Планирование на девятом десятке. Интервью с профессором Л.С. Клейном по поводу…

- Лев Самуилович, договариваясь с Вами об интервью, я подразумевал сразу три повода.

— Сразу три? Об одном я догадываюсь.

- Им закончим. Первый повод — у нас с Вами общий юбилей: два года плодотворного сотрудничества. Во-вторых, Вы — наш рекордсмен по публикациям: появляетесь почти в каждом номере ТрВ с авторской колонкой, нередко с большими статьями. Но только периодической печатью Вы явно не ограничиваетесь — и здесь появился третий повод. Следя за Вашим научным творчеством, мы неожиданно обнаружили, что только в этом году у Вас вышло четыре толстые книги…

— Ну, одна, на самом деле, не толстая. Зато выходит пятая — двухтомник. А может быть, успеют еще выпустить и шестую. Она почти готова.

- Я не спрашиваю, как можно успеть так много. Вы об этом писали в своей колонке, отвечая на подозрение, что на Вас работают «негры» («О светилах и неграх», ТрВ № 49 от 16.03.2010).

— Увы, негров нет. Хотя бы одного секретаря или лаборанта — тоже нет.

- Может, подадите заявку в книгу рекордов Гиннесса? Столько монографий издать за год вряд ли сумел хоть один ученый!

— Ну, кто-то найдется. Например, у археолога Самоквасова вышло в 1908 г. четыре или пять книг. Но ему тогда было 65. А вот из сверстников (на девятом десятке), может быть, и, правда, никого.

- Давайте познакомим читателей с подробностями — что уже вышло в свет, что запланировано.

— Пожалуйста. В прошлом году у меня вышло две книги…

- Всего лишь!

— …"Спор о варягах" и «Новая археология». И ряд статей. Ни то, ни другое затрагивать не будем.

- А в этом году?

— На первой книге (моих мемуарах) тоже можно подробно не останавливаться, так как в ТрВ был Ваш отклик (№ 44, от 22.12.2009), причем книга, хоть и датирована 2010 годом, вышла реально в декабре 2009-го.

- От себя добавлю: книга «Трудно быть Клейном» (720 страниц) уже получила ряд рецензий в России и США, а в Интернете рецензент Кукулин (www.OpenSpace.ru) пишет, что это, пожалуй, лучшая мемуарная книга за последние несколько лет. Выпустило ее издательство «Нестор-История».

— Второй в этом году вышла книга «Время кентавров: степная прародина греков и ариев». Это результат моей работы за несколько лет, но полное изложение для специалистов лежит в Университетском издательстве, выйдет нескоро, а издательство «Евразия» выпустило переложение для широкого читателя. В книге около 490 страниц, много иллюстраций, карт, в том числе цветных.

- Научно-популярное издание?

— Я старался сделать книгу «Время кентавров» доступной и увлекательной. Не знаю, насколько она получилась популярной, но специалисты читают с интересом (уже имею отзывы). Третье издание — «Формула Монтелиуса», ее выпустил на русском языке Донецкий университет. Книга небольшая (260 страниц), очень изящно издана. Подзаголовок — «Шведский рационализм в археологии Мальмера». Это критический анализ новаторской археологии покойного Матса Мальмера, предтечи «новой археологии». Книжка для археологов и всех, кто интересуется типологией. Вместе с ней издательство Донецкого университета решило переиздать книгу «Перевернутый мир» — о моих приключениях в тюрьме и лагере.

- А я ведь, кажется, видел эту книгу.

— И да, и нет. Эти очерки в журнальном варианте выходили в журнале «Нева» в конце 80-х, потом по ним была дискуссия в «Советской этнографии», потом они вышли книгой в России, Германии и Словении. Скорее всего, Вы видели это издание. Вот теперь новый вариант — с приложением всех статей обсуждения и — главное — с фотоиллюстрациями. Их было очень трудно подобрать. Еще будучи в лагере, я договорился с лагерным фотографом, и мы сделали ряд снимков. Я зашил их в каблук, чтобы пронести через «шмон». Но в ночь перед выходом у меня украли башмаки! Вот теперь компенсировали утрату.

- Почему «Перевернутый мир» оказался таким живучим?

— Наверное, потому что его содержание — не описание зверств следователей и тюремщиков, а 400 страниц исследования среды (криминального мира), и размышления о природе человека и нашего общества. О причинах катастрофической неудачи «перевоспитания» в лагерях.

- А пятая книга?

— Пятая должна выйти вот-вот, уже и обложка готова. Это двухтомник «История археологической мысли» — по сути история мировой археологии.

- Кажется, такого издания не было в России?

— Верно. Не издавалось — ни до революции, ни после. Моя книга — первая. Издает ее Петербургский университет.

- Где пятая, там и шестая…

— Шестая книга сдана в печать в издательство «Евразия», но успеют ли они до Нового года — не знаю. Это книга о музыке — «Гармонии эпох». Я там прослеживаю, как сменялись системы гармонии в связи со сменой социальной психологии эпох.

- Музыка тоже входит в сферу Ваших интересов? Удивительная универсальность! Ведь музыка вроде бы далека от Ваших занятий?

— У меня было и музыкальное образование. Но я, конечно, не специалист. Показывал текст музыковедам и музыкантам. Одни бранят, другие хвалят. Раз так, решился. Книга-то не по музыковедению, а скорее по культурной антропологии.

- Наверняка есть еще что-нибудь в загашнике.

— Ну да! Совсем забыл! Лежит уже несколько лет абсолютно готовый текст «Время в археологии» в издательстве «Бельведер». Оно ранее выпускало мои книги и подготовило «Время», но в кризис у «Бельведера» кончились деньги, все застряло, и просвета не видно.

- Бывает… Может, кто-то сможет помочь, издать совместно?

— Будем надеяться… А еще в нашем Питерском университете лежит книга «История антропологических учений». Пойдет, наверное, на будущий год. В тот же Донецк отослал «Археологическое исследование» — о методах кабинетной работы археолога. По методам полевых исследований есть учебники, по методам кабинетной работы (интерпретации) — нет. Вот решил попробовать. В «Евразию» отдал научно-популярный текст «Эта странная Илиада».

- У Вас немало публикаций и за рубежом. Что-нибудь готовится на экспорт?

— «Оксфорд Юниверсити Пресс» переводит мою книгу «Феномен советской археологии». Она есть на немецком и испанском. Теперь вот будет и на английском.

- А что сейчас на Вашем рабочем столе?

— Заканчиваю «Историю русской археологии в лицах». Тоже на два тома. Издавать их подрядилось московское издательство «Полиграф». Задача трудная — в основном биографии ученых. Рискую рассориться со многими. Писать-то я привык правду — по крайней мере как я ее вижу.

- А еще многочисленные публикации в периодической печати. Не только ведь в ТрВ?

— Само собой.

- И планов громадье?

— А что, есть сомнения? Но ведь если бы год назад я, в моем возрасте, сказал Вам, что запланировал издать еще 6−8 книг, Вы бы посмотрели на меня с жалостью: при таком-то возрасте и болезнях… А год прошел — и вот 4 книги изданы, пятая на выходе, несколько сданных в печать. Почему же не планировать дальше?

- Все-таки Ваша активность поразительна и заразительна. Притом что пройдено немало.

— На самом деле, жизнь, увы, ужасающе скоротечна. Увеличить ее можно только одним способом: выполняя за год то, на что положено тратить много лет. Это единственный способ прожить много жизней.

Вопросы задавал
Илья Мирмов

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи

avatar
4 Цепочка комментария
0 Ответы по цепочке
0 Подписки
 
Популярнейший комментарий
Цепочка актуального комментария
2 Авторы комментариев
Светлана Синицына.Владимир Звягинцевtoldaev Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
Уведомление о
toldaev
toldaev

Решпект и уважуха! Могучий мужик!

Анонимно
Анонимно

Я слежу за всеми публикациями Клейна. Недавно прислали его донецкие издания.
Он видимо действительно самый сильный современный археолог.

Владимир Звягинцев
Владимир Звягинцев

С большим удовольствием открыл для себя публикации Клейна.
Ранее подобные книжки покупал только за границей: ДОКИНЗ,
ЛОРЕНЦ и др. Недавно их стал издавать фонд «Династия»,
но какой тираж — 2−3тыс. Собирался купить В том же «Озоне» — «Трудно быть Клейном» —
это просто рекорд на нашей выжженном от науки территории —
500 экземпляров !

Светлана Синицына.
Светлана Синицына.

Лев Самуилович Клейн — замечательный ученый во многих отраслях знаний, гордость нашей науки, несгибаемый борец за ее чистоту. Здоровья ему и творческих успехов.
Мы его любим, почитаем, высоко ценим как человека и ученого. Мы всегда с ним.
Хотелось бы, чтобы наша власть интересовалась иногда настоящей наукой, настоящими учеными, научные труды которых издают не только в России, но за рубежом.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: