Митинг в защиту науки и образования в Москве 6 июня 2015 года: выступления

Митинг в защиту науки и образования
Митинг в защи­ту нау­ки и обра­зо­ва­ния

6 июня на Суво­ров­ской пло­ща­ди состо­ял­ся митинг в защи­ту нау­ки и обра­зо­ва­ния. Пово­дов было два: вто­рой этап рефор­мы быв­шей ака­де­ми­че­ской нау­ки (пере­ве­сти бОль­шую часть базо­во­го финан­си­ро­ва­ния на кон­курс­ное, под­нять зар­пла­ту выда­ю­щим­ся уче­ным, 23 – выгнать) и объ­яв­ле­ние «Дина­стии» ино­стран­ным аген­том. Вто­рое, пожа­луй, для мно­гих (во вся­ком слу­чае, для меня) было более силь­ным импуль­сом прий­ти на митинг. Если к посто­ян­ным попыт­кам отре­фор­ми­ро­вать нау­ку до осно­ва­нья народ уже при­тер­пел­ся, то в слу­чае с «Дина­сти­ей» уро­вень непри­кры­то­го зла пре­взо­шел все преды­ду­щие дости­же­ния.

Дмит­рий Бори­со­вич Зимин про­сил не делать его фонд глав­ной темой митин­га. Прось­ба была выпол­не­на в том, что каса­ет­ся резо­лю­ции. Одна­ко в том, что каса­ет­ся выступ­ле­ний и пла­ка­тов, она, пожа­луй, была невы­пол­ни­ма. Посколь­ку оби­де­ли не толь­ко Зими­на – мно­гие вос­при­ня­ли казус с «Дина­сти­ей» как лич­ное оскорб­ле­ние. Энт­э­вэш­ный паск­виль на Зими­на навер­ня­ка доба­вил участ­ни­ков.

По оцен­кам «Бело­го счет­чи­ка», на митинг при­шло 3,5 тыс. чело­век – это рекорд для мас­со­вых меро­при­я­тий, свя­зан­ных с нау­кой. Поли­ти­ки на митин­ге были (Наваль­ный, Гуд­ков-млад­ший), но не высту­па­ли. Откли­ков в прес­се было мно­го, в основ­ном – сочув­ству­ю­щие, но были и кри­ти­че­ские. С одной сто­ро­ны руга­ли митинг за недо­ста­точ­ный ради­ка­лизм, с дру­гой – типа «надо не митин­го­вать, а дого­ва­ри­вать­ся с вла­стью». Мы же пред­по­чи­та­ем не ком­мен­ти­ро­вать митинг, а предо­ста­вить чита­те­лю пол­ный репор­таж – текст выступ­ле­ний и фото­гра­фии.

Борис Штерн

Груп­па в «Фейс­бу­ке» — https://www.facebook.com/events/441289232711371/

Груп­па «ВКон­так­те» — https://vk.com/event94997985

Видео­за­пись — https://www.youtube.com/watch?v=GO-UfJJlX_M

Андрей Цатурян, биофизик

Доро­гие кол­ле­ги, всю тыся­чу лет сво­е­го суще­ство­ва­ния рос­сий­ская власть отно­си­лась к нау­ке, обра­зо­ва­нию и про­све­ще­нию с недо­ве­ри­ем. Ее мож­но понять. Ведь нау­ка, обра­зо­ва­ние и про­све­ще­ние нераз­рыв­но свя­за­ны со сво­бо­дой. Сво­бо­дой сло­ва, сво­бо­дой сове­сти, сво­бо­дой мыс­ли. А сво­бод­но мыс­ля­щие люди неволь­но начи­на­ют зада­вать вла­сти неудоб­ные вопро­сы и ста­вить под сомне­ние ее ком­пе­тент­ность, эффек­тив­ность и чест­ность. Тем не менее вот уже 300 лет рос­сий­ская власть все-таки под­дер­жи­ва­ла нау­ку и обра­зо­ва­ние. Под­дер­жи­ва­ла, по выра­же­нию А.П.Чехова, с лицом кош­ки, кото­рая с голо­ду­хи жрет на ого­ро­де огур­цы. Под­дер­жи­ва­ла она их пото­му, что, несмот­ря на все раз­но­гла­сия с мыс­ля­щей частью обще­ства, для нее, вла­сти, было важ­но раз­ви­тие армии, фло­та, про­мыш­лен­но­сти, транс­пор­та и вооб­ще место стра­ны в мире. А всё это невоз­мож­но, недо­сти­жи­мо без нау­ки, обра­зо­ва­ния, куль­ту­ры. И вот сей­час на нау­ку и обра­зо­ва­ние напу­сти­ли оприч­ни­ков, отда­ли их на раз­граб­ле­ние. Уже три ака­де­мии наук сли­ли в еди­ную, объ­еди­ни­ли физи­ков с прок­то­ло­га­ми и вете­ри­на­ра­ми. Сей­час начи­на­ет­ся объ­еди­не­ние инсти­ту­тов в один, что­бы, види­мо, началь­ни­ку ФАНО было не так труд­но запо­ми­нать име­на дирек­то­ров. Поче­му же нынеш­ние пра­ви­те­ли Рос­сии поз­во­ли­ли себе то, чего не поз­во­ля­ли себе их куда более сви­ре­пые пред­ше­ствен­ни­ки? Дело в том, что понят­ное и при­су­щее всем пра­ви­тель­ствам жела­ние оста­вать­ся у вла­сти впер­вые в нашей исто­рии соеди­ни­лось с абсо­лют­но цинич­ным без­раз­ли­чи­ем к буду­ще­му стра­ны и ее жите­лей: «После меня хоть потоп». Что же делать нам, чья про­фес­сия вовсе не поли­ти­че­ская борь­ба? Наше дело ‒ добы­вать зна­ния и пере­да­вать их уче­ни­кам. Боюсь, нам не оста­ви­ли выбо­ра. Под угро­зой не толь­ко нау­ка и обра­зо­ва­ние, но и сам здра­вый смысл и раци­о­наль­ное мыш­ле­ние. Поэто­му мно­гие из нас тра­тят часть сво­е­го вре­ме­ни, что­бы отра­жать напад­ки чинов­ни­ков и сред­не­ве­ко­вых мра­ко­бе­сов. Эти люди поти­хонь­ку объ­еди­ни­лись в отря­ды, сей­час появи­лись неза­ви­си­мые проф­со­ю­зы учи­те­лей, вра­чей, пре­по­да­ва­те­лей вузов, сооб­ще­ства науч­ных работ­ни­ков и бор­цов с фаль­ши­вы­ми дис­сер­та­ци­я­ми. Очень важ­но, что­бы эти силы соеди­ни­лись. И сего­дня этот митинг собра­ли вме­сте пре­по­да­ва­те­ли и уче­ные. Необ­хо­ди­ма соли­дар­ность, что­бы на помощь учи­те­лям при­хо­ди­ли уче­ные, как это было в ответ на попыт­ку раз­гро­мить неко­то­рые из луч­ших мос­ков­ских школ. И вот сего­дня мы собра­лись на этот митинг, что­бы защи­тить буду­щее нашей стра­ны, буду­щее наших детей и вну­ков. Оста­нет­ся ли Рос­сия в семье циви­ли­зо­ван­ных наро­дов или обре­че­на на оди­ча­ние, зави­сит от нас с вами. Спа­си­бо.

Светлана Боринская, докт. биол. наук, популяризатор науки

Я нико­гда не меч­та­ла зани­мать­ся поли­ти­кой и высту­пать на митин­гах, так же как и мно­гие мои дру­зья, кото­рые зани­ма­ют­ся науч­ной рабо­той. Но послед­ние собы­тия выве­ли на пло­щадь тех, кто на митин­ги нико­гда не ходил. Я знаю, что мно­гие мои кол­ле­ги из-за этих собы­тий впер­вые все­рьез заду­ма­лись, что надо уехать из стра­ны.

Мы ока­зы­ва­ем­ся в ситу­а­ции борь­бы: ум про­тив денег и дез­ин­фор­ма­ции. Каж­дый день по теле­ви­зо­ру пока­зы­ва­ют огром­ное коли­че­ство пере­дач об экс­тра­сен­сах, пара­на­у­ке, при­ви­де­ни­ях и еще незна­мо о чем. Пока­зы­ва­ют и науч­но-попу­ляр­ные пере­да­чи, но их по срав­не­нию с этим пото­ком гораз­до мень­ше.

Мы все пони­ма­ем, что гра­мот­ность и про­све­ще­ние необ­хо­ди­мы для бла­го­по­лу­чия стра­ны. Я не поли­тик и не эко­но­мист. Я пони­маю, что «Про­то­ны» будут падать, а палы тра­вы, пере­хо­дя­щие в пожа­ры, будут про­дол­жать­ся, если про­све­ще­ние будет в загоне. Науч­ная рабо­та ‒ это не поли­ти­ка. Что мы можем ‒ это иссле­до­вать, пони­мать и искать реше­ния, кото­рые могут дать резуль­тат. Я наде­юсь, что собы­тия послед­них дней, нынеш­няя ситу­а­ция послу­жат объ­еди­не­нию тех сил, кото­рые уже воз­ник­ли в борь­бе за здра­вый смысл, за выжи­ва­ние и про­све­ще­ние.

Мои кол­ле­ги социо­ло­ги, кото­рые про­во­дят опро­сы, гово­рят, что в послед­ние годы появил­ся эффект, кото­ро­го рань­ше не было: люди моло­же 30 лет не могут про­честь вопрос в анке­те. Обыч­ные вопро­сы, не рас­счи­тан­ные на высо­ко­ло­бых интел­лек­ту­а­лов, обыч­ные опро­сы насе­ле­ния ‒ и чело­век не пони­ма­ет, что там напи­са­но. Это, навер­ное, один из резуль­та­тов рефор­мы обра­зо­ва­ния.

Учи­те­ля, вра­чи, жур­на­ли­сты, уче­ные ‒ это те, кто хра­нит зна­ния, несет зна­ния обще­ству, забо­тят­ся о здо­ро­вье. Нам всем надо объ­еди­нить­ся, что­бы всё это сохра­нить.
И есть еще один важ­ный момент, кото­рый мне хоте­лось бы про­из­не­сти. Когда нау­ка, про­све­ще­ние и обра­зо­ва­ние нахо­дят­ся под гра­дом каких-то стран­ных пре­об­ра­зо­ва­ний, часть учи­те­лей, вра­чей, уче­ных про­сто впа­да­ют в депрес­сию. Пото­му что то, над чем мы рабо­та­ем, то, что мы хотим при­не­сти для бла­га наших детей, сооте­че­ствен­ни­ков, ока­зы­ва­ет­ся невос­тре­бо­ван­ным. На самом деле, когда мы рабо­та­ем с учи­те­ля­ми, мы чув­ству­ем: то, что мы рас­ска­зы­ва­ем, им нуж­но и инте­рес­но, и учи­те­ля несут это потом детям. В этой ситу­а­ции мож­но исполь­зо­вать инстру­мен­ты, кото­рые нахо­дят­ся в рас­по­ря­же­нии науч­но­го сооб­ще­ства. Это пси­хо­ло­ги­че­ская под­держ­ка, пси­хо­те­ра­пия для нас самих, кото­рая может иметь какие-то орга­ни­зо­ван­ные фор­мы. И эта под­держ­ка в том, что мы вме­сте.

Я наде­юсь на объ­еди­не­ние всех сил за здра­вый смысл. Для это­го нам еще нуж­но понять, кто объ­еди­ня­ет­ся и с каки­ми целя­ми, какие у них пред­став­ле­ния. А для это­го нуж­ны опро­сы, резуль­та­ты кото­рых я пока не виде­ла. Нуж­но такие опро­сы про­во­дить.

Я наде­юсь, что этот митинг послу­жит объ­еди­не­нию тех сил, кото­рые пока что боро­лись каж­дый за свое дело, хотя и чув­ствуя локоть друг дру­га, но более или менее изо­ли­ро­ван­но. Сей­час необ­хо­ди­мо, что­бы мы все вза­и­мо­дей­ство­ва­ли, и для более чет­ко­го пони­ма­ния ситу­а­ции, и для опре­де­ле­ния того, что в этой ситу­а­ции воз­мож­но сде­лать.

Александр Архангельский, публицист, писатель

Когда мы гово­рим о рос­сий­ской поли­ти­ке, то часто исполь­зу­ем такое уклон­чи­вое выра­же­ние ‒ «осо­бый путь», начи­на­ем гово­рить о мосте или кори­до­ре. Попро­буй­те жить на мосте или в кори­до­ре ‒ это невоз­мож­но. Когда мы гово­рим о рус­ской нау­ке, обра­зо­ва­нии и куль­ту­ре, ника­ких осо­бых путей нет. Это часть миро­во­го про­стран­ства, мы на рав­ных впи­са­ны в мир. Это то, чем мы можем гор­дит­ся. Это то, в чем мы кон­ку­рен­то­спо­соб­ны. Нет осо­бо­го пути у рус­ско­го искус­ства, рос­сий­ской нау­ки; это миро­вой путь.

Но для того что­бы это было, нуж­на поли­ти­ка раз­ви­тия, нуж­на поли­ти­ка сбе­ре­же­ния мень­шин­ства. Сего­дня мы видим поли­ти­ку рас­пы­ле­ния мень­шин­ства, поли­ти­ку систем­ной арха­и­за­ции, кото­рая при­шла на сме­ну бес­си­стем­ной модер­ни­за­ции. Мы все тра­ги­че­ские опти­ми­сты, мы пре­крас­но пони­ма­ем, что это надол­го невоз­мож­но. Что рано или позд­но мы всё рав­но вер­нем­ся в ту точ­ку, из кото­рой так стре­ми­тель­но сего­дня пыта­ем­ся уйти. И будем вос­ста­нав­ли­вать те инсти­ту­ты, кото­рые на наших гла­зах рушат­ся. Но мы опять поте­ря­ем исто­ри­че­ское вре­мя. Мы отста­нем и опять будем дого­нять Так невоз­мож­но. Так циви­ли­за­ции не живут и не стро­ят­ся.

Клю­че­вое сло­во про­из­не­се­но: «соли­дар­ность и объ­еди­не­ние». Соли­дар­ность и объ­еди­не­ние сни­зу, а не свер­ху. Так, как объ­еди­ни­лись, напри­мер, ново­си­бир­цы, когда вме­ша­лись в их пра­во смот­реть в сво­ем теат­ре сво­е­го «Тан­гей­зе­ра».

Поми­мо это­го нуж­на еще защи­та вари­а­тив­но­сти обра­зо­ва­ния. Как бы мы ни руга­ли закон об обра­зо­ва­нии, он сохра­ня­ет прин­ци­пи­аль­но вари­а­тив­ность обра­зо­ва­ния ‒ сего­дня идут поку­ше­ния имен­но на эту идею. Уни­жа­ет­ся твор­че­ская сво­бо­да учи­те­ля.

Систем­но раз­ру­ша­ет­ся авто­ном­ность уни­вер­си­те­та, когда вход в уни­вер­си­тет про­ла­мы­ва­ет­ся и в него заво­дят­ся без­гра­мот­ные жули­ки, про­па­ган­ди­сты анти­май­да­на или кро­ва­вые хариз­ма­ти­ки. Это прин­ци­пи­аль­но: без авто­но­мии уни­вер­си­те­та не будет ни нау­ки, ни обра­зо­ва­ния.

Но самое суще­ствен­ное ‒ это сохра­не­ние инсти­ту­тов; тех инсти­ту­тов, кото­рые, повто­ряю, неслу­чай­но, систем­но уни­что­жа­ют­ся.

Но что мы всё о пло­хом и о пло­хом. Ира напом­ни­ла о дне рож­де­ния Пуш­ки­на. Сего­дня роди­лись еще и Велас­кес, и Томас Манн. Такой трое­крат­ный залп вели­ких празд­ни­ков, с чем вас поздрав­ляю. Но напо­ми­наю, что отсту­пать нам неку­да, за нами ‒ они.

Сергей Попов, астрофизик, популяризатор науки

Очень вол­ни­тель­но высту­пать перед людь­ми, кото­рые умнее тебя. Мне, конеч­но, не при­вы­кать, про­сто пуга­ет коли­че­ство (при­шед­ших на митинг. ‒ ТрВ-Нау­ка). Потом, конеч­но, в свод­ках напи­шут, что нас было 300 чело­век, плюс два ака­де­ми­ка. Но нет сомне­ний, что по сум­мар­но­му IQ мы пере­кры­ва­ем целе­вую ауди­то­рию НТВ по всей стране.
Я сде­лал для себя уди­ви­тель­ное откры­тие. Оно состо­ит в том, что юрис­пру­ден­ция ‒ это нау­ка. Так прав­да напи­са­но в «Вики­пе­дии». Думаю, что, если бы «Вики­пе­дия» была заре­ги­стри­ро­ва­на в Рос­сии, она уже была бы ино­стран­ным аген­том.

Я думал, что юрис­пру­ден­ция у нас ско­рее систе­ма поня­тий, ‒ поня­тий, по кото­рым… Но напи­са­но: «нау­ка». Я тогда решил погуг­лить («Гугл» явно дру­гой кан­ди­дат в ино­стран­ные аген­ты) и обна­ру­жил, что очень мно­гие извест­ные люди ‒ кан­ди­да­ты имен­но юри­ди­че­ских наук. Дис­сер­нет не даст соврать. Я посмот­рел спи­сок фами­лий ‒ там такие
фами­лии! Это у хими­ков там Мер­кель с Тэт­чер. А здесь такие фами­лии, что ого-го. И все кан­ди­да­ты наук. Наук, Карл!

Если кан­ди­да­ты наук ‒ зна­чит, уче­ные. Если уче­ные – зна­чит, кол­ле­ги. Ну, давай­те попро­бу­ем так к это­му отне­стись. Дей­стви­тель­но, у них зако­ны и у нас зако­ны. Закон Ома, зако­ны Нью­то­на ‒ три. Зако­ны Кепле­ра ‒ тоже три.

Есть и отли­чия. Такое впе­чат­ле­ние, что зако­но­да­те­ли ‒ боль­шие сто­рон­ни­ки тео­рии все­го. При­мер­но как струн­ные тео­ре­ти­ки. Кста­ти, усту­пая в интел­лек­те, по адек­ват­но­сти они очень напо­ми­на­ют Шел­до­на Купе­ра (высту­па­ю­щий одет, как герой из сери­а­ла «Тео­рия Боль­шо­го взры­ва». ‒ ТрВ-Нау­ка). Зако­ны они пишут исклю­чи­тель­но все­об­щие. Напи­са­ли закон: все вино­ва­ты, про­сто не всех пой­ма­ли. Напи­са­ли дру­гой закон: все запре­ще­но, про­сто не все­гда про­ве­ря­ют. Напи­са­ли тре­тий закон: открыл рот ‒ фор­ми­ру­ешь обще­ствен­ное мне­ние. Закрыл рот ‒ крас­но­ре­чи­во мол­чишь ‒ фор­ми­ру­ешь обще­ствен­ное мне­ние. Уро­нил пач­ку чистой бума­ги ‒ про­па­ган­да, пото­му как ‒ что писать, и так всем всё понят­но.

Мы, физи­ки, отста­ем. Вооб­ще-то я аст­ро­фи­зик, но аст­ро­фи­зи­ки, когда хотят пока­зать­ся поум­нее, при­ма­зы­ва­ют­ся к физи­кам. А физи­ки, когда хотят про­из­ве­сти впе­чат­ле­ние на деву­шек, гово­рят, что они изу­ча­ют все­лен­ные и чер­ные дыры. Так вот у нас в физи­ке всё ина­че. Мы при­ду­мы­ва­ем закон, кол­ле­ги ехид­но назы­ва­ют это гипо­те­зой, и начи­на­ем про­ве­рять. Про­ве­ря­ем ‒ схо­дит­ся. Про­ве­ря­ем, уве­ли­чи­ли сиг­му ‒ схо­дит­ся. Про­ве­ря­ем еще даль­ше ‒ схо­дит­ся. Про­ве­ря­ем сно­ва ‒ рас­хож­де­ние 10 сигм. Делать нече­го ‒ в помой­ку такой закон.

У зако­но­да­те­лей явно про­ис­хо­дит не так. Напи­са­ли закон, пра­во­при­ме­ня­ем. Пра­во­при­ме­ни­ли еще раз. Опять пра­во­при­ме­ни­ли ‒ оп, «Дина­стия» ‒ ино­стран­ный агент. Это не про­сто 10 сигм рас­хож­де­ние, это про­сто эпик фейл. И будь я рецен­зент, я бы не согла­сил­ся даже на мей­джор­ре­вижн. Но часто так быва­ет, что пишешь-пишешь-пишешь
отри­ца­тель­ную рецен­зию, боль­шую, подроб­ную, а потом видишь, что ста­тья опуб­ли­ко­ва­на. Поче­му? Пото­му что редак­тор так решил. Сомне­ний нет, редак­тор глав­нее рецен­зен­та. Но редак­то­ру полез­но пони­мать, что если регу­ляр­но так посту­пать, то при­лич­ные уче­ные в такой жур­нал боль­ше писать не будут. И рецен­зии делать тоже боль­ше нико­гда не будут. И поэто­му жур­нал такой про­сто пре­вра­тит­ся в «мур­зил­ку». Что, конеч­но, очень обид­но, и не хоте­лось бы, что­бы такое про­ис­хо­ди­ло. Но будем наде­ять­ся, что свет­лая сто­ро­на побе­дит, и будем пом­нить, что с нами Спок.

Сергей Ковалёв, правозащитник

Я попро­сил сло­ва, что­бы изло­жить несколь­ко сооб­ра­же­ний само­го обще­го харак­те­ра. Сооб­ра­же­ний обще­оче­вид­ных, но мне пока­за­лось важ­ным, что­бы они пря­мо про­зву­ча­ли.

Мы живем в орвел­лов­ском мире. Мини­стер­ство юсти­ции, – какой юсти­ции? Это – мини­стер­ство власт­но­го про­из­во­ла. Кон­сти­ту­ци­он­ный суд? Он ника­кой не Кон­сти­ту­ци­он­ный, он анти­кон­сти­ту­ци­он­ный, пото­му что одоб­ря­ет – во вся­ком слу­чае, не отвер­га­ет – анти­кон­сти­ту­ци­он­ные зако­ны. Наша власть наме­рен­но и рас­чет­ли­во вер­ну­ла Кон­сти­ту­ции Рос­сий­ской Феде­ра­ции функ­ции ста­лин­ской кон­сти­ту­ции. Это про­па­ган­дист­ский мара­фет, адре­со­ван­ный невзыс­ка­тель­но­му и тупо­ва­то­му внеш­не­му потре­би­те­лю.

Власть пусти­лась во все тяж­кие: ими­ти­ру­ет выбо­ры, захва­ты­ва­ет чужие зем­ли, раз­жи­га­ет внут­рен­ний кон­фликт в Укра­ине и сама участ­ву­ет в этом кон­флик­те. В меж­ду­на­род­ных отно­ше­ни­ях пусти­лась на ядер­ный шан­таж. Подав­ля­ет мир­ные граж­дан­ские орга­ни­за­ции, осу­ществ­ля­ет цен­зу­ру, песту­ет про­даж­ных жур­на­ли­стов и созда­ет под­поль­ные кон­то­ры наем­ных вра­лей и кле­вет­ни­ков – так назы­ва­е­мых трол­лей, пач­ка­ю­щих Интер­нет. Спи­сок этих «госу­дар­ствен­ных дел» неис­чис­лим, но обще­из­ве­стен. Власть опи­ра­ет­ся на зако­ны, изго­тов­лен­ные на заказ четырь­мя­ста­ми лаке­я­ми, наня­ты­ми в сфаб­ри­ко­ван­ный пар­ла­мент. Граж­да­нам – един­ствен­но­му источ­ни­ку вла­сти – и их мир­ным объ­еди­не­ни­ям не над­ле­жит, ока­зы­ва­ет­ся, вли­ять на госу­дар­ствен­ную поли­ти­ку. А если они хотят это делать – бла­го­во­лят при­знать себя ино­стран­ны­ми аген­та­ми…

Нуж­но при­знать, одна­ко, что у вла­сти нет выбо­ра. Соб­ствен­но, выбор есть, но совер­шен­но для вла­сти непри­ем­ле­мый: либо упря­мо «топай к свет­ло­му кон­цу», либо рас­ста­вай­ся с нема­лы­ми дохо­да­ми, огром­ны­ми пре­фе­рен­ци­я­ми и при­об­ре­тай заслу­жен­ную репу­та­цию. А то и садись на ска­мью под­су­ди­мых, что отнюдь не исклю­че­но. Про­из­вол гос­под­ству­ет у нас вме­сто госу­дар­ствен­ных инсти­ту­тов по той самой при­чине, что вла­сти неку­да девать­ся. Это – совсем не новая цель и не новая стра­те­гия, она при­шла к нам из КГБ вме­сте со зна­чи­тель­ным коли­че­ством началь­ни­ков и самым глав­ным из них.

Недав­но я гово­рил с Дмит­ри­ем Бори­со­ви­чем. Разу­ме­ет­ся, он зна­ет об этом митин­ге, и он очень одоб­рил жест­кий раз­го­вор о зако­но­да­тель­стве. Но вме­сте с тем про­сил не делать фонд «Дина­стия» глав­ной темой раз­го­во­ра. Я спро­сил его: «Ну как же быть, это такой яркий при­мер бес­смыс­лен­но­го, тупо­го, цинич­но­го про­из­во­ла?» ‒ «Ну что же, – ска­зал Дмит­рий Бори­со­вич, – если как при­мер, то пожа­луй­ста».

Вот я и обра­щусь к это­му при­ме­ру (на под­хо­де еще и дру­гой, кото­ро­го я не буду касать­ся, – «Либе­раль­ная мис­сия»). Нуж­но же было при­ду­мать сде­лать «аген­том» чело­ве­ка, кото­рый сам, из сво­их денег, опла­чи­ва­ет всю свою аген­тур­ную дея­тель­ность. Как это сов­ме­ща­ет­ся со здра­вым смыс­лом?..

Вот здесь собра­лось огром­ное коли­че­ство людей – сла­ва Богу. Что же дума­ет об этих при­ме­рах, об этих аген­тах наш под­пол­ков­ник? А – ниче­го! Ему еще не доло­жи­ли. Не до того, неко­гда, тут как с под­вод­ной лод­кой – текуч­ка заму­чи­ла раба на гале­ре. Дру­гое дело – амфо­ры со дна моря: их он успеш­но доста­ет (если хоро­шо поло­жи­ли).

Сего­дня часто и очень умест­но раз­да­вал­ся при­зыв к соли­дар­но­сти уче­ных, учи­те­лей, ну и, я думаю, любых людей твор­че­ских про­фес­сий. Я поз­во­лил себе недав­но, в раз­го­во­ре с чеш­ским теле­ви­де­ни­ем, такой, я бы ска­зал, жест­кий и вызы­ва­ю­щий афо­ризм: вино­ват не Путин, вино­ва­ты мы с вами. Пото­му что мы тер­пим такую власть. Нуж­на, конеч­но, соли­дар­ность уче­ных. Но преж­де все­го необ­хо­ди­ма соли­дар­ность граж­дан. Пото­му что нет дру­го­го выхо­да, как через эту соли­дар­ность пытать­ся вли­ять на то, что про­ис­хо­дит. А, навер­ное, уже и вли­ять – на это есть некие надеж­ды.

Пото­му что если нет граж­дан­ской соли­дар­но­сти, то про­ис­хо­дит то, что про­ис­хо­дит в вер­хуш­ке нашей интел­лек­ту­аль­ной и твор­че­ской эли­ты. Вот мы видим всех этих режис­се­ров, дири­же­ров, соли­стов, аль­ти­стов и раз­ную дру­гую пуб­ли­ку – все они ока­зы­ва­ют­ся дове­рен­ны­ми лица­ми! (Есть сре­ди них и жерт­вы вро­де Чул­пан Хама­то­вой.) Но, пом­нит­ся мне, был когда-то момент, когда из всей Ака­де­мии выис­кал­ся один чело­век – под­чер­ки­ваю, один! Мыс­ли­те­лей это­го ран­га было тогда в Ака­де­мии, я думаю, не мень­ше два­дца­ти. Ну если бы поло­ви­на из них пове­ли себя так, как повел себя Андрей Дмит­ри­е­вич? Может быть, мы жили бы в дру­гой стране…

Владимир Захаров, академик РАН

Я нач­ну с тех слов, кото­ры­ми закон­чил Сер­гей Ада­мо­вич Кова­лёв. Нач­ну со сло­ва «граж­дане». Я при­вет­ствую всех, кто сюда при­шел, пото­му что сюда при­шли граж­дане, дума­ю­щие о буду­щем сво­ей стра­ны, тем самым набрав­ши­е­ся сме­ло­сти посту­пить соглас­но сво­е­му граж­дан­ско­му дол­гу. Но гово­рить я буду все-таки глав­ным обра­зом о нау­ке.

Сего­дня очень мно­го вспо­ми­на­ют о про­шлом. Но луч­ше гово­рить о насто­я­щем и буду­щем, пото­му что в каре­те про­шло­го дале­ко не уедешь. Осно­ва­тель тео­рии опти­маль­но­го пла­ни­ро­ва­ния Белл­ман ска­зал, что из каж­дой точ­ки нуж­но дви­гать­ся по опти­маль­ной тра­ек­то­рии. Како­ва же наша опти­маль­ная тра­ек­то­рия? Что­бы пред­ста­вить себе ее, надо понять нынеш­нее поло­же­ние. Сего­дня основ­ной век­тор раз­ви­тия нашей стра­ны ‒ сырье­вая эко­но­ми­ка. Дав­но идут раз­го­во­ры о том, что необ­хо­ди­ма тех­но­ло­ги­че­ская рево­лю­ция, пре­вра­ще­ние Рос­сии в высо­ко­тех­но­ло­ги­че­скую стра­ну. Если бы это про­изо­шло, то при­ве­ло бы к колос­саль­но­му уве­ли­че­нию дохо­дов госу­дар­ства, повы­ше­нию жиз­нен­но­го уров­ня.

Если бы в Рос­сии была изоб­ре­те­на вак­ци­на от СПИ­Да ‒ а к это­му было близ­ко, ‒ то толь­ко на про­да­же ее мож­но было бы зара­бо­тать боль­ше, чем на неф­ти. Но раз­ра­бот­ки вак­ци­ны от СПИ­Да недав­но были пре­кра­ще­ны из за недо­стат­ка финан­си­ро­ва­ния.

Так вот о пере­хо­де на тех­но­ло­ги­че­скую эко­но­ми­ку. То, что это нуж­но сде­лать, обсуж­да­ет­ся уже дав­но, но доволь­но дол­го суще­ство­ва­ла точ­ка зре­ния, что тех­но­ло­гию надо выво­зить из-за гра­ни­цы. Сего­дня уже ясно, что это не рабо­та­ет и нам про­да­дут толь­ко то, что самим уже не нуж­но, а тех­но­ло­гии нуж­но делать самим. Посте­пен­но это обсто­я­тель­ство начи­на­ет про­ни­кать в созна­ние. Спра­ши­ва­ет­ся, кто этим зай­мет­ся?

Я посмот­рел дина­ми­ку науч­ных сотруд­ни­ков в Рос­сии. У нас иссле­до­ва­те­лей ‒ инже­не­ров, уче­ных, пре­по­да­ва­те­лей вузов ‒ в общей слож­но­сти око­ло 400 тыс. чело­век. Для срав­не­ния: в 1989 году их было немнож­ко менее 1 млн 200 тыс. То есть чис­ло сокра­ти­лось в три раза. Кто-то уехал, кто-то ушел в биз­нес, кто-то умер. Но как бы то ни было, 400 тыс. чело­век ‒ это нема­ло. Это боль­шой потен­ци­ал. Кото­рый спо­со­бен, без­услов­но, и к тех­но­ло­ги­че­ско­му раз­ви­тию, и, глав­ное, к под­дер­жа­нию куль­тур­но­го уров­ня в стране. А он непре­рыв­но пада­ет. Мы видим, негра­мот­ность очень вели­ка. Послед­ние 20 лет при­ве­ли к очень серьез­но­му паде­нию циви­ли­за­ци­он­но­го уров­ня стра­ны.

Из этих 400 тыс. при­бли­зи­тель­но 50 тыс. ‒ сотруд­ни­ки ака­де­ми­че­ских инсти­ту­тов. Сего­дня они нахо­дят­ся в доволь­но жал­ком поло­же­нии, пото­му что сред­няя зар­пла­та состав­ля­ет при­мер­но 15 тыс. руб. Это раза в три мень­ше, чем, напри­мер в Поль­ше. Я уж не гово­рю про дру­гие стра­ны мира. Но тем не менее эти люди про­дол­жа­ют рабо­тать. Пото­му что у них дру­гая моти­ва­ция. Пото­му что их рабо­та им достав­ля­ет удо­вле­тво­ре­ние, отве­ча­ет их внут­рен­ним потреб­но­стям.

Одна­ко на этих людей уже про­из­ве­ден наезд. Пер­вый наезд ‒ пре­вра­ще­ние Ака­де­мии наук в клуб и орга­ни­за­ция ФАНО. Чинов­ни­ки теперь управ­ля­ют уче­ны­ми. А како­ва сред­няя зар­пла­та чинов­ни­ка ФАНО? Отве­чаю: 132 тыс. руб. в месяц. Это на поря­док боль­ше, чем зар­пла­та уче­но­го, пото­му что чинов­ник за мень­шую зар­пла­ту рабо­тать не будет. Пото­му что у него дру­гой моти­ва­ции ‒ кро­ме как за день­ги ‒ для рабо­ты нет. И как было ска­за­но, ФАНО зава­ли­ва­ет уче­ных бес­ко­неч­ны­ми запро­са­ми, тре­бу­ет пла­ны на бли­жай­шие десять лет, пла­ны пуб­ли­ка­ций. Это пол­ный абсурд.
Но это еще не глав­ная беда. Глав­ная беда впе­ре­ди. Сей­час вполне серьез­но рас­смат­ри­ва­ет­ся новый закон. Пре­зи­дент Путин неосто­рож­но обмол­вил­ся, что уче­ным надо повы­сить зар­пла­ту так, что­бы сред­няя зар­пла­та уче­ных была вдвое выше, чем сред­няя зар­пла­та по реги­о­ну. И это интер­пре­ти­ро­ва­ли так, что нуж­но две тре­ти уче­ных сокра­тить, а осталь­ным уве­ли­чить зар­пла­ту. При­чем сде­лать это на кон­курс­ной осно­ве. Что­бы уче­ные пода­ва­ли заяв­ки на гран­ты и боро­лись за эти гран­ты. Если такое про­изой­дет, это при­ве­дет к пол­но­му раз­ру­ше­нию все­го науч­но­го сооб­ще­ства.

Гово­рят, что меры вызва­ны необ­хо­ди­мо­стью рыноч­ной эко­но­ми­ки. Мы уже дав­но живем в рыноч­ной эко­но­ми­ке. Весь мир живет в рыноч­ной эко­но­ми­ке. Посмот­ри­те, что про­ис­хо­дит в осталь­ном мире. Вез­де, абсо­лют­но вез­де уче­ные управ­ля­ют­ся сами­ми уче­ны­ми. Прин­цип ака­де­ми­че­ской сво­бо­ды соблю­да­ет­ся. В раз­ных фор­мах, но соблю­да­ет­ся. Он был выра­бо­тан в нача­ле Ново­го вре­ме­ни. И с тех пор он раз­ви­ва­ет­ся и под­дер­жи­ва­ет­ся. И при­клад­ная нау­ка нигде не отде­ля­ет­ся от фун­да­мен­таль­ной. Хоро­шо извест­но, что, если отде­лить при­клад­ную нау­ку от фун­да­мен­таль­ной, она вско­ре дегра­ди­ру­ет. Поэто­му то, что сей­час про­ис­хо­дит, по-насто­я­ще­му ужас­но, ката­стро­фа для нау­ки.

Поче­му всё это дела­ет­ся? Я счи­таю, что Андрей Цату­рян абсо­лют­но пра­виль­но объ­яс­нил. В Рос­сии тра­ди­ци­он­но вла­сти не дове­ря­ют уче­ным. Если вспом­ни­те Сал­ты­ко­ва-Щед­ри­на, то послед­ний гра­до­на­чаль­ник горо­да Глу­по­ва Пере­хват-Залих­ват­ский въе­хал в город на белом коне, сжег гим­на­зию и упразд­нил нау­ку.

Борис Штерн, физик, главный редактор газеты «Троицкий вариант ‒ Наука»

Очень хоро­шо подо­бран поря­док ора­то­ров. Я буду про­сто про­дол­жать преды­ду­ще­го. И не буду метать во власть гро­мы и мол­нии, пото­му что с ней и так всё понят­но боль­шин­ству при­сут­ству­ю­щих. При ней нам ждать рас­цве­та нау­ки точ­но не сто­ит. Надо думать, что делать самим в усло­ви­ях, пока дан­ная власть дер­жит­ся.

Три наблю­де­ния. Пер­вые два более-менее ясны всем. Нау­ка, увы, мед­лен­но уми­ра­ет. Мед­лен­но лишь бла­го­да­ря тому, что уче­ные живут дол­го, за что им боль­шое спа­си­бо. Вто­рое наблю­де­ние тоже всем понят­но ‒ это широ­ко­мас­штаб­ное наступ­ле­ние неве­же­ства при под­держ­ке СМИ, бла­го­слов­ля­е­мых вла­стью. А вот тре­тье наблю­де­ние, думаю, чув­ству­ют дале­ко не все: под­ни­ма­ет­ся встреч­ная вол­на инте­ре­са к нау­ке, инте­ре­са к про­све­ще­нию. Может быть, вол­на неболь­шая, но упря­мая. Я в тече­ние года интен­сив­но читал лек­ции. Я видел, как рас­тет ауди­то­рия, как моло­де­ет ауди­то­рия, как она умне­ет. Рань­ше это­го не было. И эту встреч­ную вол­ну во мно­гом под­ни­ма­ла «Дина­стия», кото­рая пре­кра­тит свое суще­ство­ва­ние в бли­жай­шие дни.

Как мы долж­ны на это реа­ги­ро­вать? По-мое­му, достой­ной реак­ци­ей будет, если в ответ на закры­тие «Дина­стии» мы через несколь­ко дней объ­явим об откры­тии ново­го сооб­ще­ства, кото­рое про­дол­жит дело «Дина­стии», по крайне мере в про­све­ще­нии. У него не долж­но быть ни юри­ди­че­ско­го лица, ни еди­но­го руко­вод­ства, ни цен­тра­ли­зо­ван­но­го фон­да – ско­рей, кра­уд­фандинг или мно­го мел­ких фон­дов. Такая струк­ту­ра непо­топ­ля­е­ма, ее не при­ще­мишь.

Теперь еще опти­ми­стич­ная лите­ра­тур­ная парал­лель. Сей­час мно­го вспо­ми­на­ют «1984» Ору­эл­ла. Есть дру­гая вели­кая кни­га ‒ «451 гра­дус по Фарен­гей­ту». Финал помни­те? Пол­ная тьма, все кни­ги сожже­ны, но оста­лись люди, кото­рые выучи­ли их наизусть. Вот этот ‒ Джо­на­тан Свифт, это ‒ Чарльз Дар­вин, а вот там горо­док ‒ пол­ное собра­ние сочи­не­ний Бер­тра­на Рас­се­ла, там каж­дый житель выучил по несколь­ку стра­ниц. И когда при­дут луч­шие вре­ме­на, это всё будет вос­ста­нов­ле­но.

У нас тоже мно­го чего есть. Даже если нау­ка умрет, всё рав­но оста­нут­ся люди, кото­рые несут ее в себе. Есть, напри­мер, чело­век-антро­по­ге­нез, чело­век ‒ исто­рия Сред­них веков или чело­век-аст­ро­фи­зи­ка (один тут уже высту­пал), есть чело­век-кос­мо­ло­гия. Кото­рые в любые вре­ме­на смо­гут внят­но объ­яс­нить ауди­то­рии свою часть, зажечь дру­гих. Это огром­ное богат­ство, и надо заста­вить этих людей рабо­тать на пол­ную катуш­ку – под­ни­мать встреч­ную вол­ну. Это одна из задач для ново­го сооб­ще­ства.

Закон­чу, повто­рив кон­крет­ное пред­ло­же­ние: после закры­тия «Дина­стии» людям, кото­рые что-то могут, объ­еди­нить­ся и орга­ни­зо­вать новое сооб­ще­ство, кото­рое возь­мет на себя про­све­ти­тель­скую часть рабо­ты «Дина­стии».

Виктор Васильев, академик РАН, президент Московского математического общества

Борис Штерн ска­зал такую опти­ми­стич­ную вещь, и я тоже хочу… Вот пожа­луй­ста: будет у нас на сле­ду­ю­щей неде­ле с 9 по 11 июня кон­фе­рен­ция фон­да «Дина­стия» «Встре­ча поко­ле­ний», на кото­рой высту­пят с докла­да­ми луч­шие моло­дые мате­ма­ти­ки, кото­рые полу­чи­ли эту пре­мию, и полу­ча­те­ли пре­мии «За жизнь в нау­ке»; это те люди, кото­рые про­сла­ви­ли нашу нау­ку. Вот такое сооб­ще­ние. Навер­ное, оно, с одной сто­ро­ны, хоро­шее, а с дру­гой сто­ро­ны, есть о чем погру­стить.

Как жить-то нам даль­ше? Объ­еди­нять­ся, это всё понят­но. А как жить по отдель­но­сти каж­до­му? Я, как чело­век, про­жив­ший несколь­ко десят­ков лет жиз­ни во вре­ме­на ком­му­ни­сти­че­ско­го мараз­ма, знаю одно: глав­ное пра­ви­ло ‒ не терять себя, зани­мать­ся насто­я­щим делом. Нам теперь хоро­шо, у нас объ­еди­не­ния раз­ные есть. Но глав­ное ‒ зани­мать­ся насто­я­щей нау­кой, решать насто­я­щие зада­чи. Что бы ни было, на сколь­ко бы это ни про­тя­ну­лось, ‒ учить детей. Потом, когда этот морок раз­ве­ет­ся, ‒ а куда ему девать­ся? ‒ будет кому зани­мать­ся делом.

Есть еще один сюжет, о кото­ром дру­гие еще не ска­за­ли. Он, изви­ни­те за выра­же­ние, на импер­скую тему. Вот гово­рят, наше руко­вод­ство очень оза­бо­че­но вли­я­ни­ем Рос­сии на пост­со­вет­ском про­стран­стве. Что со всем этим делать? Как выяс­ни­лось, решать эти вопро­сы воен­ным мето­дом не годит­ся. Прак­ти­ка пока­за­ла, что это дур­ной метод, это спо­соб всё изга­дить, со все­ми поссо­рить­ся и всех рас­пу­гать. На самом деле есть толь­ко один метод, если кому-то надо стать цен­тром при­тя­же­ния. Добить­ся того, что­бы укра­ин­ские, литов­ские, казах­ские роди­те­ли с радо­стью и без стра­ха посы­ла­ли сво­их детей учить­ся в Рос­сию бла­го­род­ным нау­кам и ремес­лам. Добить­ся того, что­бы поль­ские, чеш­ские, афган­ские интел­лек­ту­а­лы с радо­стью, а не с омер­зе­ни­ем чита­ли тек­сты рус­ских писа­те­лей, фило­со­фов, социо­ло­гов, эко­но­ми­стов. Вот это наше дело. Это то, что мы сде­ла­ем и что будут делать наши уче­ни­ки. Что тут гово­рить, всё понят­но…

Михаил Фейгельман, физик, ИТФ им. Ландау

Я про­дол­жу сооб­ра­же­ние, кото­рое выска­зал Борис Штерн. Чуть под дру­гим углом. Надо думать не о том, в какое поло­же­ние нас кто-то поста­вил, надо думать о том, что достой­но­го в этом поло­же­нии мож­но сде­лать. Есть мно­гие, кто хочет чему-то учить­ся или нау­кой зани­мать­ся… Не так мало людей, кото­рые зани­ма­ют­ся какой-то дело­вой актив­но­стью, име­ют день­ги, может, не безум­но боль­шие, но не нуле­вые. И тоже заин­те­ре­со­ва­ны в том, что­бы было кому учить их детей. Фонд «Дина­стия» подал нам достой­ный при­мер, как долж­но, как достой­но себя вести. И самое луч­шее, что мы можем сде­лать в этой ситу­а­ции, ‒ про­дол­жить этот при­мер. Не обя­за­тель­но имен­но так, как ска­зал Борис. Фон­ды могут воз­ни­кать. Их может быть мно­го. Это даже инте­рес­нее, если их мно­го, если они раз­ные. Это кон­крет­ная нема­лень­кая рабо­та. О кото­рой нуж­но думать и тем, кто зани­ма­ет­ся нау­кой, и тем, кто дела­ет день­ги. Они могут собрать­ся, могут вме­сте, могут в раз­ных местах. И начать делать это дело, взяв при­мер с «Дина­стии».

Сергей Лукашевский, директор Сахаровского центра

Я неиз­беж­но буду гово­рить о том, что уже во мно­гом было ска­за­но. Но, как при­ня­то сре­ди людей обра­зо­ван­ных, важ­но добав­лять допол­ни­тель­ные крас­ки и штри­хи к общей кар­тине.

Во-пер­вых, о законе и о фон­де «Дина­стия». Если воз­ни­ка­ет ситу­а­ция, когда закон про­ти­во­ре­чит здра­во­му смыс­лу, зна­чит, закон надо менять. Если реа­ли­за­ция зако­на нару­ша­ет здра­вый смысл и закон не меня­ют, зна­чит, цели его при­ня­тия отлич­ны от офи­ци­аль­но заяв­лен­ных.

Мно­гим это было оче­вид­но и рань­ше, но вклю­че­ние фон­да «Дина­стия» в реестр орга­ни­за­ций ‒ ино­стран­ных аген­тов не остав­ля­ет сомне­ний в том, что суть соот­вет­ству­ю­ще­го зако­на не в кон­тро­ле за ино­стран­ным финан­си­ро­ва­ни­ем, а про­сто в кон­тро­ле. В кон­тро­ле за сво­бод­ной мыс­лью, в том чис­ле науч­ной.

Я пред­став­ляю центр Андрея Дмит­ри­е­ви­ча Саха­ро­ва. Саха­ров гово­рил (и это, навер­ное, самое извест­ное его изре­че­ние), что мир, про­гресс и пра­ва чело­ве­ка ‒ это цели вза­и­мо­свя­зан­ные, без дости­же­ния одной нель­зя обес­пе­чить осталь­ные.

Та ситу­а­ция, в кото­рой мы сей­час суще­ству­ем, со всей оче­вид­но­стью демон­стри­ру­ет точ­ность этих слов. Вопрос не толь­ко в нау­ке, не толь­ко в дея­тель­но­сти орга­ни­за­ций, кото­рые защи­ща­ют пра­ва чело­ве­ка и пото­му неиз­беж­но всту­па­ют в кон­фликт с вла­стью. Вопрос сто­ит о сво­бод­ном раз­ви­тии обще­ства. И ни одна сфе­ра, ‒ не толь­ко нау­ка, не толь­ко пра­во­за­щит­ная дея­тель­ность, но и бла­го­тво­ри­тель­ность, и соци­аль­ная рабо­та, ‒ не оста­нет­ся сво­бод­ной и неза­ви­си­мой перед этим кат­ком тоталь­но­го кон­тро­ля.

Наша власть уме­ет эффек­тив­но уста­нав­ли­вать кон­троль, но не уме­ет и не хочет ниче­го раз­ви­вать. Это вид­но на при­ме­ре собы­тий вокруг Ака­де­мии наук.

И послед­нее, что я хотел бы ска­зать. Может быть, самое важ­ное. Мне кажет­ся, что кро­ме тра­ги­че­ской ситу­а­ции с фон­дом «Дина­стия», кото­рый будет, ско­рее все­го, закрыт, в про­ис­хо­дя­щих собы­ти­ях есть исто­ри­че­ский урок и исто­ри­че­ский вызов.

Мне кажет­ся, что долж­но завер­шить­ся вре­мя, когда мы наде­ем­ся, что есть какой-то умный, силь­ный чело­век, кото­рый может нам помочь, кото­рый может изме­нить ситу­а­цию. Без­услов­но, Дмит­рий Бори­со­вич Зимин был и оста­нет­ся таким чело­ве­ком. Но одно­вре­мен­но дея­тель­ность таких ярких людей ока­зы­ва­ет­ся уяз­ви­мой. Насту­па­ет вре­мя, когда буду­щее наше­го обще­ства, буду­щее нашей стра­ны зави­сит ‒ тут я повто­рю то, что уже гово­ри­ли дру­гие, ‒ от соли­дар­но­го, гори­зон­таль­но­го дей­ствия. Зада­ча не толь­ко в том, что­бы нашлись еще один или два биз­не­сме­на, искренне боле­ю­щих за судь­бу нау­ки, судь­бу обра­зо­ва­ния, судь­бу граж­дан­ско­го обще­ства, кото­рые ста­ли бы вкла­ды­вать в это день­ги. Про­бле­ма в созда­нии гори­зон­таль­ных струк­тур, где не столь талант­ли­вые в биз­не­се, обыч­ные, про­стые люди будут объ­еди­нять­ся и сов­мест­ны­ми дей­стви­ем, сов­мест­ны­ми уси­ли­я­ми менять ситу­а­цию в стране.

И здесь есть повод для опти­миз­ма, пото­му что наша орга­ни­за­ция, Саха­ров­ский центр, попа­ла пол­го­да назад под тот же закон и нам при­су­ди­ли штраф 300 тыс. руб. И сего­дня бла­го­да­ря вам, бла­го­да­ря нашим сограж­да­нам мы эти день­ги собра­ли и смо­жем пока про­дол­жать нашу дея­тель­но­стью. Я хочу ска­зать вам всем ‒ и тем, кто здесь при­сут­ству­ет, и тем, кого здесь нет, ‒ спа­си­бо за эту помощь. И для меня это искор­ка надеж­ды, что в самых раз­ных обла­стях мы будем дей­ство­вать вме­сте. И такие гори­зон­таль­ные струк­ту­ры, такая гори­зон­таль­ная соли­дар­ность, они дей­стви­тель­но неуяз­ви­мы и непо­топ­ля­е­мы. За нами побе­да!

Борис Долгин, научный редактор «Полит.ру»

Толь­ко кари­ка­тур­ные зло­деи соби­ра­ют­ся вме­сте и обсуж­да­ют: «Что бы тако­го сде­лать пло­хо­го?» Кажет­ся глу­по­стью думать, что кто-то спе­ци­аль­но хочет уни­что­жить нау­ку и обра­зо­ва­ние, пони­зить уро­вень чело­ве­че­ско­го капи­та­ла в Рос­сии.

При этом, несмот­ря на во мно­гом раз­ру­шен­ную систе­му обрат­ной свя­зи, труд­но пове­рить в непо­ни­ма­ние того, какой вред рос­сий­ским нау­ке, обра­зо­ва­нию и про­све­ще­нию нано­сит пре­сле­до­ва­ние «Дина­стии». А вме­сте с ней и дру­гих мни­мых «ино­стран­ных аген­тов» ‒ науч­ных, экс­перт­ных, обра­зо­ва­тель­ных, эко­ло­ги­че­ских, пра­во­за­щит­ных орга­ни­за­ций.
Един­ствен­ным логич­ным объ­яс­не­ни­ем про­ис­хо­дя­ще­го явля­ет­ся нали­чие у части власт­ных груп­пи­ро­вок пред­став­ле­ния о том, что ущерб, кото­рый подоб­ны­ми мера­ми нано­сит­ся Рос­сии, явля­ет­ся куда менее зна­чи­мым, чем что-то иное. Что-то, ради чего этим мож­но пожерт­во­вать.

Что это? Ско­рее все­го, ощу­ще­ние кон­тро­ля за про­ис­хо­дя­щим в стране. Для того что­бы ни у кого не было иску­ше­ния на него поку­сить­ся, и исполь­зу­ет­ся моби­ли­за­ция вокруг борь­бы с внеш­ни­ми и внут­рен­ни­ми вра­га­ми, в роли кото­рых могут ока­зы­вать­ся более или менее само­сто­я­тель­ные граж­дан­ские и экс­перт­ные ини­ци­а­ти­вы. Отсю­да и анти­пра­во­вое зако­но­да­тель­ство об ино­стран­ных аген­тах. В какой сте­пе­ни ини­ци­а­то­ры все­го это­го сами верят в «аген­тов» ‒ отдель­ный слож­ный вопрос. Пред­по­ла­гаю, что, даже если изна­чаль­но они и были доста­точ­но трез­вы, со вре­ме­нем насту­па­ет отрав­ле­ние пара­ми соб­ствен­ной про­па­ган­ды.

Инстру­мен­том под­дер­жа­ния моби­ли­за­ции сего­дня ста­но­вит­ся не менее пара­но­и­даль­ная идея защи­ты про­шло­го. Но про­шлое не нуж­да­ет­ся в защи­те. Это не хру­сталь­ная ваза, кото­рую мож­но раз­ру­шить неак­ку­рат­ным при­кос­но­ве­ни­ем. Про­шлое нуж­но изу­чать, а не защи­щать. Иссле­до­вать зако­но­мер­но­сти, думать о том, как с ними рабо­тать, ‒ и в этом смыс­ле извле­кать уро­ки.

Защи­щать нуж­но куда более хруп­кую сущ­ность ‒ буду­щее. Было бы стран­но не спо­ты­кать­ся, дви­га­ясь впе­ред с голо­вой, повер­ну­той назад. Пыта­ясь где-то сза­ди раз­гля­деть точ­ку, к кото­рой нуж­но вер­нуть­ся, или доро­гу, по кото­рой нуж­но пой­ти. Исто­рия не ком­пью­тер­ная игра. В ней невоз­мож­но вер­нуть­ся к исход­ной точ­ке. Бес­по­лез­но дис­ку­ти­ро­вать о том, хорош ли лозунг «Впе­ред, к слав­но­му про­шло­му!», ‒ он всё рав­но нере­а­ли­зу­ем.

Думать о буду­щем мож­но, толь­ко опи­ра­ясь на обра­зо­ва­ние, нау­ку и широ­кое про­све­ще­ние. Один из самых надеж­ных спо­со­бов буду­щее раз­ру­шить ‒ нане­сти удар имен­но по этой сфе­ре.

Как отрез­вить те груп­пи­ров­ки во вла­сти, кото­рые гото­вы пожерт­во­вать буду­щим Рос­сии ради укреп­ле­ния иллю­зии кон­тро­ля за насто­я­щим? Как заста­вить услы­шать голос науч­но­го, обра­зо­ва­тель­но­го, экс­перт­но­го сооб­ще­ства ‒ и вооб­ще, голос граж­дан­ско­го обще­ства? Это глав­ный и дей­стви­тель­но труд­ный вопрос.

Объ­яс­нять? Но гото­вы ли слу­шать? Угро­жать? Но глу­по радо­вать­ся: «Они нас боят­ся». Пугать стра­да­ю­щих пара­ной­ей ‒ это, навер­ное, что-то вро­де про­цик­ли­че­ской поли­ти­ки в ситу­а­ции эко­но­ми­че­ско­го кри­зи­са. Так мож­но достиг­нуть лишь уси­лен­но­го выпа­лы­ва­ния все­го, что хоть как-то ока­зы­ва­ет­ся замет­ным.

Инстру­мен­та, гаран­ти­ру­ю­ще­го успеш­ный резуль­тат, я не знаю. Но мы зна­ем неко­то­рые заве­до­мо хоро­шие мето­ды.

1. Кон­со­ли­ди­ро­вать науч­ное, обра­зо­ва­тель­ное, экс­перт­ное сооб­ще­ства на тех пози­ци­ях, на кото­рых это воз­мож­но, ‒ и посто­ян­но выска­зы­вать их во всех воз­мож­ных пуб­лич­ных и непуб­лич­ных режи­мах.
2. Осо­знать и реа­ли­зо­вы­вать соли­дар­ность с дру­ги­ми граж­дан­ски­ми ини­ци­а­ти­ва­ми.
3. И нако­нец, не ослаб­лять, а, напро­тив, уси­ли­вать про­све­ще­ние.

Александр Бикбов, социолог-исследователь, зам. директора Центра современной философии и социальных наук философского факультета МГУ

Кол­ле­ги, доб­рый день! Очень радост­но видеть, что в защи­ту нау­ки и обра­зо­ва­ния сего­дня вышло столь­ко при­ят­ных и убеж­ден­ных участ­ни­ков. Я хочу поде­лить­ся хоро­шей ново­стью, что­бы под­нять нам настро­е­ние бли­же к кон­цу митин­га. Вы, навер­ное, помни­те, что дней 15 назад во всех ново­стях был сюжет о том, как агит­бри­га­да кон­спи­ро­ло­га Нико­лая Ста­ри­ко­ва была бой­ко­ти­ро­ва­на в одном из мос­ков­ских вузов. Это ведь хоро­шая новость? В самом деле, не кон­спи­ро­ло­гам же учить нас исто­рии и рас­ска­зы­вать о буду­щем! После того как в РГГУ Ста­ри­ков был осви­стан, он поехал в МГУ, где так­же встре­тил сопро­тив­ле­ние. И когда на сле­ду­ю­щий день ко вхо­ду в МГИМО вышли сту­ден­ты с пла­ка­та­ми, ста­ло ясно, что Нико­лай Ста­ри­ков про­сто не появит­ся на лек­ции.

Ясно, что, когда не толь­ко в пуб­лич­ном про­стран­стве, но и в уни­вер­си­тет­ских сте­нах начи­на­ют появ­лять­ся такие агит­бри­га­ды, это очень тре­вож­ный знак. В такой ситу­а­ции уже недо­ста­точ­но про­сто под­пи­сать оче­ред­ную пети­цию или поста­вить лайк в «Фейс­бу­ке». Оче­вид­но, что нуж­но вза­и­мо­дей­ство­вать друг с дру­гом, гото­вить контр­ме­ры. Бой­кот этой агит­бри­га­ды – отлич­ный при­мер того, как рабо­та­ет уни­вер­си­тет­ская соли­дар­ность, соли­дар­ность обра­зо­ван­ных людей. Но что для это­го нуж­но?

Это, навер­ное, глав­ный вопрос, кото­рый име­ет смысл задать сей­час каж­до­му, задать самим себе. Когда послед­ний раз вы вхо­ди­ли в каби­не­ты дека­нов, началь­ни­ков, зав­ка­фед­ра­ми, что­бы что-то потре­бо­вать? Что­бы ска­зать: «Нет, мне это не под­хо­дит!» Или не под­хо­дит нам ‒ кол­лек­ти­ву наше­го вуза, кафед­ре, людям из раз­ных уни­вер­си­те­тов? Я думаю, о таких визи­тах вы може­те вспо­ми­нать по крайне мере с радо­стью, если дума­е­те о 1990-х. А сей­час насту­па­ет момент, когда нам сле­ду­ет заду­мать­ся, как вме­сте гово­рить «нет!» тако­го рода интер­вен­ци­ям про­во­ка­то­ров, кон­спи­ро­ло­гов, про­па­ган­ди­стов на наших пло­щад­ках зна­ния ‒ ака­де­ми­че­ских, вузов­ских, школь­ных.

Это очень важ­ный момент. Что­бы уметь про­ти­во­сто­ять тако­го рода поли­ти­че­ским интер­вен­ци­ям, сле­ду­ет пони­мать, что один из глав­ных ресур­сов, на кото­рые мы можем рас­счи­ты­вать сего­дня, ‒ это не абстракт­ная соли­дар­ность, кото­рая выска­ки­ва­ет слов­но чер­тик из таба­кер­ки. Это преж­де все­го сво­бод­ное вре­мя и про­фес­си­о­наль­ное досто­ин­ство, кото­рые фор­ми­ру­ют­ся не где-нибудь, а на нашем рабо­чем месте. То есть в уни­вер­си­те­те, ака­де­мии, шко­ле. Это то вре­мя и досто­ин­ство, кото­рые поз­во­ля­ют нам обсуж­дать вопро­сы, важ­ные для наших зна­ний и про­фес­сии.

Как отста­и­вать свое сво­бод­ное вре­мя и про­фес­си­о­наль­ное досто­ин­ство? Конеч­но, не толь­ко через про­ти­во­сто­я­ние поли­ти­че­ской про­па­ган­де, но и защи­щая наши соци­аль­ные, про­фес­си­о­наль­ные пра­ва.

В послед­нее вре­мя нас пыта­ют­ся лишить сво­бод­но­го вре­ме­ни мно­же­ством спо­со­бов. Вво­дя так назы­ва­е­мый эффек­тив­ный кон­тракт в шко­лах, уни­вер­си­те­тах, ака­де­мии, когда опла­та тру­да ста­вит­ся в зави­си­мость от мно­же­ства фор­маль­ных пока­за­те­лей. Это дела­ет и без того рва­ный ритм нашей жиз­ни и рабо­ты еще более дроб­ным. Лиша­ет нас воз­мож­но­сти для обще­ния. В послед­ние два года во всех учеб­ных заве­де­ни­ях сокра­ща­ют вне­штат­ни­ков и чет­верть­ста­воч­ни­ков. Что это такое, как не уве­ли­че­ние основ­ной нагруз­ки на тех, кто оста­ет­ся в шта­те, и еще более напря­жен­ные под­ра­бот­ки для всех осталь­ных? Остав­ля­ет ли это вре­мя для обще­ния и вза­и­мо­дей­ствия по важ­ным для нас вопро­сам? Очень мало. Уве­рен, что и сего­дня нас здесь мог­ло бы быть в пять раз боль­ше. Но мно­гие про­во­дят свое вре­мя в этот момент не за экра­на­ми ком­пью­те­ров. Они рабо­та­ют и под­ра­ба­ты­ва­ют. Вырос­ли нагруз­ки, рас­тет вре­мя, кото­ро­го тре­бу­ют от нас заве­де­ния. А дека­ны и дирек­то­ра инсти­ту­тов уже не про­сто кол­ле­ги, с кото­ры­ми мы делим не самый ком­форт­ный ритм жиз­ни, ‒ это непо­сред­ствен­ные рабо­то­да­те­ли, кото­рые всё чаще ока­зы­ва­ют­ся про­вод­ни­ка­ми плос­ко поня­той эффек­тив­но­сти. Поэто­му один из при­зы­вов, с кото­ро­го нуж­но начи­нать сей­час: при­ду­мы­вай­те, как боль­ше общать­ся со сво­и­ми кол­ле­га­ми, думай­те о том, как сов­мест­но защи­щать наши соци­аль­ные пра­ва, выстра­и­вай­те кон­так­ты друг с дру­гом, что­бы отста­и­вать гра­ни­цы авто­ном­но­го зна­ния ‒ тот важ­ней­ший и послед­ний рубеж, на кото­ром мы дей­стви­тель­но можем оста­но­вить гру­бые поли­ти­че­ские интер­вен­ции диле­тан­тов и про­во­ка­то­ров.

Алексей Макаров, школа «Интеллектуал»

 Андрей Заякин, физик, сооснователь сообщества Диссернет

Ува­жа­е­мые кол­ле­ги, очень рад вас всех видеть здесь. Я хотел бы сего­дня напом­нить всем, что с тео­ре­мой Гёде­ля о непол­но­те любой фор­маль­ной систе­мы свя­за­на тео­ре­ма о так назы­ва­е­мом нееди­но­глас­ном пар­ла­мен­те (жела­ю­щие про­чи­тать дока­за­тель­ство могут обра­тить­ся в жур­нал «Квант» за 1995 год). Суть тео­ре­мы о нееди­но­глас­ном пар­ла­мен­те тако­ва: если име­ет­ся пар­ла­мент, кото­рый хотя бы по каким-то вопро­сам голо­су­ет не еди­но­глас­но, не отме­ня­ет сво­их преды­ду­щих реше­ний и при этом логи­че­ское след­ствие из любых мно­жеств реше­ний есть так­же реше­ние, то такой пар­ла­мент мож­но заста­вить при­нять любое напе­ред задан­ное реше­ние.

Зачем я вспом­нил об этом любо­пыт­ном фак­те? Затем, что наше с вами сооб­ще­ство, по мое­му глу­бо­ко­му убеж­де­нию, пре­не­бре­га­ет таким важ­ней­шим спо­со­бом защи­ты себя, защи­ты наших науч­ных инсти­ту­тов, защи­ты инте­ре­сов Ака­де­мии наук, защи­ты инте­ре­сов наших меце­на­тов, как лоб­бист­ская рабо­та. Я при­ве­ду вам при­мер, иллю­стри­ру­ю­щий эту самую тео­ре­му. Пред­по­ло­жим, мы хотим, что­бы у нас в стране был закон, соглас­но кото­ро­му, всех, кто ездит на трам­вае зай­цем, долж­ны на сле­ду­ю­щий день рас­стре­лять. Если мы вне­сем этот закон в пар­ла­мент в таком виде, то, оче­вид­но, он про­ва­лит­ся, пото­му что тут же все гос­по­да дум­цы вспом­нят о прин­ци­пах гуман­но­сти, чело­ве­ко­лю­бия и так далее.

Но давай­те будем дей­ство­вать по-дру­го­му. Сна­ча­ла мы вно­сим Закон о борь­бе с мыша­ми и кры­са­ми, состо­я­щий в том, что един­ствен­ны­ми мле­ко­пи­та­ю­щи­ми, кото­рые име­ют пра­во нахо­дить­ся в пре­де­лах горо­да, явля­ют­ся люди, соба­ки и кош­ки, а все осталь­ные под­ле­жат изни­что­же­нию. В дру­гой раз мы вно­сим Закон о без­би­лет­ни­ках о том, что все, кто ездит без биле­та, при­об­ре­та­ют ста­тус зай­ца. И нако­нец, в тре­тий раз мы при­рав­ни­ва­ем всех зай­цев, как то: зай­цев лес­ных и без­би­лет­ных во всех пра­вах. И след­ствие трех, каза­лось бы, без­вред­ных зако­нов: Зако­на о борь­бе с мыша­ми и кры­са­ми, Зако­на о без­би­лет­ни­ках и Зако­на о рав­но­пра­вии зай­цев при­во­дит к совер­шен­но фан­та­сти­че­ско­му реше­нию о том, что людей за без­би­лет­ный про­езд мож­но рас­стре­ли­вать.

Я хочу ска­зать, что тем же самым обра­зом, поль­зу­ясь абсо­лют­ным хао­сом и безу­ми­ем, про­ис­хо­дя­щи­ми с нашим зако­но­да­тель­ным орга­ном, Госу­дар­ствен­ной Думой, и реги­о­наль­ны­ми зако­но­да­тель­ны­ми собра­ни­я­ми, мы с вами долж­ны при­ла­гать совер­шен­но кон­крет­ные уси­лия для того, что­бы изме­нить то состо­я­ние, в кото­ром нахо­дит­ся наше зако­но­да­тель­ство. Как это делать? Есть два мето­да, один осно­ван на рабо­те с хоро­ши­ми депу­та­та­ми, дру­гой на рабо­те с пло­хи­ми депу­та­та­ми. Нач­нем со вто­ро­го.

Вы нахо­ди­те каких-то не очень хоро­ших депу­та­тов и про­еда­е­те им мозг. У каж­до­го из вас есть свои реги­о­наль­ные депу­та­ты Мосгор­ду­мы, есть при­креп­лен­ные к тем местам, где мы живем, депу­та­ты Гос­ду­мы. Мож­но про­едать им мозг раз­ны­ми обра­ще­ни­я­ми, при этом, есте­ствен­но, обра­ще­ния не долж­ны быть в духе «давай­те всё сра­зу испра­вим, а миро­вое зло попро­сим сесть на само­лет и уле­теть в Дубай». Обра­ще­ния долж­ны пред­по­ла­гать дей­ствия как раз в духе той тео­ре­мы о нееди­но­глас­ном пар­ла­мен­те, кото­рую я помя­нул.

Вто­рой слу­чай тре­бу­ет боль­ших уси­лий, но, соот­вет­ствен­но, может быть воз­на­граж­ден боль­ши­ми резуль­та­та­ми: это когда вы зна­е­те каких-то адек­ват­ных депу­та­тов, при этом жела­тель­но, что­бы это были не толь­ко пред­ста­ви­те­ли оппо­зи­ции, но и, воз­мож­но, какие-то оста­ю­щи­е­ся разум­ные пред­ста­ви­те­ли дру­гих пар­тий. Вы зна­ко­ми­тесь с ними, вы дру­жи­те с ними, вы помо­га­е­те им сфор­му­ли­ро­вать те зако­но­про­ек­ты, кото­рые нуж­ны науч­но­му сооб­ще­ству, они несут их в Думу, и, в свя­зи с тем что безум­ный прин­тер оди­на­ко­во безу­мен во всех направ­ле­ни­ях, есть неко­то­рый нену­ле­вой шанс, что эти пра­виль­ные зако­ны прой­дут.

Не нуж­но стес­нять­ся того, что у вас не будет сто­про­цент­но­го резуль­та­та. Дис­сер­нет пишет 100 жалоб, из них 20 фут­бо­лит­ся, 20 удо­вле­тво­ря­ет­ся, осталь­ные про­ви­са­ют in limbo меж­ду небом и зем­лей. Ниче­го страш­но­го. Глав­ное здесь при­ла­гать боль­ше уси­лий, что­бы хотя бы один из деся­ти полез­ных про­ек­тов, кото­рые вы напи­ше­те, сра­бо­тал.

Я гово­рю всё это не из тео­ре­ти­че­ских сооб­ра­же­ний, а исхо­дя из соб­ствен­но­го дис­сер­не­тов­ско­го опы­та лоб­бист­ской рабо­ты. Вы зна­е­те, что мы гото­ви­ли и вно­си­ли в Госу­дар­ствен­ную Думу рука­ми депу­та­тов Гуд­ко­ва, Смо­ли­на и Поно­ма­ре­ва закон об отмене сро­ка дав­но­сти по фаль­ши­вым дис­сер­та­ци­ям. Закон про­ва­лил­ся, но мы виде­ли, что про­ва­лить его было слож­но, 179 чело­век про­го­ло­со­ва­ли «за», почти никто не осме­лил­ся голо­со­вать «про­тив». Если бы дав­ле­ние, кото­рое мы тогда ока­зы­ва­ли, уде­ся­те­ри­лось, если бы поми­мо таких групп вли­я­ния, как Дис­сер­нет и Обще­ство науч­ных работ­ни­ков, при­шло еще 20 ака­де­ми­ков, сто член­ко­ров и тыся­ча про­фес­со­ров, каж­дый из них бы про­ел плешь каж­до­му депу­та­ту, то очень может быть, что мы бы тогда и набра­ли недо­ста­ю­щие до 226 голо­са. Сей­час этот закон пере­де­лан, пол­но­стью исправ­лен, улуч­шен, допол­нен, опять вне­сен в Гос­ду­му, лежит в коми­те­те по нау­ке и нау­ко­ем­ким тех­но­ло­ги­ям у ака­де­ми­ка Череш­не­ва.

При­ве­ду дру­гой при­мер: закон об отмене ста­ту­са ино­стран­ных аген­тов как тако­вых. Я очень про­шу обра­тить ваше вни­ма­ние на эту зако­но­да­тель­ную ини­ци­а­ти­ву Дмит­рия Гуд­ко­ва. Зако­но­про­ект пред­по­ла­га­ет пол­ный демон­таж само­го поня­тия ино­стран­но­го аген­та. Есте­ствен­но, 445 депу­та­тов Госу­дар­ствен­ной Думы из 450 будут рвать и метать, будут кри­чать в исте­ри­ке, пыта­ясь этот закон затоп­тать в зем­лю. Я вас очень про­шу: не поз­воль­те им это сде­лать лег­ко. Они это сде­ла­ют – но побо­ри­тесь за этот закон. Это гораз­до более про­дук­тив­но, чем махать фла­гом на демон­стра­ции или кри­чать что-нибудь в мега­фон.

Каж­дый из вас может напи­сать сво­е­му депу­та­ту абсо­лют­но уни­каль­ное пись­мо с прось­бой под­дер­жать закон, с вопро­сом, поче­му этот депу­тат хочет голо­со­вать «про­тив», а не «за». Если вы зна­е­те, что чело­век голо­су­ет «про­тив», вы може­те натра­вить на тако­го депу­та­та прес­су и так далее. Про­сто пой­ми­те, что без наше­го вли­я­ния как кол­лек­тив­но­го лоб­би­ста ни один разум­ный закон не име­ет ника­ких шан­сов. А с нашим вли­я­ни­ем эти шан­сы хотя неболь­шие, 1% или 2%, но они появ­ля­ют­ся.

Очень вас про­шу делать что-нибудь, делать хотя бы такую кон­крет­ную вещь: пиши­те пись­ма депу­та­там, ока­зы­вай­те на них пуб­лич­ное дав­ле­ние, рас­ска­зы­вай­те о том, что такой про­ект есть в соц­се­тях, гово­ри­те со сво­и­ми кол­ле­га­ми и так далее – и мы еще посмот­рим, как они будут голо­со­вать. Это будет крайне забав­но

Илья Щуров, к.ф.м.н.

Лев Бирюков, оргкомитет митинга

Григорий Колюцкий, математик, лауреат конкурса «Молодой учитель», организованного фондом «Династия», соорганизатор научно-образовательной колонны

Ува­жа­е­мые кол­ле­ги! Для меня боль­шая честь высту­пать на пер­вом в моей жиз­ни митин­ге, когда боль­шин­ство высту­па­ю­щих гово­рит не о кри­ти­ке вла­сти, не о тре­бо­ва­ни­ях к вла­сти, а о том, что нуж­но делать нам самим. Я очень рад. Три с поло­ви­ной года назад мы созда­ли науч­но-обра­зо­ва­тель­ную колон­ну в рам­ках дви­же­ния Болот­ной и Саха­ро­ва – это был есте­ствен­но-науч­ный экс­пе­ри­мент. Мы хоте­ли понять, насколь­ко вооб­ще воз­мож­но общать­ся обще­ству и про­фес­си­о­наль­но­му науч­но­му сооб­ще­ству, учи­те­лям, пре­по­да­ва­те­лям вузов.

Мы полу­чи­ли мно­го инте­рес­ных резуль­та­тов. Часть из них, пря­мо ска­жем, нега­тив­ные. У нас нет науч­но­го сооб­ще­ства имен­но как еди­но­го живо­го орга­низ­ма, у нас есть лишь некая науч­ная обще­ствен­ность. По край­ней мере, мно­гие из нас так себя назы­ва­ют. На самом деле мы уви­де­ли, что мно­го чего реаль­но мож­но доби­вать­ся, как толь­ко 10, 20, 30 чело­век начи­на­ют делать что-то вме­сте в одном направ­ле­нии.

До дви­же­ния Болот­ной и Саха­ро­ва, когда мно­гие из нас жили боль­ши­ми надеж­да­ми, были попу­ляр­ны раз­го­во­ры о граж­дан­ском обще­стве, о том, воз­мож­ны ли вооб­ще инсти­ту­ты граж­дан­ско­го обще­ства в нашей стране. Пра­виль­ный ответ такой: граж­дан­ское обще­ство –  это при­выч­ка каж­до­го чле­на граж­дан­ско­го обще­ства тра­тить несколь­ко часов еже­не­дель­но на обще­ствен­ную дея­тель­ность. То есть быть чле­ном сою­за, пар­тии, про­фес­си­о­наль­но­го сооб­ще­ства или хотя бы еже­год­но сда­вать взно­сы, что­бы это всё рабо­та­ло. А не толь­ко сидеть и за чаем обсуж­дать, как же пло­хо, что у нас таких инсти­ту­тов граж­дан­ско­го обще­ства не появ­ля­ет­ся.

Но я рад, что сего­дня мно­гие из вас слы­ша­ли, что у нас есть какие-то орга­ни­за­ции. При­со­еди­нить­ся каж­до­му к какой-то из них и что-то делать хотя бы три часа в неде­лю – это, на мой взгляд, един­ствен­ное, что мы мог­ли бы сде­лать. Почти каж­дый высту­па­ю­щий здесь упо­ми­нал ситу­а­цию в Кры­му и Укра­ине, но мы все боим­ся об этом гово­рить. Про­сти­те, но никто, кро­ме нас, кро­ме рус­ско­языч­ной интел­ли­ген­ции, не закон­чит вой­ну, в кото­рой уже набра­лось мно­го тру­пов с обе­их сто­рон. Толь­ко мы можем при­ду­мать тот язык, кото­рый даст воз­мож­ность нам всем вый­ти из холод­ной граж­дан­ской вой­ны. Толь­ко вме­сте мы постро­им новую, сво­бод­ную Рос­сию! Спа­си­бо!

Митинг в защиту науки и образования
Митинг в защи­ту нау­ки и обра­зо­ва­ния
Митинг в защиту науки и образования
Митинг в защи­ту нау­ки и обра­зо­ва­ния
Митинг в защиту науки и образования
Митинг в защи­ту нау­ки и обра­зо­ва­ния
Митинг в защиту науки и образования
Митинг в защи­ту нау­ки и обра­зо­ва­ния
А.Навальный и А.Заякин. Митинг в защиту науки и образования
А.Навальный и А.Заякин. Митинг в защи­ту нау­ки и обра­зо­ва­ния
Митинг в защиту науки и образования
Митинг в защи­ту нау­ки и обра­зо­ва­ния
И.Левонтина и А.Цатурян. Митинг в защиту науки и образования
И.Левонтина и А.Цатурян. Митинг в защи­ту нау­ки и обра­зо­ва­ния

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

avatar
  Подписаться  
Уведомление о
Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
 
 

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: