Мы, работники РАН...

Своими впечатлениями о V съезде ПР РАН делится главный научный сотрудник Института общей физики РАН Александр Самохин.

Мы, народ...
Климовские мужики, то есть.

А.П. Чехов

Денис Григорьев, персонаж чеховского рассказа «Злоумышленник», по причине своей необразованности плохо представлял себе, какие могут быть последствия его действий по отвинчиванию гаек на путях. В отличие от Дениса Григорьева, делегаты V съезда Профсоюза работников РАН, собравшиеся в конференц-зале академической гостиницы «Узкое», все сплошь грамотны и образованны, но выглядят порой столь же неадекватно, как и чеховский персонаж.

Дело, видимо, не только в том, что заседание проводилось в весьма жаркий летний день в конференц-зале, где отсутствовали кондиционеры. Делегаты, включая сидящих в президиуме, вынуждены были активно отмахиваться от назойливой реальности мандатами, проектами решений и прочими имеющимися у них документами. Один или два переносных вентилятора были не в состоянии повлиять на царившую в зале удушливую атмосферу, в которой недружной стаей порхали и трепетали розданные для работы профсоюзные материалы. Мозги плавились и от жары, и от фантасмагоричности происходящего. Персонажи, обязанные заботиться о нормальных условиях труда, не только о них не позаботились, но даже как бы и вовсе не замечали этой ненормальности.

Началу работы съезда предшествовало последнее заседание Совета ПР РАН, избранного на предыдущем съезде в 2006 г. На этом заседании за день до начала съезда председатель Совета В.Ф. Вдовин впервые объявил, что он по причине своей занятости другими делами берет самоотвод и не будет баллотироваться на пост руководителя ПР РАН.

Такое заявление для многих собравшихся было полной неожиданностью и вызвало определенное волнение и даже замешательство. Как же мы будем без Вдовина? Ведь нам наказывали голосовать за него, нельзя ли как-нибудь не принять этот самоотвод или уговорить Вдовина самоотвод снять? Пробовали уговорить Вдовина, но он был непреклонен. Тогда в дополнение к единственному оставшемуся кандидату В.П. Калинушкину (ранее выдвинутый С.А. Окулов снял свою кандидатуру по состоянию здоровья — он оказался в больнице после полицейского задержания на майском митинге в Петербурге) стали выдвигать других кандидатов. Вновь предложенный кандидат тут же взял самоотвод, а В.П. Калинушкин подчеркнул, что будет баллотироваться только при условии принятия нового устава профсоюза. В измененном уставе уже не было двух позиций — «президент ПР РАН» и «председатель Совета ПР РАН», вместо которых появлялась только одна позиция — «председатель ПР РАН». Противники нового устава неодобрительно реагировали на это условие В.П. Калинушкина, что уже явно предвещало грядущие проблемы в работе съезда.

Характерным, на мой взгляд, моментом этого последнего заседания Совета образца 2006 г. явился тот факт, что самый неординарный аспект заявления Вдовина остался за пределами внимания и обсуждения Совета. Почему это заявление было сделано буквально в самый последний день перед началом съезда? Каковы причины такого промедления, которое явно демонстрирует не очень уважительное и не очень ответственное отношение к профсоюзной организации со стороны ее руководителя? Прямые ответы на эти элементарные вопросы пока отсутствуют, но некоторую ясность в них уже фактически внесли разыгравшиеся на съезде события.

В первый день работы съезда 1 июля делегаты слушали отчетные доклады председателя Совета, президента и председателя контрольно-ревизионной комиссии вперемежку с приветственными выступлениями гостей. По сообщению мандатной комиссии, возрастной состав 193 избранных делегатов съезда был следующий: меньше 40 лет — 20, 40-50 лет — 29, 50-60 лет — 51, 60-70 лет — 66, старше 70 лет — 27. Конечно, с возрастом к некоторым людям приходят и опыт, и мудрость, однако гораздо чаще являются лишь старческие болезни и слабости...

Рис. В. Александрова

В отчете президента Т.Л. Росляковой прозвучали слова о том, что не все комиссии Совета были активны, но конкретные «проштрафившиеся» комиссии и их руководители при этом названы не были. Причиной такого поведения является отнюдь не забывчивость, а простая «генеральная линия» — не обращать внимания на неприятные моменты и не отвечать на неугодные вопросы и критические замечания.

Т.Л. Рослякова никак не отреагировала на касающиеся ее деятельности предсъездовские публикации в «Троицком варианте» № 12 (81) и профсоюзной газете «Научное сообщество» №№ 5 и 6, где говорилось, в частности, и об отсутствии в открытом доступе стенограммы предыдущего IV съезда, и о проблеме комиссий, и о срыве предсъездовского обсуждения сложившейся в профсоюзе ситуации.

Об отсутствии стенограммы, о срыве предсъездовской дискуссии, о кадровом кризисе в профсоюзе и о том, что по этим пунктам деятельность руководящих структур профсоюза нельзя признать удовлетворительной, я говорил в своем выступлении в первый день съезда, отметив в связи с этим необходимость провести теперь уже после съезда обстоятельное обсуждение всех этих вопросов. В.Ф. Вдовин счел нужным возразить только на мое утверждение о кадровом кризисе, а Т.Л. Рослякова вслед за ним и как бы в связи с моим выступлением тоже стала что-то говорить, однако ее слова не касались обозначенных мною проблем. Такая реакция президента профсоюза по своей содержательности мало чем отличается от того классического «Чаво?», с помощью которого упомянутый выше Денис Григорьев первоначально пытался отвечать на адресованные ему вопросы.

Выступление с предложением неудовлетворительной оценки прозвучало также в выступлении В. Картошки-на, но большинство съезда проголосовало за оценку «удовлетворительно». Здесь сказались, наверное, и недостаточная осведомленность о реальном положении дел из-за отсутствия предсъездовской дискуссии, и расслабляющая жара, и ряд других факторов, заслуживающих отдельного обсуждения. Так или иначе, но делегаты съезда на данном этапе не осознали или не пожелали принять во внимание тот очевидный факт, что действия Т.Л. Росляковой и тех, кто ее поддерживает, ослабляют профсоюзную организацию — подобно тому, как отвинчивание гаек для собственных нужд Денисом Григорьевым и его односельчанами ослабляло рельсовый путь. Последствия такой позиции делегатов не заставили себя долго ждать.

Опасность, порожденная этим «отвинчиванием» и снисходительным к нему отношением, чуть было не реализовалась в полномасштабную организационную катастрофу уже на следующий, второй день работы съезда, при обсуждении проекта нового устава. За десять минут до начала заседания в уставную комиссию, проработавшую над проектом устава не один месяц и рассмотревшую все ранее внесенные предложения, поступил еще один «сверхновый» проект устава с сопроводительными подписями «группы товарищей» из 14 делегатов.

Представители и сторонники этой группы стали очень активно требовать обсуждения своего проекта и ни в коем случае не принимать за основу проект уставной комиссии. При этом часто повторялись слова о необходимости соблюдения демократических процедур, о недопустимости принятия за основу без дискуссии, так как это означает принятие в целом, и другие подобные аргументы, оказывающие заметное действие на аудиторию. В результате этого довольно длительного непрерывного воздействия проект уставной комиссии не был принят за основу. Операция по «отвинчиванию гаек», обозначившая себя благодушным голосованием в первый день съезда за «удовлетворительную» оценку работы, перешла в открытую фазу и достигла своего апогея.

Однако вслед за этим апогеем сразу же стал вырисовываться и тупик для дальнейшего проведения подобной линии, направленной на срыв принятия нового устава, упраздняющего должность президента. Проявившаяся далее неспособность аудитории принять за основу вообще какой-либо проект устава поставила под угрозу уже всю работу съезда. Напомним, что принятый на предыдущем съезде в 2006 г. устав до сих пор так и не был зарегистрирован.

Осознание этой новой угрозы стало постепенно менять настроение аудитории, чему также способствовали и выступления нескольких делегатов. Я подчеркнул, в частности, что столь позднее возникновение «сверхнового» проекта устава является не чьей-то случайной прихотью, а продолжением тех же самых действий, в результате которых было сорвано предсъездовское обсуждение положения дел в нашем профсоюзе. На этот раз никаких возражений на мои слова не последовало.

В итоге подавляющим большинством голосов было решено провести повторное голосование по вопросу о принятии за основу проекта уставной комиссии. Таким же большинством этот проект устава был затем принят за основу. Дальнейшее обсуждение поправок шло уже более спокойно. Однако почти четыре часа, или более шестисот человеко-часов, было «отвинчено» от нормальной работы и растрачено на преодоление предпринятой «группой товарищей» попытки сорвать принятие нового устава даже ценой срыва работы съезда.

В результате этого «отвинчивания» обсуждение одного из основных съездовских документов «Об основных направлениях деятельности и задачах Профсоюза на период до 2016 г.» было скомкано, а его окончательное принятие отложено «на потом», после съезда.

Последний день работы съезда, посвященный выборам председателя профсоюза, центрального совета и контрольно-ревизионной комиссии профсоюза, был тоже не лишен драматизма. При обсуждении кандидатур ранее выдвинутого В.П. Калинушкина и ГН. Чучевой, предложенной на пост председателя профсоюза непосредственно перед выборами, выступавшие говорили о харизме кандидатов, о легкости их общения с академиками и другие вещи, не всегда реально учитывающие сложившуюся ситуацию. После заслушивания самих кандидатов и их ответов на вопросы в итоге закрытого голосования В.П. Калинушкин получил на 23 голоса больше, чем Г.Н. Чучева, и был избран председателем профсоюза. Такой результат в какой-то мере был обусловлен и тем фактом, что Г.Н. Чучева соучаствовала в действиях «группы товарищей», поставивших работу съезда на грань срыва.

Повышенное напряжение ощущалось и при выборе центрального совета. Кандидатуры, предложенные от региональных организаций, сомнений изначально не вызывали, но при этом вдруг выяснилось, что у двух конкурирующих кандидатов из Томска представляющие их документы оформлены не на региональном уровне, а в первичных организациях. Коллективный разум решил не углубляться в причины такого недосмотра со стороны организаторов съезда, предложив конкурентам разобраться между собой в Томске, а делегатам съезда сейчас проголосовать просто за одно пустое место, выделенное Томску.

Дискуссия возникла также по списку кандидатов в ЦС, предложенному предыдущим составом совета и скорректированному по очевидным причинам вновь избранным председателем профсоюза. Некоторые делегаты, поддерживающие или входящие в «группу товарищей», стали рассуждать о «почетных членах» и активно ратовать за избрание в ЦС «уважаемых людей», «стоящих у истоков», как бы не замечая или не понимая при этом реальной значимости результатов их нынешней деятельности. Тем самым эти делегаты фактически уподоблялись партийным деятелям, которые в 70-х годах прошлого века стремились украсить мундир Л.И. Брежнева привинчиванием к нему очередной Золотой звезды. Очевидно, что подобное «привинчивание» по масштабам своих последствий может далеко превзойти отвинчивающие действия Дениса Григорьева с рельсовыми гайками!

Вместе с повторением дифирамбов в выступлениях этих делегатов проводилась также мысль о том, что таким «уважаемым» сейчас нет замены, — в полном противоречии со словами В.Ф. Вдовина об отсутствии у нас кадрового кризиса. Однако занятого другими делами В.Ф. Вдовина в этот день на съезде уже не было.

В итоге за рамками съездовских обсуждений осталось множество нерешенных вопросов, касающихся как внутреннего состояния профсоюза, так и его взаимодействия с внешним миром. Дефекты этого взаимодействия в очередной раз проявились в материалах СМИ о профсоюзном съезде и его заботах о «бедных академиках» (см. www.rosbalt.ru/moscow/2011/07/01/865107.html и форум «Бытие...» www.scientific.ru/dforum/scilife/1310105218). В подобных ситуациях необходимы и превентивные меры, и быстрая реакция на уже случившееся, чего, как правило, не происходит.

По внутрипрофсоюзным делам должны быть получены среди прочего и ответы на вопросы о том, зачем Т.Л. Рослякова ездила во Францию и где отчет об этой поездке, почему не состоялось предсъездовское обсуждение, почему едва не была сорвана работа V съезда и когда же, наконец, в открытом доступе появится стенограмма заседаний предыдущего IV съезда? Заметим, что аудиофайлы заседаний V съезда появились на профсоюзной страничке сайта www.ras.ru уже через три дня после окончания его работы, что может быть знаком грядущих положительных перемен.

В качестве отдельного литературно-культурного мероприятия стоило бы поразмыслить и о том, зачем в розданный делегатам пакет документов съезда были включены такие вот жизнелюбивые «Профсоюзные частушки»:

На профкоме я была,
Много выступала.
В толкотне кому дала,
Так и не узнала.

Разлюбил меня профорг,
Бросил меня, бедную.
На прощанье подарил
Спирохету бледную.

Мы пропели вам частушки,
Мы могли бы и еще,
Мы могли бы и еще,
Да болит глоталище.

Тут уж никакие сравнения с заскорузлым Денисом Григорьевым не помогут — здесь уже витает дух Шарикова, тронутого начатками политпросвещения и пропевшего в фильме «Собачье сердце» перед ошарашенной аудиторией свои частушки.

Конечно, по сравнению с шариковскими предложенные делегатам съезда профсоюзные частушки гораздо демократичнее по своей направленности, но вряд ли ради этого их стоило совокуплять с уставом и прочими профсоюзными документами. Факт появления «Профсоюзных частушек» в данном контексте, чем бы он ни был вызван, весьма выразительно характеризует представленную на съезде профсоюзную составляющую научного сообщества. До хорового пения этих частушек дело, правда, не дошло, но и никакой публичной реакции от делегатов на вложение этого продукта в пакет съездовских документов не последовало. Одно слово — интеллигенция! Известная часть всей нации, то есть.

Если кто-то думает, что всё вышеизложенное его никак не касается, пусть вспомнит прошлогоднее дымное и горящее лето в Москве, в Подмосковье и других регионах России, где горели деревни и гибли люди. Этот «подарок» граждане России получили не только от возможного глобального потепления, но и от действий тех, кто «отвинтил гайки» у Лесного кодекса, резко сократив количество лесников. А о «подарке», который получили 10 июля 2011 г. пассажиры д/э «Булгария», сейчас даже напоминать нелегко.

Не оставляйте же своим вниманием тех, кто способен на «отвинчивание гаек» или на привинчивание чего-то туда, где этого совсем не должно быть!

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи

Оценить: 
Звёзд: 1Звёзд: 2Звёзд: 3Звёзд: 4Звёзд: 5 (Пока оценок нет)
Загрузка...
 
 

Метки: , , ,

 

3 комментария

  • crohobor:

    В порядке ведения. Жаль. что автор не вспомнил отсутствие гайки на турбине Саянской ГЭС. Гаечка имела диаметр 80 (или 90?) мм. Небрежность стала одной из причин страшной катастрофы.

  • Прочитал я информацию о съезде профсоюзных работнкоа РАН.

    На сидению на заседаниях, где происходит толчение воды в ступе я затратил немалую часть своей жизни и в общем то ничем не удивлен.

    Для съезда иолодых сотрудников РАН, если таковой состоится могу рекомендовать частушку 70-х годов

    Начинается она лчень романтично:

    «Приезжай ко мне на БАМ!»

    Что далее все знают. Частушка в духе профсоюзной, ненужные подробности опускаю.

    В общем, профсоюзная частушка меня добила. Неужели защита прав трудящихся в Академии наук доверена, скажем аккуратно людям умственно неполноценным,

  • vlad1950:

    я не из РАН смотрю как-бы со стороны думал о РАн лучше

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Недопустимы спам, оскорбления. Желательно подписываться реальным именем. Аватары - через gravatar.com