последний тип разума представлялся наиболее вероятным в реальности, но, за редкими исключениями, далеким от литературы. Космос — иная среда обитания, иная эволюция, иное отношение к реальности. Иное всё!

Характерная особенность современной русскоязычной научной фантастики: ее не существует. Отдельные имена есть, литературного направления нет. Это не мое мнение, а мнение экспертов, критиков и ценителей. Хотя мой опыт их мнению не противоречит.

То, что сейчас называют научно-фантастической литературой,так же отличается от НФ 60-х годов прошлого века, как весельная лодка от катера на подводных крыльях.

С развитием технологий всё большую популярность приобретает печать книг на заказ (print on demand). Например, на эту систему многие крупные научные издательства перевели книги прошлых лет, тиражи которых уже распроданы.

Продолжая тему научно-популярной литературы, мы попросили коллег из разных точек земного шара поделиться своими впечатлениями о ситуации с подобными книгами в их странах.

Книга была и остается самым популярным символом, связанным со знаниями, культурой. Мы с содроганием думаем о разрушении Александрийской библиотеки. С придыханием говорим о таких гигантских собраниях, как Ленинка или Библиотека Конгресса.

Во времена Жюля Верна не существовало обширной научно-популярной литературы и функцию популяризации научных и технических знаний вынужденно взяла на себя НФ.

Мы попросили ученых и научных журналистов (которые тоже часто выступают в качестве экспертов) рассказать о своем опыте общения с ТВ, желательно с конкретными примерами.

Сколько сейчас в мире людей, верящих в Бога, и сколько атеистов? Похоже, что атеисты в меньшинстве. Собственно, мы всегда и были в меньшинстве. В прежние века в Бога (или богов) верили все, это было так же естественно, как видеть солнце. Достижения науки способствовали распространению атеизма, и в наши дни большая часть научных работников, судя по регулярно проводящимся на Западе опросам, в Бога не верит.

Научно-популярная литература в России стала явлением скорее виртуальным и не способным конкурировать с многочисленными изданиями по эзотерике и оккультизму.

Довольно давно, когда в российской фантастике только еще поднималась «шестая волна» (сейчас, говорят, уже идет на спад седьмая), мне довелось участвовать в дискуссии о том, что приключилось с направлением в фантастической литературе…

В преддверии Нового года коллектив авторов «Троицкого варианта» по мере сил и возможностей ответил на три вопроса.