Рубрика: Авторские колонки

Жизнь архитектора Ивана Леонидова (1902–1959) сложилась настолько своеобразно, что адекватно рассказать об этом уникальном человеке и уникальном таланте можно, видимо, в рамках книги, но никак не в кратком тексте — будь то биографическая справка или эссе. Повествование об архитекторе Леонидове обычно начинается с того, что все его шедевры не имеют — и не имели! — воплощения в материале: эти здания не были разрушены войной, землетрясениями или очередной реконструкцией — они не были построены.

Любовь к науке, тяга к знаниям — это высшая материя, которую нельзя поставить в один ряд с тягой к деньгам. История науки дает нам массу примеров не то что бескорыстной любви к науке, а даже и расходования своих денег из любви к истине и, более того, готовности положить свою жизнь на алтарь науки! Кто-то жег свои алмазы, доказывая, что они состоят из углерода, кто-то прививал себе смертельные болезни…

Братья Веснины — Леонид Александрович (1880–1933), Виктор Александрович (1882–1950) и Александр Александрович (1883– 1959) — были погодками. Они родились в г. Юрьевец в обеспеченной семье, что позволило получить фундаментальное профессиональное образование в избранной ими области строительства и архитектуры.

… наш национальный лидер задумался об этом и в прошлом году издал указ «О создании Общероссийской общественно-государственной детско-юношеской организации „Российское движение школьников“ (РДШ)». 19 мая в моем родном МГУ подвели итоги первого съезда РДШ. Приветствуя участников, наш родной министр Дмитрий Ливанов отметил символичность проведения съезда в День пионерии, сказав: «Это говорит о возрождении лучших традиций ученического самоуправления…» Прекрасные слова!

Моисей Яковлевич Гинзбург (1892–1946) родился в Минске; его художественная одаренность проявилась рано. Основное архитектурное образование Гинзбург получил в Миланской академии художеств. Вернувшись в 1914 году в Москву с дипломом художника-архитектора, он, тем не менее, считал, что ему нужны более основательные познания в области техники и технологии собственно строительства, поэтому поступил на архитектурное отделение Рижского политехникума, который в эти годы из-за войны переехал в Москву.

Комиссия РАН по борьбе с лженаукой выпустила документ нового формата — меморандум. В первом меморандуме на основе экспертного заключения фиксируется лженаучный статус так называемого дерматоглифического тестирования.

Владимир Алексеевич Щуко (1878–1939) более всего известен как один из авторов неосуществленного проекта здания Дворца Советов. Соответствующая почтовая открытка была размножена миллионными тиражами, так что еще в 1940-е годы дети «октябрятского» возраста просили меня отвезти их посмотреть на это «чудо», увенчанное фигурой Ленина.

… конечно, весна — время молодости. Поэтому для меня очень радостно было услышать новости об успехах нашей молодежи. Накануне Первомая с космодрома «Восточный» в Амурской области в конце концов запустили ракету. Сколько денег и сил было вложено в строительство этого космодрома на российском Дальнем Востоке, сколько было скандалов и задержек, даже уголовных дел! И вот наконец приехал президент России, понавешивал выговоров — и ракета взлетела.

Представьте, что вы хотите избавиться от засилья лженауки в СМИ. Очевидная мысль — принять закон, обязывающий каждое СМИ иметь научного редактора. Эту идею высказал на чтениях по проблеме лженауки академик Анатолий Черепащук: «… чтобы общественно-государственная организация „Общество «Знание»“ поставила вопрос перед правительством об обязательном введении должностей научных редакторов во все средства массовой информации… Эти научные редактора должны утверждаться Российской академией наук и должны быть есть подотчетны…». Прикинем последствия такой инициативы.

Архитектор Иван Владиславович Жолтовский (1867–1959) прожил долгую, плодотворную и относительно благополучную жизнь. Относительно — потому что в годы «борьбы с излишествами» ему тоже досталось, но тогда он уже имел все основания сказать: «Что слава?..»

Каждый раз я не могу не прийти в восторг от того, насколько уверенно Владимир Владимирович владеет информацией по самым разнообразным вопросам. Вот это глыба, это матерый человечище! Но, конечно, с особым вниманием я слежу за тем, что скажет наш лидер про науку, какие подаст нам сигналы и знаки. В общем-то, тема науки не столь уж популярная у народа… Но, само собой, наш президент не мог не коснуться этой темы, общаясь с народом.

Русский архитектор Иван Александрович Фомин (1872—1936) был феноменально одаренным мастером, щедрым художником и человеком большого внутреннего благородства. Он оставил нам не только здания, не только целую библиотеку офортов, но и немало теплых строк, адресованных молодому поколению мастеров — и не обязательно мастеров именно архитектуры.

Санкт-Петербургский университет решительно взялся за исправление ситуации. Говорят, там издан приказ, который разрешает быть профессорами только тем, кто в последние годы руководил грантами РФФИ, РГНФ, РНФ или мегагрантами, а также имел публикации в журналах из Web of Science и Scopus. Доцентами — только тем, кто в последние годы был исполнителем в грантах и у кого есть хотя бы одна публикация в журналах из Web of Science и Scopus…

В начале изумительного фильма «Астенический синдром» три бабули произносят фразу: если все прочтут произведения Льва Николаевича Толстого, то станут добрыми и умными. Поэтому я не буду мечтать о том, чтобы, войдя в вагон метро, я увидел, что все читают хороший научпоп. Кажется, что это не приведет к каким-то чудесам. Поэтому я лучше помечтаю о том, чтобы не реализовалась ни одна из следующих антиутопий…

Уже восемь лет раз в две недели я начинаю свой день с чтения «Троицкого варианта — Науки», прямо с моей колонки. Читаю и думаю: ну до чего же хорошо сказал! Где еще столько умных мыслей прочтешь? Примите мои самые искренние поздравления с двухсотым номером моей любимой газеты!

Российский архитектор Александр Устинович Зеленко (1871–1953) ныне известен прежде всего в Самаре. Среди прочего, там он построил на редкость изящный особняк в стиле русского модерна, известный как Дом Курлиной. Сейчас в этом здании размещен Музей модерна.

… праздник, дорогие мои коллеги, — то самое время, когда на предметы нужно глядеть исключительно в правильном состоянии и с правильной стороны. Так вот, глядя на всё в правильном состоянии, я понял, чего так остро не хватает нашей науке: не денег или разумных начальников даже, нет, в науке очень мало женщин!

Идут годы, всё меняется, а вот с реформой науки всё никак не складывается пока… Нет, конечно, замшелый Президиум РАН и еще более замшелые президиумы других академий отстранили от управления институтами. Да, в «Золотых мозгах» теперь сидят молодые и шустрые чиновники, тонко чувствующие самый стержень государственной воли. Но прошло уже два с половиной года с момента принятия эпохального и судьбоносного закона о РАН, а воз и ныне там.

Поздравляю всех вас с только что прошедшим Днем российской науки, нашим профессиональным праздником… О чем я думал, поднимая свой второй стакан уже с чувством законной гордости и со слезами на глазах? О многом и разном. Например, об истоках праздника.

В издательстве «Новое литературное обозрение» в серии «Библиотека журнала „Теория моды“» вышла книга французского ученого и литератора Мишеля Пастуро «Синий. История цвета». Мишель Пастуро — известный историк и литератор, его узкая специальность — геральдика и вообще изучение символики материальных объектов и их изображений. И по подготовке, и по кругу интересов Мишель Пастуро прежде всего историк культуры.

Советский архитектор Илья Александрович Голосов оставил нам, москвичам, несколько примечательных зданий, упомянутых во всех путеводителях и трудах по истории советской архитектуры. Наиболее известны два из них: это так называемый дом с фигурами и Клуб им. Зуева.

Можете ли вы себе представить, что в тяжелые послевоенные годы СССР выписывал из США (разумеется, за валюту) целых 300 экземпляров весьма специального журнала Arts & Architecture? Эту цифру привел один из издателей журнала и его главный редактор Дэвид Трэверс в прощальном обращении к читателям. Весомость — или парадоксальность — цифры 300 будет понятна, если знать, что тираж Arts & Architecture (редакция которого размещалась в Лос-Анджелесе) не превышал 12 500 экземпляров!

В своем новогоднем обращении Владимир Владимирович сказал, что успех всей страны зависит от эффективного труда и достижений каждого из нас. Важнейшая мысль, особенно в наше тяжелое время! С этой точки зрения я и смотрю на появившиеся в конце прошлого года слухи о планах по нормированию научной работы.

Говорят, как встретишь год, так его и проведешь. В глупые приметы я не верю, но, похоже, в 2016 году всё так и случится: действительность будет бескрыла и помята не только 1 января, но и дальше. Причины очевидны: кризис, бюджетный дефицит и снижение бюджетных расходов на гражданскую науку. На 14% по сравнению с предыдущим годом, не считая инфляции.

Имена людей, означенных в заглавии, бытуют у нас странным образом. Шкала оценок их деятельности распределена от восторгов до непонимания и кривых усмешек с оттенком неприятия. И первые и последние реакции как формы нездорового ажиотажа малоинтересны. Интересны сами тексты, способы их чтения и перечитывания.

Луиc Салливен (Louis Sullivan, 1856—1924) по праву считается основоположником американской архитектуры как феномена со своей историей и традицией. Важнейшим этапом становления этой архитектуры были работы Чикагской школы, воплощенные не только в постройках Салливена, но и в его текстах.

После того как турецкие пособники террористов нанесли нам удар в спину, сбив наш самолет, мы, все как один, должны сплотиться вокруг нашего руководства и продемонстрировать Турции, как жестко Россия может реагировать на подобные враждебные акции. Абсолютно правильно наше правительство указывает туркам и их помидорам на дверь, ограничивает воздушное сообщение…

Генри Гобсон Ричардсон (1838–1886) — крупнейший американский архитектор. Его соотечественникам хорошо известны его постройки; куда реже — кто их автор. За свою короткую жизнь он не просто построил много зданий: он дал обобщенный образ того, каким должен быть университетский колледж, мэрия, здание суда, вокзал, городская библиотека, солидный частный дом и т. д.

В любом типе писательства, то есть мышления в некоторой избранной форме, с одной стороны диктуемой жанром, с другой — индивидуальной манерой, — то бишь в письме художественном, научном, философском или же поэтическом, может ощущаться умелость, умение, владение материалом, техникой, средствами, приемами, и пр., и пр. Это всё вполне ощутимо, где-то даже анализируемо, в том числе научным или околонаучным, критическим и прочими способами.

Как вы знаете, практически одновременно случилось два события. Во-первых, директором Петербургского института ядерной физики назначен профессор из университета противопожарной безопасности Денис Минкин. Во-вторых, издан приказ об увольнении бывшего директора Института теоретической и экспериментальной физики Михаила Данилова…

Именно Уильям Ле Барон Дженни (1832–1907) предложил принципиальное техническое решение, позволяющее наращивать высоту домов более пяти (!) этажей, — то есть изобрел небоскреб.

Less is more — таков был девиз Миса ван дер Роэ, одного из основателей Баухауза и выдающегося архитектора современности. Быть может, самое свое яркое воплощение эта установка Миса получила в построенном им Farnsworth House. Этот однокомнатный дом, выполненный полностью из стекла (кроме пола и крыши), был воздвигнут по заказу чикагского врача-нефролога Эдит Фарнсуорт…

Недавно Президиум Высшей аттестационной комиссии при Министерстве образования и науки одобрил паспорт новой научной специальности — «теологии»: «Специальность „Теология“ раскрывает содержание теологии, базовые разделы теологии, изучает источники теологического знания… Теологическое исследование направлено на выявление, анализ и интерпретацию значимых аспектов религиозной жизни…».

Бруно Таут (1880–1938) хорошо известен профессионалам и, надеюсь, своим соотечественникам; мне же его имя ничего не говорило, пока я не углубилась во времена возникновения конструктивизма/функционализма. В Европе это годы расцвета Баухауза, концепции которого Таут разделял, будучи одновременно рационалистом и мечтателем.

У нас в сенате — выступления крупнейших ученых, титанов нашей науки. Недавно вот директор Курчатовского института Михаил Ковальчук собственной персоной там выступал. Он нарисовал перед господами сенаторами впечатляющую картину научно-социальной эволюции нашей цивилизации. Рассказал про то, как научная среда рождает науки-связки, как аддитивные технологии помогут нам сохранять окружающую среду… и про многое-многое другое…

Немецкий архитектор Петер Беренс (1868–1940) считается основателем промышленного дизайна и промышленной архитектуры. И в самом деле: этапы его творческой эволюции в такой степени отражают историю одной из магистральных линий европейского искусства, как если бы высшие силы позаботились о поучительном примере для потомков…