- Троицкий вариант — Наука - https://trv-science.ru -

Хотите работать в Сингапуре? Подумайте хорошенько!

Николай Кочергинский, эксперт в области мембранных технологий

Николай Кочергинский, эксперт в области мембранных технологий

Я хочу описать мой личный опыт преподавания в Сингапуре. Он показывает, как тесно связаны политика и этика, наука и образование и, конечно, деньги. Мне кажется, что этот опыт будет интересен читателям, особенно тем, кто планирует поехать поработать в других странах.

В научных журналах часто можно увидеть объявления о вакансиях в Национальном университете Сингапура (NUS). Это очень престижный и богатый университет, который в течение многих лет активно нанимал профессоров по всему миру. Согласно рейтингу The World University Ranking, публикуемому в журнале Times Higher Education (THE), в 2014– 2015 годах он занял 25-ю позицию в мире.

Я, вероятно, был первым из тех, кто первоначально поехал по приглашению на работу в США, но не усидел там и спустя несколько лет поехал преподавать в Сингапур. Там я проработал почти десять лет, и довольно успешно. За это время я опубликовал монографию в CRC Press, много статей в международных журналах, был руководителем трех диссертаций, получал гранты, получил один из лучших в Азии спектрометр электронного парамагнитного резонанса (стоимостью 500 тыс. евро). Кроме того, я был советником по большой международной программе сотрудничества с Россией и странами Восточной Европы. Это была четырехлетняя программа (с общим бюджетом в 3 млн долл. США), благодаря ее поддержке более 60 ученых из России и других стран смогли посетить Сингапур с научными визитами.

Мое изобретение по извлечению металлов из отходов (Method for Metal Recovery from Aqueous Solution, P C T patent WO 01/89670 A1, 2001; US patent 6,521,117 B2, European patent EP1309392; Singapore Patent #93392) позволило основать стартап-ком-панию. Наша мембранная технология позволяла быстро и эффективно удалять медь из отработанных травильных растворов, что было важно при производстве печатных плат. Я тогда получил грант и изготовил автоматизированную установку-прототип, очищавшую бочку раствора в день. Фото установки было опубликовано в юбилейном обзоре по мембранным технологиям (K. Sirkar, Ind. Eng. Chem. Res., 47 (2008) 5250), а в 2004 году одна шведская компания заключила лицензионное соглашение для коммерциализации процесса. В результате я получил новый грант в университете для дальнейшего развития этого и подобных инновационных процессов с использованием биомиметических мембран для очистки воды. Это до сих пор большая проблема в Сингапуре.

Профессор Н. Кочергинский на демонстрации шведам установки для очистки воды (2004). С сайта национального университета Сингапура (www.eng.nus.edu.sg)

Профессор Н. Кочергинский на демонстрации шведам
установки для очистки воды (2004). С сайта национального
университета Сингапура (www.eng.nus.edu.sg)

Тем не менее летом 2005 года мой четвертый контракт с университетом не был продлен. И это был, несомненно, не только мой индивидуальный случай. В то время в течение одного года пять профессоров, приехавших в свое время из США, Финляндии и Израиля, были вынуждены оставить нашу кафедру. Что-то похожее произошло и на нескольких других кафедрах. Отмечу, наша ситуация была несравненно лучше, чем то, что случилось в сталинское время со многими иностранными учеными, которые приехали в 1930-е годы помогать СССР. Мы не были посланы в ГУЛАГ и, более того, благополучно уехали, забрав наши сбережения.

Сейчас, спустя десять лет, уместно задать вопрос: каков же итог этой ненормальной, местной и, по-видимому, временной операции? Я опишу только то, что связано с моими проектами.

Никто мне так и не смог прямо сказать, что случилось в дальнейшем с ЭПР-спектрометром и моей уникальной пилотной мембранной установкой. Исчезли? Спектрометр купили специально для разработки ЭПР-биоизображений. Вскоре Сингапур стал финансировать специальную программу по bioimaging, но… без ЭПР. Международная программа сотрудничества была прекращена. Стартап я был вынужден закрыть. Шведы не смогли ничего сделать без меня и, насколько я знаю, вернули лицензию университету. Потенциально очень выгодное для Сингапура дело потерпело крах.

Мой новый грант на 400 тыс. долл. передали другому профессору с нашей же кафедры, хотя он никогда до этого не занимался биомиметическими мембранами. Чтобы получить мой грант, профессор Нил Чунг обещал сделать всё, что было мной предложено. Вместе с моим грантом и идеями профессор Нил Чунг получил все мои химикаты, оборудование и т.д. Ему также передали моего аспиранта. Яанг Чин пришел в мою группу за год до этих событий, и в его компьютере хранились все наши результаты за много лет, включая неопубликованную и служебную информацию.

Вскоре Чунг добавил двух соисполнителей (из Канады и Тайваня), но это не помогло. В результате он изменил планируемые итоги гранта и не сделал того, что я обещал. Но на что же Чунг истратил деньги? Каков был научный выход? Вместе с моим бывшим аспирантом они опубликовал пару работ, которые, как почти сразу выяснилось, оказались ошибочными. Попутно выяснилось, что Чунг опубликовал в 2006-м еще пару неправильных работ уже с моим именем в качестве соавтора, даже не поставив меня в известность об их существовании. Когда это обнаружилось, журнал отозвал публикацию и главный редактор опубликовал письмо, напоминающее об этике публикаций и соавторства. Тем не менее отозванная статья была в списке публикаций Чунга на его веб-странице аж до весны 2014 года. Его обновленный список публикаций начинается теперь лишь с 2007 года и стыдливо не содержит несколько более поздних проблемных публикаций.

Ранее, в 2009 году, Чунг сообщал на своей университетской веб-странице, что это его мембранный центр разработал новую мембранную систему регенерации травильных аммиачных растворов и регенерации меди. Эта страница тоже была удалена в 2014 году, но у меня сохранилась ее копия. Мое изобретение запатентовано в Сингапуре, и авторские права должны быть защищены университетом и законом. Имени Чунга нет в патенте, а я в его центре никогда не работал.

Всё это — грубейшие нарушения кодекса научной этики Национального университета Сингапура. Между тем Чунг стал почетным профессором с грантами на 45 млн долл. (Для сравнения: нобелевские лауреаты 2010 года Андрей Гейм и Константин Новосёлов получили от Великобритании 83 млн на создание исследовательского центра по графену.)

Ну а что же мой бывший аспирант? Он защитил диссертацию и со временем вернулся в Китай. Основал там свою компанию и… поместил фото моей установки на вебстраницу компании. В провинции Чанджоу он даже получил какую-то награду за мою технологию. Так что профессор Чунг оказался действительно хорошим учителем.

Я писал в университет несколько раз, но это не помогло. Только после обращения к министру образования Сингапура кое-что сдвинулось. В 2014 году Чунг и Чин изменили свои веб-страницы. И это, собственно, всё.

Конечно, понятно, что стране нужны свои собственные национальные кадры и свои герои, но не следует забывать совет недавного умершего Ли Кван Ю, основателя современного Сингапура. Он писал: «Выбор враждебной позиции по отношению к иммигрантамэто то, чего Сингапур не может себе позволить». Интересно, насколько Сингапур продолжит следовать этому совету после недавней смерти своего основателя.

Повышение уровня образования и повышение статуса университетов с помощью привлечения ученых из других стран — это всё более распространенная практика по всему миру: и в Сингапуре, и в Саудовской Аравии, и в российском Сколтехе (где, как оказалось, сейчас в должности первого проректора работает профессор Радж Раджагопалан, который как раз заведовал той кафедрой в Сингапуре, где произошли описанные мной события). Хотя то, что я описал, и нетипично, такого вообще не должно происходить и повториться в современном мире с любыми учеными в любой стране.

См. также http://trv-science.ru/2015/05/19/rezonans-4/

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи