- Троицкий вариант — Наука - https://trv-science.ru -

Снисхождения не УДОстоен

Фото из журнала The New Times

1 марта 2010 г. Исакогорский районный суд Архангельской области отказал в условно-досрочном освобождении (УДО) ученому Игорю Сутягину, осужденному в 2004 г. по обвинению в государственной измене.

45-летний Игорь Сутягин — выпускник физического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, кандидат исторических наук. Его кандидатская была посвящена вопросам военно-морской стратегии США в 1960-80-е годы. Бывший заведующий сектором военно-технической и военно-экономической политики отдела военно-политических исследований Института США и Канады РАН.

В 1999 г. ФСБ обвинила Игоря Сутягина в передаче секретных сведений о военном потенциале России иностранным спецслужбам, хотя было известно, что ученый допуска к сведениям, составляющим государственную тайну, никогда не имел, а работал с открытыми источниками.

На суде Игорь Сутягин не отрицал, что передавал информацию иностранцам, но настаивал на том, что черпал ее из общедоступных источников. В частности, он выпустил в свет справочник по ядерным вооружениям СССР и России на английском языке. По версии следствия, обнародованные в нем данные — секретные. Между тем Игорь Сутягин ссылался на газету «Красная звезда», ранее опубликовавшую эту информацию.

Согласно приговору Мосгорсуда от 7 апреля 2004 г., «Сутягин И.В. в период с 15 мая по 22 июня 1998 г. в ущерб внешней безопасности Российской Федерации собрал из открытых источников и иных неустановленных следствием источников аналитическую информацию о России» с целью ее передачи внешней разведке США. Итог судебного разбирательства — 15 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

В 2005 г. международная правозащитная организация Amnesty International признала Игоря Сутягина политическим заключенным. Парламентская Ассамблея Совета Европы дважды обращалась к делу ученого и дважды призывала к его пересмотру. Жалоба Игоря Сутягина на несправедливое судебное разбирательство была подана в Европейский Суд по правам человека (ЕСПЧ) и признана приемлемой.

В России и правозащитники, и деятели науки (например, академики РАН Юрий Рыжов и Виталий Гинзбург) с самого начала добивались прекращения преследования Игоря Сутягина, утверждая, что никаких преступлений он не совершал.

Однако дело Игоря Сутягина было только одним из многих «шпионских» дел, возникших в 1998—1999 гг., когда Владимир Путин поднимался на вершины государственной власти. При этом Путин всегда активно поддерживал позицию ФСБ. Так, в интервью газете «Комсомольская правда» от 8 июля 1999 г. он заявил: «К сожалению, зарубежные спецслужбы помимо дипломатического прикрытия очень активно используют в своей работе различные экологические и общественные организации».

Говоря о деле другого «шпиона», бывшего дипломата Валентина Моисеева, Владимир Путин задолго до суда утверждал: «Да, вокруг этих персонажей по-прежнему много шуму. Но я считаю, в данных случаях наше ведомство поступает исходя из государственных интересов... Работаем, как говорится, только по факту. К слову, дело Моисеева — из разряда как раз таких случаев. И неважно, на какую разведку он работал — южно- или северокорейскую».

Между тем впоследствии ЕСПЧ признал, что суд над Моисеевым был несправедливым и зависимым.

И приговор Игорю Сутягину при отсутствии в России независимой судебной системы фактически был предопределен заранее. По сути, ученого просто «назначили» изменником.

Игорь Сутягин отбыл в заключении уже 10 лет, пройдя за этот период пять тюрем и три колонии. Согласно российскому законодательству, осужденный к отбыванию наказания в колонии строгого режима после истечения двух третей срока имеет право на УДО.

Однако Исакогорской районный суд Архангельска Игорю Сутягину в этом праве отказал. Не помогли прошения ни Уполномоченного по правам человека в РФ Владимира Лукина, ни членов Общественной палаты, ни академиков, ни известных правозащитников. По мнению судьи Галины Каторс, десяти лет оказалось недостаточно для исправления ученого-«шпиона». К тому же Игорь Сутягин, осужден за «совершение особо тяжкого преступления, которое наносит вред конституционному строю».

А с характеристикой, которую ученому выдала администрация колонии ИК-1 Архангельска, где он удерживался в последние годы, произошла вовсе удивительная история. Как сообщила в своем интернет-блоге председатель Московской Хельсинской группы Людмила Алексеева, присутствовавшая на судебном заседании по вопросу об УДО, характеристику ученый получил очень хорошую. Она заканчивалась фразой: «администрация рекомендует применить к И. Сутягину условно-досрочное освобождение». Но в суде перед словом «рекомендует» вдруг обнаружилась частица «не». И это при том, что характеристика как была, так и осталась положительной.

«Судья заслушала в качестве свидетелей людей, которые положительно характеризовали Сутягина. Это академик Юрий Рыжов, председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева, президент Фонда защиты гласности Алексей Симонов, Эрнст Черный, который возглавляет Комитет защиты ученых, - все это для судьи пустой звук», — рассказала СМИ адвокат Игоря Сутягина Анна Ставицкая.

«Меня потрясло поведение судьи, которая крайне язвительно оглашала обращения очень видных общественных деятелей, правозащитников, ученых и журналистов, выступающих в поддержку просьбы Сутягина об условно-досрочном освобождении. Судье было весело», — говорит защитник.

Как призналась Анна Ставицкая, у нее сложилось впечатление, что судебное решение было готово заранее. Судья пробыла в совещательной комнате минут сорок, а текст решения оказался достаточно большим — на пяти листах.

Суд состоялся 1 марта, и после него в прежнее место отбывания наказания Игорь Сутягин не вернулся, а был этапирован в уже четвертую с момента заключения под стражу колонию — ФБУ ИК-12 Холмогорского района Архангельской области. Не приходится сомневаться в том, что это — одна из форм прессинга по отношению к неугодному властям.

У политических узников современной России из застенков по-прежнему есть только два пути. Либо через признание несуществующей вины, либо, как у бывшего вице-президента «ЮКОСа» Василия Алексаняна, — через грань между жизнью и смертью, когда держать человека за решеткой на глазах у всего цивилизованного мира становится уже попросту невозможно.

В истории нашей страны далеко не раз достойные ее сыны становятся изгоями. Хочется верить, что когда-нибудь мы изживем эту «традицию». 25 лет назад Михаил Горбачев начал перестройку с того, что освободил советских политзаключенных. И Дмитрий Медведев, которого некоторые комментаторы сравнивают с Горбачевым, вполне мог бы последовать его примеру.

Впрочем, это зависит от каждого из нас. «Не молчите!» — призывает Игорь Сутягин в одном из своих последних рассказов всех тех, кто неравнодушен к чужой беде.

Вера Васильева,
судебный репортер,
корреспондент интернет-портала
«Права человека в России»,
специально для «Троицкого варианта»

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Связанные статьи