Павловская станция: быть или не быть?

Пав­лов­ская опыт­ная стан­ция была осно­ва­на в 1926 г. по ини­ци­а­ти­ве Нико­лая Ива­но­ви­ча Вави­ло­ва - извест­ней­ше­го уче­но­го, кото­рый внес реша­ю­щий вклад в уче­ние о цен­трах про­ис­хож­де­ния куль­тур­ных рас­те­ний. Уже через пять лет на стан­ции нача­лось созда­ние кол­лек­ции гене­ти­че­ских миро­вых рас­ти­тель­ных ресур­сов, боль­шая часть кото­рой сохра­ни­лась и по сей день. С тех пор тру­да­ми сотруд­ни­ков стан­ции кол­лек­ция рас­ши­ря­лась и к насто­я­ще­му вре­ме­ни вклю­ча­ет в себя более 6 тыс. образ­цов.

Поче­му же кол­лек­ция, на созда­ние и рас­ши­ре­ние кото­рой у стра­ны нашлись ресур­сы в эко­но­ми­че­ски тяже­лей­шие годы, кол­лек­ция, пере­жив­шая вой­ну, гоне­ния на гене­ти­ку и на само­го созда­те­ля кол­лек­ции, нахо­дит­ся под угро­зой уни­что­же­ния в наши срав­ни­тель­но бла­го­по­луч­ные дни? Ответ был сфор­му­ли­ро­ван еще в годы созда­ния стан­ции и зву­чит очень про­сто: «квар­тир­ный вопрос», кото­рый в насто­я­щее вре­мя испор­тил дале­ко не толь­ко моск­ви­чей. Несмот­ря на объ­яв­лен­ную в про­шлом году кон­цеп­цию про­до­воль­ствен­ной без­опас­но­сти Рос­сии, он уже послу­жил при­чи­ной гибе­ли мно­гих кол­лек­ций и уни­что­же­ния опыт­ных полей. А теперь на наших гла­зах может про­изой­ти гибель кол­лек­ции, зна­чи­мость кото­рой в миро­вом мас­шта­бе труд­но пере­оце­нить. Не слу­чай­но тре­вож­ные изве­стия были опуб­ли­ко­ва­ны даже в таком авто­ри­тет­ном жур­на­ле, как Nature, не гово­ря уже о десят­ках интер­вью, дан­ных по все­му миру спе­ци­а­ли­ста­ми, кото­рые реаль­но могут оце­нить зна­чи­мость кол­лек­ции. Такая обес­по­ко­ен­ность не слу­чай­на. Ведь Пав­лов­ская стан­ция сохра­ня­ет собра­ние рас­ти­тель­ных гене­ти­че­ских ресур­сов, или, как часто назы­ва­ют в англо­языч­ной лите­ра­ту­ре, «ген­банк». Здесь собра­ны сор­та и раз­но­вид­но­сти раз­лич­ных сель­ско­хо­зяй­ствен­ных куль­тур, мно­гие из кото­рых уже уте­ря­ны в осталь­ном мире, а так­же род­ствен­ные им дико­рас­ту­щие виды. Такой мате­ри­ал явля­ет­ся источ­ни­ком раз­лич­ных при­зна­ков при созда­нии новых сор­тов, таких, как засу­хо­устой­чи­вость, устой­чи­вость к вре­ди­те­лям, к жаре и т.д. И имен­но такие кол­лек­ции явля­ют­ся зало­гом про­до­воль­ствен­ной без­опас­но­сти во всем мире.

Сорт алы­чи

А что же в Рос­сии, став­шей в послед­ние годы на путь инно­ва­ци­он­но­го раз­ви­тия? А в Рос­сии в зако­но­да­тель­стве отсут­ству­ют пра­во­вые нор­мы, опи­сы­ва­ю­щие живые кол­лек­ции, так что вся актив­ность меж­ду­на­род­но­го науч­но­го сооб­ще­ства сосре­до­то­че­на на защи­те участ­ка, с юри­ди­че­ской точ­ки зре­ния, пусто­го. Взгляд ответ­ствен­ных за эту зем­лю чинов­ни­ков из фон­да содей­ствия раз­ви­тию жилищ­но­го стро­и­тель­ства не силь­но отли­ча­ет­ся: «На тер­ри­то­рии стан­ции рас­тет какая-то тра­ва», – гово­рят они. Инте­рес­но, а в каком виде они пред­став­ля­ли себе кол­лек­цию живых рас­те­ний? Осо­бен­но с уче­том того, что госу­дар­ство прак­ти­че­ски не выде­ля­ет денег на содер­жа­ние кол­лек­ции и даже ее охра­на от рас­хи­ще­ния осу­ществ­ля­ет­ся за счет гран­та, полу­чен­но­го от пра­ви­тель­ства Люк­сем­бур­га, у кото­ро­го, в отли­чие от Рос­сии, нашлись на это сред­ства. Да и то выде­лен­ных денег хва­та­ет с тру­дом. А вокруг стан­ции -город, жите­ли кото­ро­го дале­ко не все­гда настро­е­ны дру­же­люб­но.

На спор­ном участ­ке, где нахо­дит­ся кол­лек­ция пло­до­вых, ягод­ных и деко­ра­тив­ных куль­тур, 80% зем­ли заня­то кол­лек­ци­ей, а 20% – зем­ля, кото­рая не может исполь­зо­вать­ся для кол­лек­ции из-за осо­бен­но­стей поч­вы и из-за бли­зо­сти грун­то­вых вод. Как объ­яс­ня­ет дирек­тор стан­ции Федор Михо­вич, имен­но этот неболь­шой уча­сток, в 8–10 га, и пред­по­ла­га­лось отде­лить под застрой­ку с обя­за­тель­ным усло­ви­ем, что­бы часть квар­тир в постро­ен­ных на этой зем­ле домах доста­лась сотруд­ни­кам стан­ции. Рань­ше сотруд­ни­ки жили в мно­го­квар­тир­ных домах в постро­ен­ном рядом посел­ке, но из-за нехват­ки денег для опла­ты ком­му­наль­ных услуг их пере­да­ли в соб­ствен­ность горо­да.

Сорт алы­чи

Для обес­пе­че­ния сотруд­ни­ков жильем зем­лю пере­да­ли в феде­раль­ную соб­ствен­ность, из соб­ствен­ни­ка зем­ли стан­ция ста­ла арен­да­то­ром. А даль­ше всё пошло соглас­но пого­вор­кам про палец и руку, кого­ток и птич­ку – отда­ли под застрой­ку уже не малень­кий, непри­год­ный для выра­щи­ва­ния рас­те­ний уча­сток, а весь уча­сток, раз­ме­ром более 70 га.

Уди­ви­тель­ным кажет­ся выяв­лен­ное в ходе дис­кус­сий, посвя­щен­ных судь­бе стан­ции, абсо­лют­ное непо­ни­ма­ние зна­чи­мо­сти таких кол­лек­ций не толь­ко чинов­ни­ка­ми, но людь­ми, инте­ре­су­ю­щи­ми­ся нау­кой, и даже уче­ны­ми, дале­ки­ми, впро­чем, от реа­лий рас­те­ние­вод­ства. Спектр мне­ний начи­на­ет­ся от пред­по­ла­га­е­мой ненуж­но­сти кол­лек­ции в свя­зи с раз­ви­ти­ем ген­ной инже­не­рии и закан­чи­ва­ет­ся зло­рад­ством по пово­ду уни­каль­но­сти кол­лек­ции, кото­рое сопро­вож­да­ет­ся пред­ло­же­ни­я­ми мас­со­вой раз­да­чи образ­цов дру­гим орга­ни­за­ци­ям и отдель­ным людям для дуб­ли­ро­ва­ния кол­лек­ции на слу­чай уни­что­же­ния. Дру­гие удив­ля­ют­ся невоз­мож­но­сти исполь­зо­ва­ния сор­тов, полу­чен­ных ино­стран­ны­ми селек­ци­о­не­ра­ми. Кто-то сомне­ва­ет­ся в том, что кол­лек­ция явля­ет­ся обще­ми­ро­вой цен­но­стью, что образ­цы доступ­ны иссле­до­ва­те­лям из дру­гих стран.

Поста­ра­ем­ся отве­тить на эти вопро­сы. Преж­де все­го – на тот, без кото­ро­го даль­ней­шее рас­смот­ре­ние теря­ет смысл: нуж­ны ли подоб­ные кол­лек­ции совре­мен­но­му обще­ству?

Напом­ним, что основ­ной целью селек­ции явля­ет­ся созда­ние новых сор­тов рас­те­ний, при­год­ных для выра­щи­ва­ния по совре­мен­ным интен­сив­ным тех­но­ло­ги­ям. При этом не суще­ству­ет неко­е­го иде­аль­но­го сор­та, кото­рый рос хоро­шо бы во всех кли­ма­ти­че­ских зонах. Так, напри­мер, сор­та, выра­щи­ва­е­мые на юге, долж­ны быть более устой­чи­вы к засу­хе и жаре, а исполь­зу­е­мые север­нее – к замо­роз­кам. Здесь сле­ду­ет отме­тить, что одно­вре­мен­ная устой­чи­вость ко всем фак­то­рам невоз­мож­на, так как часто вызы­ва­ет­ся пря­мо про­ти­во­по­лож­ны­ми изме­не­ни­я­ми в струк­ту­ре рас­те­ний. Поми­мо это­го необ­хо­ди­ма устой­чи­вость имен­но к мест­ным видам и попу­ля­ци­ям вре­ди­те­лей. Таким обра­зом, сор­та куль­тур­ных рас­те­ний, кото­рые были выве­де­ны и опти­ми­зи­ро­ва­ны для одних усло­вий, как пра­ви­ло, не дают хоро­ше­го уро­жая, будучи пере­не­сен­ны­ми в дру­гую кли­ма­ти­че­скую зону. При­ме­ром подоб­ной поте­ри про­дук­тив­но­сти в дикой при­ро­де может слу­жить дуб. Всем хоро­шо извест­ны вели­че­ствен­ные веко­вые дере­вья это­го вида. Одна­ко в усло­ви­ях Запо­ля­рья над­зем­ная часть рас­те­ний гиб­нет от холо­да, и дуб суще­ству­ет в этих усло­ви­ях как мно­го­лет­няя тра­ва. Разу­ме­ет­ся, для сор­тов куль­тур­ных рас­те­ний обыч­но не выби­ра­ют столь кон­траст­ные усло­вия, но в их слу­чае сни­же­ние уро­жай­но­сти в 1,5−2 раза уже может ока­зать­ся кри­тич­ным, а воз­де­лы­ва­ние – эко­но­ми­че­ски невы­год­ным. Поми­мо это­го исполь­зо­ва­ние исклю­чи­тель­но сор­тов зару­беж­ной селек­ции ста­вит стра­ну в пол­ную зави­си­мость от несколь­ких фирм -постав­щи­ков семян.

Веро­ни­ка, кол­лек­ция мно­го­лет­них деко­ра­тив­ных куль­тур

Конеч­но, в послед­ние деся­ти­ле­тия стре­ми­тель­но раз­ви­ва­ет­ся гене­ти­че­ская инже­не­рия, и мно­гие цен­ные при­зна­ки мож­но пере­дать рас­те­нию с ее помо­щью. Одна­ко тра­ди­ци­он­ная селек­ция может во мно­гих слу­ча­ях ока­зать­ся более эффек­тив­ной. Преж­де все­го это свя­за­но с тем, что про­яв­ле­ние цен­но­го при­зна­ка зави­сит, как пра­ви­ло, не от одно­го, а от несколь­ких десят­ков или сотен ско­ор­ди­ни­ро­ван­но рабо­та­ю­щих генов, суще­ствен­ная часть из кото­рых пока не извест­на. Ген­ная инже­не­рия же в насто­я­щее вре­мя опе­ри­ру­ет с отдель­ны­ми гена­ми или их неболь­ши­ми груп­па­ми. Поми­мо это­го сле­ду­ет учи­ты­вать, что исполь­зо­ва­ние боль­шин­ства извест­ных генов, кон­тро­ли­ру­ю­щих сель­ско­хо­зяй­ствен­но-цен­ные при­зна­ки для целей селек­ции, защи­ще­но меж­ду­на­род­ны­ми патен­та­ми, т.е. их исполь­зо­ва­ние тре­бу­ет боль­ших затрат на покуп­ку соот­вет­ству­ю­щих раз­ре­ше­ний. Суще­ствен­ное отста­ва­ние Рос­сии в обла­сти био­тех­но­ло­гии от веду­щих науч­ных дер­жав так­же не спо­соб­ству­ет исполь­зо­ва­нию это­го пути для селек­ции.

Поэто­му про­ве­де­ние соб­ствен­ных селек­ци­он­ных работ в Рос­сии необ­хо­ди­мо. Доно­ром же нуж­ных свойств для их про­ве­де­ния и слу­жит мате­ри­ал гене­ти­че­ских кол­лек­ций. Свой­ства под­дер­жи­ва­е­мых там образ­цов диких видов или сор­тов, обла­да­ю­щих нуж­ны­ми каче­ства­ми, путем скре­щи­ва­ний пере­да­ют­ся рай­о­ни­ро­ван­ным сор­там. Разу­ме­ет­ся, таки­ми доно­ра­ми явля­ют­ся и образ­цы из кол­лек­ции пло­до­вых и ягод­ных куль­тур Пав­лов­ской стан­ции: почти 900 сор­тов чер­ной смо­ро­ди­ны, 370 сор­тов сли­вы и алы­чи, более 300 сор­тов виш­ни, череш­ни и черё­му­хи, несколь­ко сотен сор­тов и видов самой ран­ней яго­ды – жимо­ло­сти, кото­рая созре­ва­ет на две неде­ли рань­ше зем­ля­ни­ки. Обшир­ность кол­лек­ции пока­зы­ва­ет ее срав­не­ние с зару­беж­ны­ми ана­ло­га­ми. Так, в ген­бан­ке, рас­по­ло­жен­ном в Кор­вал­ли­се (Оре­гон, США), в 2006 г. насчи­ты­ва­лось все­го 53 сор­та жимо­ло­сти, а коли­че­ство сор­тов смо­ро­ди­ны и зем­ля­ни­ки – срав­ни­мое с Пав­лов­ской стан­ци­ей. Здесь сле­ду­ет под­черк­нуть, что эти и дру­гие кол­лек­ции не дуб­ли­ру­ют, а лишь допол­ня­ют друг дру­га, и боль­шая часть образ­цов, как пра­ви­ло, при­сут­ству­ет толь­ко в одной из них.

Бело­плод­ная ряби­на

При­том что селек­ция не явля­ет­ся основ­ной зада­чей Пав­лов­ской стан­ции, в ее кол­лек­ции есть десят­ки сор­тов, авто­ра­ми кото­рых явля­ют­ся ее сотруд­ни­ки. Как рас­ска­зал Лео­нид Бур­ми­ст­ров, сотруд­ник отде­ла гене­ти­че­ских ресур­сов пло­до­вых куль­тур, про­ра­бо­тав­ший на стан­ции более 40 лет: «Мы не явля­ем­ся селек­ци­он­ным учре­жде­ни­ем. Мы хра­ни­те­ли гене­ти­че­ских ресур­сов. Мы рабо­та­ем с исход­ным мате­ри­а­лом. Одна­ко в рам­ках этой рабо­ты про­во­дят­ся скре­щи­ва­ния, что­бы узнать потен­ци­ал исход­но­го мате­ри­а­ла. И ино­гда появ­ля­ет­ся нечто инте­рес­ное. Таким путем были выве­де­ны сор­та и жимо­ло­сти, и кали­ны, и дру­гих куль­тур. Но зада­чи такой, имен­но селек­ци­он­ной, у нас нет. Но нам уда­ет­ся сде­лать то, что дру­гим учре­жде­ни­ям не уда­ет­ся – имен­но за счет раз­но­об­ра­зия исход­но­го мате­ри­а­ла, за счет отда­лен­ных скре­щи­ва­ний». Так, напри­мер, сорт зем­ля­ни­ки «Фести­валь­ная», выве­ден­ный на Пав­лов­ской стан­ции, более полу­ве­ка был лиде­ром по куль­ти­ви­ро­ва­нию в нечер­но­зем­ной поло­се Рос­сии.

Вид на кол­лек­цию рябин. На перед­нем плане – гибрид ряби­ны и боярыш­ни­ка

Сотруд­ни­ки стан­ции актив­но сотруд­ни­ча­ют не толь­ко с рос­сий­ски­ми, но и с зару­беж­ны­ми селек­ци­о­не­ра­ми. По сло­вам дирек­то­ра стан­ции, к ним регу­ляр­но обра­ща­ют­ся за раз­лич­ны­ми сор­та­ми, куль­ту­ра­ми, кото­рые нахо­дят­ся в кол­лек­ции, и все­гда их полу­ча­ют. «Вот послед­ний раз пол­то­ра меся­ца назад живой при­мер – фран­цу­зы при­е­ха­ли, при­шли на кол­лек­цию деко­ра­тив­ных мно­го­лет­них куль­тур, нашли сорт флок­са, кото­рый у них уте­рян, во всей стране его уже нет. Они попро­си­ли у нас этот сорт, что­бы у себя смог­ли сно­ва воз­об­но­вить его выра­щи­ва­ние», - рас­ска­зы­ва­ет Федор Михо­вич. Лео­нид Бур­ми­ст­ров уточ­ня­ет, что рас­те­ния, выра­щи­ва­е­мые на стан­ции, актив­но рас­про­стра­ня­ют­ся и в пре­де­лах Рос­сии, в раз­лич­ные науч­ные цен­тры. «Да и не толь­ко науч­ные», - добав­ля­ет Миха­ил Лебе­дев, дирек­тор Пав­лов­ско­го науч­но-про­из­вод­ствен­но­го питом­ни­ка ВИР. Мно­гие сор­та со стан­ции выра­щи­ва­ют­ся в мона­сты­рях, дет­ских домах. Но всё это состав­ля­ет лишь малую часть раз­но­об­ра­зия Вави­лов­ской кол­лек­ции. Разу­ме­ет­ся, все это не поз­во­ля­ет пол­но­цен­но про­дуб­ли­ро­вать кол­лек­цию. Для это­го нуж­но то, чего и самой стан­ции ката­стро­фи­че­ски не хва­та­ет, – день­ги, пло­ща­ди и систе­ма­ти­че­ская рабо­та мно­гих спе­ци­а­ли­стов. А пол­ное пере­ме­ще­ние кол­лек­ции, кото­рое не при­не­сет ей ущер­ба, зай­мет не менее 10–15 лет.

Что же ждет Пав­лов­скую стан­цию в буду­щем? Этим летом стан­цию посе­ти­ли пред­ста­ви­те­ли Обще­ствен­ной пала­ты РФ, десят­ки кор­ре­спон­ден­тов самых раз­ных газет, жур­на­лов и теле­ка­на­лов, как рос­сий­ских, так и меж­ду­на­род­ных. Пере­лом­ным момен­том в судь­бе стан­ции ста­ла лако­нич­ная запись в «твит­те­ре» Пре­зи­ден­та Рос­сии: «Полу­чил обра­ще­ние Обще­ствен­ной пала­ты по пово­ду Пав­лов­ской стан­ции. Дал пору­че­ние разо­брать­ся». После это­го на стан­ции побы­ва­ли пред­ста­ви­те­ли Счет­ной пала­ты и, обна­ру­жив кол­лек­цию на месте, дали реко­мен­да­цию отло­жить аук­ци­он. В фон­де РЖС это­му сове­ту после­до­ва­ли, и, соглас­но объ­яв­ле­нию на их сай­те, на момент напи­са­ния ста­тьи аук­ци­он отме­нен. Одна­ко исто­рия еще не закон­чи­лась. По заяв­ле­нию гене­раль­но­го дирек­то­ра фон­да Алек­сандра Бра­вер­ма­на теле­ка­на­лу «Рос­сия», пока не дока­за­но, что на участ­ках дей­стви­тель­но нахо­дят­ся цен­ные образ­цы рас­те­ний. И для при­ня­тия окон­ча­тель­но­го реше­ния это долж­но быть под­твер­жде­но неза­ви­си­мы­ми экс­пер­та­ми, не свя­зан­ны­ми ни с одной из струк­тур Рос­сель­хоз­а­ка­де­мии. Инте­рес­но, что про необ­хо­ди­мость неаф­фил­ли­ро­ван­но­сти экс­пер­тов с самим фон­дом РЖС он не упо­мя­нул.

Что ж, если это будут дей­стви­тель­но неза­ви­си­мые и ком­пе­тент­ные экс­пер­ты, то мож­но быть уве­рен­ным, что кол­лек­ция не погиб­нет. Но, к сожа­ле­нию, неза­ви­си­мость экс­пер­ти­зы – не самая силь­ная сто­ро­на рос­сий­ско­го науч­но­го сооб­ще­ства, даже когда речь идет о мень­ших день­гах. Одна­ко будем наде­ять­ся на луч­шее, так как про­изо­шед­шая миро­вая оглас­ка сужа­ет воз­мож­но­сти для под­та­со­вок в экс­пер­ти­зе.

Чёр­ная смо­ро­ди­на

Но даже при бла­го­при­ят­ном сте­че­нии обсто­я­тельств никто не гаран­ти­ру­ет, что через несколь­ко лет новые попыт­ки уни­что­жить кол­лек­цию и застро­ить зем­ли стан­ции не будут успеш­ны­ми. Ни кол­лек­ции, ни самой стан­ции к тому вре­ме­ни может не остать­ся. По одной про­стой при­чине: будучи под­раз­де­ле­ни­ем инсти­ту­та Рос­сель­хоз­а­ка­де­мии, она вынуж­де­на раз­де­лить судь­бу всей рос­сий­ской нау­ки. А судь­ба эта по боль­шей части неза­вид­на. К сожа­ле­нию, кол­лек­ции при­су­ща еще одна уни­каль­ность, о кото­рой с печа­лью гово­рил Лео­нид Бур­ми­ст­ров: «Да, наша кол­лек­ция уни­каль­на не толь­ко сво­им содер­жа­ни­ем, но, к сожа­ле­нию, и тем, что это един­ствен­ная кол­лек­ция гене­ти­че­ских ресур­сов рас­те­ний, кото­рая не име­ет пол­но­го обес­пе­че­ния от госу­дар­ства. Вез­де в раз­ви­тых стра­нах мира подоб­ные кол­лек­ции счи­та­ют­ся стра­те­ги­че­ски­ми объ­ек­та­ми, запа­сом от голо­да. Сто­и­мость под­дер­жа­ния их очень вели­ка – напри­мер, в США на под­дер­жа­ние одно­го образ­ца в год тра­тит­ся 100 дол­ла­ров. Если это экс­тра­по­ли­ро­вать на 6000 образ­цов, что есть на стан­ции, полу­ча­ет­ся, что нам выде­ля­ет­ся 1180 от тре­бу­е­мой сум­мы. Ну и как мож­но под­дер­жать кол­лек­цию на эти день­ги?!».

Зар­пла­та сотруд­ни­ков стан­ции не пре­вы­ша­ет 4–6 тыс. руб. при сред­ней зар­пла­те по реги­о­ну более 25 тыс. Рабо­чие, лабо­ран­ты и дру­гие тех­ни­че­ские работ­ни­ки, есте­ствен­но, не хотят рабо­тать за такие день­ги. И их роль вынуж­де­ны брать на себя сами науч­ные сотруд­ни­ки с уче­ной сте­пе­нью, авто­ры мно­го­чис­лен­ных сор­тов. Они вынуж­де­ны сами делать всю тех­ни­че­скую рабо­ту – вска­пы­вать участ­ки, про­па­лы­вать, поли­вать. Это они дела­ют в то самое вре­мя, кото­рое в соот­вет­ствии со сво­ей ква­ли­фи­ка­ци­ей мог­ли бы посвя­тить изу­че­нию и рас­ши­ре­нию кол­лек­ции. Лишь недав­но уда­лось набрать сто­ро­жей на охра­ну участ­ка.

Все­го на стан­ции – поряд­ка 10 сотруд­ни­ков, что бес­ко­неч­но мало для такой тер­ри­то­рии и тако­го раз­но­об­ра­зия рас­те­ний. Это очень увле­чен­ные сво­им делом люди. Неда­ром дирек­тор стан­ции Федор Михо­вич неод­но­крат­но срав­ни­вал рас­те­ния с пред­ме­та­ми искус­ства, а Вави­лов­скую кол­лек­цию рас­те­ний – с кол­лек­ци­ей кар­тин Эрми­та­жа. Но, к сожа­ле­нию, боль­шин­ство сотруд­ни­ков уже немо­ло­дые люди. Они не бро­сят кол­лек­цию, пока живы сами. Но моло­дых ква­ли­фи­ци­ро­ван­ных кад­ров, кото­рые смо­гут прий­ти на сме­ну, ждать при сохра­не­нии теку­щей ситу­а­ции не при­хо­дит­ся. Поэто­му сохра­не­ние в соб­ствен­но­сти стан­ции участ­ков, на кото­рых рас­по­ло­же­на кол­лек­ция, что явля­ет­ся цен­траль­ной зада­чей на насто­я­щее вре­мя, – это лишь пер­вый шаг к ее спа­се­нию.

Мария Лога­че­ва,
канд. биол. наук,
млад­ший науч­ный сотруд­ник
НИИ физи­ко-хими­че­ской био­ло­гии МГУ,

Алек­сей Пенин,
канд. биол. наук,
стар­ший науч­ный сотруд­ник
кафед­ры гене­ти­ки био­ло­ги­че­ско­го факуль­те­та МГУ

Если вы нашли ошиб­ку, пожа­луй­ста, выде­ли­те фраг­мент тек­ста и нажми­те Ctrl+Enter.

Связанные статьи

avatar
  Подписаться  
Уведомление о

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: