- Троицкий вариант — Наука - http://trv-science.ru -

О варварах, патриотах и соглашателях

ТрВ-Наука обратился к членам Клуба «1 июля» с просьбой прокомментировать статью А.Л.Асеева. Публикуем поступившие отклики.

Аскольд Иванчик,
чл. -корр. РАН, гл. науч. сотр. Института всеобщей истории РАН:

Я с большим уважением отношусь к А. Л. Асееву, в том числе и за его откровенные и прямые высказывания по поводу ситуации в Академии и российской науке. Хорошо понимаю и разделяю те эмоции, которыми пропитана эта статья, и в целом согласен с его оценкой. Тем не менее она содержит некоторое количество риторических преувеличений и высказываний, которые мне трудно считать справедливыми.

В частности, я не думаю, что работа Академии, усеченной реформой, была такой уж результативной в последние три года. Да вряд ли и могла быть таковой: это было скорее налаживание жизни на руинах, попытки создать новую систему взаимодействия и с институтами, и с властными структурами — причем с переменным успехом. Не считаю я такими уж успешными и выборы 2016 года, несмотря на избрание множества достойных ученых. Во-первых, потому, что не были избраны те, кто давно должен был (например, С. К. Смирнов, А. В. Кабанов, Р. З. Валиев). Во-вторых, потому, что было избрано немало тех, кто не должен был, — в основном в Отделении медицинских наук. В-третьих, слишком большое количество вакансий для молодых членкоров привело к тому, что конкуренция в этой номинации была слишком низкой, и уровень избранных членкоров оказался в целом ниже того, что был раньше.

В-четвертых, я не считаю удачным распределение вакансий между отделениями. Одна из важных проблем, созданных реформой 2013 года, — дисбаланс между ними. Механическое присоединение к РАН Академий медицинских и сельскохозяйственных наук превратило РАН в «Академию медицинских, сельскохозяйственных и прочих наук» с гипертрофированными новым отделениями.

Эта ситуация могла бы быть отчасти скорректирована за счет выделения им относительно меньшего числа вакансий. Произошло же обратное — они получили огромное их число, в то время как некоторым старым отделениям (например, Отделению историко-филологических наук) было выделено академических вакансий даже меньше, чем на выборах 2011 года, несмотря на долгий перерыв между выборами. Так что думаю, что пассаж о том, что эти выборы «подтвердили высокую репутацию и авторитет Академии в обществе», у многих вызовет саркастическую усмешку.

Излишне оптимистическим мне кажется и представление о том, что «фронтальная атака на РАН» в 2013 году была отбита. На мой взгляд, она вполне удалась в главном (утрата институтов), а сохранить удалось очень немногое, и в основном символического характера (при всей важности символов).

Не вполне удачным мне кажется и различие между «патриотами РАН» и «соглашателями с ФАНО». Разве у тех, кто занимался практическим руководством институтами, да и Академией, был другой выход, чем «соглашательство с ФАНО»? Без налаживания сотрудничества с ФАНО Академия оказалась бы окончательно отрезанной от институтов, и среди тех, кто этим занимался, в том числе входя в НКС ФАНО, немало настоящих «патриотов РАН».

То же касается и «двух ключей» — этот принцип представлен в статье как уступка со стороны Фортова. Но ведь на самом деле это скорее его завоевание. Все полномочия управления институтами, права учредителя с 2013 года были в руках у ФАНО. «Два ключа» — это был способ вернуть Академии хотя бы часть отнятых у нее полномочий. Пусть второй ключ нередко заедал, но без этого принципа ключ был бы один, и был бы он в кармане у ФАНО.

Что касается ответа на вопрос, что делать, со многим из сказанного А. Л. Асеевым я согласен, добавлю только, что следовало бы бороться не столько за доскональное исполнение всех статей ФЗ-253, сколько за его изменение, потому что в его рамках роль Академии в любом случае будет ограниченной.

Конечно, очень многое в судьбе Академии зависит от будущего президента. Я бы считал необходимым, чтобы он обладал следующими качествами:

  1. Крупный ученый, имеющий общепризнанные в мире результаты, еще лучше — продолжающий работать на мировом уровне действующий ученый;
  2. Свой в Академии, понимающий, как она устроена и действует, при этом не имеющий обязательств, препятствующих улучшению внутренней ситуации в ней, и, соответственно, свободный в выборе членов Президиума. Способный провести преобразования в РАН изнутри: речь идет о настоящей реформе РАН, которая давно необходима, необходимость которой не отменила и катастрофа 2013 года;
  3. Пользующийся уважением во властных структурах (и в администрации президента, и в правительстве) и умеющий с ними договариваться, а лучше имеющий опыт конструктивных контактов или сотрудничества с ними, но при этом доказавший способность иметь и отстаивать свою позицию. То есть человек, умеющий играть во властные игры, но обязательно в качестве независимого игрока.

Это очень важно: Академия была и есть один из важных государственных институтов, и конфронтация с властью как целым для нее самоубийственна. Она может участвовать в какой-то борьбе за влияние внутри власти (чем занимаются все властные институты), но никак не вне ее.

Вопрос в том, чтобы найти и выдвинуть такого кандидата. Вслед за А. Л. Асеевым пожелаем нам удачи в этом нелегком деле.

Владимир Захаров,
академик РАН, профессор Университета Аризоны (США):

Я, пожалуй, позволю себе быть политически некорректным, используя лексикон, который употреблять сегодня не принято. Однако приходится.

Во-первых, давайте зафиксируем факт, с которым все согласны. Политика, которую ведет руководство страны в отношении Академии наук, абсолютно последовательна. Она направлена на уничтожение Академии. И срыв выборов президента РАН, произошедший месяц назад, — событие нисколько не удивительное. Удивительно было бы, если бы такие выборы состоялись.

Можно, конечно пинать ногами издыхающую лошадь. Обвинять Президиум в том, что он не всё делал так, как нужно. Посмотрим, однако, какой Президиум у нас появится в сентябре. Станут ли люди, которые там засядут, вообще разговаривать с учеными?

Теперь о слове, которое я решусь употребить. Слово это весьма неприятное и сильно скомпрометированное — вредительство. Но увы, более подходящего слова я подобрать не могу. Как говорил Борис Слуцкий: «Я не прав, пускай меня поправят». Пусть меня поправят, если я не прав, и объяснят, какую благую цель преследует эта политика.

Чем эта вредительская деятельность мотивирована — решать не берусь. Чужая душа — потемки. Комплексы неполноценности, обида, зависть. Чудовищная жажда всем управлять. Презрение богача к бедняку.

Те, кто воюют против Академии, не понимают, что они борются против самой перспективы длительного стабильного существования России как единого государственного образования. Если Россия потеряет стабильность, мало не покажется никому. Будет похлеще, чем в Сирии. А к тому понемногу идет.

М. В. Ковальчук как-то сравнил Академию с Римской империей. Мол, Римская империя пала, так и Академия должна пасть. Хорошенькое сравнение! После падения Римской империи наступили века мрака. И вспомните, кто разрушил Римскую империю.

Варвары, и добавить к этому нечего.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи