Судьба Академии и судьба страны

Лев Клейн

Лев Клейн

Мы переживаем сейчас закат российской науки. Россия выходит из числа великих держав еще по одному параметру — по науке. Судьба ее в очень малой мере зависит от самих ученых, да и среди них слишком мало думающих о благе науки и понимающих, что для этого надо. Из тысячи с лишком академиков и членкоров всего семь десятков отказались войти в новую «Академию», лишенную имущества и авторитета. Большинство беспокоится о своих собственных интересах, а они у слишком многих, обладающих статусом ученых, не совпадают с интересами науки.

К сожалению, судьба Академии зависит от ряда функционирующих в стране сил, среди которых Министерство образования и науки и персонально министр Ливанов имеют очень малый вес. Весомые силы — другие. Совершенно ясно (это было видно из беседы с новоизбранным Фортовым), что инициатором ликвидации Академии является президент страны и что он будет всячески стремиться довести этот «блицкриг» до победного конца. Сопротивление было неожиданным — ну что ж, подкупить не удалось (повышение бонусов академикам, повышение званий членкорам), придется пойти на мелкие уступки. Но и он лишь учел расстановку сил и интересов.

Попытаемся рассмотреть эти силы и интересы.

Прежде всего, во власти есть значительная группа людей, мечтающая о восстановлении сталинской империи и о возрождении сталинской науки. При Сталине Академия номинально существовала (как многие другие традиционные декорации — например, церковь), но идеалом сталинской науки была шарашка. Шарашка, в которой плененные и превращенные в рабов гении работали изо всех сил не за совесть, а за страх, выполняя военные и идеологические (военно-патриотические) задачи партийного руководства и самого великого кормчего. Организатором такой науки был Берия, но вдохновителем — Сталин. Такая наука дешева и достигает грандиозных успехов, но на одном-двух избранных направлениях. Спутники, математика, вне науки — балет, а во всем остальном — уровень Верхней Вольты. По автомашинам до сих пор отстаем от Кореи и Чехии, а компьютеры и мобильные телефоны завозим. О японских и штатовских роботах и речи нет.

Вторая властная и могучая сила — это люди, оседлавшие нефтяную и газовую трубы. Нефть и газ они продают сырьем за рубеж, на нефтедоллары покупают всё — автомашины, яхты, роскошь, послушание значительной части подданных. Этим не нужны промышленность и сельское хозяйство — всё проще купить. Не нужна и наука. Совсем не нужна. Ее продукцию тоже можно купить за рубежом. А при такой стратегии можно избавиться от единственного оставшегося оплота независимости в стране — от Академии наук, со званиями, которые нельзя отнять, с авторитетом, который не пожалован сверху, с неподконтрольными связями с заграницей, с накопленными богатствами (недвижимость!), которые пригодись бы для раздачи верным чиновникам. Вузы уже прижали к ногтю, а Академия вот мозолит глаза. Ковальчука, вишь, забаллотировали...

А что же сами ученые? Они тоже раздроблены. Часть по застарелой привычке и по близости к вертикали готова поддержать любое повеление начальства. Сколько их, не знаю. Кажется, мало.

Другая часть, весьма значительная, как ни странно, тоже ностальгирует по советской науке. Нет, не по шарашке, конечно. И даже вообще не по сталинской эпохе, а скорее по брежневской. Тогда же так было всё спокойно: работа шла ни шатко, ни валко, можно было не очень шевелиться, а сравнительно высокие зарплаты маститым начислялись. Сравнение с Западом не так уж и тревожило: оно в основном проводилось по идеологической линии, а тут всё было в ажуре. А что нобелевские в основном уходили в США и другие капстраны, так об этом не очень и распространялись, да и языки-то знали немногие. А ведь кризис академической науки и падение авторитета Академии было заложено еще тогда. Это тогда в академики валом пошли директора и чиновники, и состав ее разжижился.

Наконец, значительная часть работников Академии принимает свершившееся как данность и думает, какие предложить поправки к почти принятому закону, чтобы всё же катастрофа была не столь полной и сокрушительной. Как ликвиди... простите, реформировать Академию, не лишая ее абсолютно связи с имуществом? Как сохранить выборы директоров, пусть и под контролем чиновников? Как избежать соединения трех академий, отделения кор — от членов и девальвации звания академика? Какие меры предложить для очевидной активизации науки — наблюдательные советы, контрольные комиссии, участие общественности? Им невдомек, что любые поиски компромисса будут приняты лишь в той мере, в какой они не затронут суть закона, поправки будут всемерно отфильтрованы и обрезаны. Имя, декорации, звания сохранить могут. Самостоятельность и свободу — нет.

А независимость и свобода мышления, раскованность и неангажированность — первое условие великих прорывов в науке. Когда у Фарадея спросили, какое употребление сможет найти открытое им электричество, он сказал: «Можно будет делать забавные игрушки». Даже если часть ученых соблазнится полученной свободой и средствами для загула, оставшиеся в мозговом штурме окупят все затраты.

Что ж, цели правящей верхушки выданы, поправки приняты под давлением общественности, а уступки, во-первых, временные, во-вторых, будут взяты назад при малейшей возможности, быстро, одна за другой. Это как с выборами — сначала громкие обещания, а потом фильтры и ограничения, сводящие всё на нет. Все нынешние митинги и протесты, предложения и пожелания ни к чему кроме временных уступок привести не могут.

Справедливости ради надо сказать, что ни у Академии наук, ни у оппозиции своего проекта радикальной реформы нет, а она нужна — это всем очевидно. Против чего бороться ясно, но за что? Где программа? Это размагничивает протесты и ослабляет рациональность митингующих, лишает их настоящей силы убедительности. Защитникам Академии их противники бросают в лицо обвинение, что они хотят только одного — сохранить всё, как было, сохранить свои командные позиции, свой покой на вершине Академии и свои блага, ограничиться декоративными изменениями.

На мой взгляд, Академию наук как могучее, богатое и властное учреждение нужно действительно упразднить. Ведь вся работа сосредоточена в институтах и лабораториях, а сама Академия занималась действительно только выборами академиков, назначениями (прикрывала директоров от чиновничьего произвола, часто глупого) и межведомственной дипломатией. Занималась всё хуже. Вместо нее нужно создать небольшую очень престижную организацию, куда избираются только самые крупные ученые. Академиков должно быть не больше, а значительно меньше — около ста, и они должны собираться исключительно для решения главнейших общенаучных проблем, проведения важнейших экспертиз и воздействия на распределение фондов и премий.

Институты и лаборатории со всем имуществом надо передать не чиновникам, а университетам и другим вузам вместе с ассигнованиями, которые на них отводятся. Но не нынешним университетам — слабым, подавленным и зависимым. Университеты и вузы нужно вывести из-под управления государства. В них должны соблюдаться общеевропейские академические свободы. Ректоры и ученые советы должны быть по-настоящему выборными. Кроме того, нужно провести жесткое ранжирование вузов. Пора вернуть университетам статус университетов, а прочим учебным заведениям иметь статус институтов, академий, училищ и т. д. Не может быть специализированных университетов: отраслевая специализация — антоним университета. То есть реформу академической науки нужно сочетать с реформой образования. Это должна быть одна реформа.

Именно передача институтских кадров Академии наук университетам позволит решить главную задачу, стоящую сейчас перед университетами: радикальную разгрузку преподавательских кадров, которая превысила все разумные пределы и ликвидирует научно-исследовательскую потенцию университетских преподавателей. Давно пора довести преподавательскую нагрузку до европейских и американских норм — несколько лекций в неделю с предоставлением оплачиваемого годичного отпуска каждые 5-7 лет. Такая передача кадров также быстро омолодит научные учреждения, бывшие академическими, а с другой стороны резко усилит наши университеты и выведет их на один уровень с мировыми университетами — центрами науки и образования. Ни Сколково, ни объявление некоторых университетов федеральными не выведут, а передача академических институтов университетам — выведет.

Любая реформа уйдет в песок, если не будет поддержана большими деньгами. Зарплаты ученым и пенсии должны минимум превышать вдвое- втрое средние по стране (не вообще по стране, а по крупным городам — Москве и Петербургу), чтобы профессия ученого снова была престижной и наши ученые могли конкурировать с зарубежными в закупке литературы, компьютерного оборудования, разъездах и уровне жизни. Пенсии их должны быть почти равными зарплате, чтобы можно было спокойно освобождать места для молодых. Разумеется, нужно обеспечить конкурентоспособность и по закупкам оборудования. На всё это нужны средства. Поскольку наша частная промышленность, частный бизнес не очень нуждаются в высокой науке, а получение иностранных инвестиций под подозрением, средства эти могут иметь источником только наше государство. А у гуманитарных наук государство — почти единственный крупный инвестор.

Конечно, нужно переломить это положение — ввести радикальные меры поощрения бизнеса к инвестированию в науку и образование. Нужно, чтобы бизнес поддерживал университеты, а не церкви (церковь у нас и так богатая).
А главное, если государство хочет действительно встать с колен и лидировать в мире, оно должно минимум в пять — десять раз повысить долю ассигнований на науку и образование. это значит, перенаправить денежные потоки. Огромным источником могло бы стать уничтожение коррупции и повального воровства — но для этого нужна другая радикальная реформа. Кроме того, придется отнять деньги у других получателей — резко сократить чиновничий аппарат, ужать полицию и ВВ — куда нам столько блюстителей порядка? Ведь чем больше блюстителей, тем меньше порядка. Уменьшить военные расходы — никто из соседей на нас нападать не собирается. Соединенные Штаты даже маленькую Северную Корею, задирающуюся всё время, не трогают. А ведь могли бы прихлопнуть одним ударом. Равновесие в мире сейчас зависит уже не от нас. А главное — сколько в армию ни угрохай, она будет рыхлой и бессильной, если нет науки и культуры, если ракеты и спутники падают, а военные склады то и дело взрываются. Мощная наука и высокая культура — лучшие гаранты безопасности страны.

Таким образом, мое предложение реформы сводится к нескольким принципиальным преобразованиям:

1. Ликвидация нынешней громоздкой Российской академии наук и создание на ее месте небольшой престижной Академии наук России, занимающейся решением общенаучных проблем и распределением фондов и премий.

2. Передача всех ее институтов и лабораторий вместе с их имуществом и ассигнованиями университетам и другим вузам.

3. Одновременная реорганизация университетов и вузов на основе академических свобод, выборности ректоров и ученых советов и возвращение университетам прежнего статуса очагов кооперации основных фундаментальных наук (их выделения из числа институтов, академий и училищ).

4. Резкое повышение зарплат ученых на основе повышения доли бюджетных расходов на науку за счет ликвидации коррупции и воровства, а также за счет сокращения чиновничьего аппарата, полиции и ВВ и уменьшения военных расходов.

5. Доведение пенсий ученых почти до уровня зарплат; чтобы выход на пенсию не был катастрофой и места для молодых освобождались регулярно.

Как мне представляется, такая реформа неизбежна, и после мыканья еще какого-то количества лет с чиновничьим агентством по науке (тут «агент» лишается одиозного звучания) всё равно придется к этой проблеме возвращаться, потому что лучше не будет. Никогда еще бюрократизация не спасала от бесплодия. Лучше сделать решительный шаг сейчас, сразу.

Я понимаю, что при нынешней власти и при нынешнем устройстве страны надежда на это отсутствует. Что ж, ничто не вечно под луной. 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
 
 

Метки: , , , , , , , , , ,

 

231 комментарий

  • Л.Л.Гошка:

    Denny

    По всей видимости, в Европе идет подготовка к серьезным реформам, которые невозможно провести без науки, поэтому реформу РАН уже можно сопоставить с теми процессами, которые идут там.

    Журнал REHVA обратился к экспертам со следующими вопросами:

    1. Какие проблемы вы видите в течение ближайших 10 лет (цели директивы EPBD до 2020 года) и в последующий период (до 2050 года) в сфере научных исследований в строительной отрасли?

    2. Каковы, на ваш взгляд, основные препятствия для внедрения инноваций?

    3. Какие возможные способы преодоления препятствий?

    4. Какие возможные направления по продвижению энергоэффективных технологий вы считаете наиболее актуальными?

    Лоне Файфер (Lone Feifer), директор стратегических проектов группы компаний VELUXю

    1. Большинство уже построенных зданий составляют весьма значительную долю нашего будущего фонда зданий. Я считаю, что в первую очередь на долгосрочную перспективу важно уделять внимание поиску и разработке решений, которые обеспечат выполнение целей 2020 года применительно к существующему фонду зданий.

    Реконструкция нынешнего фонда зданий обладает значительным потенциалом и огромными возможностями в плане создания рабочих мест. Однако мы столкнулись с проблемой ограниченности государственных средств. Один из ответов на этот вызов состоит в использовании средств, накопленных частными и пенсионными фондами по всей Европе.

    С точки зрения технологии решения уже есть, но чтобы ответить на вызовы будущего, мы должны найти способ их реализации в сегодняшних зданиях. Другими словами, необходимо обеспечить общественный спрос.

    С этой точки зрения важно не только сосредоточить внимание на энергоэффективности зданий, но и обеспечить здоровый и комфортный климат в помещении.

    2. Одно из самых больших препятствий в создании более устойчивых условий жизни в зданиях в том, что продвижение и внедрение этой технологии требует финансирования – как теоретических исследований, так и натурных исследований зданий. Именно поэтому важно содействовать повышению осведомленности общественности и продвигать спрос на эти решения

    Дальше я не буду приводить ссылки на эту статью, там высказали свое мнение три специалиста, которые так или иначе, но связаны с бизнесом. Остановлюсь только на последнем пункте мнения Ларс-Аке Маттсон (Lars-Ake Mattson), Lindab Ventilation ABю

    Продвижение энергоэффективных технологий — чрезвычайная трудная задача, подход к которой должен быть комплексным, начиная со школы и учебного материала до сертифицированных монтажников и предприятий с соответствующими системами заработной платы. Для проведения такой реформы необходимо привлечь политиков, школьные советы, союзы и конфедерации работодателей.

    REHVA: будущее энергоэффективных зданий, журнал «АВОК» №4, 2013.

    Отсюда можно предположить, что в Европе назрела, как бы у нас сказали, реформа ЖКХ и первый вопрос ставится о роли науки в этой реформе.

    По всей видимости, предреформенный период находится в активной фазе. Нет разговоров о том хороша или плохая власть, т.к подойдя к реформе любая власть будет вынуждена ее проводить по тому сценарию, который ей подготовит профессиональное сообщество. При решении задач направленных на повышение уровня жизни населения, какие бы то ….измы не рассматриваются, т.к. сами задачи не имеют никакого отношения к этим …...измам.

    У нас все строго наоборот. У нас не существует решения даже такой задачи:

    forum.abok.ru/index.php?s...amp;#entry609165

    “А что делать школам, где старые «дырявые» окна поменяли на ПВХ?

    Ситуация следующая.

    При «освоении средств», выделенных на ремонт школы, построенной 30-50 лет назад, обязательно меняют окна.

    После откатов и т.п. денег остается лишь на самую убогую комплектацию окон. Обычно, это максимум «глухого» остекления и одна створка с распашным открыванием, часто даже без режима «щелевого проветривания».

    Итог — после интенсивного проветривания во время перемены концентрация СО2 растет очень быстро, 5000 ppm набирается легко.

    На одном из оконных форумов есть целая тема по этой проблеме в г.Миассе. К концу урока бывают обмороки детей.

    Как учителя пытаются решить проблему?

    На время урока створки оставляют в положение «откинуто». Результат — ангины и отит на следующий день у учеников крайнего ряда у окон.

    Урок делится на две части, 20 минут и перемена, еще 20 минут и перемена.

    Наиболее сообразительные учительницы пробуют откидывать створки окон, а два образовавшихся по бокам створки треугольных отверстия закладываются тряпками, чтобы холодный воздух втекал в помещение как можно выше.

    Кардинальное решение — перевод ребенка в школу, где еще осталась старая "столярка”.

    О каких наших детях может идти речь, когда мы озабочены поиском воров и жуликов, властью, и спорами, в каком ……...изме жить лучше. Наверно поэтому, и живем на «скотном дворе», правда, в разных «загонах». Есть и VIP-загоны. Это тот загон, в который можно попасть только с позволения царя-батюшки.

  • Л.Л.Гошка:

    Denny

    Скажу больше, но будете смеяться, и заодно отвечу Максиму Борисову на его высказывания:

    «Есть несколько странных людей, пишущих нам всё время неутомимо огромные посты ни о чем (я лично читать и модерировать это не способен, мои коллеги, полагаю, тоже… наверное, и читатели будут утомлены и отвращены этим хламом). Возможно, это потоки из каких-то блогов, во всяком случае, тратить время на написание того, что никто нигде не прочтет, кажется абсурдным.»

    Вся та информация, которую я выложил в теме «Загадка Льва Гумилева» и была учтена в Европе. Я не только дискутировал с Львом Самуиловичем, но и «сливал» информацию. Она дошла до тех людей, которые в ней нуждались. Другого способа я не видел.

  • Анатолий:

    Л.Л.Гошка:

    30.08.2013 в 17:09

    Максим Борисов:«Есть несколько странных людей, пишущих нам всё время неутомимо огромные посты ни о чем (я лично читать и модерировать это не способен, мои коллеги, полагаю, тоже… наверное, и читатели будут утомлены и отвращены этим хламом)".

    Такой человек называется графоман!

    При всей моей нелюбви к вики цитирую: «тот, кто страдает графоманией, патологически стремится писать, не обладая соответствующими способностями, талантом»

    • Ну, я больше другого комментатора имел в виду, но, конечно, графоманией в той или иной степени страдает не он один. Никого впрочем не хотел обижать этим термином. В конце концов каждый самовыражается как может. У меня лишь задача сделать так, чтобы все это не отвращало читателей. Есть разные технические способы «уживания» всех со всеми. Скажем, сами посетители могут определять «карму» друг друга. Это вводилось в зачаточном виде, но у нас не пошло (конкретные яркие и вполне полезные сообщения азартно «топились», а никому не нужные при этом не вызывали особых эмоций и продолжали мозолить глаза). Я рассматриваю возможность скрытия некоторых сообщений модератором (чтобы открывались бы по желанию по щелчку и после нескольких голосований «за» становились, допустим, полноценными). Но скорее всего это тоже будет излишеством, и скорее всего мое (и моих коллег) представление о графоманстве и лженауке все-таки более-менее коррелирует с мнением прочего сообщества.

  • Анатолий:

    Максим Борисов:

    30.08.2013 в 17:50

    Я уж не стал загаживать форум выяснением такого обстоятельства:человек,как новинку размещает на форуме сообщение за 2009 год и делает это в теме о реформе РАН.

    работая в промышленности я таких «ребят» просто удалял с обсуждений.Чтоб не мешали работать.Хочешь продвинуть что-то новое?Да никаких проблем!Пишешь суть,к ней пояснительную записку... Напишешь чушь — зачитаем на общем собрании группы.

    Но мешать обсуждать какую-то конкретную идею,которую нужно внедрять...

    Если человек все проблемы сводит к очистке воздуха... Благодарю!Не нужно.

  • Анатолий:

    Прошу прощения.Опечатка.За 2011 год.

  • Развал не только науки, но и техники начался при СССР. Я, еще когда работал в кораблестроении, обратил внимание что вся продукция у нас ужасно массивная, громоздкая! Наши подводные лодки выдерживали проваливание на глубины сверх расчетных. Наш трактор по весу и габаритам напоминал танк. А потом узнал в чем дело. У нас ни один инженер не умел или не хотел рассчитывать запас прочности изделия по сапроматовским формулам и на всякий случай закладывал коэффициент запаса прочности, 1-5 — 2,0. Можно только вообразить какой перерасход металла шел.

    И так было везде. Ни одна другая страна кроме богатейшей ресурсами одной шестой земного шара не могла себе этого позволить.

    В институте нам читали теорию, но совершенно не объясняли для чего нужны те или иные теоретические дисциплины и знания и главное — как их применять на практике. То есть тебе давали винтовку без затвора. Надо будет — доучим!

    Особенно преследовалось объединение в одном лице технических и социальных наук. В научной библиотеке тебя сразу спрашивали — «ваша специальность» и записывали в залы про профессиональной принадлежности. Если технарь начинал заказывать соц литературу — это сразу вызывало вопросы. И применение методов технических наук в науках социальных было практически под запретом. Потому что это позволяло ввести в гуманитарные науки некоторую объективность и твердый каркас. А были вопросы и вообще закрытые — пример — использование понятия энтропии и его применение к социальным наукам. Думаю закрыт это вопрос и сейчас. Именно сейчас и понятно почему.

    Помню как мы с моим другом, будучи приписаны в зал тех. литературы в Публичке пытались заказать соц. литературу. Нам пришел отказ. Когда спросили почему — нам посоветовали записаться в зал соц. экономический и читать там все что хотим. Мы пошли туда — там нас спросили куда мы записаны по специальности? В технический зал — ну так заказывайте соц. литературу через ваш зал. Мы вернулись в технический зал и все повторилось снова. После четвертого захода мы обратились к девушке -библиографу. Она была молоденькая, видимо тоже только начала работать в Публичке. Она тоже возмутилась и пошла с нами к главному библиографу. Когда та накричала на нее: « Вы что не знаете, что у нас не может каждый читать все что ему захочется!!!» — мы с другом все поняли и тихо слиняли оттуда.

    Интересно что во всех крупных библиотеках — Публичке , БАН, в каталоге карточки на литературу спецхрана были расставлены среди карточек на обычную литературу. А при попытке заказать например Оруэлла, приходил ответ : «для чтения этой книги требуется специальное разрешение» — а где-то там делалась отметка. Ставилась галочка. После двух- трех таких заказов кому-то там становилось ясно что у вас нездоровые интересы к «не нашей» литературе. Мы с другом сохраняли отказы и когда сличили несколько увидели что в Публичке в каждом шифре на книжку спецхрана была цифра 15. А в БАН, стояли буквы XL. Больше мы ни там, ни там спецхран не заказывали. Где же еще и искать инакомыслящих с нездоровыми научными интересами как не через крупные книгохранилища.

    О спецхран!. Проникнуть туда было очень трудно. Но если уж вам посчастливилось — то там руками заботливых цензоров были собраны сокровища знаний и человеческой мысли. Все лучшее, все нетривиальное — все попадало туда. Там я открыл для себя настоящего Герберта Уэллса, не только писателя — но социального инженера, там прочел его книги «The shape of things to come» и двухтомный «Очерк истории человечества». Там прочел книги Роберта Ардри «Территориальный императив» и «African Genesis» И многое, многое другое.

    Вот так обстояло дело с наукой в СССР.

  • Анатолий:

    Олег:

    31.08.2013 в 17:24

    В Москве возле памятника Ивану Фёдорову был прекрасный книжный рыночек,пятачёк.Многое можно было купить,правда в чужих обложках.

    Но дорого!Но зато можно! :)

  • Хочется, подытоживая, сделать вывод, что состояние науки в стране неразрывно связано с политической и экономической системой, с системой власти в стране и ее целями и задачами. Собственно Лев Самуилович уже хорошо сказал об этом.

    И если цели, задачи и требования науки и власти противоположны и более того, если наличие в стране настоящей, независимой, «не прирученной» науки опасно для власти — то что ни предлагай, результат можно предсказать заранее.Самое больше чего здесь можно добиться — минимизировать ущерб.

    Тем более когда властью говорится одно, а делается совсем, совсем другое. Но это не значит что реформу науки и РАН не нужно обсуждать. Потому что и власть и отношение власти к науке — не вечны.

    Изменится система власти с авторитарной на демократическую и вот тогда нужно будет понимать, как построить здание науки в стране и на каких принципах его основать, чтобы не строить в который раз (как старый чапаевец из анекдота) вместо детской коляски пулемет.

  • xeron1976:

    Олег:

    «Развал не только науки, но и техники начался при СССР. Я, еще когда работал в кораблестроении, обратил внимание что вся продукция у нас ужасно массивная, громоздкая! Наши подводные лодки выдерживали проваливание на глубины сверх расчетных. Наш трактор по весу и габаритам напоминал танк. А потом узнал в чем дело. У нас ни один инженер не умел или не хотел рассчитывать запас прочности изделия по сапроматовским формулам и на всякий случай закладывал коэффициент запаса прочности, 1-5 — 2,0. Можно только вообразить какой перерасход металла шел.» — а что плохого, что продукция делалась с «запасом» — в оборонке такое оправданно...

    Более того и на гражданке такое тоже оправданно. Мне вспоминается холодильник Зил, купленный моей бабушкой в 1965 г. Проработал он до 1999 г. (на даче стоял) — где вы сейчас такое качество найдете?!?!

    Западные кстати товары также делались с изрядным запасом прочности... Были в пользовании аудиосистема Техникс (1982 г) и телек Филипс (1983 г.) — обе проработали до середины 2000-х и благополучно отправились дальше трудится к родственникам в глухую деревню... Материалы из которых сия техника была собраны были добротны!!! — если алюминий то толстый и прочный (а не как сейчас — консервная банка).

    Даже школьную форму вспомнить — и то была качественная (может неказистая) и из хороших материалов, а сейчас ребенку невозможно нормальную купить — одна дрянь синтетическая...

    И таких примеров можно привести тысячи......Современная модель потребления предусматривает выпуск дряни, рассчитанной на срок службы 1-3 года,а потом человек должен идти и покупать якобы супер-пупер новую дрянь, которая на самом деле не отличается от предыдущей......И наука кстати также подстраивается под такие требования производящих корпораций — то есть не изобретает, что-то принципиально новое раз в год, а тиражирует существующее (немного улучшая — якобы)...И не факт, что при таком подходе возникает существенная экономия ресурсов!!!! — скорее наоборот ресурсы расходуются быстрее

  • xeron'у:

    Ну если непонятно,о чем я — сравните любую бытовую вещь, произведенную в СССР и западную. Например, неподъемный железный тяжеленный пылесос «Вихрь», который старушке надо было таскать по квартире и любой западный. Да, прослужит он сто лет — это верно. Но только если сделан в начале месяца. Потому что все сделанное в конце месяца сразу шло на свалку, если помните. Отец у меня работал слесарем-сборщиком — первую половину месяца приходил домой рано, в конце месяца — ночевал на работе из-за сверхурочных. Только так и можно было нормально заработать. Плановая экономика, видите ли! Сделанное в конце месяца когда шел обычный советский «аврал» покупать нельзя было ни в коем случае — это не включалось, не зажигалось, просто не работало. Так что вещь выпущенная в начале месяца могла прослужить всю жизнь. Только кому это нужно? Это нужно только в условиях экономики при которой чтобы купить костюм нужно экономить два-три года, а чтобы купить пылесос — нужно экономить пять лет, а купить машину или квартиру — это было невозможно для простого человека и об этом мечтать не приходилось. Сейчас уже забылось как в СССР «строили» (было тогда такое выражение, вспомните выступления Аркадия Райкина) костюм, например. Купленная один раз вещь — потом эксплуатировалась по 15-20 лет и не потому что это нравилось, а потому что денег на покупку новой — не было. Для таких условий вещи с запасом прочности «на всю оставшуюся жизнь» и требовались.

    Мои родственники пол-жизни смотрели телевизор КВН с линзой из первых выпусков. Не потому что он им очень нравился, а потому что капитальную вещь при СССР, покупали пару раз за жизнь. Так что могу с Вами только согласиться, да, тогда вещь которая может прослужить всю жизнь, была востребована. Закрой сейчас границы — и снова нам потребуются вещи которые могут служить всю жизнь. Вот то, что касается советской техники.

  • Xeron1976:

    Олегу:

    Я немного не к этому свое высказывание приводил... Я не отрицаю, что подавляющее большинство тнп в ссср были мягко говоря «низом» дизайна и элегантности, а иногда как вы правильно отметили и грешили качеством... Смысл в том, чтобы вы подумали, что плохого в вещах которые служат всю жизнь как вы сказали... Вам что реально необходимо покупать новый холодильник раз в 5 лет, пылесос раз в 3 года, моб. Тел. Раз в год????? — это что верх ваших желаний/возможностей???? — думаю что нет..., просто современные производители вас к этому подталкивают (мягко — маркетинг) или жестко (типа гарантия год — а потом вещь сама собой накрывается, а ее ремонт стоит как раз 80% от стоимости новой вещи). Обобщенно это карусель называется «общество потребления» с девизом: « пиплы вы должны хавать весь тот мусор который мы производим» иначе наши прибыли, бонусы, капитализации упадут. Если перевести это на нормальный язык то получаем буквально следующее: прогресс конечно будет, но он будет очень медленный, поскольку выгоднее продать 1000 мелких улучшений по 10 долларов, чем одно крупное за 100.

  • В таком ракурсе, я в принципе в с Вами согласен. Термин «общество потребления» пришел к нам еще из марксизма. Демократия тем и хороша, что дает каждому делать то, что он считает нужным и что ему больше нравится. Тут уж все от ментальности человека зависит. Я например покупаю моб. телефон с минимумом функций (потому что три четверти их все равно не используется) — зато надежный и удобный именно как средство связи и относительно недорогой. А многие гонятся за «новинками», за рекламой. Главное чтобы политическая и экономическая система предоставляла человеку максимально возможный свободный выбор, что в области техники, что в области науки. А когда «туда не ходи, сюда не садись», по принципу «держать и не пущать» — это и для развития техники и для развития науки не слишком здорово.

    А в нашей стране, к моему глубокому сожалению, во все большей степени реализуется именно этот принцип.

  • Олег (31.08.2013 в 17:24): А были вопросы и вообще закрытые — пример — использование понятия энтропии и его применение к социальным наукам. Думаю закрыт это вопрос и сейчас. Именно сейчас и понятно почему.

    С чего Вы это взяли!?

    В 60-80 годах в научной литературе понятию «энтропия» и его практическому использованию уделялось довольно много внимания. Кроме специализированных публикаций, ориентированных на профессионалов в различных предметных областях, большими тиражами (не в пример нынешним) издавались научно-популярные книги, в которых, помимо прочего, рассказывалось об универсальности использования этого понятия. (См., например, Шамбадаль П. Развитие и приложения понятия энтропии, 1967; Петрушенко Л.А. Самодвижение материи в свете кибернетики, 1971; Седов Е. Одна формула и весь мир (книга об энтропии), 1982; Волькенштейн М.В. Энтропия и информация, 1986 и др.) При этом трудно назвать предметные области, применительно к которым не рассматривалось бы понятие энтропии. Уместно также заметить, что это понятие уже вошло в лексикон первых лиц, как православной, так и католической церкви.

    Сейчас про энтропию и ее использование (в том числе и в социальных науках) тоже много чего пишется, но при этом, в отличие от советских времен, сплошь и рядом спекуляции и профанации из серии «слышали звон». Причем, не только в трактатах гуманитариев, но и порой в учебных пособиях для технических вузов. Яркий образчик этого можно посмотреть, например, здесь trv-science.ru/2011/12/06... -k-profanaciyam/

    Поэтому, — о какой закрытости вопроса, связанного с использованием понятия энтропии Вы говорите? По отношению к современной России это выглядит просто смешно.

  • xeron1976:

    Олег:

    «В таком ракурсе, я в принципе в с Вами согласен. Термин «общество потребления» пришел к нам еще из марксизма. Демократия тем и хороша, что дает каждому делать то, что он считает нужным и что ему больше нравится. Тут уж все от ментальности человека зависит. Я например покупаю моб. телефон с минимумом функций (потому что три четверти их все равно не используется) — зато надежный и удобный именно как средство связи и относительно недорогой. А многие гонятся за «новинками», за рекламой. Главное чтобы политическая и экономическая система предоставляла человеку максимально возможный свободный выбор, что в области техники, что в области науки. А когда «туда не ходи, сюда не садись», по принципу «держать и не пущать» — это и для развития техники и для развития науки не слишком здорово.»

    А вот здесь вы правы только отчасти...Это у вас создается иллюзия, что вы обладаете правом выбора...На самом деле выбор уже давно сделан за вас, просто он преподносится вам как «ваше право»... Если бы все было так как вы говорите — существующая экономика уже бы давно рухнула...Хороший пример с телефоном — вы допустим покупаете самый дешевый (похвально и разумно...), только батарейка в нем, к примеру, портится достаточно быстро и вынуждает вас покупать еще один, поскольку новая батарейка уже не выпускается в принципе...А теперь представьте, что ваш телефон работает много лет и запчасти к нему продаются всегда и ремонт стоит относительно недорого...и таких как вы в мире еще пару миллиардов человек — вопрос что делать всем корпорациям, которые ежечасно выпускают какую-то продукцию, которая при таком раскладе не пользуется спросом...Вот поэтому я говорю, что выбор был сделан за вас заранее, а вы просто находитесь в иллюзии, что вы сами делаете выбор...Примеров такого «впаривания» миллион во всех сферах общества...

    Я не говорю, что это плохо или хорошо...Но смысле научного прогресса — это скорее минус, поскольку наука при таком подходе направлена на «максимизацию» прибыли, путем минимазации расходов

  • Уважаемые коллеги! Последние комментарии к статье Клейна имеет смысл размещать на отдельном форуме. Поскольку в этих комментариях не обсуждается содержании самой статьи, а идёт диалог между разными комментаторами. Очевидно, что это более логично делать на форуме. В связи с этим обращаюсь к редакции ТрВ открыть на сайте газеты форум.

    • Еще один форум сделать в общем-то не проблема. Можно даже в каком-то существующем просто ветку добавить, скажем, в onlinescience.ru

      Проблема в том, как потом содержать все это хозяйство (хотя, конечно, есть способы самоорганизации — выделять из читателей-добровольцев модераторов и т.д.). Сейчас помимо здешних комментариев (следить за которыми — это тоже отрываться от работы), есть, как видите, ссылка на обсуждения в ЖЖ, есть (кажется еще есть) форум на Сайнтифике... Правильнее бы получше организовать и модернизировать, что есть...

      Ну и вполне резонное соображение, конечно: кто будет решать, что с какого-то конкретного комментария комментировать уже хватит и нужно обсуждение переносить на форум? Сами комментаторы, естественно, это не способны будут решить, а модератор при переносе обсуждения будет совершать явное насилие, не говоря уж о том, что переносить на другой принципиально ресурс уже появившиеся комментарии и технически сложно, и некорректно по отношению к их авторам... В общем, скорее всего появление еще одного форума все равно сильно не скажется на переезде комментариев, если только модераторы не будут это жестко регламентировать...

  • Приношу извинения, что отвлекся от основной темы. Но отступления по ходу неизбежны, что касается меня, постараюсь их сократить и не буду отвечать на пост Виктора Вяткина, хотя сказать есть что. Иначе это и правда далеко уведет нас от темы.

  • to Олег:

    Тогда и не нужно всуе говорить, вдобавок намеками, о какой-то закрытости вопроса по использованию функции, перед загадкой поведения которой поочередно расписались такие нобелевские лауреаты по физике как Планк, Ландау, Гинзбург.

  • Denny:

    xeron1976: 29.08.2013 в 13:57 Сокращать надо вдумчиво. Да кто б с этим спорил? 20 лет самоуправления было на вдумчивость. Вдумайтесь, 20 лет — немалый срок. Но нашим золотым мозгам этого не хватило, чтоб навести порядок в собственном хозяйстве.

  • Виктору Вяткину:

    маленький намек — энтропия — характеризует распад, разложение, регресс, вырождение, хаос. Что мы имеем в родной стране? Во времена СССР на Западе коммунизм (социализм ) ученые неразрывно связывали с понятием энтропии. Именно поэтому работы по применению понятия энтропии к социальным процессам массами попадали в спецхран. Например такие как статья Zinoviev’s “Homo Sovieticus”: Communism as Social Entropy.

    «Энтропия социальных систем “многолика”, она проявляется в разбухании управленческих структур, росте бюрократизма, лавинообразных документопотоках, громоздких согласованиях, бесконечных и малосодержательных собраниях, заседаниях, проверках, межведомственных “нестыковках”, бесхозяйственности, стихийности. Антиэнтропийные меры во многом сводятся не только к устранению этих негативных проявлений, но и к повышению информационной культуры населения, формированию у всех работников современного мышления, аналитического подхода к жизни, умения различать полезную и бесполезную работу, а также информативные и “пустые” (“шумовые”) сообщения и документы, нетерпимости к дезинформации и т. д.» human_ecology.academic.ru...циальная

    Судите сами к кому, к какому обществу это может относиться.

    Как Вы думаете насколько это актуально для нынешней власти? Даже в Википедии статья Social entropy существует только в ее английском варианте.

    В частности, а что мы сейчас обсуждаем применительно к реформе РАН и состоянию науки в стране?

    Регрессивный, вырожденческий, энтропийный характер социализма по природе противостоит прогрессивному, информативному,научному знанию. Больше к данному вопросу не возвращаюсь.

  • Л.Л.Гошка:

    Олег:

    За последнее время накопилось много разных предложений по реформированию РАН. Как Вы думаете, что следует сделать с этой информацией и как возможно эту информацию реализовать через реформы? Другими словами, что надо сделать, чтобы реформа была успешной?

    Внутренние проблемы РАН полная копия тех самых процессов, которые идут в обществе. На сегодняшний день мы имеем одно состояние, которое у нас было до 91 года, Второе состояние, в котором мы находимся с 91 года. Кроме этого имеется третье состояние, в котором находятся развитые страны, но и их начинает лихорадить. Отсюда можно предположить, что и им придется искать новое состояние, которое будет четвертым.

    По уровню доходов имеем пять квинтильных групп населения с разными возможностями покрытия своих материальных, социальных и духовных потребностей.

    Отсюда и такое многообразие различных мнений. Сколько бы внесистемная оппозиция не пыталась договориться, она это сделать не сможет. Как бы не пытались искать национальную идею, ее тоже невозможно найти. В таких условиях договориться невозможно.

    Всегда в нижних двух квинтильных группах будут сравнивать, только два состояния: до 91года или после. Состояние до 91 года для них будет предпочтительней. Кто сумел поднять свой жизненный уровень, но не добрал до состояния развитых стран. Эти люди будут сравнивать состояния до и после 91 года с состоянием развитых стран, и предпочтение будут отдавать этому состоянию и т.д.

    Если считать ЕР не партией, а средством достижения цели «Путин — стабильность», тогда все предпочтения и будут распределены между партиями при голосовании. Естественно, что большинство будет за стабильность, которая при бездействии власти приводит в состояние неопределенности, т.к. только при состоянии стабильности можно обеспечить реализацию функции развития. Смена власти демократическим путем в этой ситуации может привести к власти людей другой квинтильной группы, которые будут делать все тоже самое, но в интересах своей группы. Бездействие власти и сдерживание творческой инициативы населения, по всей видимости, приводит к сценарию, по которому развивались события в Северной Африке.

    Реформы РАН по закону, который предложили чиновники, выбивают основу высокотехнологического бизнеса. Существование такого бизнеса, если под него не подведена научная база, невозможено.

    Путин в годовщину работы правительства сказал, что членам правительства надо дать возможность для самореализации. По всей видимости, закон о реформировании РАН и является результатом самореализации.

    Члены правительства не имеют морального права к самореализации, т.к. это всегда будет приводить к социальным экспериментам, которые не имеют под собой научного обоснования и к непредсказуемым последствиям. Члены правительства должны понимать, что происходит в системе и предпринимать действия, которые бы позволяли взять под контроль эти процессы, а это уже кризисные управляющие.

    Отсюда мой вопрос, который я вначале задал, или, как всегда, все закончится по Черномырдину, а может быть, как в Северной Африке?

  • Олегу, напоследок :)

    В спецхран попадало все, что по мнению цензуры могло дискредитировать существующий строй. И при этом было не важно, каким инструментарием пользовался автор. С таким же успехом можно начать говорить о якобы закрытости в советские времена вопроса использования в социальных науках таблицы умножения, основываясь на том, что кто-то с ее помощью что-то там умножил-подитожил и прозрачно намекнул, что социализм хуже капитализма.

    Все, что Вы написали, — не более, чем митинговая риторика, в которой понятие «энтропия» играет роль красного словца. Дело в том, что понижение энтропии социальных систем в одних случаях благо, а в других случаях зло. Например, если взять управленческий аспект, то для системы практически одинаково плохо быть, как в состоянии с нулевой энтропией, так и в состоянии с ее максимально возможным значением. В первом случае имеем диктатуру, а во втором закон джунглей. И где критерии золотой середины – вопрос вопросов, над решением которого идет определенная работа… Так что не все так просто с использованием понятия энтропии, как это может показаться сквозь призму намеков на ее «многоликую» интерпретацию.

    А насчет грядущей реформы РАН в данном контексте могу только сказать, что верховная власть просто хочет законодательно обеспечить себе еще одно понижение управленческой энтропии, сообразуясь с принципом «меньше фишек – проще играть». Идет строительство той вертикали власти, которая в своих рядах не терпит энтропии. На общий социальный КПД при этом большого внимания не обращается. К чему это может привести в пределе, в прошлом веке наглядно показал Сталин, уничтожив энтропию управления.

    Поэтому, жонглируя перед массами научным термином «энтропия», нужно думать о возможных негативных последствиях и помнить, что дороги в ад мостятся благими намерениями, которыми в данном случае являются призывы к уничтожению энтропии.

  • Во первых, мое мнение, что нужно поменять социальную, экономическую и политическую систему в стране. Как уже отметил Лев Самуилович при нынешней системе — я это вижу и на других примерах- реформы, предлагаемые с самыми лучшими побуждениями, превращаются в свою противоположность. Почему? Потому что власть сама смотрит что из предлагаемого выкинуть,что туда ввести и обсуждать это с кем-то она не намерена. А если такое обсуждение и будет проведено , оно будет просто призвано сыграть роль ширмы,чтобы сказать — «вот видите, мы же это с вами обсуждали!»

    «Дело экспертов», вынесших фактически оправдательный вердикт Ходорковскому и Лебедеву и в результате, самих попавших под следствие, после чего вынужден был бежать и стать политэмигрантом Гуриев — яркий тому пример. Кто поручится что эта же судьба не ждет экспертов, выступающих за реальные и грамотные реформы РАН, а не за распил ее имущества?

    После изменения системы власти возможны реальные реформы, что в области образования, что в области научной работы. Да фактически придется после нынешнего развала всего и вся, что по-моему признают уже все, восстанавливать страну с нуля, и готовиться к этому нужно уже сейчас.

    Чтобы не начать снова восстанавливать «советскую» науку в противоположность «науке буржуазной», чем, как показывает нынешняя дискуссия и по сей день болеет наше общество. Чтобы не изобретать с нуля то, что давно открыто и освоено в других странах.

    Необходимо не бояться заимствовать с Запада то лучшее что там есть, исходя из того, что российский народ такой же народ, как народ любой европейской страны, только доля испытаний выпавших ему чересчур тяжкой оказалась, а наука- она везде одна, одна на всех.

  • Под занавес

    Кто хозяин президентского слова?

    РЕФОРМА РАН

    № 37 (2013)

    14.09.2013

    www.poisknews.ru/theme/ran/7423/

  • И заключительный аккорд:

    Григорий Колюцкий н.с. ИППИ РАН, член ФКС партии 5 декабря

    Как выжить академической науке в России?

    17 октября 2013, 18:13

    В среду, 16 октября, состоялось первое в своей истории собрание Комиссии по общественному контролю за ходом и результатами реформами в науке. Напомню, что учреждена эта комиссия была неделю назад на Собрании научных сообществ.

    Начало было печальным: сам ход общественного обсуждения проекта положения о ФАНО настолько противоречит идее диалога, что ставит под сомнение концепцию работы Комиссии. «Мы переходим к окопной войне» — удачно сформулировал настроение собравшихся академик А.П.Кулешов.

    Один из вдохновителей создания Комиссии Александр Сафонов регулярно напоминал про «профессиональную экспертизу», которую уже начала готовить Комиссия. Проблема в том, что в современной России эта экспертиза никому не нужна. А правительственным чиновникам она особенно не нужна: они вообще никого из учёных слушать в принципе не хотят (разумеется, кроме нескольких лично лояльных начальству и потому допущенных к прокремлёвским СМИ).

    На самом деле, совершенно не понятно, что можно сделать в этой ситуации. Очевидно лишь, чего делать уже точно не стоитт: когда один из представителей профсоюза РАН предложил написать открытое письмо Путину, с ним даже спорить не стали, а лишь вздохнули и махнули рукой.

    Естественно, можно взять и написать альтернативный правительственному проект положения о ФАНО. Наверняка получится неплохо – в рабочих группах Комиссии экспертов хватает. Только, вот, потом из проекта тупо вычеркнут половину осмысленного текста, как уже поступили с предложенным Президиумом РАН проектом пресловутого ФАНО. В той ситуации репутация академиков оказалась лишь ширмой для «эффективных менеджеров», которые в этой комбинации и не собирались слушать ничьи советы с самого начала. Комиссия этот урок усвоила, и оказаться в такой же специфической роли не хочет.

    С другой стороны, опыт Бирюлёво достаточно сложно перенести на академические реалии. Ведь, все известные истории успеха граждан в борьбе с властью: Манежная, Лермонтов, Молжаниново, Бирюлёво и другие – непривычны научному сообществу, как минимум, стилистически.

    Так что ничего иного у российских учёных не остаётся, как обратиться к обществу с вопросом: как выжить академической науке в России?

    В рамках Комиссии кроме упомянутой выше экспертизы есть специальная группа, занятая выстраиванием коммуникации между учёными и остальным обществом. Задача, конечно, амбициозная – но кому сейчас легко?

    Короче, обращайтесь! Мы, учёные, прямо заявляем, что ответа на поставленный в заглавии вопрос нам пока не известно. Но мы нацелены найти ответ – других вариантов у нас всё равно нет.

    www.echo.msk.ru/blog/motimatik/1179406-echo/

  • Denny:

    Олег:18.10.2013 в 1:27 Не буду комментировать все. Просто спрошу, где были все эти активисты, эксперты и сторонники правильной реформы предыдущие 10-15 лет? Почему сия активность пробудилась только в рамках межведомственной войны? Да и сейчас направлена ТОЛЬКО на противодействие МОН.

    «Так что ничего иного у российских учёных не остаётся, как обратиться к обществу с вопросом: как выжить академической науке в России?»

    Большую убогость даже представить трудно.

  • Л.Л. Гошка:

    Олег, не спешите ставить заключительный аккорд, он будет поставлен чуть позже и не Homo sapiens.

    Биогеохимическую теорию Вернадского, теорию этногенеза Гумилева и концепцию безопасности Легасова, которую он назвал «дамоклов меч» объединил известный специалист по системному исследованию сложных объектов, таких как океан и биосфера Т.А.Айзатулин долгие годы занимался этнологией, культурологией и антропологией России. В связи с этим он был приглашен в создававшийся при АН СССР Аналитический центр по проблемам социально-экономического и научно-технического развития для постановки системного исследования нашего общества и глобальных проблем в условиях неравновесности, сложных переходных процессов и синергетических взаимодействий. В первой же служебной записке он определил как наиболее вероятное событие — ликвидацию СССР

    aizatulin.chat.ru

    Благодаря этому он получил довольно интересные результаты и на основании которых он дает оценку власти:

    «Если бы не закон Пушкина-Маркса — закон переворотов (перестроек, реформаций, революций). Марксова, общая теорема: «Теперь мы знаем, какую роль в революциях играет глупость, умело эксплуатируемая негодяями». Пушкинская, специальная теорема: «Не приведи бог видеть русский бунт бессмысленный и беспощадный. Те, которые замышляют у нас невозможные перевороты, или молоды и не знают нашего народа, или уж люди жестокосердные, коим чужая головушка полушка, да и своя шейка копейка».

    Когда в воздухе начинает пахнуть русским бунтом и у «негодяев» начинает ныть шейка, они начинают маскироваться под «глупость» (далее оба термина используем как научные, безэтичные). Например, Джеффри Сакс: «Мы положили больного (то есть Россию) на операционный стол, вскрыли ему грудную клетку, но у него оказалась другая анатомия»».

    www.redov.ru/istorija/teo...lirovanie/p1.php

    От себя добавлю, что это прелюдия к бирюлевским событиям. Жителей на улицу вывело отсутствие или низкий уровень их личной или индивидуальной безопасности и угрозу этой безопасности исходила для себя и своих семей от мигрантов. Это закономерно и об этом говорил Т.А.Айзатулин:

    « Россия лежит в так называемой зоне «неблагоприятной для жизни», частично — в зоне «невозможного земледелия», а частично — «рискованного земледелия». Она сплющена между зоной вечной мерзлоты, занимающей половину ее территории, и самыми северными в мире пустынями. И при этом половина болот мира — у нас.

    Принцип хозяйствования и жизни в существенно неблагоприятных для нее зонах — семейный, общинный и солидарный, т.е. противоположный «рыночному»: производить не для прибыли, а для потребления и выживания, и жить по средствам со всей защищенностью, но и со всеми неудобствами и несвободами, «домостроевщиной» (т.е. экологично, Эйкос — дом), какие бывают в семье и какие бесят безответственных инфантилов — тех, чья конституция и энергетика, как запрограммировано за миллион лет эволюции вида, уже требуют тяжелых физических нагрузок, лишение которых, вместе с гормональной гиперактивностью и с самым стрессогенным фактором — скукой, вводит в страстное состояние, сужает сознание и начисто поражает психику. В отличие от рынка, внутри семьи понятие рентабельности, как и понятие свободы, не имеет смысла, как на рынке не имеют смысла понятия совести и справедливости (наш человек, проголосовав за рынок, продолжает апеллировать к ним — это расщепление («шизо») сознания и души («френо»)), а общее там и там понятие любви имеет совершенно разный смысл (рынок любви у нас развернулся первым). На солидарном, семейно-общинном принципе построена вся российская цивилизация, в отличие от запада».

    Возвращаясь к бирюлевским событиям и ставя вопрос о причинах выхода жителей на улицу с протестом с точки зрения не власти, а Т.А.Айзатулина:

    «Активность, пассионарность и страстное состояние.

    Русская смута в своей психологической основе имеет страстное состояние.

    Начала психологии страстного состояния заложены в средние века православно-религиозным философом Г.Паламой, а развил ее наш современник математик и философ С.Хоружий.

    Первым эмпирически обнаружил вхождение России в страстное состояние-2000 (неадекватность, некритичность, некоррегируемость, потерю инстинктов самосохранения и сохранения рода) академик В.А.Легасов, проводя системный анализ Чернобыльской катастрофы (и на основе этого исследования он заложил Основы теории современной безопасности России и мира как неразрывной задачи).

    В страстном состоянии люди в массе своей оказываются в принципе не подготовленными, чтобы ответить на поставленные кризисом вопросы, они теряют субъектность, теряют объективность и самостоятельность мышления, рассуждений и оценок, и поэтому они легко и неизбежно становятся объектом манипулирования со стороны профессионалов и профессионально управляемых организованных групп, в том числе внешних.

    Еще более существенно, что возникают, углубляются и усиливаются дефекты мышления и самого познавательного аппарата. Принято считать, согласно С.Хоружему, что при этом состоянии происходит срыв в ноогенезе, проявляющийся как архаизация, т.е. быстро (столетия за год, в разных слоях населения по-разному) идет процесс, обратный эволюции разума, срывается один культурный слой за другим.

    Общая тенденция — коллапс. Исчезает способность к генерации научного знания и пользованию им, затем — сама потребность нем, идет массовое обращение к религиозному сознанию (к «мировым религиям»), суеверности и язычеству, иногда с совмещением тяги к рабовладению и работорговле, включая самые архаичные формы (ямы в Чечне и выкуп), к самым примитивным культам (например, фаллическому, что наблюдается сейчас), ритуалам и камланиям (окрашенным в «модернизированные» формы), иногда с совмещением с человеческими жертвоприношениями и даже людоедством.

    От себя добавлю «Зачем в таком состоянии налогоплательщику наука? ». Отсюда инициатива ученых « Так что ничего иного у российских учёных не остаётся, как обратиться к обществу с вопросом: как выжить академической науке в России?» выглядит вообще-то дикой.

    А теперь о прогнозировании будущего.

    «А Россия, как описывает Карамзин, «готовилась к ужаснейшему из явлений в своей истории», великой смуте: рождались животные-уроды (мутанты), происходили климатические потрясения («… пала на миллионы людей казнь страшная: весною, в 1601 году, небо омрачилось густою тьмою, и дожди лили в течении десяти недель непрестанно… в 15 августа жестокий мороз повредил как зеленому хлебу, так и всем плодам незрелым»), которые привели к великому голоду («… ели собак, кошек, стерво, всякую нечистоту… не только грабили, убивали за ломоть хлеба, но и пожирали друг друга… мясо человеческое продавалось в пирогах на рынках! Матери глодали трупы своих младенцев… и в сие время другие изверги копили, берегли хлеб в надежде продать его еще дороже!»), в изобилии появились в России жестокосердные корыстолюбцы, политические мошенники, лжелюди и все приметы, напоминающие наше время вхождения в очередную смуту «адскою игрою Борисова властолюбия, бедствиями свирепого голода и повсеместных разбоев, ожесточением сердец, развратом народа – всем, что предшествует ниспровержению Государств, осужденных Провидением на гибель или на мучительное возрождение». Может показаться загадочной, мистической эта математическая точность описания Карамзиным детерминированности событий, разделенных 400 годами. Разделенные этими четырьмя великими веками биосферно-космические повторения, вызывая стресс, снимают в этносе, как и в индивидууме, культурные утонченные слои и обнажают древние простые грубые общие механизмы».

    www.situation.ru/app/j_art_34.htm

    Учитывая жаркое лето 2010 года и наводнение в Приморье этого года, не к подобным ли событиям ведут нас реформаторы совместно с наукой?

    «Тяжесть и продолжительность кризиса России во многом обусловлены тем, что как раз к его началу в СССР «отказало» обществоведение, общественные науки. Отказало в целом, как особая система знания (об отдельных блестящих талантах и коллективах не говорим, не они в эти годы определяли общий фон).

    Как и у всякой науки, главная социальная функция общественных наук заключается в том, чтобы формулировать запреты. Выражаясь мягче, предупреждать о том, чего делать нельзя. Обществоведение обязано предупреждать о тех опасностях, которые таятся в самом обществе людей, — указывать, чего нельзя делать, чтобы не превратить массу людей в разрушительную силу. Большие сбои мировое обществоведение стало давать уже с начала XX века».

    www.k2x2.info/politika/_s..._stalina/p11.php

    Казалось бы, что общество должно поставить вопрос перед наукой вопрос о том, как ему выжить, а получается все наоборот. Да, дальше уже просто некуда. Уже в наличии «Социальный Чернобыль», который вот-вот грохнет, никому мало не покажется.

  • валерий:

    Заметьте, что в наиболее продвинутых в научном отношении странах нет академий как научных фабрик.

  • начинающий алкоголик:

    о как тут все расписано...очень похоже на Васюки)) пароходы с иностранцами будут приплывать к нам на турнир, зарплаты гроссмейстеров достигнут невиданных масштабов, а чиновники будут лизать нам подметки...Ага, щас, размечтались...

    особенно смешны призывы к обществу))

    А вы в комсомольской правде свою статью напишите, и посмотрим, там кто-нибудь хотя бы до конца прочесть -то ее сможет?

    Нет...не сможет. А значит, голосовать за науку давно некому.

    И было это действительно сделано еще при Советах, когда

    гибель образования была предрешена...И вот теперь эта «самая читающая» страна превратилась просто в скопище зомби, искренне считающих, что их речь самостоятельна, а не услышана вчера из телевизика...

    Я телевизик вообще не смотрю. Некогда. Но вот недавно сделал открытие. Посмотрел полдня, все как-то на подкорку осело...И на следующий день...господи!

    В 90 % разговоров вокруг стал узнавать те же самые обороты, те же интонации! Не говоря уже о банальных тупых бессмысленных «мыслях»...которые оказывается вся страна за телевизиком повторяет.

    И здесь, в ТрВ я часто вижу писания этих зомби...к сожалению...

  • Федор:

    Почему закат отечественной науки, если есть Сколково?

  • 1 3 4 5

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Недопустимы спам, оскорбления. Желательно подписываться реальным именем. Аватары - через gravatar.com