Кто нам ровня?

Андрей Ворох, канд. физ.-мат. наук, с.н.с. ИХТТ УрО РАН

Андрей Ворох

Разговор о российской науке в любой среде — в дружеской или профессиональной — рано или поздно поворачивает к вопросу, как «у нас» и как «у них», понимая под последними, как правило, страны Запада. В процессе обсуждения постепенно выясняется, что, дескать, «там» всё по-другому, а у нас свои традиции — зачем же сравнивать? Тем не менее через такого рода сравнения прорисовываются смутные контуры будущего, возникает фон ожидаемых изменений.

Неявные ориентиры научного сообщества провоцируют власть к форсированным действиям по силовому изменению реальности. Так, на июньском Петербургском международном экономическом форуме глава Минобрнауки Дмитрий Ливанов сказал: «Необходимо восстановить конкурентоспособность России как мировой научной державы, как центра интеллектуального развития, вернуть лидерство в сфере фундаментальной науки… Основная задача — изменение самого подхода к организации научной деятельности, передача главных ресурсов в руки работающих ученых» [1].

Однако в конечном счете целеустремленное шествие к таким высоким целям заканчивается метаниями и реформаторов, и реформируемых: по какому же пути нам двигаться, кому подражать — американским университетам или немецким обществам, а может, французской CNRS или корейским R&D-центрам? Чтобы знать, куда двигаться, хорошо бы представлять, где ты находишься и куда из этой точки вообще можно добраться.

Информация о состоянии науки в отдельных государствах собрана на портале SCImago Journal & Country Rank, или SJR [2]. Базируясь на базе Scopus от Elsevier, портал предоставляет ряд наукометрических показателей для разных стран с 1996 по 2014 год. Удобный интерфейс за несколько кликов позволяет немного сориентироваться в научной производительности разных стран, высока ли цитируемость публикуемых работ и каково распределение наук по дисциплинам. Можно также оценить степень международной коллаборации и индекс Хирша страны. Критериев немного, но для составления общей картины вполне достаточно.

Чтобы ответить на вопрос, кто сегодня может быть «мировой научной державой», я решил выяснить, наука каких стран соразмерна российской. В качестве основных критериев я выбрал: (а) общее число статей — понятный количественный критерий, хорошо отражающий совокупную производительность науки данной страны; (б) среднее количество ссылок на одну публикацию — интуитивно ясный качественный параметр, указывающий на значимость и оригинальность работы для мирового научного сообщества. Непосредственная цифра последнего параметра включает в себя вклад самоцитирования.

Судя по данным портала, традиции самоцитирования сильно разнятся. Так, американцы и китайцы создают половину ссылок на собственные работы, тогда как европейцы, японцы и корейцы ссылаются на себя в два раза реже. Остальные, включая россиян, балансируют посередине, давая на свои публикации около трети самоцитирований из общего числа ссылок.

Для оценки российской науки 1996 год — достаточно удобная точка отсчета, поскольку основной шок и социальные потрясения от распада СССР уже прошли и научная среда несколько стабилизировалась. Так, общее количество научных работ, сделанных в России, с 30 тыс. в 1996-м постепенно росло и достигло более 50 тыс. публикаций в 2014 году. Правда, в рейтинге стран по количеству публикаций Россия переместилась с 8-го на 15-е место. Это означает, что темпы роста числа российских публикаций существенно ниже, чем в других странах.

Несколько сложнее оценить качественные изменения по среднему числу ссылок на публикацию. Для этого приходится ограничиться странами с общим числом публикаций более 10 тыс. в год. Такой маневр необходим для сравнения подобного с подобным и исключения стран, подобных острову Токелау с 1 публикацией и 42 ссылками на нее. Максимальное число ссылок на одну российскую публикацию пришлось на 1999 год и составило 9,13 ссылок на статью, в остальные годы на одну статью приходится не менее 6 ссылок.

С такими показателями Россия во все годы находится в конце списка, до 2000 года составляя конкуренцию Индии и Китаю. В последующие годы тройку замыкали уже Россия, Польша и Иран. Вообще, данный параметр является накопительным и адекватно отражает ситуацию до 2009 года, однако если смотреть на тенденцию, то в настоящее время Россию окружают Малайзия и Румыния. Если же выделить страны с количеством публикаций более 5 тыс. в год, то с конца 1990-х и по сегодняшний день чуть ниже России по числу ссылок на статью оказывается Украина, а чуть выше — Бразилия и Турция.

С 1996 года количество стран с научной продукцией более 10 тыс. статей в год выросло более чем в два раза — с 20 до 43. Список пополнили Чехия, Сингапур, Новая Зеландия, Тайвань и др. Важно заметить, что после 2000 года тройка лидеров по этому параметру неизменна — это Швейцария, Дания и Голландия. Удивительно, что наиболее востребованные публикации — более 30 ссылок на работу в 1996 году и более 20 ссылок в 2008 году — создаются в небольших европейских странах, а не в монстрах финансирования науки, таких как США и Китай.

Причина, вероятно, кроется в том, что в этих странах наука устроена в качестве хабов, в которые стекаются ученые из множества других стран. Действительно, доля публикаций, выполненных швейцарцами в коллаборации с иностранными коллегами, уже в 2010 году превысила 60%. По такому же пути пошла Чехия, в которой 40% всех работ на сегодня выполняется с привлечением международного сотрудничества, что позволило существенно поднять цитируемость работ.

В результате такого ранжирования мы можем определить страны с научным потенциалом, соразмерным российской науке. Индия и Китай еще близки по качеству статей,

но ушли в безнадежный отрыв по производимому количеству. Значит, на сегодняшний день наиболее близкими к научной производительности России оказываются четыре страны: Польша, Иран, Турция и Бразилия. Портал SJR позволяет сравнивать показатели четырех стран, поэтому на рисунке приведены характеристики российской науки и трех стран, за исключением Турции.

Из рисунка видно, что число публикаций интенсивно растет с конца 1990-х в Бразилии и Иране и чуть медленнее в Польше. Приблизившись в 2012 году к российским 40 тыс. статей в год, во всех трех странах достигнуто насыщение. Среднее число ссылок заметно превышает российские показатели, но находится «в пределах досягаемости».

Впрочем, данные показатели суммируют публикации по всем дисциплинам. Портал SJR позволяет рассмотреть вклады различных дисциплин в эти показатели. Так, в большинстве развитых стран с 1990-х годов больше всего статей публикуется в области медицины. На сегодняшний день количество медицинских публикаций в западных странах превышает в два раза число статей по дисциплине, стоящей на втором месте по числу публикаций. В странах Юго-Восточной Азии — Сингапуре, Южной Корее, Тайване — наибольшее количество публикаций приходится на инженерные и компьютерные науки.

Вообще, количество публикаций характеризует преимущественно фундаментальную науку и косвенно указывает на приоритеты в государственном финансировании. В свою очередь, государственное финансирование сильно зависит от устройства общества. В демократических государствах о расходах на науку власть должна отчитываться перед налогоплательщиками, которым более понятна важность исследований, нацеленных на улучшение здоровья населения. Отсюда, вероятно, и растет интерес к медицине.

В индустриально развивающихся странах Азии запрос на научные исследования идет от государственных приоритетов в промышленном развитии, в обучении инженерных кадров и создании инноваций. Соответственно, и фундаментальные исследования будут тяготеть к инженерии. Так, среди четырех стран, рассмотренных выше, Бразилия ближе к первой группе, где во главу угла поставлена медицина, а Иран — ко второй группе, где превалируют инженерные науки. Однако ни Россию, ни Польшу нельзя однозначно отнести к одной из этих групп.

Практически во всех странах бывшего СССР, а также в некоторых европейских странах советского блока еще в 1990-е годы наибольшее количество публикаций выпускалось физиками. На втором месте стояли химия, материаловедение, инженерия. Эта ситуация сохранилась и по сей день. Так, если естественные науки стоят на двух ногах — physical science и life science, то западные страны опираются на одну ногу, а постсоветские — на другую.

Существенное различие в развитии научных дисциплин в разных странах оказывает сильное влияние и на степень коллаборации между странами и интерес к научным результатам друг друга. Например, по данным Journal Citation Reports, из 150 журналов с импакт-фактором IF>10 около 80% составляют медицинские и биологические журналы. В этих журналах публикуются ученые большинства стран, где медицина и биология являются приоритетными направлениями. Соответственно, ученые из стран, в которых приоритетны иные направления, значительно реже публикуются в высокоимпактных журналах. В конечном счете среднее число ссылок на одну публикацию в таких странах будет существенно ниже, и прочие наукометрические показатели будут заметно отличаться от большинства стран.

Таким образом, достичь высоких наукометрических показателей для национальной науки можно только путем развития дисциплин life science. Собственно, именно таким путем пошла Польша. На рисунке можно видеть, что в Польше с 1996 по 2008 год синий круг физики постепенно уступает место зеленому кругу медицины. При этом важно заметить: одновременно двигается вперед розовый круг инженерных наук.

187-0101

Для сравнения приведены данные по российским научным дисциплинам. Тотальное преимущество физики над остальными дисциплинами за десятилетие еще немного увеличивается. Точно такая же ситуация в Беларуси, Украине, Казахстане и Узбекистане. Судя по всему, наука в этих странах не может выйти из проторенной колеи советского прошлого. Попросту говоря, инерция.

Как видим, российская наука находится в уникальном положении, или, иначе говоря, стоит несколько особняком в мировой науке. Если верно, что запрос от общества или промышленности диктует больший упор на медицину или инженерию соответственно, то продуктивность физики в постсоветских странах показывает отсутствие таковых запросов и от общества, и промышленности.

Взамен этого приоритеты научных дисциплин в России полностью определены заслугами прошлого и кулуарным распределением финансирования. Идти «европейским» или «азиатским» путем невозможно без длительного эволюционного изменения научной среды, без ясных и отчетливых приоритетов. Минобрнауки то всецело озабочено международными рейтингами университетов, то внезапно устами министра Ливанова утверждает, что «у нас цель простая — возврат к тем высоким стандартам системы образования, которые были присущи всегда нашим ведущим университетам еще в Советском Союзе» [3]. Из тенденций, проиллюстрированных выше, вполне однозначно следует, что одно другому просто противоречит. Впрочем, вне зависимости от государственных целей еще пару десятилетий российская наука будет жить, пока энергия распада СССР окончательно не диссипирует.

Может быть, на первый взгляд удивительно, а кому-то может показаться и обидно, что российская наука находится в ряду Бразилия — Польша — Иран — Турция. Эти страны не занимают передовых позиций в научном мире и в одинаковой степени слабо интегрированы в мировую науку, имея менее трети публикаций с иностранными соавторами. Соизмеримый уровень человеческого и экономического потенциала определяет и производительность науки, а география, культурные и политические особенности ограничивают полное включение этих стран в мировое сообщество.

187-0100

Внутри своего региона эти страны определенно являются научными лидерами. Проблема для таких государств заключается в том, что «научная держава» звучит сегодня как оксюморон. Среди соседей еще можно играть роль «региональной научной державы», но даже таковая не предусмотрена в мировой науке, которая оказывается слишком едина для стоящих особняком.

Приведенный сравнительный анализ не дает ответов на проклятый вопрос «Что делать?», но, по крайней мере, отрезвляет, иллюстрируя, что в России наука устроена своеобразно даже для соразмерной ей науки Бразилии и Ирана. Проблемы, схожие с нашими, уже полтора десятка лет решают поляки и доказывают, что изменения весьма болезненны, вовсе не баснословно эффективны, но в принципе возможны [4]. Пожелания сделать «тут» как в Кембридже, MIT или Обществе Макса Планка, упразднив существующее, рассортировав имеющееся, сократив-оптимизировав лишнее, повысив всевозможную эффективность, — это больше похоже на поиски секрета, как же правильно на лужок усадить квартет и пленить наконец своим искусством свет.

Чтобы интегрироваться в мировую науку или сместить приоритеты в пользу промышленности, нужно поощрять коллаборации, массово отправлять молодежь в лучшие лаборатории мира, затем возвращать ее, предоставляя более выгодные условия работы; нужно упрощать таможенные правила для ученых и научного оборудования.

И много чего еще нужно, но каждый раз хочется оговориться: «нужно было» всё это делать прошедшие десять-пятнадцать лет. Делать нужно было вовсе не для того, чтобы стать «мировой научной державой», а только для того, чтобы и в нашей стране люди свободно и спокойно могли заниматься самой обычной Наукой. Чтобы страна была включена в глобальный мир благодаря не только дóбыче полезных ископаемых, но и такому стратегическому ресурсу, как Знание.

1. минобрнауки.рф/новости/5844

2. http://scimagojr.com/

3. Ливанов призвал российские вузы вернуться к советскому уровню качества. 24 августа 2015 года.

4. Стерлигов И. Реформа науки: польские уроки. 13 апреля 2010 года.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи

 
 

Метки: , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , , ,

 

38 комментариев

  • ВПоль:

    Разумно написал, правильные выводы.

    Надо заинтересовать молодых тем, что после успешной аспирантуры,

    у низ будет 2 срока по 2-3 года «доводки» пост-доком за рубежом.

    Затем, такой пост-док должен вернуться в РФ

    и на конкурсной основе занять приличную должность (например старшего н.с)

    а лучше бы защитить вторую степень по результатам публикаций).

    Но это лишь перспектива. которую надо проработать и узаконить.

    А сейчас нужна процедура ранжирования тех кто в науке,

    с целью очевидной фильтрации балласта (процентов 15-20 еще есть).

    И конечно, нужна достойная оплата оставшимся в строю.

    Но делать это должно само научное сообщество, по своим критериям,

    через свои Уч. Советы в НИИ, и их объединения,

    а не ждать когда ФАНО «зафанит» своими распоряжениями.

    • Андрей:

      «Затем, такой пост-док должен вернуться в РФ

      и на конкурсной основе занять приличную должность (например старшего н.с)

      а лучше бы защитить вторую степень по результатам публикаций).»

      бггг, это же просто предел мечтаний! не жЫрно ли?

      • Научник:

        Цитата «массово отправлять молодежь в лучшие лаборатории мира, затем возвращать ее, предоставляя более выгодные условия работы».

        ------------------------

        Адекватная молодёжь сама уезжает в лучшие лаборатории мира, специально «отправлять» никого не надо. Надо создать минимальные условия для возвращения успешных в Россию. И речь не о деньгах-"пряниках", а о признании западных научных степеней в России. Вы знаете, через какие круги маразма нужно пройти, чтобы признать немекую или французскую хабилитацию в России? Это удалось считанным единицам. Остальные плюнули и защитились заново или забыли Россию, как кошмарный сон.

        • Андрей Ворох:

          если есть целенаправленная задача обучить и вернуть, то (например в Казахстане и вроде в Китае так делали) отправляют, отягощая обязательством вернуть деньги на обучение, в залог берут имущество родителей. Пока что реализуется задача, чтоб не разбежались, за счет «решений» жилищного вопроса.

          • Научник:

            Цитата: «Пока что реализуется задача, чтоб не разбежались, за счет «решений» жилищного вопроса.»

            --------

            У нас в новосибирском Академгородке ВСЕ проекты по «улучшению жилищных условий молодых» придуманы чиновниками СО РАН, чтобы заработать денег на перепродаже квартир. В итоге учёные получают 10% от построенных квартир, а остальные 90% жильцов — это люди со стороны. Академики приватизировали государственные коттеджи, а обычные научники не могут приватизииовать даже комнатку в общежитии. С «отправлением» перспективной молодёжи для учёбы на Запад произойдёт то же самое: отправят блатных балбесов за государственный счёт, чтобы те тусовались в лондонских барах. А вот реально нужные и успешные научники, набравшись опыта в лучших лабораториях мира, не спешат возвращаться в Россию: один только маразм нострификации чего стоит.

            • "У нас в Новосибирском Академгородке "-- ...........................

              В Новосибирском Академгородке всё гораздо лучше чем где либо по стране. Лучшая криминализация правоохранительных органов, науки и всего госаппарата в целом. Мы обязаны быть образцом для пожражания, и мы будем!

            • Василий Афонюшкин:

              Проблема в том, что не очень то и берут желающих возвратиться. Казалось бы есть мощнейший ресурс для возрождения науки — масса ученых уехавших в 90-е уже по возрасту не могут работать в Европе и готовы вернуться в РФ даже на равных условиях. Однако ставок «нет», жилья (общежития) тоже нет. При этом государство выделяет сотни миллионов рублей на привлечение единичных ученых с Запада. На эти же деньги можно было привлечь массово тысячи ученых -бывших соотечественников и вестернизировать многие научные отрасли.

              • Научник:

                Типичная причина для возвращения учёных в Россию: состарились родители, за ними нужен уход. А ещё хочется, чтобы твои дети ходили в российский детсад/школу, выросли русскими. Это очень веские причины, но реально возвращаются лишь единицы, и то через некоторое время многие снова уезжают к себе на Запад, теперь уже навсегда. Возвращенцам в России тяжело: никто из местных не знает, что такое хабилитация; местные с тупым подозрением смотрят на твои статьи на английском (по-английски то не читают); местные обижаются, когда ты отказыаешься брать к себе в грант 80-летнего дементного деда и лентяя из соседнего отдела; обижаются, когда ты не пьёшь с ними водку в разгар рабочего дня. Через полгода работы после возвращения на Родину вдруг понимаешь, что наукой ты в последнее время и не занимаешься, а двигаешь бесконечные бумажки и каскады служебных записок. А если возвращенец заработает на 10 рублей больше местного — обида будет вселенского масштаба: «Мы тут российскую науку с колен поднимали, пока вы там на Западе прохлаждались.» БЕЗНАДЁГА.

                • Василий Афонюшкин:

                  и тем не менее об этом нужно говорить так как этот ресурс, способный радикально улучшиться ситуацию в науке вплоть до формирования ментальности, истощается. Ведь и денег особых не нужно. Может быть лучше формировать большие скопления таких возвращенцев с небольшой примесью молодого «местного населения», благо вымерших лабораторий накопилось немало... А пролоббировать выделение средств на строительство служебного жилья, общежитий и т.д. намного легче, чем получить денег на приборы...Нужно только обосновать, набрать заинтересованных личностей.

  • Mike:

    «Разговор о российской науке...»

    Может, все-таки не российская наука, а наука в России? Наукой так или иначе занимаются везде, в том числе и в России. А вот российской науки нет и быть не может. Также как не существует американской, японской, британской, германской, китайской и всех прочих наук. Наука едина, границ не имеет.

    • y.v.:

      а вот это кстати интересная тема для наукометрического или методологического анализа: «существует ли региональная наука, или только мировая»

      Между прочим я не уверен, что существует только мировая. Существует масса научных задач, которые интересны только населению отдельно взятой страны. Например это может быть частная, региональная история, лингвистика и даже экология. Всяческие прикладные и технологические науки тоже могут быть «региональными», грубо говоря для жителей тропиков больше интересны морозильники, для жителе, а для жителей арктики —

      • Лёня:

        Прикладная наука может быть и региональной, а вот фундаментальная – только мировая по определению. Однако есть многочисленные умельцы, которые свои изобретательства, рационализаторства, а то и просто лукавые мудрствования регионального разлива умудряются выдавать за фундаментальную науку.

  • vlad1950:

    И конечно, нужна достойная оплата оставшимся в строю так это никто не обсуждает с нищета ппс и нс уже и не обсуждается ибо никому ни обществу ни власти это не интересно

  • валерий:

    Для начала нужно бы просто поощрять (а лучше в приказном порядке) межлабораторные и межинститутские научные проекты. А то простаивает масса хорошего оборудования, а сотрудники сидят как собаки на сене и публикуют всякую туфту. ФАНО к сожалению вообще не разбирается в специфике научного исследования, а занято творческой инвентаризацией.

  • Валерий:

    Наша общая проблема, как и проблема автора — адекватное восприятие мира. После заявления — обращения Ливанова:

    3. Ливанов призвал российские вузы вернуться к советскому уровню качества.

    совершенно очевидно, что адекватных людей, как и «учёных» в стране совсем немного.

    Как доказательство этого тезиса:

    «Чтобы интегрироваться в мировую науку или сместить приоритеты в пользу промышленности, нужно поощрять коллаборации, массово отправлять молодежь в лучшие лаборатории мира, затем возвращать ее, предоставляя более выгодные условия работы; нужно упрощать таможенные правила для ученых и научного оборудования».

    Заметно проще объявить войну Америке, и через день подписать акт о без оговорочной капитуляции.

    Проблема в преодолении психологии раба и комплексов. Это означает, что нужно просто работать по интересам, а не сравнивать постоянно, кто в впереди. Последнее требует приоритетного финансирования науки и бесплатного образования. С обязательным экзаменом на адекватное восприятие мира, и отсутствие комплексов. (Особенно для лиц в управлении наукой и её финансированием). Другой вопрос, кто ж позволит рабам самостоятельность.

  • Дмитрий:

    Благодарен автору за интересную статью.Графики статьи похожи на логистическую функцию, которая описывает,как растет число клеток раковой опухоли или очереди потоков(т.е. глубо говоря число программ) в оперативной памяти.

    Физика развита сильнее всех в России,Украине за счет экспорта оружия, продаваемого на 12 миллиардов долларов в год. Поэтому так много статей по физике, что не понимает автор. Поэтому показатели, которые приведены — это не все показатели.Это часть айсберга.

    В России много делается нового, чего нет в других странах и нигде об этом не сообщается. Статьи об этом не печатаются.Иначе будут мешать конкуренты, спецслужбы из других стран. (Они организуют, например, аварии.)

    Это можно увидеть, если бы вы привели как меняется в России число ученых, которые имеют максимальный индекс цитирования. Их число все время колеблется, т.к. они уезжают работать из России. Идет охота за самыми умными учеными.

    • Андрей Ворох:

      В России и Польше почти линейный рост публикаций, а экспоненциальный разве что у Ирана. И преобладающее количество статей по физике и весомая выручка за экспорт оружия являются исключительно наследием советского времени и на сегодняшний день друг с другом никак не коррелируют. Материалы, касающиеся военки или росатома, вряд ли попадут в Scopus, а значит и не поддаются анализу. Впрочем, финансирование оборонной науки вообще не подвластно анализу, ибо секрэтно.

      • Александр:

        И вся оборонная наука наполнена хламом и маразмом. Один моченый енерал давеча мне сказал, что теорию вероятностей придумали американцы, чтоб дурачить нашего брата.

  • y.v.:

    Я кстати недавно тоже смотрел SJR — и пришел к аналогичным выводам, насчёт наших «соседей» по месту в науке) Вообще всем советую, очень удобная и познавательная штука. Можно кстати скачать данные по странам в excel и строить какие угодно графики.

    Например, по абсолютному числу статей РФ на 12 месте. Очень забавно выглядит график с 1990 года — как нас обгоняют и уходят в отрыв Китай(в 1997). Индия(в 2005),Южная Корея и Нидерланды обгоняют нас только в 2006м, Бразилия — в 2007м т.е. совсем недавно.

    Кстати графики с абсолютным числом статей подозрительно напоминают аналогичные, по абсолютному количеству исследователей;) А вот с затратами на RD корреляция не такая хорошая)

    Интересно, что число наших статей по скопусу(SJR) постоянно растет в начиная с 2006го, а по WoS — остается практически неизменным года с 1996го.

    В общем то очевидно, что доля статей РФ от мировой падает потому что отечественная наука растет медленно, а мировая быстро.С цитированиями у нас ситуация действительно плачевная именно в следствие малой интегрированности нашей науки в мировую... А это как мне кажется, является не сколько следствием нашей политики, сколько последствиями «старения» науки...

    А вообще было бы интересно услышать мнение профессионалов по этому вопросу!) Должны же в нашей стране быть специалисты именно по наукометрии! Наверняка этим целые институты занимаются, ВИНИТИ тот же, или историки науки из философского.

    И иностранных специалистов ситуация в РФ тоже должна привлекать — это же очень редкий случай в современном мире, когда число статей и специалистов уменьшается ил остается неизменным в последние 2 десятилетия! Из ведущих стран, разве что у Японии похожая ситуация...

    • Андрей Ворох:

      В России относительный рост числа публикаций сопоставим с США, Германией и Францией (у них двукратное увеличение кол-во числа статей с 1996 по 2014, у нас чуть меньше). Видимо, это есть следствие форсированной модернизации XX века — резкий экспоненциальный рост сменяется более линейным.

      Любопытно, и даже не вполне понятно, почему во многих странах резкий рост числа публикаций начинается в конце 90-х, начале 2000-х. Совокупное кол-в публикаций по SJR увеличилось с 1 млн в 1996 до 3 млн в 2014. Т.е. развитые государства дали прирост примерно в 1 млн, и еще 1 млн дали все остальные страны. Это просто экономический эффект роста благосостояния в мире и отчислений на науку в бюджеты? Или реальный интерес к инновациям в бурно развивающемся мире? И что означает выход на насыщение в 2010-ые? все кто хотел делать науку, научились и что теперь?

      Да, интересно чтобы сказали профессиональные наукометристы

      • Андрей:

        просто принтеры, бумага и прочее типографское стали доступны даже дома, что облегчило работу + бурное развитие информационных технологий (то бишь, интернета, онлайн публикаций и просто возросшая скорость обмена информацией)

        • Андрей Ворох:

          если бы так, то нелинейный рост активности шёл бы в развитых странах, а не в развивающихся

          • y.v.:

            Вообще много странного можно достать из этой таблички- в ряде стран «наука» появляется вдруг и как бы из ниоткуда — например в Саудовской Аравии с 1996 по 2008 было стабильно 2000 публикаций, а с 2002 начался резкий рост и они в 2014 уже обогнали Норвегию с 16000... В тоже время в Швеции, Дании и Норвегии число публикаций стало расти с 2002 года...

            Кстати тезис про «насыщение» у Бразилии и Ирана может быть не совсем верным — и там и там довольно жесткий экономический кризис...

            • Андрей Ворох:

              Собственно, поэтому какбы мы не считали науку исключительно мировым явлением, финансируется и регулируется она по решению государственных деятелей. От их воли зависит будет ли расти число исследователей, будет ли возрастать международная коллаборация, насколько удобно будет поддержка новозакупленного оборудования. Ведь даже до нас доносится как саудиты плотно занялись привлечением иностранцев, а европейцы интернационализацией. Я, будучи лишь дважды в немецком универе, замечал как в течение трёх лет после включения в Болонский процесс 100% немцев среди кафедральных дипломников сократилось вдвое за счет граждан мира...

              а «насыщение» науки в обсуждаемых странах плотно связано с кризисом через власть. политическое сообщество, исчерпав модель экономического роста, исчерпывает и все другие модели развития, в т.ч. в науке, где уже финансирование или реструктуризация не помогают. Вобщем-то в этой статье я на это и намекал)

  • Михаил:

    Смешно, глава Минобрнауки Ливанов «… Основная задача — изменение самого подхода к организации научной деятельности, передача главных ресурсов в руки работающих ученых». Он смеется или вовсе теорию систем не понимает? Как «прогрессивные» землевладельцы 19-го века в «Записках степняка» Эртеля — они завозили оборудование и семена «как на Западе», не понимали, что в феодальной стране это НЕ работает, и ожидаемо разорялись. Во всей стране Вертикаль все укрепляется, а в науке "передача главных ресурсов в руки работающих ученых»?? В обход «научной Вертикали»? Вам не смешно?? И это почти все же реформы с этим оттенком — «сделать как на передовом Западе». Но там же общество ИНАЧЕ устроено. Сначала надо Вертикаль демонтировать, независимые центры силы допустить, а потом реформировать «как на Западе»

    • Лёня:

      А где Вы узрели попытки «сделать как на передовом Западе»? Там что, «главные ресурсы» находятся в руках «работающих ученых»? «Как на Западе» — это, похоже, Ваша тема, но не стоит притягивать её за уши к чему ни попадя. Смешно подгонять идеологическую платформу под гонимую главой минобра пургу.

      • Михаил:

        Мне кажется, исходно ставится именно эта задача, что видно и по реформам в других сферах. За модель берется «передовой Запад». Примеры из реформы в армии: переход с дивизий на бригады, убрать интендантство, максимальное привлечение вольнонаемных к решению задач армии, иные ... . В образовании — переход на Болонскую систему. В медицине ... . А что получается реально ... и что может получиться, это уже другой вопрос.

        • Лёня:

          «Мне кажется» — это уже ближе к реальности. Делать как на Западе — заведомо ущербная и бесперспективная идея, поскольку это путь к вечному отставанию, и поскольку мы не Запад. Даже Ливанов в своей пафосной пурге ставит более возвышенную цель: «лидерство в сфере фундаментальной науки», т.е. не как на Западе, а лучше. Я, правда, сомневаюсь, что он за базар отвечает, но тем не менее.

          • Михаил:

            Основная моя здесь мысль — библейская — «не лейте свежее вино в старые мехи». Нереализуемы реформы «как на Западе» в как бы феодальной системе. Другой вариант объяснения — чисто коррупционный и личный — отомстить за невыборы в РАН, отобрать территории — мне кажется, имеет место, но просто как некое дополнение к основному. Гм, «лидерство в сфере фундаментальной науки»?? Вы верите в достижение этой цели? Кстати, а зачем? Что от этого стране то? А для престижу «академи де сиянс» свою иметь можно и за меньшие средства.

            • Лёня:

              Ну, в моей узкой научной области лично я лидерство таки достиг. Моя методика работает реально лучше всех мировых аналогов, и переплюнуть её в ближайшем будущем ТАМ вряд ли кто сможет, поскольку они пока даже не понимают почему она работает (хотя всё опубликовано в ведущих журналах). Так что, по крайней мере, локально лидерства достигать можно, ну а глобально – будем посмотреть.

              А насчёт «а зачем?», вопрос довольно странный. Моя метода, к примеру, работает не только «на престиж», но и приносит реальную пользу моим коллегам, с которыми я сотрудничаю.

  • Дмитрий Влад. Горскин:

    Тесла придумал электродвигатель переменного тока,Эдисон постоянного. Маркони — приемник. Они почти не писали статьи научные. То же самое про ат омную бомбу и первый спутник.Когда они создавались -по этим темам статьи не печатали. С позиции современной наукометристики — это не наука.Но такая работа инженеров, ученых требовала огромной научной работы. В России в закрытых институтах работает примерно 250 тыс. ученых, инженеров.Поэтому нукометрика их не касается.

    В Саудовской аравии, арабских странах построены недавно университеты и приглашены работать европейские, российские, американские ученые.Их работы считаются опубликованными учеными Сауд аравии.Арабы вписывает свои фамилии в статьи всех друзей и знакомых.У нас в Монреале они имеют обычно все по 400-450 статей. Гении вписывания.

    • Тут Вы правы. Часто индусы, китайцы, арабы с иранцами, не говоря уже про всяких европейцев и американцев — публикуют такие статьи который ни один Российский журнал даже рассматривать не станет. Причём часто уровень не дотягивает до Олимпиадных задач.

      А цитирование — это вообще такая комедия.

      Я вот например не могу опубликовать формулы решения некоторых уравнений в общем виде. При этом только за год по этой теме публикуется сотни работ которые рассматривают те же уравнения. Только их частные случаи.

      До смешного иногда доходит — когда в редакцию или авторам пишешь. Спрашиваешь — Вы там собрались их все решать? Там же их бесконечно много. Можно публиковать бесконечно много статей — на ту же тему.

      Ценность работы заменили понятием цитирования. Хотя часто приходится наблюдать когда какие нибудь альтернативные направления используют результат друг друга. Но подход к решении и вообще школа и методы у них разные.

      Так вот — в лепёшку расшибутся, но не скажут, что эти идеи узнали от конкурента.

      Я думаю лучший критерий — это применение. Для чего нужна. Где эта идея применяется. Кто её использует.

      Чем больше используется — тем ценнее.

  • Дмитрий Влад. Горскин:

    российская наука не находится в ряду Бразилия — Польша — Иран — Турция.

    Т.к. например, то что создано несколько десятков лет назад в СССР до сих пор лучшее в мире.

    Например, ракетные двигатели, которые позволили увидеть планету Плутон, космические и транспортные корабли, ракеты.И новое — обсерватория Радиоастрон.В мире такой нет.Открытие математика Перельмана и т.д.

    Поэтому в науке количество не заменяет качества, как думает автор статьи. А с другой, переманив ученого из России, его опубликованные статьи вдруг становятся не российскими. Научная статья почему-то не связана с гражданством ученого, а с его временным местом работы. Э.Резерфорда не называют канадским или ново-зеландским ученым, а только английским. Но у ученых несколько гражданств.

    • y.v.:

      Вот именно — то что создано еще в СССР...в области физики и математики...

      Хм, как раз в областях, которые у нас и сейчас куда БОЛЬШЕ чем у Польши, Бразилии. Получается не такая уж и бесполезная штука эта наукометрия?..

      А если посмотреть на 96 год, то у нас и по количеству статей по физике 4 место в мире (а если учесть то, что в 96 году все было уже совсем плохо и уже давно, никого особенно не принуждали публиковаться на английском,а довольно большое количество специалистов в этой области работают на закрытых предприятиях)... Сейчас правда уже 7е, а Гейм и Новоселов в общем то уже британские ученые и возвращаться как то не торопятся...

      В том то и дело, что у нас БЫЛО гигантское преимущество в науке, как в качестве, так и в количестве(как статей, так и научных сотрудников), которое за последние 25 лет мы практически растеряли... И видимо пора перестать смотреть на нашу роль в науке через розовые очки. Даже если наукометрия занижает наши научные заслуги в 2-3 раза, наше место среди мировых научных держав сейчас далеко не первое, и даже не в первой тройке. Хорошо если в первой десятке...

  • […] двадцатки«, в которую как раз входят и наши ближайшие научные конкуренты — Бразилия и […]

Добавить комментарий

Недопустимы спам, оскорбления. Желательно подписываться реальным именем. Аватары - через gravatar.com