Метка: библиометрические показатели

В последнее время в русский язык прочно вошло слово «фейк», которое сегодня характеризует множество сторон нашей жизни. Политику оставим в стороне, возьмем науку, сферу деятельности сообщества «Диссернет»: в каком-то смысле вся деятельность «Диссернета» — это неустанная борьба с фейком. Фейковая диссертация — компиляция из нескольких чужих текстов; фейковая защита — защита фейковой диссертации (когда во время голосования весь диссовет сидит подняв руки и опустив глаза в пол); фейковый диссовет — фабрика, поставившая бизнес фейковых защит на поток; наконец, фейковый ученый — он же учоный, автор фейковой диссертации или неоднократный участник фейковых защит. На все эти артефакты можно полюбоваться в «Диссеропедии вузов». Не так давно в «Диссернете» в связи с развитием проекта «Диссеропедия журналов» возникло новое направление работы — исследование фейковых публикаций. Поиск плагиата в публикациях не очень отличается от работы с диссертациями, но, как оказалось, в этой области есть свои особенности. Что касается ситуации в целом, то если «Диссернет», как любит говорить профессор Ростовцев, «освещает ландшафт российской науки» — пока освещенный ландшафт в области научных публикаций выглядит трагически.

Итоги выборов в Академию наук вызвали вопросы не только по отделению физиологических наук, но и по отделению математики. К сожалению, многие упреки о низких индексах Хирша у выбранных членкоров, о блокирующем пакете трех институтов и др. звучат непублично, в кулуарах, и у математиков нет возможности ответить, глядя критикам в лицо. Вопросы, в которых звучат основные упреки, мы задали академику РАН, президенту Московского математического общества Виктору Васильеву. Беседовала Наталия Демина.

Продолжаем публикацию исследования докт. биол. наук, профессора Александра Пудовкина о библиометрических показателях российской науки.

В предлагаемом материале М.Гельфанд, Е.Онищенко и С.Попов рассуждают о том, как и в каких случаях разумно применять разные библиометрические критерии.