Бизнес, паркинг и прочие ингредиенты

Надо ли спасать школу от заимствований

Ирина Фуфаева

Ирина Фуфаева

Свежий повод для паники: министр образования России Ольга Васильева заявила, что из школьных учебников будут изымать иностранные слова.

Что именно случилось? На Общероссийском родительском собрании 2017 года министру зачитали вопрос «Русского Радио»: «Почему в учебниках и прочей школьной литературе и в обиходе преподавателей присутствуют такие слова, как паркинг, ингредиенты, шопинг, бизнес и т. д.? Это же вырождение русского языка!» [1].

Ответ Васильевой: «Это очень важный вопрос. Когда я говорила, отвечая про экспертизу учебников… мы сделаем всё возможное, чтобы эти слова как можно реже встречались в текстах. Это действительно недопустимая вещь». Дальше, упомянув, что «и 20, и 50, и 100, и 120 лет назад были такие же проблемы», Васильева процитировала, как ей показалось, Тургенева: «Употреблять иностранное слово, когда есть равносильное ему русское слово, значит оскорблять и здравый смысл, и здравый вкус».

Заявление бескомпромиссное. Неужели из учебников химии исчезнет термин ингредиенты?

Как известно, заимствования — неотъемлемая часть жизни языков. И в некоторых областях их заметно больше, чем в других. Например, в названиях одежды: от старинного шапка до нового лабутены. А еще — в словаре науки. Научная коммуникация стремится минимизировать барьеры, тяготеет если уж не к общему языку (хотя на латыни писались диссертации еще в XVIII веке), то хотя бы к международной терминологии.

А школьные дисциплины — это же упрощенные модели наук. Представим, что произойдет, если мечта неизвестного нам сотрудника «Русского Радио» исполнится. Для начала, не останется самих названий дисциплин — математика, геометрия, алгебра, физика, химия, литература, история, биология, география, анатомия, — восходящих к древнегреческим, латинским, арабским словам. Исчезнут важные термины. Ну хотя бы литературные: жанр от французского Genre — род; лирика от античной лиры; стих, дальний родственник «наших» стежки и стези, восходящий через греческий источник к праиндоевропейскому *steigh — шагать…

Простейшие минус с плюсом (от латинских minus — меньше и plus — больше) разделят судьбу терминов высшей математики — интеграл, дифференциал, матрица. В ту же степь, разумеется, уйдет геометрия с квадратами, хордами, сферами.

Но заимствований в научном, а значит, и школьном словаре гораздо больше, чем кажется, — ведь есть еще кальки. Это, во-первых, переводы слов по частям, как на-реч-ие — калька латинского ad-verb-ium. Во-вторых, переводы исходных значений терминов. Например, в русской математической литературе XVIII века перевели латинское radix как корень, по его прямому значению (откуда и наш редис — корень в прямом смысле слова).

Злополучное ингредиенты — такая же часть международной терминологии. Тоже восходит к латинской основе: ingredi — вступать, входить, от gradī — шагать, ступать, продвигаться, родственного славянскому грядущий. Аналогичные термины есть во французском (ingrédients) , немецком, английском, испанском, итальянском и других языках. Между прочим, подлинный автор приведенной министром цитаты — критик Виссарион Белинский — отзывался о предмете разговора в основном положительно: «В русский язык по необходимости вошло множество иностранных слов, потому что в русскую жизнь вошло множество иностранных понятий и идей. Подобное явление не ново… <…> неудачно придуманное русское слово для выражения понятия не только не лучше, но решительно хуже иностранного слова».

Права Васильева в том, что и сто лет назад заимствованиями возмущались — в том числе высокообразованные носители языка. Например, приятель Пушкина Полторацкий — журнальными нововведениями 30–40-х годов XIX века популярный, субъективный, пациент, стиль, цивилизация. А адмирал Шишков — кальками с французского, созданными Карамзиным на рубеже XVIII–XIX веков: вкус , влияние… И все они прижились, что говорит о том, что «равносильных» им русских слов не было. И не оправдалась тревога Полторацкого: «Что станет с русским языком через 20 лет?»

Легендарную тень консерватора Шишкова, кстати, потревожил зачитавший вопрос Юрий Вяземский, завкафедрой мировой литературы и культуры МГИМО: «Но не надо впадать в другую крайность, слово „бизнес“ заменить сложно… Так мы дойдем, что галоши будем называть „мокроступы“… »

Васильева согласилась со сложностью замены слова бизнес, посожалела о «хорошей обуви» галошах и чуть сменила риторику: «Ну… до такого совершенства не дойдем… Золотая середина — то, к чему надо стремиться». Так что вряд ли заимствованиям в школьных учебниках грозит крестовый поход. Хотя отдельные телодвижения возможны, чему свидетельством переименование полвека назад, в разгар борьбы с космополитизмом, французской булки в «Городскую».

Вообще-то у слова бизнес, выведенного из-под удара Вяземским, конечно же, был исконный аналог. Вот переводной текст еще XVIII века: «Приватный кредит, заступающий у торгующих граждан место наличных денег, приводит заимодавца в состояние продолжать предприятие свое и без денег…» Но в XX веке слово предприятие сузило и изменило значение, и в результате с возрождением рынка оказалось проще использовать заимствование, встречавшееся в русском языке еще с 1920-х годов.

Впервые — в кавычках, в качестве экзотизма, — у Маяковского: «Всё — „бизнес“, дело, — всё, что растит доллар» (В. В. Маяковский. «Мое открытие Америки», 1925–1926). Ну и не забываем о языковой экономии. Два слога против пяти — серьезный фактор успеха. Однако в конечном счете причины успеха английского термина — экстралингвистические: достаточно посмотреть переводы слова business в разных языках мира. В языках, не прошедших через запрет на предпринимательство, — слово родное. Например, португальское negócio. В большинстве языков бывшего соцлагеря — болгарском, армянском, казахском, латышском — заимствование из английского, как в русском. Метка социалистического прошлого.

Паркинг с шопингом в учебниках представить трудно. Видимо, автор вопроса мечтает запретить их в «обиходе преподавателей». Вообще, англицизмы на -инг вызывают особенное раздражение. Может, из-за того, что просачиваются не только отдельные слова, но и суффикс, то есть целая словообразовательная модель? Правда, пока она дает у нас лишь шутливые окказионализмы типа шашлыкинг или каламбуры типа путинг. В принципе, суффиксы иноязычного происхождения в русском языке есть: например, -изм, -ист; к ним привыкли, и они никому не мешают. Но для «врагов паркинга» есть хорошая новость. Слово парковка, которое вроде бы никого не раздражает, несмотря на происхождение от того же глагола to park, в поисковиках встречается почаще. И, например, парковку как процесс обозначает монопольно. Привычное оформление вполне может этому способствовать: парковка как остановка, зимовка и пр. — так понятнее.

Ну а шопинг? Конечно, русского аналога англицизму нет, но на отношение к нему может влиять отношение к самому понятию. Как писал Борис Немцов, осторожно пробуя в 1999 году тогдашний неологизм: «Не сказал бы, что это для меня — удовольствие. Есть такое западное понятие — шопинг. Оно как раз и означает: получать удовольствие от того, что ты ходишь по магазинам и что-то покупаешь» («Провинциал в Москве»). Пуристы могут утешаться тем, что сфера торговли и до того пестрела заимствованиями. Магазин, рынок, ярмарка… Впрочем, эти заимствования уже не воспринимаются таковыми, это естественная тенденция: чем старше заимствование, тем более «своим» оно кажется. Как в шутке 1990-х годов: «Зачем нам чуждое „риэлтор“, если есть прекрасное русское слово „маклер“».

Ирина Фуфаева,
науч. сотр. Института лингвистики РГГУ

Видеозапись Общероссийского родительского собрания:
www.youtube.com/watch?v=kINOo_qJmWQ (эпизод с засильем иностранных слов см. с 1 ч 35 мин.).

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
 
 

Метки: , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

20 комментариев

  • Ash:

    КЕМ БЫТЬ

    Расскажу вам басню, дети,

    О беде родной страны.

    Говорят, на белом свет

    Все профессии нужны…

    Но внимательно смекайте,

    Чем по жизни овладеть,

    Ведь последний гастарбайтер

    Хочет в офисе сидеть.

    Я тинейджером сопливым

    В этой жизни драйв нашёл:

    В фирму по продаже пива

    Мерчендайзером пошёл.

    Позже понял: мерчендайзер –

    Муть, параша и отстой.

    То ли дело – супервайзер!

    Вот конкретно наш герой!

    Не видать, в натуре, воли,

    Век свободы не видать –

    Стану менеджером, что ли,

    Лишь бы землю не копать.

    Дистрибьютер я иль дилер –

    Лишь бы всласть рубить бабло.

    Не шмальнул бы только киллер

    Из ствола в моё табло.

    И консалтингом займусь я,

    Стану холдинг создавать,

    И в масс-медиа внедрюсь я,

    Чтоб франчайзинг оправдать.

    Иль пришёл бы имиджмейкер

    И продюсера сыскал –

    В шоу-биз нырнул, как в шейкер,

    И хедлайнером я б стал,

    И надел весь в лейблах свитер,

    Пирсинг всюду б стал совать…

    Запестрел бы мною твиттер…

    Я ж вам, братцы, не черлидер,

    Чтоб бесплатно глотку драть!

    Встать к станку – ищите лоха!

    Стать рабочим – просто шок!

    Быть промоутером – плохо,

    Быть фронтменом – хорошо!

    -----------

    www.anekdot.ru/an/an1102/c110216.html#6

  • Эмиль Самуилович Медведев:

    Ash, Вы молодец!

    В статье поднята злободневная тема, но автор свернула не туда. Не с «бизнесом» надо бороться, не с «буржуазией» или «лазерами», а с привычкой наших чиновников «мониторить» («мониторировать» в версии глубокоуважаемой Вероники Скворцовой), которые «зафрендились» с тошнотворными инословечками типа байбек, даунтренд, ребрендинг и прочим мусором, который я устал закавычивать. Вся эта галиматья льётся непрерывным потоком в уши телезрителей и радиослушателей, нет от неё спасения.

    • Ирина Фуфаева:

      Эх, Эмиль Самуилович, точно знающий, куда должна сворачивать автор и с чем надо бороться. Вы точто знаете, что «ребрендинг» — это галиматься, но и Полторацкий в 1841 г. точно знал, что «цивилизация», «объективный» и «дебют» — ужасная галиматья, и погибель русского языка. Знали бы вы, что ситуация массовых, но недолговечных заимствований типа сегодняшнего даунтренда, вообще говоря, тоже вечна. Загляните в словарь русского языка 18 века — там множество, особенно в 1 половине, заимствований из европейских языков. В абсолютном большинстве они в языке не зацепились. Обошлось без борьбы. Но наивно думать, что заимствования в русском — плод лишь петровской эпохи. Загляните в словарь древнерусского языка — вы найдете там великое множество заимствованных терминов материальной культуры, и они тоже канули в лету. Все это нормальное отражение в языке принципы взаимодействия культур.

      • А я думаю, что это отражение бескультурья. Есть ведь ещё и гармония звучания. Не повернётся язык у культурного человека сказать омерзительно звучащие «лайнсмен», «плей-офф». Невежды были во все эпохи в количественном превосходстве, будем их за это уважать? Их нужно «мониторировать», тыкать носом и позорить вселюдно. Конечно, эта гадость не приживётся, но сама собой она не исчезнет, с ней нужно нещадно бороться, особенно лингвистам, точно как физики-химики должны бороться с лженаукой в своих областях.

        • n11:

          "Не повернётся язык у культурного человека сказать омерзительно звучащие «лайнсмен», «плей-офф». "

          Да, да. Вот «мокроступы» и «трупоразъятие» звучит куда красивее и если бы г-н Медведев, сам назначивший себя арбитром изящества и столпом культуры, помогал приснопамятному адмиралу Шишкову мы и сейчас бы наслаждались этими свидетельствами «высокой речевой культуры»

  • Ash:

    «...массовых, но недолговечных заимствований типа сегодняшнего даунтренда, вообще говоря, тоже вечна.»

    Грипп тоже практически вечен.

    Следует ли отсюда, что ничего делать не нужно?

    • Ирина Фуфаева:

      Это неверная аналогия. Корректно сравнивать эволюцию языков с эволюцией других систем, живой природы, например.

      • Ash:

        Как и у гриппа, в этой области могут быть осложнения.

        Например — «продукты питания».

        Если отвлечься от известных «итогов пищеварения», то формально мясо и молоко можно, конечно, полагать «результатами питания коровы», а картофель — «результатом питания ботвы», но население ничего этого ввиду не имеет.

        А иначе можно и «полуклинику» вместе с «крепостью Трах-Тарарах» записать в языковую норму.

        • Ирина Фуфаева:

          в данном случае не «ввиду» (предлог, означающий причину), а «иметь в виду» — фразеологизм.

          • Ash:

            А может это и есть новое явление в языке? Зачем с ним бороться?

            Например, Свифт настаивал на таком написании слова «пояс», которое сейчас полагают неправильным.

  • Ирина Фуфаева:

    «Невежды были во все эпохи в количественном превосходстве, будем их за это уважать?» Неужели вы говорите о тех невеждах (каковыми считал их Полторацкий и некоторые другие современники), что ввели омерзительно звучащие слова «цивилизация», «субъективный», «дебют», «пациент», «популярный» и так далее? Ах, это было больше полутора веков, и для вас эти слова звучат абсолютно естественно? Но так было не всегда. Увы, лженаучный подход к языковым изменениям демонстрирует министр образования и вы, мой уважаемый собеседник, тоже.

  • Ash:

    Лично мне кажется, что правильнее всего подойти к вопросу конструктивно.

    Вполне можно от имени правительства дать РАН поручение в рамках госзадания создать страничку в сети с толковым словарём русского языка. За эту страничку должен отвечать специальный коллектив экспертов-филологов, обновляющий её по мере возникающих новых потребностей.

    И чтобы все официальные документы содержали исключительно слова из этого словаря (на момент выхода документа), причём только в том смысле, который в этом словаре указан.

    Это и даст стабильность и гибкость.

    Пусть РАН приносит очевидную пользу населению в этой области знания.

    • n11:

      « Согласно императорского приложения за N 940 о неупотреблении слов в донесениях, следовало не употреблять слова „обозреть“, но осмотреть, не употреблять слова „выполнить“, но исполнить, не писать „стража“, но караул, и ни в коем случае не писать „отряд“, но деташемент.

      Для гражданских установлений было еще прибавлено, чтобы не писать „степень“, но класс, и не „общество“, но собрание, а вместо „гражданин“ употреблять: купец или мещанин.

      Но это уже было написано мелким почерком, внизу распоряжения N940, висящего тут же на стене, перед глазами писаря, и этого он не читал, но о словах „обозреть“ и прочая он выучил в первый же день и хорошо помнил.»

      • Ash:

        Если Вы полагаете, что РАН дошла до умосостояния «order, counter order, disorder», то можно сливать воду и тушить свет.

        В этом духе можно препираться очень долго.

        Как быть?

        1. Если ничего не делать, то получим мешок «крысонепроницаемостей».

        2. А если что-то делать, то что именно?

        • n11:

          Я полагаю, что все подобные «гениальные» были много раз испробованы за предшествующие века и закономерно провалились и надо быть очень самонадеянным, чтобы полагать, что подобный примитив пригоден для чего-нибудь кроме как посмешить потомков. Препираться ни с кем не намерен.

          • Ash:

            «...были много раз испробованы за предшествующие века...»

            Что-то не припомню, чтобы в прошедшие века использовали РАН и Интернет.

            А в Вашем мире это было?

            • n11:

              Для глупостей РАН и Интернет необязательны. Любители «регулировать» все от поголовья синиц до количества зерен в каждом колосе были всегда, а в России это настоящий бич

              • Ash:

                1. ``Любители ``регулировать'' все от поголовья синиц до количества зерен в каждом колосе были всегда...''

                Вы не поверите, но сейчас можно успешно регулировать как поголовье синиц (что с некоторыми другими видами и делают), так и количество зёрен в каждом колосе (чем занимается куча народа).

                Только для этого используют методы управления стохастическими системами.

                2. ``...а в России это настоящий бич''

                Истинный бич России — в отсутствии научного подхода к решению проблем такого рода.

                Раньше всё и вся пытались регулировать централизовано, а теперь всё и вся пытаются подвести под рыночные методы.

                Разница примерно та же, что и между чёрной и белой магией.

                Да и результаты соответствующие.

  • Полагаю очевидным, что чувство хотя бы мало-мальского уважения к родному языку должно подвигать каждого русского человека к тому, чтобы стараться по возможности исключать из употребления те иностранные слова, у которых имеются полностью равнозначные и равносильные им русские соответствия: например, «ингредиенты» — составляющие, «паркинг» — стоянка и т.п. Чехи вот, к примеру, даже артиллерию называют дулострелецтвом, театр — дивядлом (*т.е. местом, где «дивятся», смотрят*) , а вокзал —надражьем (*т.е. надорожием*) , ну а поляки футбол именуют «пилка ножна» (*т.е. «ножная билка» — в польском корневое «б» часто «оглушается» и превращается в «п»*) , юристов называют правниками, а те же ингредиенты — складниками; можно привести ещё множество подобных примеров из чешского и польского языка (*равно как и из сербохорватского, словенского и др.*) — и заметьте, что вся эта приверженность чехов и поляков к своим родным славянским словам ничуть не препятствует им считаться просвещёнными и цивилизованными европейскими народами.   

    P.S. :

    В дни хоррора, дестроя и хардкора

    Нам лишь язык — поддержка и опора:

    От слов, которые мы говорим,

    Зависит в нашем лайфе весь мейнстрим :Ь))))

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Недопустимы спам, оскорбления. Желательно подписываться реальным именем. Аватары - через gravatar.com