«Мы должны быть услышанными»

Первую часть конференции вел академик РАН В. Рубаков. фото М. Ефимовой

Первую часть конференции вел академик РАН В. Рубаков.
фото М. Ефимовой

25 марта 2014 года в ФИАНе состоялась вторая сессия Конференции научных работников РАН. Форум открылся выступлением директора ИППИ РАН, академика, сопредседателя Оргкомитета конференции Александра Кулешова.

Цель моего выступления это, прежде всего, рассказать, зачем мы здесь собрались. Текст выступления коллективный, он согласовывался со всеми членами оргкомитета. В конце я, может быть, добавлю несколько слов от себя, но тогда предупрежу.

В чем цель сегодняшнего события, чего мы вообще хотим добиться? Этот вопрос неоднократно возникал в переписке со всеми потенциальными участниками конференции. Для того чтобы дать на него ясный и вразумительный ответ, давайте вспомним, что произошло за последние полгода. Мы знаем, что, несмотря на массовые протесты, несмотря на 120 тысяч собранных подписей, несмотря на митинги, демонстрации, письма зарубежных ученых, — несмотря на всё это закон о РАН был принят. На сегодняшний день это — данность, обсуждать которую нет смысла.

Закон принят, и мы в нем живем, как бы то ни было. Впрочем, как уже было сказано в письме В.Е. Захарова, закон был принят в не самой катастрофической для нас редакции. Я мог бы остановиться на том, что мы считали самой катастрофической, но думаю, что сейчас не время и не место об этом говорить. Мы были настойчивы, и в итоге, как та самая лягушка из сказки, которая попала в кувшин с молоком, масло мы, конечно, не взбили, но какую-то промежуточную субстанцию, несомненно, создали. Что, безусловно, нам помогло. При этом вклад нашей конференции, которую в августе месяце мы объявили постоянно действующей, здесь вряд ли стоит недооценивать.

Вскоре после нашего первого собрания, нашей первой сессии конференции, мы провели собрание десяти общественных организаций. Среди них были и абсолютно официальные организации, такие как Президиум РАН, Профсоюз работников РАН, а были и полуфольклорные, как упоминаемый здесь Клуб «1 июля». Такое название дали ему средства массовой информации. Хотя это некое полумифическое образование, оно, тем не менее, по всей видимости, существует.

В число организаций-учредителей входили одиннадцать объединений, которые вы можете видеть на слайде. Первое собрание избрало секретариат. Деятельность нашей Комиссии можно увидеть на сайте www.rasconference. ru, многие из вас его знают и неоднократно им пользовались.

Сейчас о главной цели нашей конференции. В нашем письме-приглашении на конференцию мы попытались сформулировать ее мотивы, цели и ожидаемые последствия, ожидаемые результаты. На самом деле, главным результатом должно быть следующее: мы должны быть услышаны, мы должны стать частью того механизма, который принимает решения.

фото М. Ефимовой

фото М. Ефимовой

Ведь что произошло в последнее время? Если раньше существовала хотя бы виртуальная возможность быть услышанными для всех сотрудников Академии наук, не одних только членов Общего собрания (членов Академии), а обычных, рядовых сотрудников институтов, если ранее они имели механизм участия в Общем собрании РАН, то сейчас этот механизм полностью утрачен. Для нас очень важно его восстановить. А здесь, на конференции, обсудить, в какой форме мы сможем выработать механизм обратной связи с тем, чтобы мы были услышаны.

По нашему замыслу конференция должна объединить работающих ученых, людей с активной гражданской позицией, неравнодушных к судьбе российской науки. На этой базе следует выработать некоторый механизм участия этих людей в процессах реформирования науки. Мы очень рады, что здесь присутствуют все ключевые фигуры тех процессов, которые сегодня проходят. И что все они, я надеюсь, нас услышат. Поэтому мы все постараемся быть максимально краткими, чтобы выступило как можно больше народу, как можно больше информации получили наши гости, да и мы сами.

В чем мы видим главные опасности? Возможно, они будут возникать по ходу дела, но что мы имеем на сегодняшний день? Первая и главная опасность — это методика оценки институтов, и самое главное, как она будет использована для слияния, поглощения, закрытия институтов и отдельных лабораторий. У нас есть очень ясное, точное представление о том, как эти механизмы должны работать. И мы хотели бы, чтобы эти механизмы были публично обсуждены, в том числе и с участием, прежде всего, научной общественности.

Вторая опасность — это сокращения. Ни в коем случае не подумайте, что мы не понимаем, что уровень институтов, лабораторий, научных групп и отдельных сотрудников в нашей среде чрезвычайно разнится. Но здесь есть две очевидно разных трактовки термина «сокращение». Сокращение как обновление — это естественный процесс, как смена времен года в природе, пожилые уходят, на смену  им приходят молодые. Конечно, мы хотим обновления кадров, конечно, мы хотим улучшения кадрового состава. А вот сокращение ради уменьшения численности — это совершенно другое дело.

Интеллектуальный гумус, который и позволяет развиваться науке в нашей стране, страшно истощился, и любое неосторожное движение может привести к катастрофическим результатам. Возникнет лунный ландшафт, после которого на много поколений исчезнет индивидуальный, плодородный слой. И потребуется много поколений для того, чтобы его восстановить. И вот здесь нужно быть чрезвычайно осторожными. Когда я слышу высказывания, что нужно сократить на 50 или 60%, то не нахожу слов, чтобы выразить свое возмущение. Еще раз повторяю, мы рискуем превратить нашу страну в лунный ландшафт в интеллектуальном смысле.

Есть еще один вопрос, который вызывает сегодня огромное беспокойство научного сообщества, это -типовой устав ФАНО. Вот пример: в типовом уставе функции Ученого совета полностью отданы на откуп директору. Это абсолютно противоречит и академическим традициям, и вообще идее самоуправления науки. Этого не может быть, не должно так быть. Мы должны объяснить нашим коллегам, потенциальным оппонентам, что так делать нельзя.

Еще есть один крайне важный вопрос, мы не понимаем внедряемые сегодня структуры, мы не понимаем, как будет работать ФАНО, РАН, институты, либо с подчинением, по-видимому, нет. Я, например, как директор уже ощущаю свое подчинение ФАНО, и вроде бы это правильно в бюрократически-административном смысле. Как будет работать эта триада, а, может быть, даже не триада, а тетрада, ведь есть еще и Министерство образования и науки. ... В общем, не знаю.

Это некая общая часть и я хотел бы ее завершить, еще раз повторив: основная цель нашей конференции -это совместная выработка механизмов участия научного сообщества в реформировании российской науки.

Ну, а теперь, если можно, несколько слов от себя лично. Может быть, все это и не так пессимистично, как кажется. Но ведь вы знаете этот старый анекдот: «Пока вроде всё идет нормально», — думал парень, пролетая мимо 18-го этажа». В качестве представителей Комиссии общественного контроля мы дважды встречались с руководителем ФАНО, и я тут пренебрегу академической традицией, которая предписывает о начальстве говорить в присутствии либо плохо, либо никак, я все-таки скажу два слова.

На нас эти встречи произвели хорошее впечатление, действительно хорошее. Но не надо иллюзий, совершенно понятно, что любой руководитель, любой администратор, любой функционер живет в определенных ограничениях, рамках и критериях, которые ему спускаются сверху. И если он сегодня эти ограничения нарушает, то завтра фамилия руководителя уже другая. Поэтому важно понять, что на самом деле происходит, а ограничения, я приведу только два, они очень тяжелые.

С одной стороны, Президент велел поднять зарплату ученых, чтобы она была выше средней по региону, а с другой стороны, финансирование академии монотонно уменьшается. Это, знаете, решение задачи Иисуса Христа, как пять тысяч верующих накормить пятью хлебами и двумя рыбами. Я думаю, Михаил Михайлович на меня не обидится, если я скажу, что на Иисуса Христа он не похож. С этой задачей справиться будет сложно.

По-видимому, здесь нужен коллективный разум и коллективное решение. Мы очень надеемся, что наши гости сегодня включатся в этот процесс. Спасибо. 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи

 
 

Метки: , , , , , , , , , , ,

 

26 комментариев

  • Саша андреев:

    Довольно много общих слов, не хочется писать слово «демагогия», но такое ощущение у меня возникает. Если ничего адекватного «полные академики» так не предложат, то «менеждеры» ФАНО сами решат как им выполнить задание президента, так что охать и ахать потом будет поздно.

  • Стецко:

    Кто такие «услышанные»?

    До чего докатились, даже в заголовки выносят эти «должны быть услышанными»!

    Полнейшая безграмотность!

    Воистину правильно переименовали Академию Наук в обычный клуб по интересам.

    • Павел Чеботарев:

      Господин (госпожа) Стецко, Ваш комментарий выглядит скорее задиристым, чем обоснованным. Запрос Гуглу «быть услышанным» дает 1.2 млн. страниц.

      • 102%:

        Гугл не задает языковую норму!

        • Павел Чеботарев:

          Ну, давайте, обвините в «полнейшей безграмотности» Сергея Довлатова:

          «Многие думают: чтобы быть услышанными, надо выступать хором. Ясно, что это не так. Только одинокие голоса мы слышим. Только солисты внушают доверие.»

          Соло на Ундервуде.

          Думаю, что Стецко стоило бы дать обоснование своего обвинения: если не правило, то экспертные заключения. Либо извиниться.

          Кстати, мысль Довлатова имеет отношение к теме.

  • Denny:

    «Это, знаете, решение задачи Иисуса Христа, как пять тысяч верующих накормить пятью хлебами и двумя рыбами.»

    Вот именно. Задача для Иисуса Христа. Хлебов и рыб на всех научников не хватает. А раз Иисуса под рукой нет, то задача для дошкольника. Либо рыб и хлебов надо существенно больше, либо научников надо меньше.

    В нынешней ситуации рассчитывать, что государство вдруг отвалит побольше хлебов и рыб, наивно. И все это вроде понимают. Но «Когда я слышу высказывания, что нужно сократить на 50 или 60%, то не нахожу слов, чтобы выразить свое возмущение.» А «гумус» тем временем все истощается и истощается и превращается уже в полное г...но.

  • 102%:

    Если в науке все так плохо, то кто эти тысячи сотрудников вузов и институтов, которых я вижу в кинотеатрах и ресторанах, в которых по выходным нет свободных мест?

    • Действительно кто ходит по ресторанам и кинотеатрам?

      ...просто интересно. Давненько я не был ни там, ни там.

      • Олег lerss Трифонов:

        На доход в 5 млн/год, как у четвертой части ректоров в РФ, можно вообще из кабаков и ресторанов не вылезать!

        • Это другая проблема.

          Ни ректор, ни директор, ни президент не должны назначать себе зарплату.

          Кстати и распоряжаться имуществом. Кстати я больше доверяю директору-ученому, чем экономисту (которому эта наука по-фигу). Точнее надо сказать кому я больше не доверяю. В Москве, не знаю как в РАН. Но практически везде оплата аренды идет налом. Так что речь идет не о жалких миллионах зарплаты, а почти открытом воровсте или как минимум уходе от налогов (у нас это почему-то не воровство).

          • Олег lerss Трифонов:

            Это одна и та же проблема.

            Снизу не контролируют тех, кто сверху. Боятся, лень или привыкли. Сверху относятся надменно к тем, кто им подчинен. Привыкли, заражены властью, запугивают подопечных. Порочный круг, воспроизводит сам себя.

            Разорвать его никак не получится, пока не произойдет что-то в стиле Майдана или Октябрьской революции.

  • misha:

    тут все понятно — с одной стороны оптимизировать внутренний состав, например сбрасывать метафорический научный баласт используя в том числе наукометрические характеристики. С другой стороны вести переговоры чтобы пирог не уменьшался так значительно, искать доп источники, пожертвования больших бизнесов например (?)

    заголовок конечно малость по деревенски сделан

  • Напомню слова Арнольда:

    «Вред, который приносит нашей стране происходящее на наших глазах уничтожение фундаментальной науки в России, сравним с вредом, который принесли западной цивилизации и Испании костры инквизиции.»

    • Denny:

      На моих глаза фундаментальную науку уничтожают уже больше 20 лет. Мне 45 лет и я прекрасно знаю, сколько ученых выбили из науки и страны. И больше всего преуспели в этом те, кто не видит большой проблемы в пролезании бездарностей.

      • Крымский беженец:

        А вот конкретно вы почему не уехали?

        Денег не хватило, ведете неперспективные исследования, по возрасту баллов не набрали для эмиграции или что-то еще?

        В чем ваша проблема?

        • саша андреев:

          Странные пошли вопросы. Уезжать нужно было в первые несколько лет после развала СССР, когда условия были действительно льготнымии (например, гражданство за 3 года, как в Канаде) и положение в науке на западе не таким печальным как сейчас.

          Я вот уехал лет так 10 назад и не сказать, что я безмерно счастлив от этого.

    • Павел Чеботарев:

      Из той же статьи Арнольда: «Будет ли нами править мафия или харизматический лидер крайне националистического толка (как предсказывает заведующий кафедрой политологии философского факультета МГУ, призывающий к борьбе с Америкой, „для которой потребуется немалое мужество и способность идти на риск“, видимо, „военно-стратегический“ — см. Вестник РАН, 1997, с. 1017)...» «Известия», 16.01.1998

  • Другое интервью Арнольда, где он цитирует:

    «Например, профессору физики университета «ПарионЖюсье» руководители факультета объяснили, что дело обстоит следующим образом: «Был XIX век, нуждавшийся в думающих специалистах, и мы умели их готовить. А сейчас XXI век – думающие и понимающие, хорошо подготовленные специалисты больше никому не нужны (они не находят работы ни во Франции, ни в США, ни даже в России), а нужны дисциплинированные исполнители. Их-то мы и готовим».»

    ...однако судя по нашему образованию в России и исполнители не нужны. Готовят «юристов», «менеджеров» и «экономистов» = вышибал, продавцов и бухгалтеров.

  • начинающий алкоголик:

    снова все те же))) стол, красная скатерть и графин — классика!

    Даже в сумашедшем доме находится всегда какой-то верховод, который захватывает стол,кем-то руководит, дает слово...

    В любой социальной группе это так. Ну и вот Фортов сел, захватил стол и дает слово...кому надо...а кому не надо — не дает...

    Сколько можно это называть наукой?

  • Начинающий алкоголик:

    непонятно, почему мы все его слушаемся, когда никто из на этих уродов не выбирал...

  • Начинающий алкоголик:

    We may give some people automatic endorsements based on topic, previous submissions, and academic affiliation.

    Это вовсе не означает, что дадут)) как в моем случае.

    И таки не дают.

    Так что весь ваш пафос разбивается о незнание российских реалий просто...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Недопустимы спам, оскорбления. Желательно подписываться реальным именем. Аватары - через gravatar.com