Метка: Анна Мурадова

Популяризация лингвистических знаний может и должна быть красочной и зрелищной. Хорошим примером сотрудничества энтузиастов и профессиональных лингвистов можно считать Московский международный фестиваль языков, который уже более десяти лет проводит Московская эсперанто-ассоциация MASI. Мероприятие это абсолютно не коммерческое, здесь не допускается реклама языковых курсов или школ: цель фестиваля — познакомить широкую публику с как можно большим числом языков, дать представление о языковом разнообразии…

Вот уже пятый год я сотрудничаю с Черноморским национальным университетом имени Петра Могилы в городе Николаеве, где читаю курс лекций «Введение в кельтскую филологию». Всё это время мне было интересно наблюдать языковую ситуацию на юге Украины. Я не претендую на глубокий ее анализ, тем более что мне довелось провести некоторое количество времени только в Одессе, Николаеве и Очакове, где исторически население смешанное и русский язык был и остается средством общения для представителей многих народов: русских, украинцев, греков, татар, немцев и так далее.

Несмотря на то что британские университеты принято считать одними их самых престижных, успешных и благополучных, их не обошли стороной проблемы, вызванные экономическим и политическим кризисом. О том, как ситуация в Великобритании и Ирландии выглядит изнутри, Анне Мурадовой рассказал старший преподаватель Университета Ольстера Максим Фомин.

Многие представители интеллигенции Ирака, хорошо владеющие иностранными языками, в поисках безопасности отправляются в более благополучные уголки планеты. Однако есть и те, кто остается на родине и делает всё возможное для поддержания и развития образования, в том числе на языках этнических меньшинств. В 2015 году мне удалось познакомиться с Фаридом Якубом Элиа, инспектором ассирийских школ на севере Ирака. Тихий, спокойный человек с грустными глазами рассказывал о проблемах школьного образования; было видно, насколько он увлечен своим делом.

Неудавшаяся попытка государственного переворота в Турции, произошедшая в ночь с 15 на 16 июля, вызвала у жителей страны и мировой обществености легкий шок и недоумение: что это было? Реальная попытка свержения власти или разыгранный как по нотам политический фарс? Как бы то ни было, без жертв, увы, не обошлось: в СМИ мелькают разные цифры, от 200 до 250 убитых, примерно 1,5 тыс. раненых. Задержаны по делу о путче уже около 13 тыс. человек.

Каким образом современным преподавателям высшего учебного заведения удается сочетать возросшую нагрузку с научно-исследовательской работой? Какое время можно потратить на написание качественных научных статей без ущерба для учебного процесса? На эти и другие вопросы отвечает Ольга Ворон, канд. филол. наук, доцент, зав. кафедрой лингвистики и профессиональной коммуникации в области зарубежного регионоведения.

Среди семитских языков наряду с хорошо известными (скажем, арабский и иврит) есть и совсем редкие — и мертвые, и пока еще живые, но неинтересные порой даже самим носителям. О том, как, кому и зачем преподают эти языки, рассказывает лингвист Сергей Владимирович Лёзов, доцент Института восточных культур и античности РГГУ по кафедре истории и филологии Древнего Востока. Вопросы задавала Анна Мурадова, канд. филол. наук, ст. науч. сотр. Института языкознания РАН.

28–29 января 2016 года в Институте языкознания РАН прошла международная конференция кельтологов Focal, fos agus foghlaim («Слово, знание и обучение» по-ирландски), посвященная юбилею профессора Татьяны Андреевны Михайловой. Как вообще возникла и эволюционировала эта область знания в нашей стране? Вспоминает Анна Мурадова, канд. филол. наук, ст. науч. сотр. Института языкознания РАН.

До недавнего времени тревожные события в Ираке и соседней Сирии не вызывали особого интереса у широкой общественности. Миру было мало дела до вражды местных этноконфессиональных группировок, проблем алавитов и уже примелькавшихся в новостях терактов в Багдаде. Однако стремительные успехи террористической организации, назвавшей себя Исламским государством, в корне изменили ситуацию…

Трагедия в небе над Синаем и теракты в Париже, напомнившие многим уже почти забытый захват заложников на Дубровке, внезапно (но отнюдь не неожиданно) сделали практически каждого из нас потенциальным участником разгоревшегося на Востоке конфликта.

Раз в год я приезжаю в Николаев для чтения лекций в Черноморском государственном университете. Прошлый год был весьма тревожным, но в этом году заметны изменения к лучшему… Университеты продолжают жить и развиваться, причем порой весьма успешно. О том, как это возможно в столь непростой обстановке, рассказывает Александр Пронкевич, директор Института филологии ЧГУ.

Прогуливаясь по живописным средневековым улочкам бретонских городов, турист нет-нет да и наткнется на магазины, где рядом с сувенирами и красочными путеводителями продаются книги на непонятном языке. Непонятном не только приезжим, но и большинству жителей Бретани.

В пятницу, 17 апреля, прогремел взрыв в Эрбиле, четвертом по величине городе Ирака. Трагедия произошла в Анкаве, тихом пригороде, где живут в основном ассирийцы.

Послушав, как Стив Хьюит говорит по-бретонски, можно подумать, что он родился где-нибудь на живописной ферме в центральной части Армориканского полуострова… Однако на самом деле Стив — американец, и, хотя на бретонских фермах ему довелось поработать, он прежде всего лингвист, переводчик и полиглот.

За последние два десятилетия в Грузии многое изменилось… Проведение фундаментальных исследований затруднено в связи с экономическими трудностями. О том, как обстояли дела с научно-исследовательской работой в советской Грузии, ТрВ-Наука рассказывает академик НАН Грузии Василий Копалейшвили, исследователь свойств металлов.

Пару десятилетий назад, когда еще живо было поколение, родившееся в первой трети XX века, подавляющее большинство бретоноговорящих выучивало язык в семье и говорила на одном из четырех диалектов. Вопросов о том, как следует говорить на языке и как не следует, для них не возникало…

Когда мы говорим социолингвистических проблемах и о том, как с лингвистической карты мира исчезают те или иные языки в результате депортации или истребления различных этнических групп, мы редко задумываемся о том, как это выглядит «изнутри».

Несмотря на возникшую лет двадцать назад молодежную моду на кельтскую музыку и песни кельтских народов, даже продвинутому любителю известны в первую очередь фольклорные произведения, но отнюдь не высокая поэзия кельтских народов.

Поддерживать язык, оказавшийся под угрозой исчезновения, — задача непростая, но посильная… Даже если спасателям умирающих языков окружающие, не будучи лингвистами, отказывают в здравом смысле, в подобном труде видится некое благородство, как в уходе за безнадежно больным, но родным и горячо любимым человеком.

Языкам не так уж часто выносится смертный приговор. К тому же уничтожить язык, пока он нужен носителям, — задача трудновыполнимая. Языковая политика государства может быть сколь угодно жесткой, но переход с одного языка на другой совершается крайне медленно.

В начале сентября мне довелось читать лекции по бриттской литературе в Черноморском государственном университете им. Петра Могилы в городе Николаеве на юге Украины.

На улицах Тбилиси нет-нет да и услышишь русскую речь: с акцентом или без акцента, карикатурно неправильную или, наоборот, слишком правильную, со старинными оборотами, какую даже в Москве и Петербурге редко где слышно.

Любой нации необходим повод для гордости. Чтобы гордиться культурой своего народа, желательно иметь в наличии выдающегося писателя или поэта, про которого можно уверено сказать: «Имярек — это наше всё».

Зачем сохранять никому не нужное старье? Если речь идет о колченогом стуле или эмалированном тазике, ответ очевиден. А если мы говорим о старом, мало кому понятном и почти не используемом языке? Однозначного ответа на этот вопрос нет…

Напряженность в современном мире, геополитические изменения, политические кризисы и военные конфликты для лингвиста означают угрозу исчезновения одних языков, смену статуса других и укрепление позиций третьих.

Некогда мощная и грозная, цивилизация древних кельтов постепенно угасла. Сегодня наводившие ужас на врагов кельтские языки нуждаются в поддержке, на них говорят национальные меньшинства.