Загадки граффити: в поисках решения

Анна Петрова

Анна Пет­ро­ва

18 апре­ля 2017 года в Мос­ков­ском цен­тре непре­рыв­но­го мате­ма­ти­че­ско­го обра­зо­ва­ния про­шла лек­ция док­то­ра фило­ло­ги­че­ских наук, чле­на-кор­ре­спон­ден­та РАН Алек­сея Гип­пи­уса и кан­ди­да­та исто­ри­че­ских наук, стар­ше­го науч­но­го сотруд­ни­ка Инсти­ту­та сла­вя­но­ве­де­ния РАН Сав­вы Михе­е­ва «Из эпи­гра­фи­ки Софии Киев­ской и Софии Нов­го­род­ской: новые наход­ки и интер­пре­та­ции».

Напом­ним, что эпи­гра­фи­ка — это при­клад­ная фило­ло­ги­че­ская и исто­ри­че­ская дис­ци­пли­на, изу­ча­ю­щая над­пи­си на твер­дых мате­ри­а­лах. А самы­ми ярки­ми памят­ни­ка­ми эпи­гра­фи­ки явля­ют­ся над­пи­си на сте­нах раз­лич­ных зда­ний (их еще назы­ва­ют граффи́ти). Они мно­го­чис­лен­ны и инфор­ма­тив­ны. Наи­боль­ший инте­рес для иссле­до­ва­те­лей в этом отно­ше­нии пред­став­ля­ют два зна­чи­тель­ных для Древ­ней Руси собо­ра: София Нов­го­род­ская и София Киев­ская. Граф­фи­ти в этих собо­рах ста­ли инте­рес­ней­шим источ­ни­ком све­де­ний для исто­ри­ков и линг­ви­стов. Эти памят­ни­ки древ­не­рус­ской пись­мен­но­сти сопо­ста­ви­мы по сво­е­му зна­че­нию с бере­стя­ны­ми гра­мо­та­ми, с кото­ры­ми граф­фи­ти име­ют схо­жие чер­ты.

Савва Михеев и Алексей Гиппиус на семинаре в МЦНМО. Фото Н. Деминой

Сав­ва Михе­ев и Алек­сей Гип­пи­ус на семи­на­ре в МЦНМО. Фото Н. Деми­ной

Как и в слу­чае с бере­стя­ны­ми гра­мо­та­ми, мы име­ем дело с кор­пу­сом тек­стов, напи­сан­ных людь­ми раз­но­го соци­аль­но­го ста­ту­са: здесь и авто­ры при­част­ные книж­ной куль­ту­ре, и про­стые люди, обу­чен­ные пись­му. Каж­дый сезон при­но­сит новые граф­фи­ти, нахо­дят всё новые и новые над­пи­си; более того, появ­ля­ют­ся новые воз­мож­но­сти и тех­но­ло­гии для про­чте­ния ста­рых тек­стов, кото­рые пло­хо сохра­ни­лись и с тру­дом чита­ют­ся. Поэто­му эта область пер­спек­тив­на для иссле­до­ва­те­лей древ­не­рус­ско­го язы­ка и куль­ту­ры.

Боль­шая часть тек­стов, про­ца­ра­пан­ных на сте­нах хра­мов, — это молит­вы: «Гос­по­ди, помо­ги рабу сво­е­му …» Но есть и более инте­рес­ные и нестан­дарт­ные по содер­жа­нию и струк­ту­ре тек­сты, самые насто­я­щие ребу­сы и загад­ки, и имен­но о них рас­ска­за­ли в сво­ем докла­де А. А. Гип­пи­ус и С. М. Михе­ев.

Вот, напри­мер, загад­ка из Софии Киев­ской: Олъ­тарь (алтарь) пла­мянъ а цьр­кы (цер­ковь) ледя­на и олъ­тарь погас­неть и цьр­кы роста­еть. Над­пись чита­ет­ся хоро­шо, тем­ных пятен нет, но вот содер­жа­ние вызы­ва­ет зако­но­мер­ный вопрос: о чем же здесь гово­рит­ся? Текст был опуб­ли­ко­ван дав­но, но смысл его подроб­но не изу­чал­ся.

В одной из руко­пи­сей, хра­ня­щих­ся в Рос­сий­ском госу­дар­ствен­ном архи­ве древ­них актов (Три­одь цвет­ная, ф. 381, № 138), нахо­дим ана­ло­гич­ную загад­ку, кото­рая рань­ше не чита­лась, пото­му что пло­хо сохра­ни­лась. В вос­ста­нов­лен­ном виде она выгля­дит сле­ду­ю­щим обра­зом: Олъ-тарь пла­мѣнъ, а цьрь­кы ледѣ­на. Оже (если) олъ­тарь угас­неть, то и цьрь­кы рас­та­еть. Чьто [же] то?

Отгад­ка тако­ва: это душа и тело. О том, что эта загад­ка появ­ля­ет­ся в кон­це руко­пи­си не слу­чай­но, гово­рит тот факт, что в кон­це Апо­сто­ла 1307 года, напи­сан­но­го пис­цом Дави­дом, мы тоже можем встре­тить загад­ку. Вот ее текст: 5 земель (в тек­сте пять раз напи­са­на бук­ва з — «зем­ля») 2 тьмѣ (тыся­чи) морей. Ее раз­га­дал А. Б. Стра­хов (этно­линг­вист и поэт): это не что иное, как пять хле­бов и две рыбы, кото­ры­ми Иисус накор­мил пять тысяч людей (хлеб сим­во­ли­зи­ру­ет зем­лю, а рыба — море). Разу­ме­ет­ся, в дан­ном слу­чае нас инте­ре­су­ет не текст загад­ки, а суще­ство­ва­ние самой тра­ди­ции тако­го рода при­пис­ки к цер­ков­но­му кодек­су.

Неко­то­рые тек­сты в Софии Киев­ской были про­чи­та­ны по-ново­му. Так ино­гда новое про­чте­ние может обер­нуть­ся самым насто­я­щим исто­ри­че­ским откры­ти­ем. В собо­ре есть граф­фи­то, кото­рое очень высо­ко рас­по­ло­же­но: на уровне 2 м 30 см — т. е. чело­век, сто­я­щий на полу, это напи­сать не мог.

Изна­чаль­но иссле­до­ва­те­ли его чита­ли сле­ду­ю­щим обра­зом: Лѣ[т](а) 6560 (1052) свяще[ника] Арс[ени]я [игу­мен] омъ [митропо]литъ м(ѣсяца) [октя] бря в 4 [поста­ви] (в квад­рат­ных скоб­ках напи­сан текст, кото­рый вос­ста­нов­лен иссле­до­ва­те­ля­ми, а в круг­лых -допол­ня­ют­ся сокра­ще­ния). Но такое про­чте­ние вызы­ва­ет неко­то­рые вопро­сы: во-пер­вых, сло­во «свя­щен­ник» не встре­ча­ет­ся в текстах домон­голь­ско­го пери­о­да, а во-вто­рых, в над­пи­сях лето­пис­но­го харак­те­ра мы нико­гда не най­дем, что­бы гла­гол сто­ял на послед­нем месте во фра­зе: он сле­ду­ет, как пра­ви­ло, сра­зу после даты.

И конеч­но же, иссле­до­ва­те­лей силь­но сму­щал тот факт, что сло­ва игу­мен и поста­ви пол­но­стью рекон­стру­и­ру­ют­ся: эти фраг­мен­ты тек­ста в ори­ги­на­ле не чита­ют­ся. Реша­ют­ся эти про­бле­мы сле­ду­ю­щим обра­зом: если при­нять, что сра­зу после даты сле­ду­ет гла­гол, то на этом месте логич­нее все­го пред­по­ло­жить фор­му при­ча­стия свя­ще­на. Более того, и Арсе­ний ока­зы­ва­ет­ся вовсе не Арсе­ний: если при­смот­реть­ся к над­пи­си, то мож­но понять, что после а сле­ду­ет вовсе не р, а 229-0169— юс малый (ана­лог совре­мен­ной «я»).

Полу­ча­ет­ся ая — окон­ча­ние при­ла­га­тель­но­го; над этим при­ла­га­тель­ным вид­не­ет­ся тит­ло, а с — нача­ло назва­ния церк­ви. Здесь един­ствен­но воз­мож­ный вари­ант — это Свя­тая София (по месту напи­са­ния). Затем, ско­рее все­го, идет не сло­во игу­мен, а имя мит­ро­по­ли­та. А даль­ше всё вер­но: митрополитъмь<…>бря в 4. Эта гипо­те­за полу­ча­ет раз­ви­тие: в Мсти­сла­во­вом еван­ге­лии мы нахо­дим изве­стие о том, что 4 нояб­ря неиз­вест­но­го года мит­ро­по­ли­том Ефре­мом (сле­ду­ю­щий мит­ро­по­лит после извест­но­го мит­ро­по­ли­та Ила­ри­о­на) была освя­ще­на Свя­тая София.

Итак, мы полу­чи­ли послед­ний ключ к раз­гад­ке — имя мит­ро­по­ли­та. Этот факт инте­ре­сен в первую оче­редь для исто­ри­ков: счи­та­ет­ся, что Ефрем стал мит­ро­по­ли­том в 1055 году (имен­но тогда он впер­вые упо­ми­на­ет­ся в лето­пи­си), после смер­ти Яро­сла­ва Муд­ро­го, а тут мы нахо­дим сви­де­тель­ство того, что Ефрем был мит­ро­по­ли­том уже в 1052 году. Это зна­чит, что мит­ро­по­лит Ила­ри­он про­дер­жал­ся на сво­ей долж­но­сти все­го один год (он был постав­лен мит­ро­по­ли­том в 1051 году). Эта гипо­те­за еще нуж­да­ет­ся в окон­ча­тель­ном под­твер­жде­нии — нуж­но полу­чить более каче­ствен­ные фото­гра­фии запи­си, кото­рые под­твер­дят дан­ную догад­ку.

Иссле­до­вать над­пи­си в нов­го­род­ской Софии гораз­до про­ще, пото­му что уче­ным про­ще полу­чить туда доступ. Боль­шая часть собо­ра еще не иссле­до­ва­на, и есть надеж­да, что кор­пус тек­стов отту­да еще попол­нит­ся. В докла­де отме­ти­ли наи­бо­лее инте­рес­ные из них.

Одной из самых извест­ных зага­док Софии Нов­го­род­ской явля­ет­ся над­пись куни­ро­ни (с вари­ан­том кюни­ро­ни). Она была опуб­ли­ко­ва­на веду­щим науч­ным сотруд­ни­ком Инсти­ту­та архео­ло­гии РАН Аль­би­ной Медын­це­вой с заме­ча­ни­ем, что ни на одном из суще­ству­ю­щих язы­ков эта над­пись не чита­ет­ся. Но, навер­ное, глав­ное обсто­я­тель­ство, кото­рое ста­вит в тупик иссле­до­ва­те­лей, — то, что запись эта встре­ча­ет­ся в Софии более 40 (!) раз, сде­лан­ная раз­ны­ми почер­ка­ми.

1. Одной из самых известных загадок Софии Новгородской является надпись «кунирони»

1. Одной из самых извест­ных зага­док Софии Нов­го­род­ской явля­ет­ся над­пись «куни­ро­ни»

Воз­мож­ную раз­гад­ку нашел Йос Сха­кен (Jos Schaeken), про­фес­сор Лей­ден­ско­го уни­вер­си­те­та (Нидер­лан­ды): это древ­не­ев­рей­ская фра­за куми­ро­ни, запи­сан­ная с одной ошиб­кой, что в пере­во­де озна­ча­ет «вста­вай, взы­вай». Эти сти­хи откры­ва­ют 19-й стих вто­рой гла­вы Пла­ча Иере­мии.

Поче­му же дан­ный текст появил­ся в нов­го­род­ской Софии? Воз­мож­но, это свя­за­но с собы­ти­я­ми 1066 года, когда Все­слав Полоц­кий разо­рил собор и вывез из него свя­щен­ные литур­ги­че­ские сосу­ды, что мог­ли сопо­ста­вить с разо­ре­ни­ем Иеру­са­ли­ма. Но на этом иссле­до­ва­те­ли не успо­ко­и­лись: есть еще одно воз­мож­ное реше­ние, каса­ю­ще­е­ся смыс­ла этой зага­доч­ной над­пи­си.

Нашел его Сер­гей Тем­чин, веду­щий науч­ный сотруд­ник, зав. отде­лом вза­и­мо­дей­ствия язы­ков и куль­тур Инсти­ту­та литов­ско­го язы­ка (Виль­нюс), в одной из пев­че­ских руко­пи­сей XIV века — ноти­ро­ван­ной нов­го­род­ской Минее. Там в при­пис­ке было обна­ру­же­но это же самое сло­во куни­ро­ни, явля­ю­ще­е­ся оши­боч­ной запи­сью назва­ния древ­не­го музы­каль­но­го инстру­мен­та кин­юра. Но зачем же писать назва­ние музы­каль­но­го инстру­мен­та более 40 раз? Тем более с ошиб­кой, пере­став­лен­ны­ми места­ми глас­ны­ми и лиш­ним сло­гом. Тем не менее гипо­те­за име­ет пра­во на суще­ство­ва­ние.

Поми­мо куни­ро­ни встре­ти­лась в Софии еще одна бес­смыс­лен­ная на пер­вый взгляд над­пись парехъ­ма­ри, на этот раз два­жды. Она ста­ла оче­ред­ной голов­ной болью для иссле­до­ва­те­лей, и вновь помощь при­шла со сто­ро­ны ино­стран­ных кол­лег. Хёл­гер Гзел­ла (Holger Gzella), про­фес­сор Лей­ден­ско­го уни­вер­си­те­та, спе­ци­а­лист по семит­ским язы­кам, отме­тил, что это очень похо­же на сирий­ское барек­мар — «Бла­го­сло­ви, Гос­по­ди!». Это же сло­во встре­ча­ет­ся в Житии свя­то­го Ила­ри­о­на, кото­ро­го при­вет­ство­ва­ли сирий­ским вос­кли­ца­ни­ем парехъ­ма­ра.

Есть в Софии так­же ком­плекс моно­грамм, даже крип­то­грамм, где на основ­ную бук­ву при­чуд­ли­во «при­ве­ши­ва­ют­ся» осталь­ные — таким обра­зом пис­цы часто зашиф­ро­вы­ва­ли свои име­на. Одна над­пись чита­ет­ся как Лазорь (глав­ная бук­ва — Л, в кото­рую впи­са­ны осталь­ные бук­вы, ил. 5).

5

5

Дру­гая — Путъ­ка (основ­ная букв а — П) (ил. 2).

2. Монограмма, в которой зашифровано имя «Путъка»

2. Моно­грам­ма, в кото­рой зашиф­ро­ва­но имя «Путъ­ка»

Встре­ча­ет­ся так­же в Софии имя Побратъ (ил. 3), оно не засви­де­тель­ство­ва­но преж­де, как и Затехъ, кото­рое тоже наца­ра­па­но на стене собо­ра.

3. Зашифрованное имя «Побратъ» (к букве П «подвешиваются» другие буквы)

3. Зашиф­ро­ван­ное имя «Побратъ» (к бук­ве П «под­ве­ши­ва­ют­ся» дру­гие бук­вы)

Отку­да же взя­лась эта тра­ди­ция обо­зна­че­ния имен моно­грам­ма­ми? Не мог­ла же она воз­ник­нуть ниот­ку­да. Сер­гей Тем­чин отме­ча­ет, что подоб­ным обра­зом в руко­пи­сях обо­зна­ча­ют­ся име­на авто­ров неко­то­рых цер­ков­ных тек­стов. Каким обра­зом эта прак­ти­ка рас­про­стра­ни­лась на запись моно­грам­ма­ми соб­ствен­ных имен авто­ров над­пи­сей? Есть еще визан­тий­ская тра­ди­ция запи­сы­вать таким спо­со­бом свои име­на на печа­тях. Авто­ры софий­ских авто­гра­фов мог­ли поза­им­ство­вать эту идею в одном из назван­ных источ­ни­ков.

Сре­ди ново­най­ден­ных запи­сей есть те, в кото­рых даже сооб­ща­ет­ся, каким инстру­мен­том они созда­ва­лись. Воиг­о­стъ (имя пис­ца) пъсалъ новымъ ножъмь (ножом). А в лест­нич­ной башне была най­де­на над­пись, сде­лан­ная по сырой шту­ка­тур­ке: Гос­по­ди помо­зи рабу своем[у К]устѣногъ тьмь пъсалъ — писец сде­лал ее ног­тем. Вот такая пара к запи­си про нож.

Авто­ры неко­то­рых над­пи­сей, несо­мнен­но, были про­фес­си­о­наль­ны­ми книж­ны­ми пис­ца­ми — напри­мер, Даля­та. Одна из запи­сей выгля­дит так: Даля­та пъсалъ сло­ва (ил. 6). А ниже мы видим два очень кра­си­вых и про­фес­си­о­наль­но сде­лан­ных ини­ци­а­ла (фигур­ные бук­вы В). Такие мог выпол­нить насто­я­щий мастер сво­е­го дела. Есть еще одно упо­ми­на­ние Даля­ты в собо­ре: Шестый день поста жго­ша Даля­ту. Сожгли, конеч­но же, ско­рее все­го, не Даля­ту, а его двор — воз­мож­но, во вре­мя язы­че­ских мяте­жей в XI веке.

6. Далята пъсалъ слова

6. Даля­та пъсалъ сло­ва

А что­бы пока­зать, что исто­рия реше­ния ребу­сов и зага­док на этом не закан­чи­ва­ет­ся, доклад­чи­ки завер­ши­ли выступ­ле­ние интри­гой: рас­шиф­ров­ку послед­ней над­пи­си лек­то­ры так и не дали, предо­ста­вив сде­лать это слу­ша­те­лям (ил. 4), дабы те почув­ство­ва­ли на соб­ствен­ном опы­те, какой слож­ной и одно­вре­мен­но увле­ка­тель­ной быва­ет рабо­та иссле­до­ва­те­лей. Вот эта над­пись:

на[i]м[о](_ _​ _​ _​)229-0173
мъ по гр (_​ _​ _​ _​ _​ _​)

4

4

Отгад­ку мы, ско­рее все­го, узна­ем на одном из сле­ду­ю­щих докла­дов. Как мы видим, реше­ние не все­гда быва­ет окон­ча­тель­ным: откры­ва­ют­ся новые дета­ли и новые обсто­я­тель­ства. Важ­но не оста­нав­ли­вать­ся, пока суще­ству­ют несты­ков­ки и неяс­но­сти. Если что-то в гото­вом реше­нии сму­ща­ет, зна­чит, нуж­но попы­тать­ся посмот­реть на зада­чу с новой сто­ро­ны, све­жим взгля­дом. Будем наде­ять­ся, что мы еще услы­шим о новых инте­рес­ных наход­ках, а так­же о хоро­шо забы­тых ста­рых, обрет­ших новую жизнь.

Анна Пет­ро­ва,
сту­дент­ка 4-го кур­са бака­лаври­а­та рус­ско­го отде­ле­ния
фило­ло­ги­че­ско­го факуль­те­та МГУ, участ­ни­ца Нов­го­род­ских
экс­пе­ди­ций 2015–2016 годов.

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
 
 

Метки: , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *