Метка: Ирина Левонтина

К концу 2013 года мы должны забыть слово портянки», — заявил недавно Сергей Шойгу. Похоже, тут действительно немаловажно само слово. Портянки — слово, которое ассоциируется с чем-то кондовым, застарелым и незатейливым…

Это одно из общих мест: русский язык, мол, ' страдает от Интернета вообще и социальных сетей в частности. Об этом обычно спрашивают корреспонденты: ну как Вы думаете, ведь Интернет же плохо влияет на язык?

Что-то редко я в последнее время пишу о смешных названиях магазинов, о забавных детских фразочках… Всё больше о судебных перлах и прочих малоприятных казусах. Надо будет с нового года исправиться. А с другой стороны – что делать? Наступают же со всех сторон!

Так уж получается, что мы в последнее время только и делаем, что читаем разные юридические документы: обвинительные заключения, приговоры, протоколы… Вот, к примеру, замечательный текст — «Постановление о привлечении в качестве обвиняемого».

Много лет назад в каком-то романе меня поразила одна сцена. Там герой приходит навестить больную героиню и разговаривает с нею, стараясь не дышать, по­тому что ему неприятен кислый запах, который он связывает с бо­лезненным состоянием девушки…

Дело было в начале 80-х. Я училась тогда в Универси­тете, и летом мы поехали в диалектологическую экс­педицию в Архангельскую область. И вот идем мы из одной деревни в другую, это несколько километров, кругом, сколько хватает глаз, каргопольские просторы.

Читаю кассационное определение Коллегии Мосгорсуда по делу Pussy Riot: «Толоконникова Н.А., Самуцевич Е.С. и Алехина М.В. признаны ви­новными в хулиганстве, … совершенном … по мотивам ненависти в отношении какой-либо социальной группы …»

На работе я занимаюсь тем, что пишу словарные статьи. Собственно, весь наш сектор работает над составлением словарей. Сло­варь — жанр строгий, и все соображения, которые возникают по поводу того или иного слова, туда не впихнешь. Так я вам расскажу.

Тут я на одной конференции слушала доклад М. Гельфанда — что-то биоинформатическое для чайников. И вот, сказав в очередной раз фразу типа бактерии умеют то-то и то-то, он оговорился, что во всех подобных случаях может сформулировать это строго и верифицируемо, но будет длинно. И я в очередной раз завистливо подумала, что у нас в науке не так.

В субботу 15 сентября в Москве состоялся «Марш миллионов», в котором приняли участие от 14 (по оценкам полиции) до 100 (по оценкам самих протестующих) тысяч человек.

А в августе, как водится, вспоминали путч: трясущиеся руки Янаева, Ельцин на танке. И вот в который уже раз в обращении ГКЧП меня зацепила эта формулировка: «в отдельных местностях Советского Союза». Она какая-то неловкая.

Итак, вечер, как говорится, перестает быть томным. Это я об аресте эксперта Пензенского НИИ сельского хозяйства Ольги Зелениной, обвиненной в «пособничестве контрабанды наркотических средств в особо крупном размере».

Значит, история такая. Все, наверно, помнят недавний случай с профессором Рябовым, который учил себе в ЦМШ детей играть на фортепиано, а потом одна девочка не получила чаемого ее мамой первого места на конкурсе, а только второе, а потом мама со скандалом забрала дочь от профессора.

В последнее время модно придумывать слова. И гордиться, если какое-нибудь из них прижилось. Последнее, впрочем, случается не часто. Потому что это не такое простое дело — нет, не придумать слово, это-то сколько угодно, а привить его, как черенок к чужому стволу.

Как будто измышления могут быть правдивыми. Ну да ладно. Вот уже довольно давно, когда я в метро перехожу с Охотного ряда на Театральную, я слышу одно объявление, над которым каждый раз задумываюсь.

Девушка Света из Иванова запомнилась не только чудесными рассуждениями, но в первую очередь фразой, немедленно превратившейся в мем: «Мы стали более лучше одеваться». Эта фраза так всем понравилась, что ее стали писать на плакатах и всячески пародировать.

Очень активизировались разговоры о словах. Не знаю, объясняется ли это какими-то глубинными, культурными процессами, или движением светил, только народ постоянно обсуждает, кому какое слово нравится или не нравится, как какое слово надо понимать.

Прочитала я тут статью любимого мною мыслителя Григория Ревзина о новой интеллигенции. Увлекательную, с лихо закрученной интеллектуальной интригой, пронизанную иронией.

Дело в замечательном свойстве некоторых языковых выражений, которое Дж. Остин назвал перформативностью. Перформативное высказывание — это высказывание, эквивалентное действию, поступку.

В Интернете продолжается скандал, который разгорелся после того, как группу детей-аутистов не пустили в океанариум. Теперь администрация говорит, конечно, что ее не так поняли, что просто она хотела создать для инвалидов наилучшие условия.

Tempora mutantur et nos mutamur in illis — Времена меняются, и мы меняемся с ними. Я вот вспоминаю, как начинался новый капитализм. Невероятно распространилось слово кооператор. Сначала-то частная инициатива пришла через кооперативы.

Незадолго до шествия по Якиманке я обнаружила в Интернете странную фразу. Она много раз повторялась в разных публикациях — вот, например, Пресс-релиз РОДП «Яблоко»: Митинг 4 февраля примет резолюцию о снятии Явлинского с выборов.

Я тут случайно увидела по телевизору — нет, не НТВ-шную мерзость, ее-то я посмотрела специально, а кусочек игры «Что? Где? Когда?». Причем момент был напряженный: знатокам нельзя было ошибиться — от проигрыша их отделял всего один балл.

Включаю я в Прощенное воскресение ближе к вечеру телевизор... Вот мне многие знакомые говорят: «А зачем ты его вообще включаешь?» Так ведь вот не включила бы в тот раз — не услышала бы, как ведущий Новостей говорит: «Если кто-то еще не успел извиниться перед своими близкими...»

Какая досада, что о пресуппозициях я рассказывала в прошлый раз! Тут как раз такой чудесный пример. В какой-то криминальной телепередаче сюжет о конфликте, разгоревшемся между соседями.

А вот и не угадали. Не про митинги, не про лозунги, и вообще ничего такого. Тем более, что сейчас уже и сайт есть «Фольклор снежной революции», и конференции про языковой взрыв проводятся.

23 декабря 2011 года в блоге научного журналиста Ивана Стерлигова появилось сообщение «Итоги выборов в РАН: мерещатся чуровщина и националисты», в котором он отмечал, что из устного объявления результатов голосования следует, что при подсчетах были допущены какие-то ошибки.

В последнее время по поводу крушения Costa Concordia, заставившего вновь вспомнить и обстоятельства недавнего крушения «Булгарии», постоянно звучит слово халатность.

В последнее время мы часто слышим, что протест людей, вышедших на Болотную площадь и на проспект Сахарова, по своей сути не политический, а гражданский, Да нет, с этим-то я согласна, я о другом.

Ну извините. Я всегда подчеркиваю, что исключительно починяю примус — говорю только про свое, про язык. А впрочем, сегодня тоже про язык.

Как научил нас еще в 1892 г. немецкий математик, логик, философ Готлоб Фреге, в содержательной стороне языкового знака есть разные составляющие — то, что он назвал смыслом и значением.

В последнее время очень распространились сокращения типа нра, лю, це: Я васлю!; Всехлю и це; Мне это очень нра и т. п. Многих это страшно раздражает.

Вошедшая в шорт-лист премии «Просветитель» книга Ирины Левонтиной «Русский со словарем» — не словарь и не учебник, хотя ее автор — лингвист и специалист именно по лексикографии, т.е. по составлению словарей.

Очень часто, когда людей раздражает новое слово, они концептуализуют это таким образом, что вот, мол, совершенно лишнее и ненужное заимствование, то же самое можно сказать по-человечески — по-русски то есть.

Окуджава звал себя «дежурным по апрелю», телепередача со Жванецким называется просто «Дежурный по стране». Вот и я столько лет пишу свои колонки, что тоже начинаю уже чувствовать себя на дежурстве — по русскому языку.

Когда я была студенткой, то несколько раз ездила в диалектологические экспедиции в Архангельскую область. В основном это были вымирающие деревни, населенные по преимуществу старушками.

Что ж, президентская гонка началась не так угрюмо, как можно было ожидать. О намерении баллотироваться в президенты 1 сентября заявил Иван Охлобыстин.

Тут по случаю двадцатилетия Августовского путча как-то сразу многое вспомнилось. Сильно всё-таки жизнь с тех пор изменилась. Про путч я не буду, хотя интересно было бы узнать, кто первый придумал называть это путчем.

Тут недавно премьер-министр Путин встретился с представителями молодежных организаций Северо-Кавказского федерального округа. «Здесь очень качественный, очень мощный человеческий потенциал», — в частности, сказал он.

Сейчас в Интернете популярен такой жанр — составление «расстрельных списков» слов и выражений, которые особенно раздражают народ.

Вообще про банки-бутылки интересный сюжет. Если спросить, чем, собственно, банка отличается от бутылки, все сначала отвечают: «Ну, это очень просто, форма разная». И начинается.

Я вспоминаю такой эпизод. Девочку из моей группы вызывают к доске спрягать латинский глагол. Дело идет с трудом. Я, отличница, думаю, что, мол, ошибка... Много позже я поняла, что ученый не смотрит на мир глазами отличника, которому все заранее ясно.

Недавно я увидела по телевизору интервью с журналистом и деятелем Рунета Антоном Коробковым-Землянским.
В частности, его спросили о гей-парадах, и он ответил, что к этому надо относиться со здоровым равнодушием.

На следующий день после взрыва в белорусском метро 11 апреля 2011 г. одна из новостных программ рассказывала о том, как в Москве люди приходят к посольству Белоруссии, чтобы выразить соболезнования белорусскому народу: «Люди идут, несут цветы. И это не флешмоб!».

Один читатель обратил мое внимание на легкую географическую несообразность в известной песне «Здравствуй, столица!».

Недавно я была модератором дискуссии на тему «Язык будущего», которая проводилась в Политехническом музее. В ней участвовали Юрген Трабант, профессор Свободного университета в Берлине, и Владимир Плунгян, член-корреспондент РАН.

Недавно министр иностранных дел Лавров в своем выступлении произнес следующее: «Толстой сказал, что ответом на вызов петровской модернизации был гений Пушкина».

У метро «Войковская» тетенька раздает рекламные листовки, заученно выкликая: «Осетинские пироги! Вкусные! Пышные!» Забавно, конечно. Кто хоть раз даже не пробовал, а просто видел осетинские пироги, тот знает, что они какие угодно, только не пышные.

Случаются иногда утешительные, говоря по-английски, экспириенсы. Недавно меня пригласили в жюри XV Московской городской научно-практической конференции «Языкознание для всех».

Считается, что бурное развитие моды провоцирует легкая промышленность. Закупила себе модница полный гардероб цвета анемона, а потом бац — и в следующем сезоне нужны экологические цвета.

Тут по телевизору показывали фильм Гарика Сукачева «Дом Солнца», и я посмотрела. У меня, как, судя по отзывам в Интернете, и у многих людей, фильм вызвал волну воспоминаний.