Три часа на одном дыхании с Зализняком

Анна Петрова

Анна Пет­ро­ва

Одним из самых ярких собы­тий в мире линг­ви­сти­ки, да и нау­ки в целом, явля­ет­ся еже­год­ная осен­няя лек­ция Андрея Ана­то­лье­ви­ча Зализ­ня­ка, посвя­щен­ная бере­стя­ным гра­мо­там. Даже огром­ная поточ­ная ауди­то­рия в глав­ном зда­нии МГУ, в кото­рой уже вто­рой год про­хо­дит это меро­при­я­тие (рань­ше все соби­ра­лись в зна­чи­тель­но мень­шей по раз­ме­рам ауди­то­рии гума­ни­тар­но­го кор­пу­са), не спо­соб­на вме­стить всех жела­ю­щих: места при­хо­дит­ся зани­мать зара­нее; мно­гие сто­ят, сидят в про­хо­дах. При­чем инте­рес эта тема вызы­ва­ет не толь­ко у про­фес­си­о­наль­ных линг­ви­стов: узнать о новых наход­ках соби­ра­ет­ся самая раз­но­маст­ная пуб­ли­ка.

Лет­ний сезон рас­ко­пок 2017 года не был удач­ным в плане нахо­док бере­стя­ных гра­мот: в самые «уро­жай­ные» для нов­го­род­ской экс­пе­ди­ции меся­цы — июнь и июль — было най­де­но слиш­ком мало, и был велик риск того, что тра­ди­ци­он­ная лек­ция не состо­ит­ся из-за недо­ста­точ­но­го коли­че­ства мате­ри­а­ла. Но с 22 авгу­ста 2017 года, к вели­кой радо­сти архео­ло­гов и линг­ви­стов, ситу­а­ция кар­ди­наль­но изме­ни­лась — была най­де­на гра­мо­та, дей­стви­тель­но заслу­жи­ва­ю­щая вни­ма­ния.

Везе­ние на этом не закон­чи­лось: открыв­ший­ся в нача­ле осе­ни новый рас­коп Дубо­шин-II (на Николь­ской ули­це Вели­ко­го Нов­го­ро­да, неда­ле­ко от хоро­шо иссле­до­ван­но­го рас­ко­па Дубо­шин-I) ока­зал­ся весь­ма «пло­до­род­ным»: на нем было обна­ру­же­но целых десять гра­мот XIV века. В резуль­та­те было най­де­но 13 гра­мот в Нов­го­ро­де и две гра­мо­ты в Ста­рой Рус­се.

Боль­ше все­го пора­до­вал иссле­до­ва­те­лей тот факт, что из 15 гра­мот восемь ока­за­лись целы­ми, что в про­цент­ном соот­но­ше­нии выше сред­не­го пока­за­те­ля сезо­на рас­ко­пок. А. А. Зализ­няк пред­по­ло­жил, что архео­ло­ги удач­но попа­ли на некую усадь­бу, жите­ли кото­рой мог­ли поз­во­лить себе не рвать гра­мо­ты.

Этот сезон при­нес поми­мо гра­мот и дру­гие инте­рес­ные наход­ки «с бук­ва­ми». Преж­де все­го инте­рес пред­став­ля­ют новые над­пи­си на сте­нах нов­го­род­ских хра­мов, о кото­рых более подроб­но рас­ска­жут в декаб­ре на эпи­гра­фи­че­ских ито­гах года Алек­сей Гип­пи­ус и Сав­ва Михе­ев. Поми­мо это­го была най­де­на дере­вян­ная бир­ка, пред­на­зна­чен­ная для запи­ра­ния меш­ка с пуш­ни­ной, на кото­рой мы нахо­дим сле­ду­ю­щий текст: устье ѣмьцѣ.

Назва­ние этой реки из бас­сей­на Север­ной Дви­ны зна­ко­мо иссле­до­ва­те­лям: оно уже встре­ча­лось в над­пи­сях на схо­жих пред­ме­тах. Был най­ден еще один арте­факт — неха­рак­тер­но позд­няя для XIV века цера (вос­ко­вая дощеч­ка для пись­ма). Срав­нить ее с широ­ко извест­ной в кру­гу иссле­до­ва­те­лей нов­го­род­ской церой XI века, древ­ней­шей кни­гой Руси, конеч­но же, нель­зя: на ней мож­но разо­брать толь­ко два име­ни — Мак­сим и Офрем.

Те, кто при­шел на это меро­при­я­тие не в пер­вый раз, могут вспом­нить, что в про­шлом году оста­лись две неразо­бран­ные гра­мо­ты. Подроб­но на них не ста­ли оста­нав­ли­вать­ся и в этом году, так как в линг­ви­сти­че­ском плане они не пред­став­ля­ют инте­ре­са. Но всё же обе гра­мо­ты неор­ди­нар­ны.

Одна из них напи­са­на с огром­ным чис­лом оши­бок. Напом­ним, что до иссле­до­ва­ния осо­бен­но­стей древ­не­нов­го­род­ско­го диа­лек­та счи­та­лось, что гра­мо­ты писа­ли чрез­вы­чай­но негра­мот­ные люди или даже ино­стран­цы, но это заблуж­де­ние было пре­одо­ле­но: уче­ные дока­за­ли, что в рам­ках суще­ство­вав­шей систе­мы пис­цы писа­ли с мини­маль­ным коли­че­ством оши­бок. Но в этот раз иссле­до­ва­те­ли столк­ну­лись со слу­ча­ем сплош­ных нару­ше­ний. Воз­мож­но, писец стра­дал дис­гра­фи­ей: напи­сав один слог, он не мог оста­но­вить­ся и повто­рял его несколь­ко раз. Вто­рая гра­мо­та тоже нетра­ди­ци­он­на: она напи­са­на чер­ни­ла­ми (подоб­ных ей най­де­но все­го четы­ре). Но в плане тек­ста она не пред­став­ля­ет осо­бо­го инте­ре­са: чер­ни­ла сохра­ни­лись пло­хо, и, похо­же, она была лишь про­бой пера.

Нако­нец при­шел черед дей­стви­тель­но инте­рес­ных нахо­док.

Одной из пер­вых была най­де­на на Тро­иц­ком рас­ко­пе гра­мо­та под номе­ром 1091, дати­ру­е­мая XII веком. На ней напи­са­но сле­ду­ю­щее:

| ѧно­ка | маце­ха | ѧки­ме
+ ѳома | стш жена | м-[х]а | мати мику­ла

Пер­вый вопрос, кото­рый воз­ни­ка­ет перед иссле­до­ва­те­лем: какая же стро­ка откры­ва­ет текст? Ведь обыч­но гра­мо­та начи­на­ет­ся с кре­ста, а в этом слу­чае он сто­ит в нача­ле вто­рой стро­ки. Сле­ду­ю­щий вопрос: како­во назна­че­ние спис­ка имен? Это явно не спи­сок людей для поми­на­ния: в него вхо­дят и муж­ские, и жен­ские име­на, а так­же тер­ми­ны род­ства: маце­ха, жена, мати — все эти люди явно собра­лись с какой-то целью. С какой же? Без кон­тек­ста это понять слож­но. Но одна из гипо­тез — для уча­стия в обря­де кре­ще­ния.

Из труд­но­чи­та­е­мых мест мож­но выде­лить фраг­мен­ты стш и м-[х]а. Пер­вое мож­но объ­яс­нить сокра­ще­ни­ем от име­ни Сте­ша (Сте­фа­ни­да), а вто­рое имя мож­но вос­ста­но­вить как Миха — оно непло­хо извест­но по бере­стя­ным гра­мо­там. Тем, кто хоро­шо зна­ет тек­сты бере­стя­ных гра­мот, воз­мож­но, зна­ко­мы два дей­ству­ю­щих лица: Янка — один из авто­ров заме­ча­тель­ной 731-й гра­мо­ты; а так­же Яким, кото­рый напи­сал даже не одну, а целых 37 (!) бере­стя­ных гра­мот.

Есть в этой гра­мо­те еще одна заме­ча­тель­ная осо­бен­ность: раз­би­е­ние на сло­ва вер­ти­каль­ны­ми чер­точ­ка­ми. В книж­но­сти вплоть до кон­ца XV века текст писал­ся без сло­во­де­ле­ния (при­выч­ные для нас про­бе­лы впер­вые появ­ля­ют­ся в печат­ном «Апо­сто­ле» Ива­на Фёдо­ро­ва 1564 года), одна­ко на бере­сте это явле­ние встре­ча­ет­ся уже с XI века. Тем не менее раз­де­ле­ние вер­ти­каль­ной чер­той — это очень ред­кий при­ем (обыч­но исполь­зу­ет­ся двое­то­чие или точ­ка), и после­до­ва­тель­но он про­во­дит­ся фак­ти­че­ски толь­ко в этой гра­мо­те.

Сле­ду­ю­щей была пред­став­ле­на гра­мо­та № 1101 XIV века с рас­ко­па Дубо­шин-II. Она дву­сто­рон­няя, а на лице­вой сто­роне — целых 11 строк. Она содер­жит спи­сок имен, при кото­рых ука­за­на сум­ма выдан­ных денег. Инте­рес пред­став­ля­ют нехри­сти­ан­ские кален­дар­ные име­на, упо­ми­на­е­мые в этой гра­мо­те: Шуст, Кук­ла, При­ты­ка, Зару­ба.

Это осмыс­лен­ные про­зви­ща, кото­рые ста­ли осно­вой для совре­мен­ных фами­лий — мы зна­ем шуст­о­вых, зару­би­ных, при­ты­ки­ных. Инте­рес­но так­же имя Гюра, ана­лог совре­мен­но­го Юра, кото­рое сохра­ни­ло древ­нее «Г» в извест­ных вари­ан­тах Гюр­гий, Геор­гий. А про­зви­ще Кук­ла — это древ­нее гре­че­ское заим­ство­ва­ние в рус­ском язы­ке. На обрат­ной сто­роне мы видим алфа­вит, запи­сан­ный до бук­вы «К», — при­выч­ное явле­ние для гра­мот­но­го чело­ве­ка того вре­ме­ни, демон­стри­ру­ю­ще­го свои навы­ки.

Гра­мо­та № 1096 XIV века непол­на, сохра­нил­ся лишь фраг­мент с адрес­ной фор­му­лой:

поклонъ ѿ кли­мен­тѢя ı ѿ марьı къ пѧт­ку къ опа­ри­ну

И сно­ва мы видим нека­лен­дар­ное имя и отче­ство: Пят­ко (обо­зна­ча­ю­щее «номер» ребен­ка, родив­ше­го­ся пятым) Опа­рин (обра­зо­ван­ное от про­зви­ща Опа­ра). Если при­нять во вни­ма­ние, что опа­ра — это выле­за­ю­щее из кад­ки тесто, то мож­но сде­лать вывод о чело­ве­ке, кото­ро­му дали такое про­зви­ще. Меж­ду тем в совре­мен­ном рус­ском язы­ке фами­лия Опа­рин доста­точ­но рас­про­стра­нен­ная. И сно­ва мы встре­ча­ем­ся со зна­ко­мым пер­со­на­жем: в гра­мо­те № 311 фигу­ри­ру­ет Кли­мец Опа­рин — ско­рее все­го, брат наше­го Пят­ко.

Сле­ду­ю­щая гра­мо­та — № 1098 XIV века. И это уже не семей­ная пере­пис­ка, а самая насто­я­щая угро­за злост­ным долж­ни­кам, кото­рые не шлют «наклад­но­го сереб­ра» (наклад — это то, что «нало­же­но» свер­ху, про­цент), несмот­ря уже на тре­тье при­слан­ное им пись­мо:

поклонъ ѿ терень­теѧ к онь­то­ну и к моı­сию
оужь к вамъ шлю тре­тью гра­мо­ту а вы
ко мни не при­шле­те накла­дь­но­го се
реб­ра ни рыбъ ныни не при­шле­те
к неди­ли накладъ­но­го сереб­ра ни
рыбъ ı слать ми по васъ би
риць а на ме се не жаль­те

Не при­шле­те — это кон­струк­ция с гла­го­лом совер­шен­но­го вида, кото­рую назы­ва­ют пре­зен­сом напрас­но­го ожи­да­ния (этот тер­мин вызвал друж­ный смех ауди­то­рии). Она встре­ча­ет­ся и в совре­мен­ном рус­ском язы­ке: денег всё не собе­рем и т. п. Гра­мо­та № 1099 — целая:

покло­но ѿ сме­на к офо­но­су
и ѿ морт­ки к оспо­ди­ну моѥ­му
цто полов­ни­ки поса­де­ни твос­кии
а ныни постои за нихъ

Полов­ни­ки (с древним уда­ре­ни­ем на послед­ний слог) — это кре­стьяне, поса­жен­ные на поло­ви­ну рабо­ты в поле Офо­но­сом. Им что-то угро­жа­ет, и нуж­но «посто­ять» за них. Инте­рес для линг­ви­стов пред­став­ля­ет сло­во твос­кий, кото­рое извест­но по гово­рам и име­ет соот­вет­ствие свой­ский. Отсут­ствие йота может быть объ­яс­не­но как фоне­ти­че­ским, так и гра­фи­че­ским упро­ще­ни­ем.

Старые знакомые

Гра­мо­та № 1097 пор­тит кар­ти­ну без­уко­риз­нен­ной гра­мот­но­сти нов­го­род­цев, о кото­рой уже упо­ми­на­лось. Но погреш­но­сти мож­но объ­яс­нить ско­рее неак­ку­рат­но­стью или спеш­кой, чем без­гра­мот­но­стью авто­ра. Обра­ще­но пись­мо к уже зна­ко­мым нам лич­но­стям: Офо­но­су и Терен­тию.

Вооб­ще гра­мо­ты это­го сезо­на инте­рес­ны тем, что адре­са­ты и адре­сан­ты их пере­кли­ка­ют­ся с уже извест­ны­ми нам по кор­пу­су тек­стов. Созда­ет­ся впе­чат­ле­ние, что мы име­ем дело с хоро­ши­ми зна­ко­мы­ми. Инте­рес­ны для линг­ви­стов сле­ду­ю­щие диа­лект­ные явле­ния: напи­са­ние рю вме­сто ру (орю­дии), а так­же пере­ход «ѣ» в «и» (надоби вме­сто надобѣ). Автор про­сит посто­ять за род­ствен­ни­ка — род­ни­ка (с уда­ре­ни­ем на послед­ний слог, как в совре­мен­ном сло­ве род­ник, озна­ча­ю­щем место, отку­да рож­да­ет­ся вода). Нуж­да­ет­ся в помо­щи бра­тан. У носи­те­ля совре­мен­но­го рус­ско­го язы­ка это сло­во вызы­ва­ет опре­де­лен­ные эмо­ции (учи­ты­вая кон­тек­сты, в кото­рых оно сей­час упо­треб­ля­ет­ся), но в древ­но­сти так назы­ва­ли дво­ю­род­но­го бра­та или пле­мян­ни­ка.

Сло­во буть вме­сто будеть ука­зы­ва­ет на утра­ту «д» и после­ду­ю­щее стя­же­ние глас­ных. Подоб­ное встре­ча­ет­ся и в древ­не­рус­ских текстах: буши вме­сто буде­ши и т. п.; и в совре­мен­ной раз­го­вор­ной речи: «Схо­и­те на сле­ду­ю­щей?» Так что в этом слу­чае мы не име­ем дела с ошиб­кой.

Наи­бо­лее замыс­ло­ва­ты сле­ду­ю­щие гра­мо­ты.

Гра­мо­та № 1094 содер­жит «убий­ствен­ную» новость: сна­ча­ла убил сына мое­го… Но это вовсе не озна­ча­ет смерть чело­ве­ка: уби­ти в древ­не­рус­ском язы­ке име­ло так­же зна­че­ние «силь­но избить». Если же в резуль­та­те побо­ев чело­век уми­рал, то про него гово­ри­ли: убить до смер­ти. Обра­ща­ет­ся за помо­щью автор пись­ма к уже зна­ко­мо­му нам Офо­но­су, могу­ще­ствен­но­му для того вре­ме­ни чело­ве­ку. Судя по содер­жа­нию, это жало­ба фео­да­ла на неко­то­рое про­ме­жу­точ­ное началь­ство: Сна­ча­ла (Василь­ко) избил мое­го сына, а теперь заби­ра­ет вам (то есть соби­ра­ет­ся забрать, аре­сто­вать) и Есь­ка. Име­ет­ся в кон­це пись­ма еще и гнев­ная при­пис­ка, сде­лан­ная в серд­цах адре­сан­том: А ѥще на мене поху­паѥт­сѧ! («А еще он (Василь­ко) сме­ет­ся (изде­ва­ет­ся) надо мной!»).

Из линг­ви­сти­че­ских осо­бен­но­стей мож­но обра­тить вни­ма­ние на гра­фи­че­скую мену эти­мо­ло­ги­че­ско­го «и» на «ѣ» (оубѣле вме­сто оуби­ле).

Загадки грамоты № 1102

Самой слож­ной ока­за­лась послед­няя наход­ка это­го сезо­на: о ней мож­но было бы рас­ска­зы­вать треть лек­ции, но из-за недо­стат­ка вре­ме­ни обсуж­де­ние при­шлось сокра­тить. Андрей Ана­то­лье­вич при­знал­ся, что до кон­ца она еще не разо­бра­на, есть толь­ко пред­ва­ри­тель­ная вер­сия. Это гра­мо­та № 1102:

покло­но ѿ луке­рии кимак­ти
колив­ка ѡста­ви а руби­ли
свои воз­ми а поти­ну при­шли
кла­нисѧ про поти­ноу сва­ри­ти
а цо ремиѧ пои­ди сама симо
шлю ти бижа
любо сес­ру
при­шли /​ охои

После понят­но­го тек­ста «Поклон от Луке­рьи» сле­ду­ет зага­доч­ное сло­во кимак­ти. Оно не встре­ча­ет­ся ни в рус­ском язы­ке, ни в сосед­них с ним. Сле­ду­ю­щее сло­во колив­ка мож­но тол­ко­вать как умень­ши­тель­ное от коли­ва (риту­аль­ное блю­до для поми­нок, кутья); это заим­ство­ва­ние из гре­че­ско­го. Что же озна­ча­ет это кимак­ти? Это конец адрес­ной фор­му­лы, поэто­му здесь мож­но пред­по­ло­жить сле­ду­ю­щее реше­ние: къматкѣ с пере­ста­нов­кой букв «к» и «т». «И» же в дан­ном слу­чае — это допол­ни­тель­ный «скан­ди­ру­ю­щий» эле­мент, раз­де­ля­ю­щий соглас­ные.

Непро­стым явля­ет­ся и сло­во руби­ли. Пер­вая мысль, кото­рая воз­ни­ка­ет при его про­чте­нии: всё понят­но, это гла­гол. Но по кон­тек­сту это невоз­мож­но, тре­бу­ет­ся суще­стви­тель­ное. Оста­ет­ся пред­по­ло­жить, что это «рубль» или «руб­ли» (ско­рее пер­вое, пото­му что для того вре­ме­ни рубль — боль­шая сум­ма).

Сло­во пол­ти­на два­жды запи­са­но в гра­мо­те без «л». Име­ет­ся в гра­мо­те фра­за, кото­рая при про­чте­нии вызы­ва­ет недо­уме­ние: кла­нисѧ про поти­нус вари­ти а цо ремиѧ пои­ди сама симо шлю ти бижа. Сло­ва понят­ны (ремье — это поно­шен­ная одеж­да, тря­пье): «Про­си про пол­ти­ну сва­рить, а что до тря­пок, иди сама сюда, шлю тебе на бегу». Но пере­вод не про­яс­ня­ет смысл: как мож­но варить пол­ти­ну?

К раз­гад­ке при­шел Алек­сей Гип­пи­ус, при­вед­ший парал­лель из гра­мо­ты № 689, пред­став­ля­ю­щей собой отчет душе­при­каз­чи­ка, устра­и­ва­ю­ще­го помин­ки. На рубль он дол­жен сва­рить пиво к соро­чи­нам. Здесь пред­по­ла­га­ет­ся та же ситу­а­ция: надо взять рубль и пол­ти­ну дать на пиво к соро­чи­нам. «Тряп­ки», остав­ши­е­ся от покой­но­го, мать долж­на при­вез­ти с собой. Инте­рес­на при­пис­ка, остав­лен­ная «на бегу». Алек­сей Гип­пи­ус счи­та­ет, что она напи­са­на в два стол­би­ка, — тогда мы чита­ем сле­ду­ю­щее: Любо при­шли сес­ру­хои («Или при­шли с сест­ру­хой»). В этом слу­чае бук­ва «т» про­пу­ще­на.

Вна­ча­ле кажет­ся, что напи­сан­ная «на бегу» Луке­рьей гра­мо­та име­ет мно­го опи­сок. Но на самом деле все слу­чаи мож­но объ­яс­нить фоне­ти­че­ски. Кла­ни­ся — это фоне­ти­че­ский пере­ход кла­няй­ся > кла­ней­ся > кла­ний­ся, после чего йот мог быть про­пу­щен. Мена «тк» на «кт» тоже встре­ча­ет­ся в гово­рах: в одной из бере­стя­ных гра­мот чело­век с име­нем Пот­ка («пти­ца») име­ну­ет­ся Пок­той. В слу­чае кимак­ти и руби­ли мы видим эффект скан­ди­ро­ва­ния, извест­ный иссле­до­ва­те­лям бере­стя­ных гра­мот (цоло­ми­бию в гра­мо­те № 311 — «челом бью»).

Даже напи­са­нию поти­на мож­но най­ти объ­яс­не­ние: в гово­рах встре­ча­ет­ся про­из­но­ше­ние «л» как «w»: поwт > поут > поот > пōт. Извест­ное укра­ин­ско­му язы­ку сло­во мова так­же явля­ет­ся резуль­та­том это­го упро­ще­ния (ср. с мол­ва). Встре­ча­ет­ся в гово­рах мовия — мол­ния, наря­ду с парал­лель­ной ей фор­мой мол­вия.

Поэто­му не сто­ит упре­кать Луке­рью в неак­ку­рат­но­сти: она лишь отра­зи­ла осо­бен­но­сти сво­ей речи, предо­ста­вив цен­ный мате­ри­ал для исто­ри­че­ской диа­лек­то­ло­гии. Несо­мнен­но, послед­няя гра­мо­та — это насто­я­щий брил­ли­ант, вне­сен­ный в копил­ку инте­рес­ней­ших для линг­ви­стов тек­стов.

Для слу­ша­те­лей два часа сорок минут про­шли на одном дыха­нии. При рас­ска­зе о послед­ней гра­мо­те А. А. Зализ­няк заме­тил, что лек­ция длит­ся боль­ше запла­ни­ро­ван­но­го, но оста­нав­ли­вать увле­ка­тель­ную рас­шиф­ров­ку непро­стых голо­во­ло­мок, остав­лен­ных древни­ми нов­го­род­ца­ми, похо­жую на насто­я­щее детек­тив­ное рас­сле­до­ва­ние, никто не хотел. Оста­ет­ся радо­вать­ся, что гума­ни­тар­ная нау­ка может вызы­вать такой инте­рес у широ­кой ауди­то­рии. Будем наде­ять­ся на новые наход­ки и после­ду­ю­щие лек­ции, кото­рые долж­ны рас­ши­рить наше пред­став­ле­ние о язы­ке и быте древ­них нов­го­род­цев.

Анна Пет­ро­ва,
сту­дент­ка пер­во­го кур­са маги­стра­ту­ры фило­ло­ги­че­ско­го факуль­те­та МГУ

См. так­же:
Видео­за­пи­си лек­ции А. А. Зализ­ня­ка: www.mathnet.ru/conf/151
Рас­шиф­ров­ки и видео: www.pravmir.ru/author/user_1444030386/

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (2 оценок, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...
 
 

Метки: , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

5 комментариев

  • Ольга Валерьевна Хабарова:

    Кол­ле­ги, я про­шу про­ще­ния, но что же зага­доч­но­го в послед­ней гра­мо­те 1102? Это обыч­ная тор­го­вая запис­ка, послан­ная ока­зи­ей через сест­ру. Оче­вид­но, под­во­да шла куда-то даль­ше…
    ПЕРЕВОД
    Поклон от Луке­рии Кимак(т)и /​/​кто такие были кима­ки – см. Википедию/​/​
    Кутью оставь себе /​/​это не пред­мет тор­гов­ли, про­сто выка­зы­ва­ние ува­же­ния «коллеге»//.
    Возь­ми руб­ли (день­ги), и при­шли потин /​/​прекрасные мои, ПОТИН – это про­сто бра­га (ирл. Poitin, англ. Рoteen)!//.
    Бла­го­да­рим, что потин(брагу) сва­ри­ла.
    По пово­ду полот­на /​/​это мог­ли быть и рем­ни, но даль­ше «симо» пред­по­ла­га­ет ед. число/​/​ – при­ез­жай луч­ше сама с ним.
    Посы­лаю к тебе люби­мую сест­ру про­ез­дом /​/​ А вовсе не «шлю на бегу»!!! Такое было бы вос­при­ня­то как оскорб­ле­ние. Это вам, суда­ри, не смс-ку послать «на бегу». Тогда к напи­сан­но­му отно­си­лись по-дру­го­му//.
    Так при­шли (не забудь)/ Боль­шие при­ве­ты! (охои, мн. ч.– ана­лог сло­вац­ко­го «ахой»)

    Луке­рия высту­па­ет как поку­па­тель, сест­ра – пере­воз­чик, адре­сат – про­да­вец. Все из цер­ков­ной сре­ды, поэто­му отно­ше­ния не чисто поку­па­тель-про­да­вец.

    С ува­же­ни­ем,
    Оль­га

  • Ольга Валерьевна Хабарова:

    Ситу­а­ция сме­шан­ная. Я же напи­са­ла «Все из цер­ков­ной сре­ды, поэто­му отно­ше­ния не чисто поку­па­тель-про­да­вец.» Там всё в одном. Свя­зи внут­ри цер­ков­ной касты одни из самых проч­ных (и спе­ци­фи­че­ских) по сей день. Куча род­ствен­ни­ков, лич­ные отно­ше­ния, посла­ния друг дру­гу по пово­ду кре­стин, поми­нок и пр. Что не отме­ня­ет биз­нес-отно­ше­ний.

  • Анна:

    Оль­га Вале­рьев­на, а Вы на лек­ции той были? или в запи­си смот­ре­ли?
    Про­сто ака­де­мик Зализ­няк, на мой взгляд, весь­ма убе­ди­тель­но изло­жил, поче­му при­шли к выво­ду, что речь о помин­ках, а не о тор­гов­ле. Судить же по пере­ска­зу, даже само­му подроб­но­му и тол­ко­во­му – это судить по пере­ска­зу. А хоро­шо бы по пер­во­ис­точ­ни­ку… Если же Вы слы­ша­ли объ­яс­не­ние Зализ­ня­ка – были бы инте­рес­ны Ваши аргу­мен­ты не столь­ко в поль­зу Вашей вер­сии, сколь­ко опро­вер­га­ю­щие его вер­сию. Может стать­ся, что Вы пра­вы, а он – нет, но убе­ди­те в этом!

  • res:

    Прав Рад­зин­ский, шутя – Врет, как оче­ви­дец )) Исто­рию никак нель­зя рас­смат­ри­вать как точ­ную нау­ку. Да и вооб­ще боль­шой вопрос, нау­ка ли эта дея­тель­ность, если трак­тов­ки одно­го и того же тек­ста, пред­ме­та и т.п. совер­шен­но субъ­ек­тив­ны. Не гово­ря уже о том, что собы­тия пере­пи­сы­ва­ют­ся каж­дые при­мер­но 20–30 лет в зави­си­мо­сти от теку­щей поли­ти­че­ской коньюк­ту­ры.

    «…Ходит, ходит один с коз­ли­ным пер­га­мен­том и непра­виль­но пишет. Но я одна­жды загля­нул в этот пер­га­мент и ужас­нул­ся. Реши­тель­но ниче­го из того, что там запи­са­но, я не гово­рил…» ))

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Недопустимы спам, оскорбления. Желательно подписываться реальным именем. Аватары - через gravatar.com