- Троицкий вариант — Наука - https://trv-science.ru -

Черные дыры ВАК

Технические требования позволяют отменить любую, даже самую качественную защиту

Мария Молина

Мария Молина

Поток липовых докторских диссертаций, выявленных «Диссернетом» за последние годы, впечатляет даже самого придирчивого критика. «При желании я могу защитить пачку бумаги в своем совете», — признался в частной беседе с корреспондентом ТрВ-Наука ученый секретарь одного из диссоветов в системе Академии наук. Все эти диссертации без проблем проходят экспертизу ВАК. Тем изумительнее случаи, когда ВАК заворачивает качественные докторские, представляющие собой результат многолетней работы настоящего ученого.

К сожалению, такого в последнее время появляется всё больше. Нам известно, в частности, о двух недавних случаях перезащит неплохих работ по истории в Санкт-Петербурге. Комментировать подробности таких случаев и называть имена для СМИ представители диссоветов, к сожалению, отказываются. Их можно понять: несогласных легко закрыть, благо у каждого диссовета за плечами есть какие-то технические нарушения постоянно меняющихся, нечетко прописанных требований ВАК. Но как минимум в одной истории имена назвать уже можно.

Вопиющим случаем в этой серии стала история, приключившаяся в мае этого года с известным лингвистом-хеттологом Андреем Сидельцевым из Института языкознания РАН. Осенью 2016 года он защитил в диссовете ИЯз РАН докторскую по синтаксису мертвого клинописного языка — хеттского.

Отметим, что специалистов в области изучения этого языка и в мире-то десятки, а в России счет идет на единицы. Тех, кто исследует синтаксис мертвых клинописных языков, можно пересчитать по пальцам во всем мире. Работа, в которой формулируется теория, позволяющая эффективно исследовать такой сложный материал, для лингвистической науки, для исследования мертвых языков обладает огромной ценностью.

Диссертант постоянно публиковал свои результаты в ведущих лингвистических журналах, его хорошо знают за рубежом. Московские лингвисты ждали его диссертацию не один год — уже давно было понятно, что работу надо защищать и издавать в виде монографии. Неудивительно, что во время защиты диссертация была одобрена советом единогласно — никаких сомнений в качестве работы быть не могло. Монография уже подготовлена и отправлена в издательство — хеттологи, историки языка, синтаксисты с нетерпением ждут книжку.

И тут из ВАК вместо докторского диплома пришел запрос о нарушении во время проведения защиты. Камнем преткновения стал сугубо технический вопрос — требования самой ВАК к составу диссовета при защите докторской диссертации. На защите должны присутствовать, как известно, пять докторов наук по специальности защищаемой диссертации. Но, как часто бывает, прийти могут не все члены диссовета. Для кворума достаточно двух третей совета.

А теперь допустим, один доктор уехал в командировку, другой не успел доехать — застрял в пробке. Третий, к величайшему горю, за месяц до защиты скончался. Для того чтобы соблюсти требования ВАК к защите, нужен еще один доктор. Об этом фактически узнают непосредственно перед началом совета. Перенести заседание невозможно — его дата определена сильно заранее и пропечатана в десятках экземпляров авторефератов, приехали оппоненты, часто из других городов. Что делать?

Как рассказали нам на условиях анонимности в нескольких диссертационных советах (по нелингвистическим специальностям), если человек застрял в пробке и не успел на заседание, за него чаще всего просто расписываются. Это фактически подлог, поэтому есть другое техническое решение. В состав совета на разовой основе вводится еще один доктор наук по специальности.

Важно, чтобы это был действительно специалист по вопросам, рассматриваемым в диссертации. Может ли он повлиять на результат голосования? Только если отношение голосов «за» и «против» — поровну. Если это единогласное голосование, никакого влияния на результаты защиты голос еще одного специалиста не окажет. Его никто не стал бы вводить, если бы не требования ВАК.

Но есть и еще один момент, о котором диссертант может и не знать. Если так случилось, ВАК должна получить уведомление о разовом введении доктора наук в состав диссовета. Его надо — sic! — написать заранее и отправить в ВАК за три месяца до защиты, а в составе диссовета, вероятно, иметь провидца, который загодя знал бы о возникновении такой ситуации.

Ради интереса авторы этой статьи попытались узнать в Аттестационной комиссии, что предлагается делать диссертантам в такой ситуации. Технические сотрудники ВАК, с которыми об этом удалось поговорить, считают, что нарушение есть нарушение — не предоставлено уведомление, значит, человек должен устроить перезащиту. При этом от него не будет требоваться никаких изменений самой диссертации.

Нужно «всего лишь»: заново отпечатать авторефераты, заново разослать их по почте, заново собрать на заседании тех же самых 22 занятых людей, зачитать под фонограмму те же отзывы и комментарии, записать такое же видео, сделать такую же стенограмму — заново заполнить все два десятка форм ВАК, собрать все документы (примерно две недели работы) и отвезти всё в ВАК.

И не важно, что диссертация уже успешно прошла экспертный совет самой ВАК, — как заметил в разговоре с нашим корреспондентом Владимир Гайдук, замдиректора департамента аттестации научных и научно-педагогических работников Минобразования и науки, «хреновые у вас эксперты». Не важно, что сама ВАК настолько уверена в научной доброкачественности работы, что считает возможной перезащиту в том же совете, с теми же оппонентами и с теми же отзывами. Главное — соблюсти букву правил, даже если это и означает сведение экспертной оценки диссертации к чистому спектаклю, даже фарсу.

Проблемы с провидцами Аттестационную комиссию специально не беспокоят. Понятно же, что по таким техническим вопросам никто не будет привязываться к диссертации. На одном из семинаров ВАК было сделано специальное уточнение: только на основании технических замечаний защиту нельзя аннулировать. Обычно так и поступают. Поэтому у нас на руках есть прецеденты успешных защит, когда при разовом введении доктора никто не подавал заранее никакого уведомления; есть прецеденты, когда за отсутствующих членов совета расписываются, — и нет прецедентов отмены диссертаций в результате этих нарушений.

Но нарушения остаются нарушениями. Как мы видим на примере диссертационного дела хеттолога Андрея Сидельцева, их всегда можно использовать, если нужно не допустить утверждения той или иной диссертации. Поскольку люди имеют обыкновение застревать в пробках, а также уезжать в командировки, болеть и умирать (более того, как мы знаем из литературы, умирать внезапно), нарушения можно найти у каждой первой защищенной в любом совете диссертации. К примеру, если один из членов совета отсутствует без предварительного уведомления об этом и без подтверждающего документа (справки или командировочного) — даже если необходимый кворум есть.

Предъявить прецеденты успешных защит при том же нарушении в том же диссовете, если диссертацию приказано остановить,невозможно. В личном разговоре главный ученый секретарь ВАК Николай Аристер заявил буквально следующее: «Уберите эти ваши бумажки подальше, а то диссовет закроют совсем».

Таковы требования ВАК и практика обращений с ними. Год от года они становятся всё более и более закрученными, всё менее и менее привязанными к жизни, всё более и более абсурдными и невыполнимыми. Игорь Федюкин, в прошлом замминистра образования и науки, а теперь доцент Высшей школы экономики, недавно опубликовал в газете «Ведомости» комментарий, в котором отметил, что «завинчивание гаек со стороны ВАК давно уже вызывает стоны ученых, сталкивающихся с нарастающим бюрократическим прессингом» [1].

Сейчас научная общественность обсуждает присвоение ученых степеней в университетах, а МГУ и СПбГУ уже получили такое право. На это резонно говорят, что экспертиза ВАК все-таки значительно качественнее, чем экспертиза диссоветов в университетах. Например, Совет по науке при Минобрнауки в конце мая выступил с таким заявлением [2].

Но надо же понимать, как устроена экспертиза ВАК: непрозрачный механизм, построенный так, чтобы при необходимости одобрить любую нужную диссертацию и задержать то, что по каким-то причинам потребовалось не допустить до выдачи диплома, — именно так можно описать типичную фабрику диссертаций, синекуру для того же Аристера.

Означает ли это, что университеты справятся с работой по присуждению степеней более аккуратно? Пожалуй, нет. Во-первых, действительно экспертиза в университетах страдает; во-вторых, давайте посмотрим, кто окажется во главе университетских диссоветов. Те же самые люди, которые до сих пор имеют связи в ВАК и при желании могут обеспечить полную остановку производства по диссертационному делу, сейчас готовятся взять в руки бразды правления в университетах.

Что же произошло с диссертацией Андрея Сидельцева? Экспертный совет ВАК она прошла еще зимой — с положительным результатом. Проблема на данный момент заключается в том, что до президиума ВАК, где ее должны утверждать окончательно, диссертация не доходит. Ее возвращает некий методист Минобрнауки, от которого вдруг зависит судьба хорошей научной работы.

Инструкция для дворцового персонала из Хаттусы, столицы Хеттской империи: технический персонал подметает пол, а не управляет решениями царей

Инструкция для дворцового персонала из Хаттусы, столицы Хеттской империи: технический персонал подметает пол, а не управляет решениями царей

Возвращает, основываясь на отсутствии формального уведомления, которое никто не только никогда не предоставлял в аналогичных случаях, но которое и невозможно представить в принципе, не имея провидцев в составе диссовета. В личных (и, упаси господи, совершенно неофициальных, строго офрекорд) беседах сотрудники ВАК требуют уходить на перезащиту и добавляют с угрозой в голосе, что, если Сидельцев «не уйдет» сам, его диссертация может в ВАК болтаться еще долго.

Андрей Ростовцев, один из основателей сообщества «Диссернет», отмечает, что давление на ученых становится сейчас частью системы: «Мы знаем, что вся система присвоения ученых степеней пронизана коррупционными цепочками снизу до самого верху. В такой ситуации неизбежно возникают конфликты между работающими учеными и торговцами дипломов, которым первые — как кость в горле. Всегда можно отыскать формальный повод для оказания давления».

Причина, почему хорошего ученого так последовательно пытаются лишить докторской степени, неизвестна. Но его случай показывает нам, что фабрики диссертаций не могут существовать без поддержки в высшем органе экспертизы научных работ — Высшей аттестационной комиссии. Ведь любую диссертацию, как бы качественно ее ни проводили по бюрократическим каналам, можно остановить на основании технических претензий — даже после одобрения в экспертном совете.

Мария Молина,
лингвист, научный журналист

P. S. На сайте ТрВ-Наука опубликовано открытое письмо в поддержку диссертации А. В. Сидельцева, направленное председателю ВАК Владимиру Филиппову и главному ученому секретарю ВАК Николаю Аристеру. Под письмом 243 подписи. См. ссылку: http://trv-science.ru/uploads/open_letter_in_support_of_sideltsev.pdf

1. vedomosti.ru/opinion/articles/2017/06/02/692654-stepen-upravleniya

2. http://sovet-po-nauke.ru/info/29052017-declaration_scientific_degrees

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи