«Пилите, Шура, пилите...»

07 декабря 2010 года. ТрВ № 68, c. 4-5, "Бытие науки"  
Алексей Крушельницкий
Рубрика: Бытие науки

37 комментариев
66322 просм., 23 - за сегодня
Распечатать статью Распечатать статью

Летом этого года президент Дмитрий Медведев был сильно возмущен, когда узнал, что медицинские томографы для российских больниц приобретались по завышенным в разы ценам. Он был бы возмущен ничуть не меньше, если бы узнал о госзакупках научного оборудования в некоторых российских научно-исследовательских организациях, и прежде всего в Российской академии наук...

В РАН дорогостоящие приборы и большие комплекты оборудования различного назначения приобретаются путем так называемых централизованных закупок. Суть этой системы в том, что академические институты, которым выделено финансирование, не получают деньги на свой счет и не проводят тендеры. За них это делает сама РАН, которая затем передает оборудование на баланс институтов. В отделениях РАН — Уральском, Сибирском, Дальневосточном — такие закупки выполняют Уральское отделение (УрО) РАН, Международный томографический центр (МТЦ) СО РАН и Дальневосточный геологический институт (ДВГИ) ДВО РАН. Стоимость лотов в проводимых этими организациями конкурсах составляет десятки и сотни миллионов рублей.

Весной этого года газета «Ведомости» обратилась к вице-президенту Российской академии наук академику Александру Некипелову, который отвечает за академические финансы, с рядом вопросов, касающихся закупок научного оборудования. Ответы академика Некипелова можно прочитать на сайте РАН[1]. Это очень красноречивый документ, и ниже я буду к нему обращаться неоднократно. Ключевой вопрос касался соответствия мировых рыночных цен на оборудование и цен, по которым оно приобретается в РАН. Академик Некипелов отверг все домыслы о том, что оборудование приобретается по завышенным ценам, объяснив возможную разницу только различной комплектацией приборов. Однако некоторые данные ставят это утверждение под сомнение. Вот только пара примеров.

Мы за ценой не постоим

Пример 1. В 2009 г. фирма Advanced Laboratory Instruments (Великобритания) поставила ДВГИ ДВО РАН генетический секвенатор модели 3130xl производства компании Applied Biosystems, стоимость которого составила почти 23 млн руб. В комплект поставки входил амплификатор модели 2720 стоимостью 200 тыс. руб. и набор реактивов, стоимость которых можно оценить максимум в 3,6 млн руб.

Аналогичную модель секвенатора без реактивов и амплификатора в конце 2008 г. НТЦ «Прогресс-Технология» поставил Медико-генетическому центру Российской академии медицинских наук (РАМН). Стоимость контракта составляла только 5 млн руб. В октябре 2009 г. НИИ экспериментальной медицины РАМН приобрел ту же самую модель секвенатора в комплекте с амплификатором 2720 у компании «Хеликон» за 7,6 млн руб., а в ноябре 2009 г. НИИ вирусологии РАМН получил секвенатор 3130xl с набором реактивов от ООО «Химэксперт» за 7 млн руб. Из этого можно заключить, что разница между рыночной ценой и ценой, по которой этот секвенатор достался ДВГИ ДВО РАН, составляет не менее 12 млн руб.

Пример 2. В начале 2009 г. Институт биомедицинской химии (ИБМХ) РАМН заключил контракт с компанией Advanced Laboratory Instruments на поставку научного оборудования, в списке которого значатся два криостата с устройством глубокой заморозки, автоматическим микротомом и вакутомом производства MICROM International GmbH стоимостью 130 тыс. евро каждый. Для сравнения: в июне 2008 г. НИИ питания РАМН приобрело у ООО «Карл Цейсс» аналогичный криостат за 1 млн 770 тыс. руб., что по курсу того времени составляет около 50 тыс. евро. Если оценивать разницу в цене этих двух покупок за счет разной комплектации, то она может составить никак не больше 10 тыс. евро. В реальности же цены отличаются на 80 тыс. евро.

Детальное описание этих, а также других аналогичных сделок с явным превышением цен, где приведены необходимые ссылки, номера контрактов, расчеты и т.п., можно найти на сайте газеты по ссылке[2]. В разных случаях превышение составляет от 5-10% до 150-200%. Конечно, эти примеры не дают даже приблизительного представления о том, какая доля сделок по закупке научного оборудования заключается по завышенным ценам. Нечасто удается найти в открытом доступе в Интернете нужный прайс-лист на комплектующие или информацию об аналогичной сделке, с которой можно проводить сравнение. Поэтому приведенные примеры сами по себе не могут служить основанием для глобальных оценок завышения цен на научное оборудование, но они, мягко говоря, дают повод усомниться в искренности ответов академика Некипелова.

Александр Дмитриевич Некипелов на Общем собрании РАН в мае 2010 г. Фото РИА «Новости»

А вот история, из-за которой я, собственно, и начал заниматься проблемой закупок оборудования. Она произошла в организации, где я работаю, — Казанском институте биохимии и биофизики РАН. Два года назад нашему институту было выделено финансирование для закупки ЯМР-спектрометра. Институт запросил коммерческие предложения у двух конкурирующих производителей, фирм «Брукер» и «Вариан». По комплектации предложение «Вариана» было намного более привлекательным (у меня есть копии коммерческих предложений от этих двух фирм на одну и ту же сумму). «Вариан» предлагал комплектацию прибора, которая давала возможность проводить гораздо более широкий круг исследований. При этом спектрометры этих производителей по качеству, надежности и функциональным возможностям друг другу не уступают, по крайней мере, если речь идет о стандартных конфигурациях приборов. А острая конкуренция, которую эти две фирмы ведут по всему миру, играет на руку ученым — это позволяет очень эффективно торговаться и снижать цену на приборы.

Дирекция института подготовила подробное письмо в ФГУП «Академинторг», организацию, которая занимается поставками оборудования в академические институты. В этом письме детально сравнивались эти два коммерческих предложения и излагалась просьба внимательнее отнестись к предложению фирмы «Вариан» при рассмотрении заявок, которые будут поданы после объявления конкурса. Однако эта просьба никакого эффекта не возымела, и Академинторг поставил в институт спектрометр «Брукер» с минимальной комплектацией. Конечно, администрация института не уполномочивала меня предавать всё это гласности, я это делаю от своего имени в качестве свидетеля этой очень показательной истории.

В своих вопросах «Ведомости» интересовались у академика Некипелова, почему РАН приобретает спектрометры только фирмы «Брукер», хотя «Вариан» в большинстве случаев может предложить аналогичное по качеству, но более дешевое оборудование (см. пример 6 по ссылке[2]). Академик Некипелов ответил, что причина этого кроется в отсутствии налаженного сервиса спектрометров «Вариан» в России. Чтобы выяснить, так ли это на самом деле, я обзвонил пользователей «Варианов» в Саратовском госуниверситете, Санкт-Петербургском политехническом университете, Московском институте пластмасс, Институте нефтехимического синтеза им. Топчиева РАН и МФТИ. Из этих разговоров я могу сделать однозначный вывод о том, что системных проблем в обслуживании спектрометров «Вариан» в России нет. Кроме того, как специалист в области ЯМР-спектроскопии я очень хорошо знаю, что в странах с низким уровнем коррупции «Брукер» вполне успешно конкурирует с «Варианом» не только по качеству продукции, но и по ценам. Конечно, ценовая политика в той или иной стране — это внутреннее дело производителя, и никто не вправе ему что-то указывать. Но возникает вопрос — почему российских ученых из РАН заставляют покупать более дорогое оборудование? Но завышенные цены — это даже еще не самое интересное.

Рога и копыта Swiss style

Если присмотреться к компаниям, через которые проходят финансы, предназначенные для закупок научных приборов, то привлекают внимание несколько крайне любопытных деталей. Несмотря на то, что практически все западные производители научного оборудования имеют в России своих официальных дилеров, в РАН централизованная закупка идет только через цепочку посредников. Основным посредником является упомянутый выше Академинторг. Кроме Академинторга, МТЦ СО РАН и ДВГИ ДВО РАН закупают оборудование также и через другие фирмы. По данным реестра госконтрактов, в последнее время в число основных поставщиков входят Advanced Laboratory Instruments (Великобритания), HTLab AG (Швейцария), Interlab Inc (Калифорния, США, не путать с московским «Интерлабом»), Alleati AG (Швейцария), ООО «Рантек» (Новосибирск), Canada Breath Inc. (Канада). На диаграммах показаны доли поставок этих фирм в денежном выражении в эти две академические организации с начала 2009 г. по настоящее время.

Что объединяет все эти фирмы-посредники? Во-первых, то, что о них практически нет никакой информации в Интернете. Только одна из этих компаний (HTLab AG) имеет свой сайт, на котором представлен минимум данных о ее деятельности. Это выглядит достаточно подозрительно, поскольку трудно представить, чтобы крупные компании, занимающиеся поставками оборудования, не были заинтересованы в рекламе и расширении круга своих клиентов. А у фирмы Alleati AG нет даже собственного почтового адреса, корреспонденцию для нее получает некая швейцарская консалтинговая компания.

Еще эти компании объединяет то, что все они заключают сделки только с весьма узким кругом заказчиков. Исключения единичны. И если проанализировать список заказчиков этих фирм, то кроме МТЦ СО РАН и ДВГИ ДВО РАН, там почему-то появляется еще и Институт биомедицинской химии (ИБМХ) им. В. Н. Ореховича РАМН. Почему именно этот институт, есть только догадки. Наконец, эти фирмы, судя по всему, не занимаются обслуживанием, сервисом, установкой научного оборудования, которое они поставляют. Это делают непосредственно сами производители или их уполномоченные дилеры. А эти фирмы только пропускают деньги через свои счета.

Многие из этих фирм (не исключено, что все) друг с другом каким-то образом связаны. Это наглядно демонстрирует тендер на закупку научного оборудования общей стоимостью около 1,6 млрд руб., объявленный ИБМХ РАМН в начале 2009 г. (номер извещения о торгах на сайте госзакупок 090120/003336/36). Этот тендер состоял из 15 различных лотов. Заявки на участие в нем подали три фирмы — Advanced Laboratory Instruments, HTLab AG и Interlab Inc. Заявки от этих фирм распределились таким образом, что на каждый лот приходилось только по одной заявке от какой-либо одной из этих фирм. Соответственно, по всем 15 лотам конкурс был объявлен несостоявшимся, и контракты были заключены по максимальной цене. Такое распределение заявок по лотам явно не могло быть простой случайностью. Очевидно, что действия этих посредников кем-то координировались. Впрочем, связь между Advanced Laboratory Instruments и HTLab AG подтвердить достаточно легко — дело в том, что до 14 февраля 2008 г. Advanced Laboratory Instruments называлась HTLab UK (данные с сайта http://jordans.co.uk). Интересно отметить, что в некоторых конкурсах эти фирмы друг с другом конкурируют. Но есть основания полагать, что эта якобы конкуренция просто разыгрывается, см. пример 7 в файле[2].

Еще несколько красноречивых штрихов к этой картине «рогов и копыт». По данным сайта moneyhouse.ch,
руководителем фирмы HTLab AG является некий адвокат Бенно Хафнер (Benno Hafner), который одновременно является руководителем еще 22 других компаний. (Ну как тут не вспомнить знаменитого зиц-председателя Фунта!) Телефон ООО «Рантек» (Новосибирск), указанный в госконтрактах, почему-то совпадает со служебным телефоном одного из сотрудников МТЦ СО РАН, который представлен на сайте СО РАН. Прямо скажем, это далеко не последний сотрудник этой организации. А на сайте ic.gc.ca можно узнать имена руководителей канадской фирмы Canada Breath Inc. Руководителей два, мужчина и женщина, и имена у них, как нетрудно догадаться, русские. С помощью простейшего поиска в Интернете мужчину можно идентифицировать как одного из сотрудников Института неорганической химии им. А. В. Николаева СО РАН в Новосибирске, который ранее работал в МТЦ СО РАН. Какая, однако, деловая хватка у новосибирских ученых! На сайте manta.com указано имя президента калифорнийской Interlab Inc., и оно тоже русское, но установить личность этого человека, пользуясь только Интернетом, невозможно.

Конечно, закупка приборов через этих странных посредников сама по себе криминалом не является. Тем не менее, рисуется такая интересная картина. РАН и ИБМХ РАМН значительную долю оборудования приобретают через фирмы-пустышки, которые созданы только для вполне определенных финансовых потоков. Хотя все эти фирмы зарегистрированы в разных концах света, их деятельность, судя по всему, управляется какой-то одной группой лиц, находящихся в России и имеющих непосредственное отношение к распределению финансов на закупку научного оборудования. Что очень важно отметить, расчеты с производителями оборудования осуществляются за пределами РФ. Причем главный посредник в закупке оборудования, Академинторг, значительную долю (какую точно — не знаю) своих сделок также заключает не напрямую с фирмами-производителями или их дистрибьюторами, а с рядом подобных посредников-пустышек, зарегистрированных за границей, в том числе и с некоторыми из перечисленных выше.

Газета «Ведомости» задавала академику Некипелову и вопрос о посредниках. Академик от прямого ответа ушел, посоветовав обратиться в Академию внешней торговли, МГИМО и т.п. Хотя у меня нет опыта во внешней торговле, всё же рискну сделать предположение, зачем всё это нужно. Дело в том, что большинство западных фирм-производителей являются респектабельными компаниями с очень прозрачной бухгалтерией. Напрямую платить многомиллионные откаты они не могут при всем желании, это серьезные репутационные риски. Если использовать дополнительных российских посредников, то контролирующие органы могут сопоставить цены контрактов, например, Академинторга с данными по внешнеэкономической деятельности и легко вычислить ценовую разницу. А вот если в цепочку вовлечен зарубежный посредник, то узнать цену контракта между ним и производителем (а возможно, и еще какими-то посредниками за рубежом) практически невозможно. Разница между закупочной ценой посредника и ценой продажи для Академинторга оседает на зарубежном счете посредника, и не исключено, что оттуда она выводится в оффшорные фирмы. В этом и смысл всей схемы. А характер ответов академика Некипелова показывает, что эти, скажем деликатно, подозрительные сделки сознательно патронируются высшим руководством РАН. Скажете, это только домыслы? Но тогда хотелось бы получить вразумительный ответ, без отсылок в МГИМО, в чем преимущества этой схемы закупок. Преимущества не для Академинторга и других посредников, а для нас, российских ученых, для которых это оборудование закупается. До тех пор, пока убедительный ответ не будет получен, подозрения в махинациях, приводящих к завышению цен на приборы, будут только крепнуть.

Если бы директором был я

Что можно сделать, чтобы «распил» научного бюджета прекратился или хотя бы снизились его масштабы? Один известный человек в похожей ситуации сказал: «Надо сажать». Однако сажать-то ведь надо не технических исполнителей, а тех, кто своей властью позволяет «пилить». А таких людей в России сажают нечасто. И, положа руку на сердце, начинать тут надо не с Академии наук. Кстати, ряд контролирующих органов в курсе проблем с закупками научного оборудования. Почему они ничего не предпринимают — можно только гадать.

Основная задача сейчас — добиться такого изменения процедуры госзакупок, которое бы свело к минимуму возможности «распила». 94-й федеральный закон, который регулирует процедуру госзакупок, не должен одинаковым образом регулировать закупки дорогих приборов и, положим, канцелярских принадлежностей. В закупке высокотехнологичного оборудования есть своя специфика, которая никак не учитывается. Например, ошибочно считать криминалом «заточенность» техзадания на определенный тип прибора. Дорогие научные приборы очень сложны, часто уникальны, не все параметры можно однозначно формализовать, а это создает лазейки для недобросовестных поставщиков. Поэтому куда разумнее в техзадании просто писать конкретную марку, производителя и комплектацию.

Основная возможность завышения цен состоит не в этом, а в том, что запутанность техзадания и закупка больших комплектов оборудования позволяют указывать в качестве начальной цены аукциона какую угодно цифру. С другой стороны, все эти сонмы посредников сразу же исчезнут, если оборудование будет покупаться за реальную рыночную цену, — кормиться будет не с чего. Ограничителями здесь могут быть независимая экспертиза цен, сопоставление цен с ценами аналогичных закупок, включение в состав конкурсной документации коммерческих предложений производителей или их официальных дилеров, а также обязательное указание цены для каждого прибора в отдельности как в конкурсной документации, так и в реестре гос-контрактов.

Другая возможная мера — это запрет централизованных закупок оборудования. Эффективность трат значительно повысится, если сами ученые будут выбирать и покупать себе приборы. Для этого необходимо деньги, выделенные на закупку приборов, перечислять на счета институтов. Эффективность такого способа закупок наглядно демонстрируется рассказом петербургского ученого Сергея Кривовичева[3].

Еще одна мера, которая может оздоровить ситуацию, — требование указывать в заявке на участие в торгах субподрядчиков, привлекаемых для выполнения работ по монтажу, наладке и сервису приборов. Это поможет выявить «виртуальные» компании-пустышки, которые используются лишь для перекачивания денег и которые не имеют штата инженеров. В целом увеличение прозрачности и открытости процедуры госзакупок — это самый действенный способ борьбы с коррупцией. Это можно делать и без изменения 94-ФЗ. Никто ведь не мешает Академии наук публиковать каждый год на своем сайте список закупаемых приборов дороже, скажем, 1 млн руб., их основную комплектацию и цены, список контрагентов академических организаций, занимающихся закупками оборудования и т.п. Но РАН этого делать не желает.

Наверняка есть еще ряд технических решений, которые были бы полезны. Но всё это будет только полумерами до тех пор, пока сами ученые будут считать себя послушным стадом.

Бойся равнодушных

Конкретные факты, приведенные выше, не были, конечно, известны широкой публике, но, по большому счету, никаких америк они не открывают. С завышенными ценами и странными контрактами сталкивались очень многие, это всё не является большим секретом. Год назад мы вместе с Михаилом Гельфандом опубликовали статью «Прозрачный омут Академинторга»[4], где в первый раз публично поставили вопрос о возможных махинациях в сфере закупок оборудования в РАН. В процессе подготовки материала мы услышали несколько историй, напоминающих ту, что произошла в моем институте (см. выше). Но никто не хотел рассказывать об этом публично. Этих людей можно понять. Я знаю, о чем говорю, — мне самому приходится в полной мере ощущать очень сильное «неравнодушие», которое администрация моего института проявляет ко мне при каждом удобном случае. Близкая ситуация, насколько я понимаю, и у коллеги из ИРЭ РАН Игоря Броневого, который тоже посмел публично рассказать о своем опыте сотрудничества с Академинторгом.

Но дело, увы, не только в нежелании влезать в конфликты и ставить под вопрос свою работу в науке. В Академии есть не столь малое число сотрудников, особенно среди тех, кто занимает разного рода административные посты, которые прекрасно осознают, что их обирают, но которых это всё… очень даже устраивает. Как нельзя лучше этот феномен описан в пьесе Евгения Шварца «Дракон».

В ответах академика Некипелова упоминается коллективное письмо ученых Казанского научного центра РАН президенту РАН Юрию Осипову, в котором те «подтвердили высокий технический и качественный уровень ЯМР-спектрометров фирмы “Брукер”». Интересно, с чего это вдруг казанские ученые собрались и написали коллективное письмо президенту РАН именно о высоком качестве спектрометров «Брукер»? На самом деле всё просто: это письмо появилось после упомянутой выше статьи «Прозрачный омут Академинторга». Я этого письма не видел, но догадаться, в чем его суть, не так-то сложно. Казанским ученым надо было отмежеваться от этой статьи и ее автора и в письменном виде заверить академическое руководство в своей лояльности. Академинторг и Ко могут спать спокойно.

Очень плохо, что часть денег на оборудование уходит из госбюджета в неизвестном направлении. Но еще хуже то, что научное сообщество всё больше и больше поглощается атмосферой конформизма и лицемерия. В такой атмосфере наука не может развиваться свободно и эффективно. Да, в Академии наук всё еще есть первоклассные научные коллективы, есть достижения мирового уровня. Но как организационная структура РАН глубоко больна и выйти из кризиса сама не сможет. Чем дольше будет продолжаться это медленное загнивание, тем будет хуже и Академии, и всей стране.

Автор выражает благодарность коллегам, оказавшим помощь в поиске и проверке фактов, представленных в данной статье.


[1] Ответы академика А. Д. Некипелова на вопросы газеты «Ведомости»
www.ras.ru/news/shownews.aspx?id=7a8bc0ee-c458-40a8-9984-c07e42642383

[2] Список из девяти различных госконтрактов МТЦ СО РАН, ДВГИ ДВО РАН и ИБМХ РАМН, в которых можно продемонстрировать завышение цен на закупаемое оборудование www.trv-science.ru/2010/12/07/akademintorg-primery/

[3] «Как мы покупали CCD-дифрактометр», ТрВ-Наука № 43, 8 декабря 2009 г.,
www.trvscience.ru/2009/12/08/kak-my-pokupali-ccd-difraktometr/

[4] «Прозрачный омут Академинторга», ТрВ-Наука № 43, 8 декабря 2009 г., www.trvscience.ru/2009/12/08/prozrachnyj-omut-akademintorga/

Связанные статьи

Помощь «Троицкому варианту — Наука» ⇢

Обсуждение

37 комментариев на ««Пилите, Шура, пилите...»»
  1. Анатолий Смирнов:

    Очень правильная статья, в целом, все описано совершенно верно, включая детали.

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  2. Олег:

    Очень интересная статья.Хотелось бы обратить внимание на следующее. Цены не могут служить мерой эффективности аукционов и конкурсов, в первую очередь из за фокусов с начальной ценой и техническим заданием. Теория аукционов и эконометрика говорят о том, в качестве метрики конкурса необходимо использовать число активных участников торгов (по каждому лоту). По западным меркам конкурентные торги это торги с числом участников не менее четырех участников (например, для строительных конкурсов не менее шести).

    Рекомендация. Посчитайте число участников по всем торгам Академинторга. Их основная функция обеспечить конкурентость торгов. Если не могут обеспечить,есть основание отказываться от их услуг.

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  3. Артемий:

    «Interlab Inc (Калифорния, США, не путать с московским «Интерлабом»)»

    «На сайте manta.com указано имя президента калифорнийской Interlab Inc., и оно тоже русское, но установить личность этого человека, пользуясь только Интернетом, невозможно.»

    На manta.com в качестве директора Interlab Inc, San-Diego, CA указан Alexander Vedemin. Их же собственный поиск предлагает замену Alexander Vedenin. Поищем?

    Так вот он — А. Н. Веденин, президент московской ООО «Интерлаб». Может, всё-таки путать? Да и в Новосибирске они есть:

    Филиал компании InterLab в Новосибирске

    630090, г. Новосибирск, пр-т Академика Лаврентьева, д.9, корпус НТЦХИ, комн. 209

    Телефон: (383) 330-56-91

    Факс: (383) 330-56-03

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

    • Petr:

      Что характерно:

      «В своих вопросах «Ведомости» интересовались у академика Некипелова, почему РАН приобретает спектрометры только фирмы «Брукер», хотя «Вариан» в большинстве случаев может предложить аналогичное по качеству, но более дешевое оборудование»

      С сайта Интерлаба:

      «Организованная в 1997 по инициативе Hewlett Packard (Agilent Technologies), к настоящему моменту InterLab превратилась в многопрофильную компанию, предлагающую своим клиентам полный спектр услуг.»

      А на самом то деле — www.varianinc.com/cgi-bin...p;cid=LPMIIQNPFL

      т.е. Varian и есть Agilent Technologies... Все связаны — это всемирный заговор. Нужно проверить не поставлял ли Hewlett Packard через подставные компании оргтехнику в институты РАН по завышенной цене... :))))))

      Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

      • гость:

        Bruker только в этом году приобрел Varian

        Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

        • гость2:

          Нет, Interlab приобрел Varian. Будет интересный конфликт, надеюсь.

          Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

          • naukarus:

            Можно ожидать резкую смену поставщика ЯМРов? Скажут, вот вы говорили, что мы любим Брукер, смотрите — мы теперь покупаем от Вариана?

            Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  4. al0253:

    А собственно чему тут удивляться? Для нашего времени это вполне нормально. Все стараются урвать кусок. Плохо только то, что достаётся главным образом тем, кто к науке непосредственно не относится, так называемым «организаторам».

    Примерно те же суммы, по крайней мере того же порядка, на западе идут к исполнителям. Естественно там это приводит к результату. В России эти суммы делят «жучкИ», а те, кто собственно и занимается наукой, ничего не получают (в сравнении с западом). Отсюда и «отъезды». Но ведь такая организация дел в России ВЕЗДЕ. Почему наука должна быть исключением?

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  5. echo.msk.ru/programs/sut/732770-echo/

    Сергей Пархоменко на «Эхе Москвы» об Алексее Крушельницком и «Троицком Варианте».

    Полчаса в середине передачи

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  6. Светлана:

    Сергей,очень точная формула о ложном ощущении собственной безответственности, когда легко позволяешь насилию над собой.Очень ёмко.Нужно в метро цитировать подобные мысли,чтобы побудить задуматься.много слов говорится в эфире, а вот влияют на процесс «как я думаю и о чем и какими категориями» мало.Спасибо

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  7. www.scientific.ru/dforum/scilife/1292316470

    грустное, но закономерное продолжение истории публикации

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  8. Anonym:

    К сожалению, это всё правда.

    Я не хочу закончить (и никто из моих сотрудников тоже) также, как автор статьи.

    Поэтому за правду бороться не буду.

    Думаю, этой же позиции придерживаются и другие люди (почти все).

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  9. Владимир Трахтман:

    Статья интересная, бытописательская такая статья. Типа фельетона. И полностью бесполезная. Так как никуда решительно не ведет. Судите сами — ну ничегошеньки нового. Научные статьи, небось, стыдитесь печатать, если нет там ничего нового. Такие как эта статья, их практикуют журналисты. Типа Латыниной. Ибо их работа собрать публику и поговорить. Автор совсем не ученый в этой своей статье и его можно понять — не его специальность. Но автора вряд ли можно оправдать, так как сегодня факты уже не нужны. Фактов слишком много. Сегодня нужно действовать.

    Но как? Требуется хотя бы какая мысль. Лучше всего мысль ученого. Требуется научная, а не журналистская дискуссия. Чтобы обсудить разные точки зрения и принять деловое решение.Не пожелание, а план, пригодный для реализации. А вот это уже тезис номер раз.

    1. Все текущие разговоры о коррупции и коррупционерах — это пока эмоции. Не эмоциии — это твердое понимание, что в данной теме имеется четкий конфликт интересов. Есть интерес коммерческий. И есть интерес бескорыстный, в данном случае — научный. Господа, прекратите ваши восклицания на тему, что одно плохо, а другое не плохо. Обе стороны этого конфликта — это факт или реальность. А с фактами бороться, сами понимаете, это уже лженаука. Такие вы все борцы с лженаукой в своих делах, а сами кто в этой теме? Продолжу в следующем посте.

    Места тут мало, так я тезисно, без особых пояснений.

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  10. Владимир Трахтман:

    Продолжаю тезисом номер два по поводу конфликта интересов при покупке приборов.

    Тезис 2. В данном конфликте абсолютно нет ничего нового. Это есть типичная бюджетная проблема. Кратко: есть дела коммерческие, где можно что-то продать или купить с немедленной выгодой (это рынок и мы его не обсуждаем) и есть дела некоммерческие, где надо тратить деньги на некие цели, либо вообще альтруистские, либо с выгодой во времени весьма отдаленной. Так для этой цели собирают налоги и формируют бюджеты. Пока я еще и слова не сказал нового или чего-то неожиданного. Сейчас скажу.

    Тезис 2а. Как только сформировался бюджет, то случается потрясающий и абсолютно объективный фокус. Что было невыгодным, тут же становится не просто выгодным, а жутко выгодным. Коммерсант на рынке все же рискует своими деньгами. Покупает товар, надеется, что его удастся с выгодой продать. А покупатели идут себе мимо. Тут же деньги уже собраны. И точно известно, что покупатель имеется. Так что, господа мыслители, пока никого лично ни в чем нельзя обвинить. Имеет место крайне провоцирующая ситуация. Появились налоговые или бюджетные деньги с заранее известным и просто-таки безусловныи потребителями этих денег.

    В чем же проблема? Она в тезисе 3.

    Тезис 3. Бюджет зачем формировали? Чтобы решать невыгодные проблемы. С помощью мудрых бюрократов. А то, что собрав на решение неких проблем бюджет, сами сделали те невыгодные проблемы особо выгодными, так это СКРЫТАЯ ЗАКОНОМЕРНОСТЬ (читайте мои комментарии по поводу якобы лженауки Фоменко в этом же номере газеты Троицкий Вариант). Я эту закономерность вам тут вскрыл, повторяя свои же мысли из моих трех заявок на бюджетные патенты для США. Хотя заявки вполне себе могут и не пройти. Но это научного их смысла не меняет.

    Тезис 4. Следующая «скрытая закономерность» — денежки-то бюджетные уже не те, что были до сбора налогов. Денежки теперь двухмерные. Деньги уже лежат на плоскости денег, не на числовой оси денег. У денег теперь два как бы хозяина: коммерсант или организатор и пользователь или ученый. Вам уже, конечно, ясно, к чему я клоню. Бюджетный организатор или бюрократ сегодня сидит как реальный килер или убийца потрясающего научного и потребительского смысла двухмерных денег. Он их тупо обратно на числовую ось загоняет.

    Вы вот в чем должны ваших местных научных жуликов обвинять — в вашей собственной научно близорукости. Вы сами, такие умные, смысла проблемы не увидели, а от жуликов, кто на мудрость вообще не претендует, от

    них чего вы хотите?

    Тезис 5. А верховные жрецы страны, они что, Архимеды и Спинозы? Нет, они просто юристы. Написал, объявил, посадил. Вы должны донести до тех юристов, что в случае двухмерности денег, их не обратно в ось загонять надо, а строить новый тип двухмерного рынка. С правами и обязанностями наравне всех партнеров.

    Тезис 6. Те, кто сегодня жулики, они должны стать коммерческой сотавляющей многомерного рынка, а вы — ученые, его содержательной составляющей. Те — деньгам владельцы. Самые настоящие владельцы. А вы реальные держатели смысла их владения. Поверьте, у себя никто ничего никогда не украдет. Спасибо за внимание.

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  11. Владимир Трахтман:

    И совсем уж кратко: все мои эти самоделки есть практика на высоконаучные макроэкономические темы совокупного спроса/предложения или кейсианства (прошу прощения, если термин привел неточно) и соответствующего ему монетаризма. Был и есть постоянный коммерческий конфликт продавца и покупателя. Но очень часто их интересы в чем-то совпадают и конфликтующие вдруг становятся союзниками и коммерческими партнерами. Это есть как раз то, к чему надо стремиться в науке. К специфическому рынку.

    Ведь ваш научный жулик, ему все украсть в институте не надо. Он же работу потеряет. Так он часть крадет, часть оставляет. А вместе, вы на науку будете работать эффективнее, если свои денежки множить будет не мелким воровством, а как раз вашей наукой. И не потому, что такой хороший, а просто вы ему не позволите, как совладельцы общего научного бизнеса.

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  12. al0253:

    А кто мешает установить более тесные взаимоотношения с немцами? Послать лабораторию вместе с грантом подальше, и «взять» грант напрямую, и даже организовать собственную лабораторию (а потом, возможно, и академию). Если потенциал знаний и способностей позволяет, почему нет? Ведь завлабы и академики сами уже ничего «не генерируют», кто по возрасту, а кто «по родству».

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  13. Михаил:

    Я в шоке...Все знают про милицию и прокуратуру, про чиновников, и про депутатов. Но вот, что гниль проникла в науку — это для меня новость. Самое интересное, что сама бюрократия научная защищает непрозрачный подход к закупкам, что само по себе наводит на мысли. Тут поможет только создание гражданского института объединяющего авторитетных ученых — назависимый контролер за РАНом. Именно внешний и внесиситемный общественный орган. Если ученые такие умные и нравственные — пусть подадут пример всей России)))

    «нравственность» сама по себе не существует она либо мотивирована внешним контролем, либо религиозными убеждениями.

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

    • Вы на Марсе живёте, что ли? Для меня всё стало ясно ещё в абитуре (первый раз пыталась поступать в вуз в 1998 году).

      .

      Грустно, что у Вас такое понимание нравственности. Впрочем, если хорошие люди (как Вы) не отличают нравственность от намордника, то что говорить о худших? Понятно, почему всё вокруг так погано.

      Я, между прочим, атеистка. То есть, по-Вашему, человек, у которого не может быть нравственности. Но я точно знаю, в каких вещах я участвовать никогда не буду. Например, писать за деньги чужие дипломы и диссертации.

      Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

      • al0253:

        Писать дипломы и диссертации дундукам — это совсем не плохой бизнес. Квалификацию по бумажкам давно никто не определяет. Дятла и так по стуку слышно. Особенно кавказского.

        Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  14. www.vokrugsveta.ru

    www.vokrugsveta.ru/telegraph/theory/1294/

    Академики с дубинками,

    или Начальственная физиология

    Чиновники, даже с научными званиями, прибегают к далеко не академическим методам, если им надо заткнуть рот неугодному критикану

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  15. www.ng.ru/science/2010-12-22/11_donkihot.html

    Донкихота наказали в прихожей

    Обвинения в воровстве могут осложнить положение Российской академии наук

    2010-12-22 / Владимир Валерьевич Покровский — обозреватель «НГ».

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  16. Примеры «распила» научных денег можно продолжить. Возьмем какой-нибудь институт. Скажем Институт неперспективных материалов. Выигрывает сразу несколько грантов в НЕРФФИ на исследование материалов А, Б, С.

    Соисполнителем выступает, скажем, институт физики непрочности материалов РАН и СНФТИ. С ним заключается договор на сумму 10-20% от ОДНОГО ГРАНТА, причем слезно пишется просьба, в связи с незначительным количеством денег уменьшить отчисления в бюджет института непрочности. Далее, нанимается сотрудник третьего института, скажем, Сибирский нефизикотехнический. Ему-то и поручается выполнить ТРИ основных эксперимента, соответственно за одну трехсотую от начального гранта.

    В результате неуниверситет получает фактически ноль, неакадемия наук процентов пять, неперспективноматериальщики из Неуфы — пилят более 90%, организуя переписку.

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

    • naukarus:

      Или еще проще. Программа НЕРАН. НЕАКАДЕМИК распределяет деньги по группам. Себе 80%, на еще 8 групп 20% денег. Каждая группа в год производит в среднем 1 статью или меньше (сколько денег — столько песен в отчет). Группа НЕАКАДЕМИКА производит скажем 2-3 статьи (ну не шмогла больше).

      При тех же суммарных деньгах, но выданных через РФФИ, те же самые группы производят по несколько статей в год.

      но это конечно не распил — просто не эффективная трата средств.

      Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  17. за большой вклад - ДВГИ ДВО РАН:

    Указом Президента РФ от 29 апреля 2011 г. N 560 за большой вклад в развитие отечественной науки и многолетнюю плодотворную деятельность Орденом Почёта награждён первый заместитель председателя Дальневосточного отделения РАН, директор Учреждения Российской академии наук Дальневосточного геологического института Дальневосточного отделения РАН академик Александр Иванович Ханчук.

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  18. Евгений:

    Ладно, распилили но всё таки же закупили оборудование? Ну не одной фирмы, так другой. Тут бы и работать на нём. Да вот только зачастую нету достаточно квалифицированного персонала в больницах для работы на томографах. Это уже вторая проблема, ничуть не меньше первой — мед. оборудование есть, а работать на нём боятся и достают его только когда какой-нить проверяющий приедет :(

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  19. Жорик:

    Знаете, коллеги, мне кажется проблема РАНа не в коррупции, а в самом РАНе. То же касается РАМНа. Не очень понятно, зачем все это вообще нужно. Такие атавизмы пора ликвидировать, а заодно перестать уже раздавать машины и деньги людям, мягко говоря не занимающимися наукой, ибо эти почтенные старцы — обычная партноменклатура, оставшаяся нам в наследство от СССР. Отсюда и их нравы, насаждаемые в научных коллективах: авторитарность, интриганство, воровство (хотя они честно считают гранты «своими»).

    Мое мнение может быть ошибочным, но мне все же кажется, что хорошему ученому нет нужды в академических (да и других, честно говоря) званиях.

    В чем же выгода от такой радикальной меры, как упразднение РА(М)Н? В первую очередь, к должностям завкафов, деканов и прочих будут допущены люди, раньше доступа к ним не имевших, то есть выбор кандитатов будет расширен. Кроме того, средства, которые идут на содержание наших почтенных наукобогов и их челяди можно пустить на научные цели или на премии ученым. Наверняка есть и другие выгоды. Придумайте сами.

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

    • al0253:

      Разогнать номенклатурное хозяйство можно, но тогда надо основывать несколько новых интернет-изданий по соответствующим направлениям. Иначе где можно будет публиковаться? В бумаге? На собственных сайтах? Это возможно, но кто их будет использовать, и через сколько лет они завоюют авторитет? Тем, кто помоложе, это, возможно, подойдёт, а вот остальным... — «?»

      Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

      • Гость:

        А разве не уместнее поставить вопрос — «Как будет правильнее и эффективнее?», нежели — «Кому будет лучше?» ?

        Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

        • Жорик:

          Ну, вопрос о том, что будет «вместо» весьма закономерен, коллега. Однако тут надо заметить, что издательскую дятельность РАНа я не предлагал закрывать. Достаточно прекратить платить бешенные деньги академикам и их свите из гос.средств. Почему бы не трансформировать РАН в крупнейший в СНГ научный журнал при поддержке серьезного консорциума экспертов?

          Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

          • al0253:

            Беда в том, что когда у нас нечто реформируется, то происходит крах именно на этом месте и на 100%. «Как всегда».

            Я конечно поддерживаю «обрезание» оплаты тем, кто не даёт реальных научных результатов, в пользу эффективных, однако, совершенно ясно, что практически это можно сделать, только разогнав систему полностью. Иначе те, кто будет «реформировать» (совершенно понятно, кто это будет), так и тем обрежут, что весь мир будет смеяться.

            Так что осторожность здесь не помешает.

            Скорее богатеи станут финансировать научные разработки, чем наше государство научится делать нечто толковое. (Оба посыла — из области фэнтези.)

            Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

            • Жорик:

              Так что вы предлагаете? Я не совсем вас понял. Разгонять или нет?

              Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

              • al0253:

                Я думаю, что стоит сначала организовать на базе бесплатных сайтов новые интернет-журналы по разным направлениям, публиковать в них краткие, содержащие только явную новизну, материалы, тем самым подняв их авторитет, и только после этого, имея подготовленную базу, заниматься «подрывной работой».

                При ином подходе можно оказаться у разбитого корыта: имеющиеся издания останутся в руках номенклатуры, и шансов на публикации вообще не будет.

                Гранты толковым исследователям можно легко получать и напрямую, без посредничества академий, но все материалы в этой ситуации оказываются собственностью «дателя», что не всегда хорошо, особенно для тех, кто занимается прикладными, особо выгодными делами.

                Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

  20. Максим:

    Кто бы мог подумать, что в этой стране делается очень многое, буквально все, что можно сделать, чтобы научный потенциал как можно скорее перетекал зарубеж.

    Полезно? Dobre 0 Słabe 0 (0)

Ваши мысли

Запрещены: спам, нецензурная ругань, оскорбления, расизм. Желательно подписываться реальным именем. Аватары - через gravatar.com


См. в той же рубрике: