Академику РАН Юрию Алексеевичу Рыжову — 85!

Юрий Алексеевич Рыжов — ученый в области механики жидкости и газа, академик РАН, доктор технических наук, экс-посол РФ во Франции
Юрий Алек­се­е­вич Рыжов — уче­ный в обла­сти меха­ни­ки жид­ко­сти и газа, ака­де­мик РАН, док­тор тех­ни­че­ских наук, экс-посол РФ во Фран­ции

Юрий Алек­се­е­вич Рыжов один из ста­рей­шин ака­де­ми­че­ско­го сооб­ще­ства. 28 октяб­ря ему испол­ни­лось 85 лет. Юрий Алек­се­е­вич нико­гда не огра­ни­чи­вал сво­ей актив­но­сти рам­ка­ми узкой науч­ной спе­ци­аль­но­сти. Он высту­пал и как обще­ствен­ный экс­перт, и как пра­во­за­щит­ник, и даже как дипло­мат. Обо всем этом гово­рит­ся в пуб­ли­ку­е­мых ниже поздрав­ле­ни­ях. Редак­ция «Тро­иц­ко­го вари­ан­та Нау­ка» сер­деч­но поздрав­ля­ет юби­ля­ра и жела­ет ему здо­ро­вья и бод­ро­сти духа.

Владимир ЛукинВла­ди­мир Лукин,
докт. ист. наук, посол Рос­сий­ской Феде­ра­ции в США (1992−1994), упол­но­мо­чен­ный по пра­вам чело­ве­ка в Рос­сий­ской Феде­ра­ции (2004−2014)

Юрий Рыжов — лич­ность яркая и уни­каль­ная. Он пора­жа­ет преж­де все­го сво­ей мно­го­гран­но­стью. Точ­нее — мно­го­гран­ной талант­ли­во­стью.

Я не впра­ве судить о его науч­ных резуль­та­тах и заслу­гах, ибо в его про­фес­си­о­наль­ной сфе­ре моя дев­ствен­ность абсо­лют­на и незыб­ле­ма. Одна­ко от уче­ных, поль­зу­ю­щих­ся боль­шим ува­же­ни­ем, я неод­но­крат­но слы­шал, что Юрий Алек­се­е­вич — один из неоспо­ри­мых лиде­ров того направ­ле­ния, кото­рым он зани­мал­ся боль­шую часть сво­ей науч­ной карье­ры.

Я боль­ше могу ска­зать о трех дру­гих сто­ро­нах его мно­го­гран­но­го талан­та. Речь идет о Юрии Алек­се­е­ви­че как о поли­ти­ке, дипло­ма­те и пра­во­за­щит­ни­ке.

Рыжов вошел в плот­ные слои актив­ной поли­ти­ки с избра­ни­ем в 1989 году депу­та­том Вер­хов­но­го Сове­та СССР. Каза­лось, что, будучи ака­де­ми­ком, дирек­то­ром круп­но­го инсти­ту­та, он зай­мет место в рядах «мол­ча­ли­во-послуш­но­го боль­шин­ства», кото­рое пыта­лось затор­мо­зить дви­же­ние пере­строй­ки.

Одна­ко он ясно и пуб­лич­но выбрал иной путь. Он актив­но под­дер­жал курс на раз­ви­тие демо­кра­тии и реформ. Когда Юрий Алек­се­е­вич почув­ство­вал, что руко­вод­ство Сою­за колеб­лет­ся отно­си­тель­но даль­ней­ше­го выбо­ра пути, он встал на сто­ро­ну наи­бо­лее актив­ных рефор­ма­тов, в част­но­сти Б. Н. Ель­ци­на. Реши­тель­но и муже­ствен­но под­дер­жи­вал он ель­цин­ское направ­ле­ние, хотя и пони­мал, что этот путь чре­ват серьез­ным риском.

С тех пор и по сей день Юрий Алек­се­е­вич был и оста­ет­ся чело­ве­ком ясной пози­ции, чело­ве­ком прин­ци­пов, вра­гом конъ­юнк­ту­ры и лизо­блюд­ства.

Еще одним аспек­том рыжов­ской мно­го­гран­но­сти ста­ла рабо­та Юрия Алек­се­е­ви­ча в каче­стве дипло­ма­та.

Есть мне­ние, что дипло­мат — это чело­век, кото­рый свою глу­пость частич­но ком­пен­си­ру­ет неко­то­рой про­фес­си­о­наль­ной веж­ли­во­стью.

Могу засви­де­тель­ство­вать, что Юрий Алек­се­е­вич в каче­стве дипло­ма­та был все­гда очень умен и не все­гда утон­чен­но веж­лив. И быть может, в том чис­ле и поэто­му он поль­зо­вал­ся огром­ным ува­же­ни­ем у вла­стей Фран­ции и, что осо­бен­но суще­ствен­но, у весь­ма при­хот­ли­вой и при­ве­ред­ли­вой фран­цуз­ской интел­лек­ту­аль­ной эли­ты.

В очень слож­ное и важ­ное для нашей стра­ны вре­мя мы име­ли во Фран­ции не зауряд­но­го чинов­ни­ка, а боль­шую, яркую лич­ность, кото­рую ува­жа­ли и цени­ли. А мы все гор­ди­лись таким пред­ста­ви­те­лем в нефор­маль­ной сто­ли­це Евро­пы.

И нако­нец, тре­тья сто­ро­на Юрия Алек­се­е­ви­ча с наи­боль­шей пол­но­той рас­кры­ва­лась в послед­ние годы. Я имею в виду его пра­во­за­щит­ную рабо­ту.

В каче­стве упол­но­мо­чен­но­го по пра­вам чело­ве­ка я в тече­ние 10 лет актив­но рабо­тал в тес­ном сотруд­ни­че­стве с ним над облег­че­ни­ем судь­бы уче­ных, обви­нен­ных и осуж­ден­ных по весь­ма сомни­тель­ным делам. В этом вопро­се были успе­хи и неуда­чи. При этом Юрий Алек­се­е­вич все­гда был лиде­ром это­го участ­ка пра­во­за­щит­ной рабо­ты, отда­вая ей все свои силы, энер­гию и муд­рость.

Очень хочу, что­бы мно­го­гран­ность Юры допол­ни­лась еще одной гра­нью — мно­го­ле­ти­ем. Ведь нынеш­ний юби­лей не очень серьез­ный. А до серьез­но­го оста­лось каких-то 15 лет. И совсем не обя­за­тель­но мрач­ных.

С несе­рьез­ным юби­ле­ем!

Твой Вла­ди­мир Лукин

Валентин ДаниловВален­тин Дани­лов,
быв­ший дирек­тор теп­ло­фи­зи­че­ско­го цен­тра КГТУ, канд. физ.-мат. наук

С Юри­ем Алек­се­е­ви­чем я позна­ко­мил­ся задол­го до мое­го уго­лов­но­го дела. В 1980-х годах Юрий Алек­се­е­вич был рек­то­ром МАИ и вел Все­со­юз­ный семи­нар по соб­ствен­ной атмо­сфе­ре кос­ми­че­ских аппа­ра­тов. В семи­на­ре при­ни­ма­ли уча­стие инте­рес­ные люди, со мно­ги­ми из кото­рых я позна­ко­мил­ся. Потом была пере­строй­ка, пост­пе­ре­строй­ка, Юрий Алек­се­е­вич стал послом во Фран­ции и пытал­ся отту­да содей­ство­вать раз­ви­тию рос­сий­ско-фран­цуз­ско­го сотруд­ни­че­ства в обла­сти кос­ми­че­ских иссле­до­ва­ний. В это вре­мя без­вре­мен­но ушел из жиз­ни его люби­мый уче­ник Миха­ил Пет­ро­вич Бур­га­сов, и в орга­ни­за­ци­он­ном плане заме­ны ему не нашлось. Поэто­му уси­лия Юрия Алек­се­е­ви­ча не дали того резуль­та­та, какой мог бы быть.

Так сов­па­ло, что с воз­вра­ще­ни­ем Рыжо­ва домой гря­ну­ли уго­лов­ные дела в отно­ше­нии уче­ных «с меж­ду­на­род­ны­ми свя­зя­ми». Мое дело не ста­ло чем-то экс­тра­ор­ди­нар­ным для Юрия Алек­се­е­ви­ча, посколь­ку до это­го про­шла целая чере­да подоб­но­го рода «шпи­он­ских» дел. Отли­чие мое­го слу­чая состо­я­ло в том, что наши иссле­до­ва­ния были в рус­ле его науч­ной рабо­ты в про­шлом, и он мог соста­вить соб­ствен­ное мне­ние о сути обви­не­ния.

Юрий Алек­се­е­вич стал одним из орга­ни­за­то­ров обще­ствен­но­го Коми­те­та в защи­ту уче­ных. Для него было оче­вид­но, что ком­пе­тент­ная и неза­ви­си­мая экс­пер­ти­за мате­ри­а­лов науч­ных иссле­до­ва­ний, кото­рые могут содер­жать госу­дар­ствен­ную тай­ну и попасть в руки зару­беж­ных парт­не­ров, долж­на вестись с обя­за­тель­ным уча­сти­ем Рос­сий­ской ака­де­мии наук как веду­щей госу­дар­ствен­ной экс­перт­ной орга­ни­за­ции. А сле­до­ва­те­ли ФСБ опи­ра­лись исклю­чи­тель­но на заклю­че­ния, мяг­ко гово­ря, сомни­тель­ных спе­ци­а­ли­стов — имев­ших уче­ные сте­пе­ни, но лишь фор­маль­но при­част­ных к иссле­до­ва­ни­ям дан­но­го про­фи­ля и вовсе неиз­вест­ных в науч­ной сре­де. Но экс­пер­том при­ня­то счи­тать спе­ци­а­ли­ста, мне­ние кото­ро­го авто­ри­тет­но, т. е. заслу­жи­ва­ет дове­рия кол­лег в этой обла­сти. Нали­чие уче­ной сте­пе­ни и рабо­та в орга­ни­за­ции, вклю­чен­ной мини­стер­ством в спи­сок экс­перт­ных, могут быть необ­хо­ди­мым, но заве­до­мо недо­ста­точ­ным усло­ви­ем, что­бы счи­тать­ся экс­пер­том в уго­лов­ном про­цес­се, реша­ю­щем судь­бу чело­ве­ка.

При­ме­ров тому вели­кое мно­же­ство. Юрий Алек­се­е­вич и как насто­я­щий уче­ный, и как совре­мен­ный Дон Кихот, не мог остать­ся в сто­роне от таких про­цес­сов. Во-пер­вых, у всех на гла­зах про­ис­хо­ди­ло нару­ше­ние прин­ци­пов и норм спра­вед­ли­во­го пра­во­су­дия в отно­ше­нии уче­ных. Во-вто­рых, игно­ри­ро­ва­лось мне­ние чле­нов Ака­де­мии наук, что де-факто при­ни­жа­ло ее роль как веду­щей экс­перт­ной орга­ни­за­ции, ведь с ней не посчи­та­лись «ком­пе­тент­ные госор­га­ны». Игно­ри­ро­ва­ние мне­ния авто­ри­тет­ных уче­ных по всем уго­лов­ным делам тако­го рода было пер­вым звон­ком гря­ду­ще­го пере­во­да Ака­де­мии наук в раз­ряд клу­ба людей, «удо­вле­тво­ря­ю­щих свое любо­пыт­ство за госу­дар­ствен­ный счет». В ско­ром буду­щем роль РАН будет низ­ве­де­на до клу­ба люби­те­лей кино или соби­ра­те­лей поч­то­вых марок.

Сра­зу после выне­се­ния обви­ни­тель­но­го при­го­во­ра по мое­му уго­лов­но­му делу в нояб­ре 2004 года Юрий Алек­се­е­вич орга­ни­зо­вал и про­вел уни­каль­ное слу­ша­ние по суще­ству дела, на кото­рое были при­гла­ше­ны руко­во­ди­те­ли про­филь­ных управ­ле­ний ФСБ и веду­щие уче­ные в дан­ной обла­сти зна­ний. Сре­ди них были уче­ные с миро­вым име­нем — Вита­лий Лаза­ре­вич Гин­збург, Сер­гей Пет­ро­вич Капи­ца, Вла­ди­мир Нико­ла­е­вич Куд­ряв­цев (осно­во­по­лож­ник совет­ской шко­лы кри­ми­но­ло­гии) и дру­гие [1]. Юрий Алек­се­е­вич фак­ти­че­ски про­вел пол­но­цен­ное экс­перт­ное и пра­во­вое обсуж­де­ние сути предъ­яв­лен­но­го мне обви­не­ния. Выслу­шав толь­ко дово­ды сто­ро­ны обви­не­ния, выска­зан­ные пред­ста­ви­те­ля­ми ФСБ, мож­но было сде­лать вывод, что защи­та и не нуж­на: за три часа ста­ло ясно — в этом деле, след­ствие по кото­ро­му дли­лось более пяти лет, нет пред­ме­та для уго­лов­но­го пре­сле­до­ва­ния!

Как любил повто­рять мой учи­тель ака­де­мик Буд­кер: если вопрос постав­лен пра­виль­но, он будет сто­ять дол­го. При­го­вор сто­ит до сих пор, в ожи­да­нии реше­ния по жало­бе на спра­вед­ли­вое судеб­ное раз­би­ра­тель­ство в Евро­пей­ском суде по пра­вам чело­ве­ка. Орга­ни­зо­ван­ное Рыжо­вым слу­ша­ние по делу за 3 часа раз­ре­ши­ло этот вопрос. 3 часа и 15 лет — несо­по­ста­ви­мые мас­шта­бы.

Юрий Алек­се­е­вич — Чело­век и Уче­ный с боль­шой бук­вы; мож­но бла­го­да­рить судь­бу за то, что я с ним лич­но зна­ком. Дол­гих лет, здо­ро­вья и успе­хов, Юрий Алек­се­е­вич!

1. http://bellona.ru/russian_import_area/international/russia/envirorights/36465

Михаил ФедотовМиха­ил Федо­тов,
пред­се­да­тель Сове­та при Пре­зи­ден­те РФ по раз­ви­тию граж­дан­ско­го обще­ства и пра­вам чело­ве­ка

Бла­го­сло­вен тот уни­каль­ный пери­од, когда рос­сий­ская дипло­ма­тия в Пари­же была пред­став­ле­на тре­мя руко­во­ди­те­ля­ми, кото­рые нико­гда преж­де не име­ли ниче­го или почти ниче­го обще­го с высот­ным зда­ни­ем на Смо­лен­ской пло­ща­ди. Нас было трое: чрез­вы­чай­ный и пол­но­моч­ный посол Рос­сий­ской Феде­ра­ции во Фран­цуз­ской Рес­пуб­ли­ке ака­де­мик Юрий Алек­се­е­вич Рыжов, ваш покор­ный слу­га, пред­став­ляв­ший нашу стра­ну в ЮНЕСКО, и рос­сий­ский торг­пред Вик­тор Нико­ла­е­вич Яро­шен­ко. Из нас тро­их толь­ко Яро­шен­ко имел неко­то­рое отно­ше­ние к миру меж­ду­на­род­ных отно­ше­ний: в тече­ние полу­то­ра лет он был мини­стром внеш­них эко­но­ми­че­ских свя­зей РФ. Что же каса­ет­ся нас с Рыжо­вым, то мы были свя­за­ны с миром дипло­ма­тии ско­рее через наших жен: Рэма Ива­нов­на окон­чи­ла МГИМО, моя Маша — ИНЯЗ име­ни Мори­са Торе­за.

Всех нас тро­их занес­ло во фран­цуз­скую сто­ли­цу шква­ли­стым вет­ром демо­кра­ти­че­ской рево­лю­ции, кото­рая, в отли­чие от сво­их зна­ме­ни­тых пред­ше­ствен­ниц, не «пожи­ра­ла сво­их детей», во вся­ком слу­чае неко­то­рых, а посы­ла­ла их куда подаль­ше: посла­ми, пост­пре­да­ми, торг­пре­да­ми. Про­шу пове­рить, что назы­ваю нас сей­час имен­но в такой после­до­ва­тель­но­сти не из нескром­но­сти, а исклю­чи­тель­но по тому ран­жи­ру, по кото­ро­му Юрий Алек­се­е­вич выстра­и­вал нас в линей­ку в аэро­пор­ту Орли, когда во Фран­цию при­ле­тал пре­зи­дент Рос­сии Борис Нико­ла­е­вич Ель­цин, пре­мьер-министр или министр ино­стран­ных дел.

К момен­ту мое­го при­ез­да в Париж (конец октяб­ря 1993 года) Юрий Алек­се­е­вич уже вполне осво­ил­ся с новым для себя поло­же­ни­ем посла Рос­сии. Одна­ко было бы наив­но думать, что он втис­нул свою неор­ди­нар­ную нату­ру в ложе­мент гла­вы дипло­ма­ти­че­ской мис­сии вели­кой дер­жа­вы. Ско­рее наобо­рот, он пере­вер­нул этот ложе­мент, ока­зав­ший­ся закос­не­лым меш­ком услов­но­стей и сов­ко­вых стра­хов, и водру­зил на его место рабо­чий вер­стак, как более под­хо­дя­щий для пред­ста­ви­те­ля новой, демо­кра­ти­че­ской Рос­сии.

Не хочу бро­сать камень в пред­ше­ствен­ни­ков Рыжо­ва на boulevard Lannes (там нахо­дит­ся посоль­ство) и rue de Grenelle (рези­ден­ция посла): они были бли­ста­тель­ны­ми про­фес­си­о­наль­ны­ми дипло­ма­та­ми чиче­рин­ской шко­лы со все­ми про­ис­те­ка­ю­щи­ми отсю­да досто­ин­ства­ми и огра­ни­чен­но­стя­ми. Напро­тив, Юрий Алек­се­е­вич при­нес в этот мир ари­сто­кра­ти­че­ско­го кан­це­ля­риз­ма живой дух рево­лю­ци­он­ной поли­ти­ки, сдоб­рен­ный его соб­ствен­ным гигант­ским интел­лек­том и муд­ры­ми под­сказ­ка­ми Рэмы Ива­нов­ны.

Будучи по нату­ре чело­ве­ком откры­тым, Рыжов поста­рал­ся таким же сде­лать и рос­сий­ско-фран­цуз­ский диа­лог, и само посоль­ство. При нем впер­вые перед пред­ста­ви­те­ля­ми всех волн рус­ской эми­гра­ции широ­ко откры­лись две­ри мрач­но­го бетон­но­го соору­же­ния на boulevard Lannes, полу­чив­ше­го у пари­жан про­зви­ще «бун­кер». Ни для кого не дела­лось исклю­че­ний. На кон­цер­тах, выстав­ках и при­е­мах, кото­рые при всей ску­до­сти финан­со­вых средств регу­ляр­но устра­и­ва­лись в посоль­стве, про­сто ряби­ло в гла­зах от ари­сто­кра­ти­че­ских фами­лий, извест­ных еще по школь­но­му кур­су оте­че­ствен­ной исто­рии. Здесь на лест­ни­це, рядом с заби­тым фане­рой и задра­пи­ро­ван­ным рос­сий­ским три­ко­ло­ром гигант­ским бюстом Лени­на, мож­но было встре­тить и вели­кую кня­ги­ню Лео­ни­ду Геор­ги­ев­ну Рома­но­ву, урож­ден­ную Баг­ра­ти­он-Мух­ран­скую, и совет­ско­го дис­си­ден­та Али­ка Гин­збур­га с женой Ари­ной, и худож­ни­ка-аван­гар­ди­ста Оска­ра Раби­на, и выда­ю­ще­го­ся дея­те­ля демо­кра­ти­че­ско­го дви­же­ния Ана­то­лия Соб­ча­ка, неожи­дан­но для себя ока­зав­ше­го­ся в изгна­нии, и мно­гих дру­гих.

Бук­валь­но на сле­ду­ю­щее утро после при­ле­та в Париж я явил­ся к Рыжо­ву. «Ну, рас­ска­зы­вай­те, что в Москве» — это, пожа­луй, пер­вое, что я от него услы­шал в то утро. И понял, что все мыс­ли его — не здесь, в уют­ной, теп­лой и шум­ной сто­ли­це Фран­ции, а в про­мозг­лой и голод­ной сто­ли­це рево­лю­ци­он­ной Рос­сии.

С того дня так и пове­лось: почти каж­дое утро, если это­му не мешал его или мой рабо­чий гра­фик, я при­хо­дил в каби­нет Юрия Алек­се­е­ви­ча и уса­жи­вал­ся напро­тив, что­бы про­дол­жить наш раз­го­вор о сего­дняш­нем и зав­траш­нем дне нашей Роди­ны. В шут­ку мы окре­сти­ли наши поси­дел­ки дис­кус­си­он­ным клу­бом «Пере­строй­ка».

Мно­гое, о чем мы тогда гово­ри­ли с надеж­дой, слу­чи­лось. К сожа­ле­нию, слу­чи­лось и мно­гое из того, чего мы опа­са­лись, и даже то, о чем мы и помыс­лить не мог­ли. Но оста­лось ясное ощу­ще­ние, что я имею сча­стье вести диа­лог с чело­ве­ком, видя­щим зна­чи­тель­но даль­ше любо­го смерт­но­го. Впро­чем, таким и долж­но быть зре­ние у того, кто зна­ет, что такое леви­та­ция, и уме­ет одно­вре­мен­но писать два раз­ных тек­ста дву­мя рука­ми сле­ва напра­во и спра­ва нале­во.

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

avatar
1 Цепочка комментария
0 Ответы по цепочке
0 Подписки
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
1 Авторы комментариев
Юлий Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
Уведомление о
Юлий
Юлий

При­ми­те, ува­жа­е­мый Юрий Алек­се­е­вич, мои искрен­ние поже­ла­ния здо­ро­вья и бод­ро­сти в один из Ваших люби­мых дней! Вы один из немно­гих в Рос­сии людей, кото­рым мож­но верить и кото­рых мож­но ува­жать! Спа­си­бо, что Вы есть!

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
 
 

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: